Легенда

Зал достаточно озарялся огнём, а воздух наполняла тихая мелодия. На площадке в стороне красиво танцевали девушки-наложницы Софи и Стелла. Они умело крутили гладкими бёдрами. Эти сексуальные крошки по виду нисколько не стеснялись своих оголённых прелестей. Софи упитанная и невысокая. У неё большая пышная грудь, а соски ярко-розовые и острые. Она то и дело теребила свои длинные по пояс тёмно-русые с блеском волосы. Её белое неказистое и порочное лицо по своей природе выражало глупость, а большие тёмно-зелёные глаза смотрели прямо. Стелла молодая и игривая. Она упитанная в меру. У неё высокое и статное тело, а грудь седьмого размера. Стелла постоянно придерживала руками свои наливные белые «арбузы», которые то и дело слегка дрыгали и качались при каждом движении тела. Она держала свои тёмные волосы в длинной косе. У неё загорелое милое и простоватое лицо, - глаза узкие тёмные, нос тонкий, губы полные, а подбородок гладкий и острый. Она держала на тонкой, но крепкой шее яркое ожерелье. Стелла красиво двигалась в восточном танце и мило улыбнулась.

Абультергун двинулся вперёд и сразу слегка руками приласкал Ингрид. Он, прищурив глаза, бегло глянул на легкомысленных танцующих наложниц. Софи и Ингрид красиво двигались на площадке, показывая танец живота. Они слегка улыбнулись, глядя на демона. Абультергун диковато ухмыльнулся. Он чуть прогнул свою могучую спину. У него на лице выразилось упоение. Он прищурил глаза, а рот слегка приоткрыл. Ингрид, стоя на коленках, облюбовала руками большой половой орган демона. Она слегка закрутила слизким языком и заметно поглотила раскалённую твёрдую плоть. Абультергун, получая удовольствие, оживился. Он приподнял статную красотку и грубо поцеловал в губы. Он сразу развернул Стеллу к себе спиной. Она же, выпрямив руки, грузно завалилась на кровать. Абультергун, оправив свой возбуждённый «жезл», тут же проник во влажную плоть похотливой милашки. Он живо задвигал своим мускулистым телом, а мощными руками плотно обхватил её жаркие гладкие бёдра. Абультергун задвигался неукротимо и быстро. Ингрид вздрогнула, ощутив глубоко в себе силу демона, а мощная струя мутного семени ударила как под напором и густо оросила влажную плоть куртизанки. Ингрид вся извилась. Она запрокинула на бок голову. Её лицо порозовело. Девушка прищурила глаза, а рот приоткрыла.

— АААААААА… АААА…, — громко закричала Ингрид.

— Да. Ещё. Иди ко мне бестия. ААААА…, — произнёс Абультергун.

— ААААААААА…

Демон Абультергун задвигался ещё быстрее. Он теперь плотно прижимался к влажной икристой плоти милашки. Он обезумел и жаждал большего. Абультергун округлил ледяные глаза и смотрел прямо на наложниц, которые красиво танцевали возле арки.

Глава третья

Небо темнело. Кругом кружил призрачный туман. Веял прохладный ветер. Повсюду появилась небольшая морось. Замок «Быстрого орла» утопал в тени смуглого марева. Лишь огни на башнях сияли ярко. В уютном зале, где мелькало большое пламя в камине, и где горели факелы на стенах, и где на полках тонко сияли огоньки свеч, всё лучилось. Здесь кругом на стенах на полу и на потолке игрались страстные тени. На полу лежали одежды и доспехи. На столе находилось много разного вина и яств, а из большого бочонка капало красное вино.

В богатом зале воздух сотрясли яркие, горячие и громкие вздохи любовников. Чернокнижник Джордано Дуглас плотно прижал к каменной стенке полностью оголённую статную ведьму. Он держал её за стройные ноги и жадно целовал пылкую, большую грудь. Мюри Пелла слегка изводилась, явно получая истинное удовольствие. Её сексуальная, словно сусальная плоть прямо блестела. Мюри веселилась. Она немного запрокинула голову, а тёмно-золотистые волосы сразу распрямились и развеялись. Её миловидное лицо белело, а все симметричные черты придавали особый шарм, - глаза ледяные как солод смотрели прямо, нос тонкий, словно в пудре белел, а полные губы твердели и улыбались. Мюри невзначай показала изо рта свои острые белые клыки. Она замысловато ухмыльнулась. Но тут же немного напряглась, глубоко в себе ощутив силу возбуждённого Джордано. Он двигался быстро и крепко держал ведьму за ноги. Любовник жадно и плотно уткнулся губами в её шею и слегка надавил клыками. Он прищурил глаза и выпустил бело-мутное семя. Ведьма вздрогнула. Она крепко обвила того ногами и руками, как змея потенциальную жертву. Её большая грудь красиво заколыхалась.

— ААААААА… ААА…, - красиво и эротично закричала Мюри, - Да. ААААА… Мы лучшие Джордано. Мы победили их. Девка Ника Айваго в темнице. Она на замке. Она сидит в клетке, как пернатый друг. Дура глупая. Хихихихии…, - громко засмеялась она, - Её сестра Силина далеко. Она теперь рабыня. Хихихихии… Их войско перебито. А замок наш. Хиихихиии… ААААА… ААА…, — страстно застонала она.

— Да. Любимая моя. Ты богиня. Мы их одолели, как цуциков. Мы всех их порвали. Кто на коле сидит, а кто сброшен в пропасть заживо. Хахахааа…, - засмеялся Джордано, - Наш демон Абультергун просто невероятен. Как тебе удалось? АААААА…, — произнёс он.

— Я смогла его воскресить. Мне даже не потребовалось столько крови девственниц. Я пригубила лишь около тридцати малявок. Хиихихиии…, - коварно веселилась она. - А крови с лихвою хватило, чтобы воскресить демона Абультергуна. Он невероятен. Он находка. Он наш ключ к успеху. Хиихихиии…

— Да. Моя богиня. Мы победили их легко.

— Хиихихиии… Весь мир будет теперь у наших ног. Мы завладеем всем миром. Хиихихиии… Всем Диким миром. Хиихихиии, — смело и весело заявила ведьма.

— Да. Как ты хочешь, так и будет. Да. Моя богиня. АААААА… АААА…, — добавил он.

— ААААААА… ААААА…

— Моя жаркая бестия. Да. АААААА… ААА…

— ААААААААА…

Джордано Дуглас и ведьма Мюри бегло переглянулись. Их вожделенные взгляды на миг пересеклись. Они вновь поцеловалась в губы, где сразу повис сладкий вкус. Джордано, плотно прижимаясь к обнажённой ведьме, задвигался быстро. Его икристые ягодицы то смыкались, то размыкались, а развитая плоть пламенела. Он напряг свой гладкий и рельефный торс, а все мускулы отдавали неподдельным блеском. Джордано округлил ярые глаза и, выпустив бело-мутное семя, чутко глянул на прекрасное лицо ведьмы. Она вздрогнула, ощутив в себе «ливень». Мюри словно сильно обожгло.

- АААААААА… ААААА, - красиво застонала ведьма.

Джордано, плотно прижимая к себе руками оголённую ведьму, резко шагнул в сторону. Любовники бегло поцеловались и тут же повалились на широкую кровать с высокими колоннами. Их ложе сразу заскрипело. Ведьма Мюри Пелла живо взгромоздилась на своего горячего мускулистого избранника. Она согнула в коленях икристые стройные ноги, а спину выпрямила. Её наливные «дыни» забавно качнулись, а острые ало-кофейные соски твердели и завораживали не на шутку. Мюри одёрнула руками свои распущенные тёмные волосы и живо заскакала, сидя на возбуждённом «жезле» любовника. Джордано просто ошалел от веселья. Он вздрогнул и смотрел прямо и послушно на жгучую бестию. Мюри двигалась ритмично и быстро. Она между делом ласкала сама себя руками за шею, грудь и ноги. Мюри вновь чуть запрокинула голову, а глаза прищурила, в которых таилось много похоти и неуёмной страсти. Её прямые волосы сами по себе слегка развеялись.

Ветерок то и дело залетал в окна и гулял в просторном зале. Он освежал жаркие тела любовников, но их пыл казался просто палящим. Ведьма Мюри снова неуёмно заскакала на оголённом мускулистом избраннике. Она прищурила вожделенные глаза, а рот чуть приоткрыла оттого, что вновь ощутив большой прилив семени. Большой чуткий и жгучий оргазм её невероятно увлекал. Джордано, лёжа на спине, изнемогал. Он чуть замотал головой и смотрел всё же прямо на большую красивую грудь ведьмы. Её наливные «дыни» забавно колыхались и переливались разными томными оттенками. Он понял, что на такую картину прямо не насмотреться. Джордано глубоко вздохнул и потянул руки, чтобы облюбовать её прелести. Но она опередила и крепко схватила любовника за запястья. Она сама плотно к нему прижалась и нежно поцеловала в губы. Мюри вновь выпрямила гибкую вечно молодую спину. Её пылкая упругая пышная грудь ощутимо вздрогнула. Ведьма вновь неуёмно заскакала, ощущая невероятный оргазм, а бело-мутное семя густо окропило её влажную плоть.

— ААААААА… АААА… Да. АААААА… Да. Мы короли мира. Мы завоюем этот мир. Мы всех разметаем. ААААА… АААА…, — страстно застонала она.

— Да. Моя бестия. Иди ко мне моя королева. Моя ведьма. Этот мир наш. ААААА, — произнёс он.

— АААААААА… Да. Хиихихиии...

Любовники неистовствовали. Они страстно воссоединились в одно целое и жаждали большего. Ведьма Мюри замысловато улыбнулась, а глаза ледяные округлила и выказала свои большие белые клыки.

Глава четвёртая

Близилось раннее утро. Небо пасмурное просветлело. Дали туманные выглядели замысловато. Веял прохладный ветер. Местами появилась морось. Замок «Быстрого орла» ещё сковывал легкий туман, но развеивался плавно и улетучивался как призрак. Бурные тёмные воды реки Дикой чудно петляли в своём русле. Со стороны гор веяло свежестью, а на мелководье чутко шумел камыш и тростник. Лягушки ловко прыгали по камням и кочкам и живо ныряли в воду. Воительница Ника Айваго, зацепившись руками за камни, тяжело вылезла из реки. Её статное тело лихорадило. Она заметно дрожала. У неё заметно белело лицо, а в глазах ещё всё расплывалось. Она сразу округлила свои красивые очи. Ника, ловко подтянувшись, вступила босыми ногами на большой тёмный камень. Её волосы сильно взмокли и липли к лицу, а по коже струились тонко струи холодной влаги. Ника, продрогнув и промокнув до нитки, живо зашагала. Она сразу плотно прижалась к большому дереву, чтобы себя скрыть. Она постоянно дрожала и дышала неровно на ледяные руки. Её голова дёргалась от лёгкой судороги, а мысли всё время путались. «Я выбралась. Как же просто. Но я выбралась из темницы. Я отпилила душку и та отпала. Я пилила её всю ночь. Но теперь я свободна… Но что с того? Я вылезла из клетки и вышла легко из темницы. Благо она была закрыта только на засов. Затем я пошла по крутой лестнице на башню. Меня заметил пьяный невысокий дикарь. Я запомнила его с прошлого раза. Кажется, его зовут Торчун. Такой лысый и ушастый. Все уши в кольцах и даже рваные. Морда у него сильно порвана. Глаза жуткие, как две тёмные ямы. Он не успел закричать. Я вонзила ему острую душку прямо в шею. Он тихо лишь застонал и сразу он истёк кровью. Этот Торчун попятился и, навалившись на каменную стенку, повалился на пол. У него кровь билась из раны густо. Прямо прыскала. И он скончался. Потом я поднялась по лестнице на самый верх башни и прыгнула в реку. Ещё было темно. Я нырнула в ледяную воду. Как же холодно. Меня сбросило течением сюда. Замок теперь позади меня. Нужно выбираться. У меня есть план. Но мне нужна лошадь и оружие тоже не повредит. Как же холодно. Мне сапоги мои нужны. Ноги у меня ледяные. Как бы не заболеть. Как холодно. Я вся продрогла. Руки ледяные. Да и всё тело дрожит, как никогда. Эта башня жутко высокая. Я летела по воздуху около ста метров. А может и больше. Река меня поглотила и понесла. Я знаю, что в этом месте река глубокая. Я глубоко нырнула и вдоволь наглоталась воды. Но теперь всё позади. Но как холодно. Я вся дрожу. Мне нужно как-то разогреться. Мне нужно оружие. Надо осмотреться и двигаться дальше. Мне нужно сегодня же попасть на остров королевства «Золотой лагуны». Там живёт моя старшая сестра Мега. Она меня примет и поможет мне. Она должна мне помочь. Спасибо волшебнице. Эра меня вновь выручила. Но она не открылась. Видимо, у неё у самой не всё ладно. Мне нужно попасть сегодня же к сестре. Но где я возьму скакуна и оружие? Надо осмотреться. Чем бы вооружиться? Вот острая деревянная рогатина. Она подойдёт отменно. Нужна осмотреться. Они схватятся, и будут искать меня. Думаю, что у меня есть немного времени. Но нужно действовать быстро. Нельзя сейчас сопли жевать. И вообще не надо их жевать…», — подумала она. Ника тяжело вздохнула. Её тело дрожало и лихорадило, а кожу прямо обдало ледяным зноем. По лицу ползли тонкие струйки влаги. В глазах немного рябило. Ника крепко сжала в руках острую, деревянную рогатину, которая ей подвернулась под руку. Она сейчас ничем не гнушалась. Ника тут же тихонько пошла по окраине берега реки.

Небо пасмурное выглядело ещё сумрачно. Веял тонкий, свободный ветерок. Ника Айваго, миновав больше трёхсот метров, перебежала узкую дорогу и укрылась в густой осиновой чаще. Она, чутко прислушавшись, вышла на перепутье и плотно прижалась к каменистым буграм. Ника округлила глаза и прямо недоумевала. Её сразу обожгли мысли. «А вот и мой шанс. На ловца и зверь бежит. Я узнала его сразу. Вот же хренов лысый коротышка. Как его там зовут? Лысый Псих что ли? Хренов дикарь. Он нагло истязает простолюдинку. А остальные смотрят. Боже мой… Кто она такая? Кажется, она путана. Как бьёт её по лицу. Вот же урод вонючий. Лысый Псих… У него на ногах мои добротные кожаные сапоги. Их здесь пятеро. А дорога ведёт на уклон. Есть лошади. Как раз то, что нужно. Мне надо атаковать быстро. Затем вытащить меч из ножен. Если получиться овладею клинком или кинжалом. И сразу применю. Но надо быстро выскочить и бежать около двадцати метров. Они не сразу схватится. Я успею и применю заодно свою рогатину. Одним ублюдком сразу станет меньше. Вот же Лысый Псих. Он и есть псих. Сейчас ты вернёшь мне мои сапоги. Я уже решилась на безумную атаку. Я смогу…», — подумала она. Ника глубоко выдохнула, а ледяные глаза округлила. Её пульс участился в несколько раз. Она даже разгорячилась, а тело уже не трясло от холода. Но всё же она слега дрожала. Ника живо и бегло осмотрелась.

Повеял тонкий ветерок. На перепутье узкой дороги стояла телега, запряжённая лошадью. Все деревянные на стальных ободах колёса чуть качались. Дикарь Лысый Псих резвился не на шутку. Он, тяжело дыша, крепко привязался к молодой селянке Лизи Дон. Она упитанная и порочная. У неё округлое щекастое лицо, - глаза узкие и тёмные, нос как монета, а губы пухлые и навыкате. Она носит сальные, тёмные волосы, который сейчас некрасиво растрепались. Её большая, белая богато открытая грудь игриво качалась, а розовые острые соски заметно твердели. Лизи Дон, находясь на телеге, широко развела в стороны икристые ноги и чуть согнула в коленях. Девушка дышала неровно. Она смотрела прямо на дикаря, который грубо придерживал руками её за икристый пояс. Дикарь Лысый Псих жаждал овладеть легкомысленной девушкой. Он плотно прижился к подолу милашки и противно заулыбался. Лизи Дон вздрогнула. Она завалилась на руки и чуть прогнула спину. Она продолжала смотреть на порочное лицо дикаря, который наседал всё больше и больше. Этот тип уже спустил свои штаны на высокие сапоги, которые все заметно перепачкались в глине. Лысый псих грубо поцеловал лицо девушки. Он напустил много слюней.

— Да. Иди ко мне. Я тебя охотно порадую. У меня большой. Да…, — произнёс он.

— АААААА… ААА… Убери от меня свои грязные руки свинья. ААААА, — стонала Лизи.

— Иди ко мне сладкая. Какая ты горячая. У меня большой для тебя припасён, — добавил он.

— АААААААА… ААА… Отвали скот.

— Да. Не протився, хуже будет. Порежу ножом. Я тебя хорошо сейчас взгрею. АААААА…, - решил Лысый Псих.

— ААААААААА…

Повел беглый ветерок. Дикари местного разлива Рябчик, Тату, Свирепый и Бидон бегло переглянулись. Они все волосатые и дебильные. У них порочные и пороховажные лица. Рябчик истинный маньяк. Он обожает грабить и насиловать женщин у дороги. Этот грубый тип рослый и мерзкий. У него заметно порванный лик, - глаза разные по размеру, золотистого цвета, нос как битая картофелина, а витой рот со шрамом. Этот старый хрен, как говорят, поедает языки младенцев. У него за поясом находился обрез и шпага.

Тату внешне походит на бочку с порохом. Он обладает взрывным характером и часто бесится из-за своей уродливой внешности. Тату на своей круглой загорелой голове носит белые до пояса волосы. У него от рождения глупое и просто омерзительное лицо, - глаза тёмные узкие, нос витой, а губы навыкате. Он чем-то похож на примата. На нём завсегда висят рваные трофейные меха. Тату носит за поясом оголённую, блестящую, отменную шашку. Он недавно порешил своего дружка Бычье вымя, с которым не поделил путану. Его буйный сородич схватился за кинжал первым и живо замахал руками. Этот тип слыл рослым, но жилистый. Он славился своей овальной лысой головой. Его плоское лицо, словно долго лежало под большим камнем. Но на самом деле его как-то крепко били досками по лицу. Тату в горячей расправе умело применил шашку и заколол Бычье вымя, а теперь любовался на то, как его командир забавляется у дороги.

Дикарь Свирепый невысокий и стройный. У него даже весьма себе миловидное лицо, - глаза узкие синие, нос плоский, а губы полные. На нём нелепо сидели большие доспехи, снятые с поверженного воина. Свирепый, несмотря на проколы и кровь, всё примерил и носил. Он славится своими пытками, но мучит, как правило, слабых и лишь раненых рыцарей. Этот противный тип получает эстетическое удовольствие, глядя на муки пленников. Он полный псих и маньяк, но выдаёт себя за честного трудягу. Свирепый сейчас держал руки на ножнах и дурно ухмылялся.

Дикарь Бидон самый волосатый, а тёмно-белые локоны сваливаются прямо до пояса. У него широкое небольшое тело, руки коротки, а ноги колесом. На нём свободно висели меховые шкуры, а на поясе темнели ножны. В них таиться трофейный меч. Он на своей массивной голове тоже держал меха. Его пухлый лик чем-то похож на морду секача, - глаза круглые тёмные, нос в виде пятака, а губы тонкие. Ему придаёт грозный вид большой шрам на правой щеке. Он сейчас приторно ухмыльнулся, глядя на любовную сцену и слегка замаялся.

Веял тонкий ветерок. Лысый Псих усилил натиск. Он, чуть склонившись, облюбовал губами большую грудь милашки, но вновь выпрямил спину. Он вновь полез грубо целовать губы невинной девушки. Лизи изводилась. Она вся зажалась и заметно натужила жилы, а недовольные глаза прищурила. У неё по телу побежал неприятный холодок. Она задёргала ногами, но все попытки освободиться оказались тщетными.