Битая колея

Воздух сотряс тихий скрип дубовой двери. По каменному настилу быстро мелькнула тень, которая облюбовала кровать, где лежала Ника. Силина Айваго плавно присела на мягкую меховую шкуру и мило глянула на младшую сестру. Ей самой уже давно не спалось. Силина выглядела прекрасно. Её пышные тёмно-золотистые волосы свисали до мощных развитых плеч, а лицо округлое приятное белело. У неё все черты симметричные, - глаза выразительные как кристально чистый родник, нос тонкий и чуть острый, губы полные бантиком с алым блеском, а подбородок ровный прямо шедевр искусства. Она чуть повела своей прямой тонкой, но крепкой шеей. Силина выглядела прямо как известная актриса. У неё на стройном теле сидели ладные лёгкие кожаные доспехи, где есть довольно большой сексуальный разрез, и где богато открыты пылкие наливные «яблочки». Её низ опоясывала кожаная юбка со стрелками и вырезами, а ноги стройные и гладкие украшали крепкие и кожаные сапоги. На поясе в ножнах таился серебристый острый меч.

Силина Айваго чуть оправила руками свои шикарные распущенные волосы и невольно в сторону отдёрнула чёлку. У неё на голове сразу блеснул золотой обруч-корона, а в глазах показался огонёк. Она слегка улыбнулась. Её лишь на миг обожгли мысли. «Ника спит или дремлет. Я сказала ей подниматься. У нас важное дело. А она всё ещё лежит. Ника спит, как сурок. Она прекрасна. Но некогда пока заниматься красотой и собой. А ещё спать по десять и по пятнадцать часов некогда и вино пить хватит. Уже погуляли. Ника говорила о своей свадьбе на рыцаре. Как его зовут?… Пока не важно. Свадьба подождёт. Мы веселились отменно. Но вновь пришло время защищать наше королевство и наш замок «Быстрого орла». Нависла вновь угроз. А Ника дремлет, как младенец. Мне бы её спокойствие. Откуда она его берёт? Наверное, от короля унаследовала. А я тоже. Я дочь короля. У меня на голове корона. Нам нужно действовать. Ведьма что-то замышляет. Надо разбудить её сейчас. Что за беспечность?…», — подумала она. Силина прищурила глаза и слегка потянула губы. Она, глядя на сонную сестру, вытянула правую руку, чтобы прикоснуться к развитому плечу Ники. Силина слегка облюбовала своей ладонью розовую щеку сонной милашки.

— Ника проснись. Хватит спать, соня. Поднимайся, давай. Ты что? Ты не слушаешь королеву? — сказала Силина.

— Что? Я здесь. Кто здесь? Где я? Я упала…, — ответила Ника.

— Ника. Просыпайся, давай. Ты что? Головой ударилась. Откуда ты упала?…, - недоумевала королевна, - Ты же на кровати лежишь, — добавила Силина.

Ника проснулась и чуть приподнялась на локотках. Она широко открыла свои сонные глаза и посмотрела прямо на знакомое лицо Силины. Ника всё же опешила. Она недоумевала. Её сознание помутилось. Она сейчас напоминала мышонка, который спасся, выпрыгнув из пасти кошки. Ника задумалась. Её мысли круто путались. «Где я нахожусь? Ничего не понимаю. Как такое возможно?… Я нахожусь в каких-то каменных стенах. Что происходит? Я же только что была на шоу «Гладиатор» и билась там с этим здоровяком Вовой. Фамилия его Трубинин что ли? Не важно. Он мне врезал своей битой пневматической. Я зазевалась и пропустила удар. Блин как так? Я видела на его месте жуткого орка. А он меня дразнил… Как такое возможно? Что за нафиг? Во рту пересохло. Что на мне надето? Я что в рыцарей играю. Ничего не понимаю. Где все? Где мой соперник? Где режиссёр? Тут только она. Силина что ли? Это же Силина. Она моя сестра. Но откуда я её знаю? Я знаю её потому, что уже с ней встречалась. Она похожа как две капли воды на ту актрису. Она красивая. Но как я тут оказалась? Мурашки по коже. Всё по-настоящему. Я что в замке и передо мной королевна Силина. Вот это да. Но как так?…», — подумала она. Ника сразу выпрямила гибкую спину. Ника посмотрела прямо на сестру Силину, а свои пытливые выразительные глаза широко открыла. Силина по виде недоумевала. У неё на голове сияла корона, на которой чудно мостились дорогие алмазы.

— Ника проснись. Ты что кошмар увидела. Тебе что-то жуткое приснилось. У тебя лицо бледное. Вот выпей-ка вина. И хватит валяться на кровати. Поднимайся уже. Нам нужно по делам, — сказала Силина.

— Вина…

Силина ловко взяла в руки дубовую чарку, наполненную красным вином, и подала младшей сестре. Ника глотнула сладкого напитка и слегка освежилась. Она недоумевала и сейчас напоминала маленькую лошадку, которая отстала от своего стада.

— Вино вкусное. Да. Я на кровати. Погоди, как на кровати? Я же… Должна быть на шоу, — сонно сказала Ника.

— Что? Какое такое шоу? Ника просыпайся уже. Нам нужно собраться с силами и духом. Ведьма что-то замышляет вновь, — важно сказала Силина.

— Ведьма?

— Ника хватит валять дурака. Ведьма Мюри Пелла и её приспешник чернокнижник Джордано Дуглас. Они вновь куют силы против нас, — добавила Силина.

— Да. Они. Я же их знаю…

— Вот начинаю тебя узнавать. А то ты как с луны свалилась.

— Я не свалилась с луны. Меня ударили пневматической битой по голове. Один дуралей такой мускулистый.

— Что ещё? Как тебя ударили? По голове…, - недоумевала Силина, - Кто? Ведь ты же спала и никуда не ходила? Когда тебя ударили?

— Ээээээээ…

— Ника хватит дурью маяться. Тебя ударили во сне?

— Видимо, да.

— Так. Вставай уже. Вон там бочка с водой. Умой лицо и обсудим дело. Ведьма похищает девственниц. А мы знаем, куда она сегодня нагрянет. В одно отдалённое от замка место. Аббатство «Лунная заводь». Тебе о чём-нибудь говорит? — рассудительно сказала Силина.

— Я не слышала…

— Теперь знаешь? Но это ещё полбеды. Ведьма нас опережает всё время на полшага. Даже на шаг. А мы как дураки…, - решила Силина, - Она готовиться к чему-то серьёзному. Типа ритуала или обряда. Я точно не знаю, зачем ей это. Но она готовиться к нему. Она похищает молодых девушек. Знаешь, уже сколько похитила. Около ста. Может, меньше…, — рассудительно сказала Силина.

— Вот как?

— Ника проснись уже. Соня, ты блин.

— Да. Я проснулась уже, — ответила Ника, глотнув немного вина.

— Да. Соберись Ника. Ты верхом сейчас поскачешь в это аббатство. Возьмёшь рыцарей…, - важно решила Силина, - Своего ненаглядного Оскара. Он в замке. Ты помешаешь ей ведьме похитить девушек. Ей зачем-то нужна их девственная чистая кровь.

— Кровь девушек?

— Да. Погоди же. А ты куда собралась? Разве ты не с нами?

— Ты что ничего не знаешь? Мы же уже говорил об этом. Совсем поехала крыша, — сурово сказал Силина.

— Да ещё не поехала.

— После твоего февральского боя. Возле замка. С этим дикарём с острова «Угнетённой скалы». Как его там зовут? Горюнг «Суровый дикарь». Он тебе повредил огненный меч. Он ударил с плеча своим тяжёлым топором-фентези. И ранил тогда тебя. У тебя есть рана на левом предплечье. Смотри, вот твоя рана. Сечка широкая, — сказала Силина.

Ника, сидя на кровати, чутко глянула на свою левую руку. Она, натужив жилы, слегка ощутила лёгкую боль. У неё на руке на самом деле виднелась рана. Эта сечка немного жглась, но всё же уже заметно зажила. Ника задумалась. Её обожгли мысли. «У меня рана на руке. Вот же блин. Я билась с каким-то дикарём. Я помню своё путешествие к горе предков. Но этот бой выпал из воспоминаний. Кто он такой этот Горюнг «Суровый дикарь»? Когда я с ним билась? Ничего не помню. А кто победил? И где меч огненный, которым я владела? Всё как в тумане. Я как тут вновь оказалась? Просто отпад. Я же была на шоу «Гладиатор». А тут Силина. А я вновь в замке. Я от сестры слышу про ведьму. Эта стерва вновь что-то мутит против нас. Уму непостижимо. Как такое возможно? Мне же не кажется ничего? Я здесь… Меня зовут Ника Айваго. А не Мира Мишина. Блин. Надо время, чтобы всё переварить. Но как это возможно. Вот же блин…», — подумала она. Ника свободно вздохнула и чутко смотрела на лицо сестры. Силина отвечала взаимностью. Она широко открыла глаза и слегка улыбнулась.

— Ника…, - важно начала Силина, - Наш огненный меч повреждён. Дикарь сильно ударил своим залихватским топором по мечу. Во все стороны тогда летели искры. И он… Как бы это сказать? Огненный меч утратил наполовину божественную силу. Его лезвие уже не опасно для ведьмы и чернокнижника. Если так можно сказать. Меч метает молнии. Но это уже не та сила…, - задумалась Силина, - Его нужно показать одному кузнецу. Волшебница Эра шепнула нам, к кому надо обратиться, чтобы этот меч починил. Это кузнец. У него золотые руки. Его зовут Дарий «Божий Луг». Он живёт на острове «Ясен Май». Уж не знаю, на сколько он умелец. Но туда надо отправиться уже сегодня. Но путь опасный. Он лежит через дикие земли острова «Рваного утёса», «Острого клыка» и «Чёрной впадины». А ещё нужно переплыть на шхуне море Дьявола. Эти воды кишат пиратами. На всё про всё уйдёт время. Значит, что…, — замысловато сказала Силина.

— Значит, что…, — повторила Ника.

— Хиихихиии…, - мило засмеялась Силина, - Ника глупышка. Мы должны разделиться. Ты должна устроить охоту на ведьму. И не позволить ей совершить ритуал или обряд. Я не знаю, что она там задумала? Ты должна помешать ей, завладеть кровью девственниц. Мюри похищает молодых девушек. Она питается их кровью. Или что-то ещё…, - рассудила Силина, - Ты должна это выяснить. А я отправлюсь в этот далёкий и опасный путь. Я возьму огненный меч и буду его оберегать по пути. Со мной будут верные рыцари. Мы должны поспеть в срок. Кузнец сделает меч. И тогда ведьма не сможет нас свергнуть. А пока у неё всё получается. Но она не знает, что меч сильно повреждён. Ты теперь въехала…, — важно добавила Силина.

— Думаю, что да. Но…, - задумалась Ника.

— Что ещё?

— Расскажи мне, как было? Как я билась с этим дикарём? Как его? Ты сказала, что он с острова «Угрюмая скала»?

— Хиихихии…, - улыбнулась Силина, - Остров «Угнетённой скалы». Горюнг Суровый дикарь. Он сам бросил нам вызов, — ответила Силина.

— Сам?

— Да. Но без ведьмы здесь не обошлось. Она позвала его или призвала. И он сам прибыл к замку.

— Когда?

— Ника… Ты реально не помнишь? Ты же сама с ними билась.

— И я победила?

— Хиихихиии… Ника ты меня пугаешь?

— Расскажи, как было? Я, правда, забыла. Вылетело из головы. Сама не знаю как? Но вылетело.

— Это же было несколько дней назад. Как ты можешь не помнить такой яростный бой, в котором ты держала в руках огненный меч. Ты должна об этом помнить. Хватит дурку валять.

— Силина. Расскажи быстро. Я хочу услышать, как всё было, - решила Ника.

— Ты серьёзно?

— Да. На меня что-то нашло. Блин, я сама не помню. Сама не знаю, как такое может быть? Расскажи мне, кто он такой? И как всё было? — настояла Ника.

— Ладно. Я тебе расскажу вкратце, как всё было. Вот слушай…, — заявила Силина. Она тут же начала свой рассказ, — Тогда лил дождь. Это случилось как полмесяца после великой битвы у замка «Быстрый орёл». Когда мы в одну калитку разбили войско ведьмы и чернокнижника.

Ника, сидя на кровати, широко округлила глаза и чутко слушала сестру. Она по своему обыкновению чуть приоткрыла свой милый ротик. Силина же продолжала свой рассказ.

- Небо томилось в позднем вечернем сумраке. Лил небольшой дождь. Наш дозор сообщил о приближении незнакомцев, а мы вышли их встретить. Мы зажгли факелы. Рыцари построились для атаки. Этот Горюнг «Суровый дикарь» восседал на троне, который несли его верный слуги. Этот трон большой, дубовый и заметно окровавленный. На нём высечены морды разных зверей, которые жутко показывают свой оскал. И, кажется, что их глаза светятся. Этот хрен Горюнг Суровый, как я сказала, восседал на троне. Он поедал жареное мясо с кровью. Прямо ел жадно, выплёвывая изо рта косточки. Он рослый, широкий и упитанный. Горюнг чем-то похож на башню замка. Его покрывали шкуры зверей, на которых он явно охотился. У него морда грубая и вся в шрамах, где есть даже свежие сечки, - глаза безумные тёмно-розовые, нос как пятак, губы широкие, а изо рта прямо виднелись желтоватые клыки. Но его омерзительную морду особо не рассмотришь, потому что с овальной головы свисали лохмотьями густые седые длинные соломенные волосы. У него всё же виднелись и густые усы, и борода. Горюнг в руках держал большой широкий топор с прямо блестящим лезвием. Его слуги дикари, держа трон навесу, остановились. Он тогда поднялся на ноги и сошёл на луг. Горюнг показал свой рост и походит прямо на великана. Он около трёх метров ростом. Он сразу заявил своим противным басом, что хочет сразиться с Никой и её огненным мечом…, — произнесла Силина.

— Да. А что было дальше? — спросила Ника.

— Дальше. Ты стала с ним сражаться…

Лил небольшой дождь. Ночной сумрак озаряли факелы. Ника Айваго, держа в руках огненный меч, вышла из-за спины рыцарей. Они посторонились и образовали полукруг. Все высоко держали факелы, а огонь чудно мерцал. Воительница ловко приподняла великий меч, а гладкая острая сталь сразу неподдельно блеснула своей зеркальностью. В ней чудно отразилась вся реальность. Ника дышала ровно, хотя пульс участился в несколько раз. На ней плотно держались лёгкие кожаные доспехи, а низ опоясывала кожаная юбка с вырезами и стрелками, где вдобавок блестели небольшие стальные шипы. На ногах темнели плотные высокие сапоги. Ника уже заплела свои русые длинные волосы в большую косу, на кончике которой сиял стальной шип. Её упругая пылкая сексуальная грудь оказалась лишь слегка приоткрыта. Ника легко вздохнула, ощущая в себе уверенность и великую силу огненного меча. Этот стальной «тамерлан» слегка блеснул, а по гладкому лезвию понеслись тонкие разряды. Ника уже смотрела прямо на своего жуткого, волосатого, сильного врага.

Горюнг Суровый выжидал, как хищный зверь. Он дышал ровно, а в мощных руках крепко сжал большой топор, который уже много раз окропился кровью. Горюнг держал под своей властью весь остров «Угнетённой скалы». Он лично так назвал эти земли, а раньше остров назывался «Приют Надежды», где проживали мирные сельчане и торговцы. Он напал на остров со своим большим отрядом и сжёг дотла многие деревни. Сотни людей, кто оказал сопротивление, оказались свергнуты и сурово казнены. Варвар Горюнг «Суровый дикарь» слывёт редким палачом. Он в тот день обезглавил больше ста сельчан, которые взялись за орудие. Из них немногим удалось избежать кары, которую уготовил им редкий безбожник и каторжник. Горюнг «Суровый», как известно, сбежал с каменоломни, где отбывал свой долгий срок. Он поднял бунт и жёстко острым камнем сверг главного надзирателя Томаса Урирора. Этот долговязый тип нещадно полосовал спины тюремщиков своей жуткой плетью, а многие каторжане просто страшно вопили от невероятной боли.

Томас слыл рослым и упитанным. У него значилось грубое лицо, - глаза узкие тёмные, нос долгий с большими ноздрями, на правой щеке от былых сражений знаменовался широкий шрам, а губы полные и навыкате всегда пухли. Дикарь Горюнг «Суровый», порвав цепи, со всей силы метнул острый камень, который миновал по воздуху около ста тридцати метров и прямо угодил в голову военачальника тюремной шахты Томаса Урирора. Этого видного надзирателя сразу сразило наповал. Его «тыква» треснула по основанию, плоское лицо смачно залилось кровь, а мозги напрочь вылетели в сторону. Томас грузно упал на каменистый скат. Его бренное тело покатилось как бревно в лощину уже замертво.

Помощник Харли Рогди тогда натерпелся. Он находился рядом с военачальником. Этот стройный и злопамятный стражник весь окропился кровью. Ему прямо в плоское лицо от сражённого приятеля прилетели густые струи. Харли побежал, как шальной. Его явно неумное лицо непомерно покраснело, а зеленоватые глаза округлились. Он тяжело задышал, карабкаясь по камням. Но его марафон продолжался недолго. Дикарь Горюнг «Суровый» взялся за копьё, которое отобрал у сверженного подтянутого охранника Дилана Фуки. Бедолага сразу скончался. Горюнг проломил тому щекастое лицо булыжником, а заодно прямо неимоверно вдавил в плоть и пригубил зверски капрала. Дилан грузно упал на каменистую землю, а жуткий громила до основания проломил ему грудную клетку. Этот верзила просто прыгнул на развитое тело, а плоть охранника сильно промялась. Он вдобавок проткнул стражника копьём и сразу широко шагнул по каменистому скату. Он, приметив Харли Рогди, тут же рассчитал траекторию полёта и резко метнул орудие, которое гулко засвистело по воздуху и ещё закрутилось по основанию. Копьё быстро миновало около ста пятидесяти восьми метров. Харли сразу вздрогнул. Он, широко махнув развитыми руками, истошно закричал. Его плоть пронзило насквозь стальным острым копьём. Харли выказал гримасу боли, - глаза округлил где-то на лбу, а изо рта напустил много крови. Он, ещё тяжело шагнув, грузно упал на каменистый пригорок, где всё быстро затекло кровью.

Дикарь Горюнг Суровый громко и сурово закричал и убежал с каменоломни. Он затем кроваво захватил остров «Приют Надежды», где стал свободно властвовать и распоряжаться. На него сразу обрушились рыцари под орденом «Каменный город». Но он умело тех разбил на группы и лично казнил около тридцати воинов. Вечером дикари широко отпраздновали победу. Они резвились не на шутку. Эти изверги заживо сварили в котле рослого капитана Йорка Бисера.

В долгую ночь битвы Горюнг «Суровый» стоял на пустыре. Он буйно смотрел на Нику Айваго, которая крепко держала в руках чудо огненный меч. Этот верзила сразу буйно зашипел и натужил все свои мощные жилы. Он уже принял волю ведьмы Мюри Пеллы, которая совсем недавно навестила его проклятые земли. Она вместе с ним уже поделила остров - королевство «Быстрого орла». Мюри отдала заранее треть земли Горюнгу «Суровому». Этот редкий каторжник думал недолго и быстро решил с походом.

Горюнг, теперь находясь на святой земле, грезил быстрой атакой и лёгкой победой. Он кинулся вперёд, как бешеный секач в лунной ночи. Его большой лезвие топора на длинной рукояти тонко блеснуло в сумраке, но ярко озарённом факелами. Воительница Ника Айваго не дрогнула и умело махнула огненным мечом. Её «тамерлан» выдал искру, а мощная яркая дуга в виде молнии ударила прямо в соперника. Буйный оковалок Горюнг оказался ловким и умело применил свой топор. Он резко отвёл в сторону заряд, который сразу ударил в землю, где мигом прогремел гром. Высоко подлетели широкие, рваные кочки.

Горюнг Суровый же, миновав несколько метров, махнул топором и грезил разрубить Нику напополам. Но воительница не стояла, как столб на месте. Она ловко прыгнула в сторону и умело кувырнулась, крепко держа в руках огненный меч. Дикарь опростоволосился. Он лишь воздух сотряс. Его топор вспахал землю, а в сторону отлетело несколько кочек. Горюнг Суровый не сразу развернулся и потерял из виду ловкую Нику. Она же махнула смело мечом, который вновь выдал крепкий разряд тока, а мощная яркая дуга ударила точно по мохнатой спине великана. Горюнг резко вздрогнул, ощутив острую жаркую боль. Его мощное тело пронзили разряды, а вся плоть широко покрылась ожогами и кровавыми сечками. На нём все меха слегка порвались и загорелись. Его грубый лик выказал омерзительную гримасу, - глаза буйные алые полезли на лоб, а из носа потекла кровь. Горюнг «Суровый» отлетел на несколько метров в сторону и завалился на луг как бревно.

— АААААААА… ААА, — громко и несусветно закричал он.

Дикарь Горюнг, собравшись с силами, широко шагнул вперёд и резко махнул руками. Его шкуры на теле сильно загорелись, языки пламени чудно затанцевали, а дымок потянулся ввысь едкий и примитивный. Горюнг «Суровый» всё же сдержал неимоверную боль и резко развернулся. Он вновь бросился вперёд, как бешеный козёл. Он вновь приготовил свои острые рога. У него на голове красовалась стальная каска с рогами дикого зверя, откуда заметно торчали соломенные седые заметно оплавленные волосы. Горюнг вновь выказал жуткая морда. Его буйные большие несусветные глаза вылезли прямо из орбит. Он смотрел прямо на воительницу. Горюнг живо и широко замахал своим топором, а воздух гулко засвистел.

Ника Айваго чуть попятилась и приняла близкий бой. На небольшом пятаке гулко зазвенела сталь. В сторону посыпались яркие искры. Ника крепко сжала руками своё орудие. Она, отражая долгие атаки, попятилась. Её стройные ноги заметно увязали в сырости. Лицо замокло от наседавшей мороси, а в глазах слегка зарябило.

Горюнг «Суровый» давил неимоверно. На нём уже потух огонь, но едкий дым тянулся широко, что пахло дурно и противно. Дикарь резко махнул своим жутким, острым топором сверху вниз, а широкое лезвие того плотно прижалось к огненному мечу, который крепко держала двумя руками воительница. На пустыре гулко заскрипел металл, а в стороны посыпались яркие искры. Ника заметно увязла в сырой почве, но удар держала. Но безумная и сильная струя искр ударила её резко в правую щеку, где сразу сурово обожгло кожу. Ника громко закричала. Она стерпела неимоверную боль, но тут же дала лёгкую слабину. Дикарь Горюнг «Суровый» же надавил сильно. Его топор мощно вонзился прямо в рукоять меча, который всё же дрогнул. У него покривилась золотистая защитная душка, а на стальной глади огненного меча мигом образовалась небольшая трещина. Ника же вновь вздрогнул и ощутила жгучую боль. Мощный топор великана коснулся её левого предплечья, где сразу появилась широкая болевая сечка. Из плоти девушки брызнула кровь.

— ААААААА… ААА…, — громко закричала Ника.

Морось не утихала. Воительница на миг утратила хватку и чуть присела, согнув левое колено. У неё теперь всё тело жутко томила и пронизывала щемящая боль, а в глазах рябило от влаги. Дикарь Горюнг «Суровый» воспользовался заминкой и пустил в ход свою тяжёлую ногу. Он ударил правой ступнёй Нику по корпусу. Сексуальная воительница сильно вздрогнула, но хватку не утеряла. Её всё же сильно тряхнуло. Ника утратила связь с почвой. Её мигом подбросило и унесло в невесомость. Она тяжело отлетела в сторону на пять метров и прямо зависла в воздухе. Ника сразу грузно упала на спину. Она широко распластала руки, но огненный меч крепко держала за искривлённую рукоять. У девушки круто зарябило в глазах.

Сестра Силина Айваго, глядя на бой, недоумевала. Её храброе сердце сжалось в груди. Она взялась за арбалет и чутко глянула на рыцарей. Они все жаждали вступить в бой, но Силина стерпела и помотала головой. Рыцари сразу отступили.

Морось наседала. Горюнг «Суровый» стремительно бросился вперёд, чтобы добить соперницу. Он крепко сжал своими руками топор и грузно опустил. Ника Айваго умело перевернулась, уйдя в сторону от удара, а орудие дикаря глубоко погрязло в сырости. Он сурово и резко вывернул тем несколько широких кочек. Этот верзила выказал омерзительную рожу, - глаза буйные округлил, а свою клыкастую пасть широко открыл.

— ААААААА… ААА…, — громко и разительно закричал он.

Горюнг «Суровый дикарь» вновь махнул широко топором, а стальное острое блестящее лезвие вновь поглотилось сырой почвой. Ника Айваго умело перевернулась и резко вернулась на то же место. Она сразу же применила огненный меч. Ника ударила тонко, но метко, словно рапирой кольнула. Дикарь Горюнг ошалел, получив яркий разряд прямо в буйную морду. Его мигом ослепило. Он, вытащив свой топор из дерна, попятился и живо и нервно замотал головой.

— АААААА… ААА, — громко закричал он.

Воительница Ника Айваго живо поднялась на ноги. Она вновь крепко сжала в руках огненный меч и бегло глянула на досадную тонкую трещину и кривую душку. Но она не растерялась. Ника округлила ледяные глаза и дышала ровно. Она широко расставила стройные ноги. Её пылкая сексуальная небольшая грудь заметно оголилась. Ника теперь выжидала, как истинна рысь на охоте. Дикарь Горюнг ошалел. Его лик сильно обгорел, - глаза оплыли, на щеках прямо набухали водяные пузыри и кипели желваки, вся кожа и борода стремительно плавилась, а местами прямо показались багряные жилы. У этого верзилы напрочь слипся правый глаз. Его теперь томила жуткая боль. Он всё же высоко поднял топор над головой, которая уже полностью горела. Её плоть объяли суровые и яркие языки пламени, а дым тянулся ввысь чёрный и едкий.

— ААААААА… АААА, — буйно заорал дикарь.

Морось чуть ослабла. Горюнг «Суровый» вновь бросился в атаку, как бешеный раненый секач. Его испепеляла боль, но он нашёл силы для атаки. Ника Айваго умело уклонилась в сторону и применила огненный меч, а зеркальное острое лезвие смачно прокатилось по брюху великана. У «демона» резко дрогнула вся защита и прямо широко разъехалась, а из плоти полилась густо порочная тёмно-багряная кровь. Его битые и слегка варёные кишки живо посыпались на сырую траву. Дикарь ощутил жуткую боль. Его мощные руки ощутимо затряслись, держа тяжёлый топор.