Меч предков

Акила Волок

Меч предков

Глава первая

Небо сумрачное сливалось воедино в один лиловый ковёр. Вдали над горизонтом растягивались туманные облака. Местами просматривались неясные звёздочки. Веял лёгкий, прохладный ветерок. Повсюду порошили малозаметные снежинки. Москва сияла замысловатыми огнями. По всей округе воздух сотрясал лёгкий гул. Возле небольшого фонтана белела площадка. На ней мелькали фигуры, где одна странная парочка вела себя явно некультурно и вульгарно. Они махали руками и громко произносили отборные бранные слова.

Кинотеатр «Синима», рекламируя на стеклянных стенах яркие броские афиши, принимал гостей, а парадный вход в виде двери-карусели не закрывался. Из холла доносились бойкие мелодии. Прыгунья в воду с вышки Мира Мишина, сидя на розовом мотороллере, умело держалась за руль и чуть поддала оборотов. У неё под баком гладко загудел мотор, а на спидометре стрелка уже шагнула чуть за пятьдесят километров в час. Ей в лицо резко свистел ветер, но Мира, обожая морозную езду, веселилась не на шутку, и сейчас походила на истинную валькирию. Её чудную голову скрывала бордовая слегка обледеневшая каска. Мира умело вела свой болид и смотрела прямо. Она округлила свои лазурные диковатые глаза. Она, уже подъезжая к кинотеатру, умело пошла на вираж. Её округлые щёки слегка облюбовал иней, но девушка не замечала холода. Она выправила руль и на ходу приметила знакомые фигуры. Мира сразу сбавила обороты и ловко подкатила прямо к девушкам. Алёна Кедрина и Анна Конюшкина даже чуть вздрогнули, когда гонщица просигналила. Они обступили мотороллер с двух сторон и выказали лёгкое удивление. Алёна внешне напоминает малое дитя на известной шоколадке, а Анна похожа на девушку с аленьким цветочком. Она как будто сбежала от чудища из народной сказки.

Москва сияла замысловатыми огнями, которые слегка переливались и манили за собой. Веял лёгкий февральский ветерок. Воздух сотрясал привычный гул. Кинотеатр «Синима» зазывал гостей. На парадной стене озарялись рекламные афиши. Это довольно высокое каменное с большими стеклянными сводами здание выглядело приветливо, а горожане тянулись к фонтану, где таилось по соседству настоящее и важное искусство. В просторном зале кинотеатра резко погасли потолочные лампы, софиты и прожектора. Гул зрителей тут же стал угасать. На огромном матовом экране потянулись слайды, на котором красовалась яркая реклама. Все ролики пестрили красками. Девчата Мира, Алёна и Анна, заняв места порядку рядов, бегло переглянулись и уже запаслись картонными вёдрами, где с горкой лежал хрустящий попкорн. У них под рукой скопились баночки ягодных, шипучих коктейлей. Мира, выпив пару глотков «саке», сразу опробовала солёный попкорн. Она округлила глаза и смотрела прямо на экран. Её храброе сердце билось трепетно, а гордость за себя не спадала. Её мысли путались. «Просто круто. Я сижу в кинотеатре. А сейчас начнётся фильм. Вижу. Огненный путь. Тот фильм, в котором я снималась. Девчонки хихикают надо мной. Ну, и пёс с ними. Пускай смотрят. А мне надо отойти по маленькому делу. Вот же пристало. Как так… Я реально хочу в туалет. Вот же блин. Я слишком рано приложилась к коктейлю. Полбанки уже отпила. Теперь надо сходить быстро. Но быстро не выйдет. У меня получится. Одна нога там, а другая нога здесь. Я же крутая. Девчонки всё хихикают. Вот же дуры. Мне реально надо выйти…», — подумала она. Мира бегло осмотрелась по сторонам. Алёна и Анна слегка дурачились и искусно кушали попкорн. На один ряд впереди восседал наголо бритый Коля Вахрунин. Он походит на бочонок с пивным напитком, которые иногда стоят на прилавке магазинов. Он не таил своё пучеглазое, порочное и гладко выбритое лицо. Он, казалось, сладко поцеловал Катю Буренину, которая восседала по соседству. Она не в меру упитанная. У неё тело плюс-сайз, голова округлая с короткой причёской, а лицо как мордочка глупого утёнка, - глаза зелёные и навыкате, нос в виде пипетки, а губы пухлые и навыкате. Эти голубки вновь поцеловались в губы. Коля, казалось, заметил, что Мира нагло и вызывающе смотрит на них. Он сразу округлил свои большие глаза и покривил губы, а затем ещё добавил страсти, словно любитель мексиканских сериалов.

Мира, терпя нужду, невольно заглотила небольшую слюнку. Она немного приоткрыла рот и тут же отвернулась. Чемпионка чутко посмотрела на группу юных девушек, которые мило хихикали и быстро поедали попкорн. Мира сразу заметила впереди рослого мужчину Алика Романова, который невольно заслонял своей овальной головой вид на экран. На этом же ряду явно нервничала сексуальная малышка Вероника Гурина. Она быстро жевала жвачку во рту. Её короткие волосы окрашенные в алый и зелёный цвет прямо сияли, а на ушах блестело множество серебристых серёжек. Она порой показывала свой проколотый язык. Вероника вновь охотно показала серебристую серьгу, незаметно дразня рослого и видного бойфренда Алика Воронова. Она вновь потянулась чуть в сторону, чтобы увидеть экран вовсю ширь.

Мира округлила глаза и слегка закусила губу. Она уже смотрела прямо на упитанного дядьку Гену Орлова. Этот тип прямо походит на быка. Он коренастый и упитанный. У него округлая голова, упитанная шеи где-то терялась, а пухлое и медное лицо выглядело буйно, - глаза небольшие шальные и тёмные смотрели высоко, нос в виде пятака краснел, а пухлые и улыбчивые губы значимо твердели. Гена жевал попкорн, как горный бычок траву. Он невольно, но чутко глянул на Миру. Она даже слегка смутилась. Ей вдруг показалось, что на неё смотрит орк, которого ей довелось недавно повстречать в фильме. У того значился зелёный, пёстрый ирокез. В ушах и в носу блестели кольца, а витой рот украшал большой шрам, который тянулся от уголка нижней губы и по всей правой щеке со значимыми швами. У него прямо заметно выпирала из челюсти желтоватые клыки. На оголённом теле сидели битые доспехи, которые орк у кого-то отобрал силой. Он держал в руках блестящий меч и трезубец.

Мира опешила. На неё уже реально и прямо буйно смотрел настоящий орк Бурый Кук. Он выказал свой длинный язык, как жало и стал умело дразниться. Мира резко закрыла глаза и отвернулась. Она, выждав пару мгновений, вновь глянула на Гену Орлова, который просто смотрел на экран. Он держал в руках бутылку пивного напитка и большое ведро с попкорном. Гена вновь смешно зажевал во рту своё угощение. Он вновь бегло глянул на лицо Миры и слегка ухмыльнулся. Мира тут же отвернулась и невольно заглотила слюнку. Она быстро выпила немного клубничного коктейля. Её рассудок чуть помутился. «Что за ерунда? Какого лешего? Я видела орка. Безумного орка. В лице того мужика. Но он же был как настоящий. И он смотрел на меня, как настоящий. У меня глюки. Кажется, мне надо освежиться. Мне надо по нужде в туалет. Зачем я так много выпила. Девчонки хихикают всё. Они здесь. Всё нормально. Но я видела орка. Блин. У меня же всё нормально с головой. Мне надо выйти. Девчонки меня пропустят. Они здесь. Пропущу начало фильма. Но фиг с ним. Посмотрю дома на записи. У меня дома домашний кинотеатр…», — подумала она. Мира глубоко выдохнула и чутко глянула на своих приятельниц. Она широко открыла глаза и чуть приоткрыла рот. У неё по телу быстро побежал холодок. Возле неё восседали приятельницы. Они, глядя на экран, уже весьма вульгарно хихикали. На них находилась средневековая одежда. Эти пигалицы опробовали попкорн и выпили по глотку кока-колы из дубовых кружек. Они бегло переглянулись, как ни в чём не бывало. Мира Мишина недоумевала. «Что за фигня? Фильм только начался. А мне мерещится всё что ли? Алёна и Аня как будто вернулись только что из того давнего времени. Мне надо в уборную. И этот орк… Вернее мужик. Он на него походил. У меня всё в голове перемешалось. Мне надо в уборную по нужде. Я перестаралась с коктейлем. Что за нафиг? Глюки какие-то. Но коктейль тут не при чём. Мне надо выйти. Как так… Фильм только начался. Девчонки смотрят. А я тоже буду смотреть. Но сначала освежусь…», — подумала она. Мира легко вздохнула и, посмотрев на экран, где кипели страсти, вновь чутко пробежалась по зрительному залу. Она слегка вздрогнула и даже чуть обомлела. У неё мигом по коже прокатился незабываемый холодок. Мира даже чуть подала назад к спинке кресла, увидев в лице статной девушки Лили Романовой знакомую ведьму. Эта коварная бестия смотрела назойливо и прямо. Она не таила своё симметричное свежее белое, словно в пудре лицо, - глаза большие безумные розоватые прямо кололи, нос белел, а улыбчивые губы слегка оголяли белые клыки. Мюри красивая, но дикая. Её тёмные прямые волосы слегка развивались, как будто змейки шипели. Она богато показала свои белые большие клыки и тут же странно улыбнулась.

Мира Мишина, глядя на ведьму, просто вжалась в кресло и невольно заглотила небольшую слюнку. Ей стало не по себе. Ведьма резко взлетела ввысь и зависла над высоким матовым потолком. Она показала богато свои упругие груди, стройные ноги и ярко красные острые ногти. Мира недоумевала, борясь сама с собой. Её круто обжигали мысли. «Мама моя. Это она ведьма. Но откуда она тут взялась. Она смотрит на меня. Что происходит? Это ведьма, которая. Это просто глюки. Надо гнать их в сторону. Тут в темноте мерещиться всякое. Мне дурно немного. Блин, пристало по нужде. Надо выйти…», — подумала она. Мира заглотила небольшую слюнку. Ведьма Мюри Пелла резко понеслась вперёд и пикировала прямо в сторону Миры, которая крепко зажалась и не удержала эмоций.

— АААААААА… ААААА, — громко закричала Мира на весь зал.

Зловещая тень мигом испарилась в затемнённом пространстве. Зрители негодовали, а многие уставились на лицо Миры. Они теперь смотрели прямо и безотрывно на крикунью. Аня и Алёна недоумевали, смерив любопытным взглядом приятельницу. Они пожали плечами.

— Мира, всё нормально.

— Всё окей. Мне надо выйти. В уборную.

— Да. Иди. Мы посторожим твой попкорн.

— Хиихихиии…

Мира, сидя на кресле, заглотила небольшую слюнку. Её статное тело обуял жар. Она тяжело вздохнула и вновь увидела вместо обычных лиц зрителей дикие морды орков и вампиров, которые язвенное ухмылялись, глядя на недотрогу. Мира вновь опешила и зажалась.

Рослый орк Камень сразу показал свой рваный, зелёный язык. Его голову украшали седые и длинные волосы, а на битом пучеглазом лице оседали глубокие морщины. Этот орк выглядел как заправский старый рок музыкант.

Вампирша Камиля ловко показала свои белые клыки и искусно закрутила длинным языком. Её белое смазливое лицо улыбалось, а узкие тёмные глаза смотрели прямо и назойливо. Она плавно раскрыла руками свой плащ и показала свои упругие наливные «яблочки» с острыми розовыми сосками. Она теперь всем своим видом выражала похоть.

Носатый карлик - орк Пупка просто едко и ехидно ухмылялся. Он носит на своей лысой голове ирокез красного цвета, как настоящий модник. Орк не таил своё глупое лицо. У него навыкате дурные цвета болотных топей глаза, витой нос проколот в широких ноздрях кольцом, а губы пухлые. Орк Пупка принялся танцевать, а все нехитрые движения легко угадывались.

В зале кинотеатра десятки и даже сотни лиц вмиг превратились в зеленоватые мордочки орков и бледные клыкастые лики вампиров. Мира вновь вжалась в спинку кресла и бегло глянула на подружек, которые жгуче танцевали прямо на своих местах, высоко задирая свои старомодные платья. Их гул не умолкал.

На большом широком экране мелькали кадры фильма «Огненный путь», а мощные динамики слегка басили. Мира Мишина, глядя на это безумие, выказала гримасу лёгкого испуга. Она резко закрыла свои впечатлительные глаза руками. Её неподдельно обожгли мысли. «Это всё неправда. Это вымысел. Это мне кажется. Я хочу выйти. Давно пора. Мне надо освежиться. Мне кажется. Так и есть…», — подумала она. Мира вновь глянула на зрительный зал, на подружек, на экран и глубоко вздохнула. Зрители смотрели фильм, как и спортсменки. Они прямо приклеились к экрану, где уже кипели страстные сцены лютого боя. Мира вновь свободно выдохнула. Она ловко поднялась с кресла и живо пошла меж рядов. Девушка ловко миновала свой путь. Она прошла быстро по площадке, которая тянулась под наклоном и мигом выскочила из затемнённого зала кинотеатра.

В просторном холле наблюдалась тишина. Здесь фоном мило играло радио, на волне которого крутился трек в исполнении короля эстрады. Мира Мишина вновь выдохнула и бегло глянула на невысокую, не в меру упитанную билетёршу Зою Межакину. Она носит тёмные и зализанные назад волосы. У неё округлое лицо, - глаза большие чёрные, нос тонкий, а губы полные и багряные. Служащая кинотеатра «Синима», пристально глянув на Миру, проводила оценивающим взглядом. Мира, миновав площадку, завернула за угол и сразу прошла в просторную, светлую, женскую уборную. В этом месте над матовым потолком сияли лампы в виде шайб, которые дарили много озарения. Справа располагались три отдельные кабинки для разных нужд, а с левой стороны находилось большое зеркало во всю стену и белоснежные умывальники. В уборной все бежево-оранжевые стены прямо сияли, потому что за этим порядком таилась чудная рука холёного ответственного уборщика.

Мира, недолго думая, прошла в кабинку и закрыла дверку на замочек. Она, припустив джинсовые штаны и розовые трусики, присела на золотистый унитаз. Воздух сразу сотрясла тонкая текучая блеклая струйка, которая нырнула в мутную воду. Мира недоумевала, быстро справляя нужду. Её немного томили мысли. «Как же так? Эти мои глюки. Мне же не показалось. Эта ведьма? Она же была в фильме по сюжету. А здесь она появилась в роли той девушки и полетел прямо на меня стремглав. Она втянула руки. Я видела её острые длинные яркие когти. Она хотела меня схватить. Но она исчезла, когда я закричала и руками закрыла лицо. Она просто растворилась в воздухе. Но такого же не бывает? Но я её видела. Вот так сходила на премьеру. И что теперь? Мне надо выбираться отсюда. Я сделала свои дела. Но надо умыться. Поверить не могу. Алёна и Аня сидела в странной одежде того времени и пили свой сок из дубовых кружек. Я видела это своими глазами. Потом они дурно танцевали, как в трактире. Как бы не спятить. Но это глюки. Как ещё объяснить это самой себе? Они смотрели на меня. А потом звали к себе. А потом я отвернулась. И всё вернулось на место. На круги своя. Я же не спятила? Я здесь. Я в своём уме. Но мне порой так не кажется. И дело тут не в коктейлях. Это точно. Что-то происходит странное со мной. Надо умыться. Мне не охота возвращаться в зал. Я видела, как зрители смотрели на меня. Но это уже были не зрители. А дикие орки и жуткие создания, как в фильме. Их зеленоватые слизкие рожи. Как в кино, в котором я снималась вместе с Эмилией Кларнет. Дейнерис Таргариен во всей красе билась с ними на пару со мной. Мы махали мечами. Я это знаю. Но это там на киноплощадке. Почему я их увидела здесь? Мне показалось. Но здесь-то реальность? Здесь их не может быть. Блин, я не поехала. Надо умыться. Собраться с духом и идти в зал. Я не боюсь. Это всё глупости…», — подумала она. Мира, свободно выдохнув, сразу натянула на себя кружевные трусики и светлые джинсы. Она ловко вышла из кабинки и тут же прошла к белоснежному умывальнику. Девушка, глянув на своё личико в зеркале, замерла на месте. Она слегка улыбнулась.

— Мира не дури. Это всё самообман. Нужно идти и смотреть кино. И не надо бояться теней. Это глупости. Мать их. Глупости, — тихо произнесла Мира.

Мира ловко приподняла серебристую душку крана, откуда тут же потекла прохладная чистая вода. Струя мигом обрела напор. Мира ловко взяла воды на раскрытые ладони. Она слегка склонила гибкую спину и умыла своё чудное лицо, а бурлящие как водопад глаза прищурила. Она сразу ощутила свежесть. У неё на щеках появился румянец. Мира вздохнула свободно, но тут же насторожилась. Она чутко прислушалась, глядя на струю воды. Её обожгли мысли. «Что это за звуки, мать ети? Какого лешего? Это уже не смешно. Я что поехала что ли? Надо валить домой. Я сейчас прыгну на свой мотороллер и свалю домой. Что за звуки? Крики какие-то дикие у меня в ушах. Блин, и кони ржут. А ещё свист какой-то странный вдалеке. Кто-то громко кричит, будто ранен. Словно бой кипит где-то совсем рядом. Просто жуткий бой. Что за фигня? У меня уже голос в ушах. Какого лешего? Что такое? Но я слышу…», — подумала она.

Мира, вновь быстро умывшись прохладной водой, резко выпрямила спину и ужаснулась. Её широко открытые глаза полезли на лоб. Мира сразу безумно оторопела и слегка даже отскочила от широкого зеркала, которое висит на стене. Она невольно заглотила слюнку и замерла на месте. Мира чуть приоткрыла рот и недоумевала, потому что зеркало расплывалось чудной рябью и волнами, как на озере. Здесь уже как на широком экране кинотеатра оживала средневековая реальность.

Небо наливалось сумрачными и огненными облаками. Кругом свистел прохладный ветер. Повсюду порошили редкие, но большие снежинки. Кипел близкий бой. На отдалении возвышался каменный тёмный замок. В лобном месте широкие поля пересекали узкие дороги и тропы, а кругом бились полчища воинов разных мастей. На холмах дикие лютые крики и стоны лишь усилились. Здесь везде гулко звенела сталь уже давно окроплённых кровью мечей и щитов.

Орк великан Кила Оливый в одном лице поднял яростный ор и вой. Он около трёх метров ростом. У него зеленоватое мускулистое тело, что прямо везде видны мощные жилы. Он не таил под доспехами свой битый и резанный рельефный торс. Он мастер размахивать руками, как столбами и крушить всё своими кулаками с пудовую гирю. За трофейной битой стальной каской таилось уродливое лицо, на котором давно прижились вмятины и сечки. На макушке головной брони колыхались горелые перья. У этого буйного орка глаза большие разные по размеру цвета белка нос рваный, как и губы, а из перекошенной пасти торчат клыки. Он от ударов оказался несколько ослеплён. Его однажды смачно поливали из бочек и чанов кипячёным горючим маслом до такой степени, что на теле теперь виднелись огромные угри и язвы, которые сильно жглись. Орк Кила ещё больше раздражался, когда получал удары по старым болячкам. Он сейчас держал в руках стальную двухметровую дубину, на которой болтался мощный железный шар на цепи весом больше двадцати килограммов. Этот шар мостился острыми шипами, а всё орудие уже полностью залилось и окропилось кровью. Этот громила бесновался. Его ручищу тоже залились по локоть в багряной влаге. Он принял бой возле замка и мощно закрутил своей тяжёлой палкой, От таких ударов многие войны сразу лишились головы. Их плоть просто превращалась в лепёшку, а мозги с кровью далеко отлетали струями. В лобном месте крики ужасали.

Орк Кила Оливый прямо шагал по трупам и давил некоторых рыцарей своими слоновыми ногами. Этот верзила таким способом убил Тома Романа, который верно служил королеве Силине Айзик. Рыцарь Том внешне как скала. Он бился отчаянно. Ром искусно и умело орудовал своим длинным мечом и сразил больше ста орков. Он вовремя заслонил собою отход королевы к замку. Вместе с ним ещё несколько отважным рыцарей преградили путь лютому гиганту и его бешеным «псам». Том Роман мускулистый парень со стальными руками, где завсегда крепли округлые бицепсы. Его лик не лишён обаяния, а шрамы лишь красили. У этого героя значились выразительные светло-синие глаза, нос греческий, губы полные, а подбородок двойной. Он носил на бычьей шее амулет любимой девушки Джулии. Ром перед важным боем провёл с ней долгую ночь любви и сумел зачать дитя. Его всегда защищали мольбы этой дивной грудастой красотки и отменные доспехи, как у настоящего рыцаря. Он всегда преданно бился за щит, где выбит знак «Быстрого орла».

Капрал Том Роман с боями отступал к замку. Он, теряя своих верных людей, бился отчаянно. Но их ряды заметно порадели. Орки обступили рыцарей со всех сторон. Громила Кила Оливый важно зашагал к замку. Он вновь умело применил свою палку с шипованным стальным шаром на цепи. Этот «демон» махнул широко своей опасной булавой и сразу поразил нескольких воинов, которые мигом отлетели в сторону. У крайнего старого рыцаря Кубаши страшно расплющилась голова, а мозги с кровью отлетели далеко в сторону. Все рыцари пали на землю и были мертвы, кто попал под жуткий удар. Кругом уже лежали пригорки из трупов, а пики и стрелы заметно кривились, насыщая неживые тела. На скатах вперемежку находились и рыцари, и орки, и вампиры, и дикари, и ещё чёрт знает кто. Рыцарь и капитан в одном лице Том Роман, нехотя отступая, терял силы и своих верных воинов. На них наступали тысячи мятежных орков, таща за собой тяжёлые катапульты. Сотни лучиков занимали боевой распорядок, а их горящие стрелы тут же озаряли замок «Быстрого орла», где у самых стен также кипел жуткий бой.

Высокие трёхметровые гоблины уже обрушили свою силу на стены замка, а в сторону посыпались литые камни и вековая пыль. Его защитники терпели нужду и боль. На этом рубеже десятки рыцарей улетали в пропасть, где пропадали навсегда. Гоблины наступали и уже плотно прижались к замку, над которым крутился словно водоворот из сумрачных облаков. Эта дикая неведомая сила управлялась ведьмой.

Мюри Пелла копила силы для решающего броска. Она, наблюдая с высоты полёта над битвой, разительно хохотала. Её янтарные ледяные глаза неподдельно сияли, а белые клыки отдавали блеском. Она не замечала, как тёмный плащ с капюшоном широко развивался. Мюри лишь чутко и коварно смотрела на поле брани. Она, резко спикировав, полетела как ненормальная дура. Ведьма выказала гримасу ярости и мигом превратилась в коршуна, который вышел на охоту. Этот «демон» уже выпустил острые когти, чтобы схватить зайку.

Рыцарь Дар Губа не заметил атаки со стороны. Его атаковали назойливые бесконечные орки. Среди них выделялся Лютый Шмель. Этот сукин сын не таил свой нереально уродливый лик. Его, казалось, недавно рубили топором, а кровь текла во все стороны, но он чудом выжил. Этот орк славится своими изощрёнными пытками и зверствами над женщинами и мужчинами. У него коренастое мускулистое тело, руки развитые, а ноги колесом. На нём темнели ладные трофейные доспехи. Он держал в своих мощных руках меч бренного рыцаря. Этого бедолагу Уолта Буда уже считали пропавшим. Орк лично перегрыз тому глотку своими острыми клыками и выпил много крови, прежде чем добил. Лютый Шмель теперь жаждал новыми подвигами. Но ему уже досталось в битве с рыцарями. Его голова походила на кочан рубленой капусты, где местами не хватало плоти. Его физиономия напоминала мятое ведро, - выбитый правый глаз заливался кровью, срубленный нос кровоточил, а рваная пасть заметно оголяла клыки. Но орк улыбался и умело дразнил, как умел потенциальную жертву.

Лютый Шмель, уверенно наступая, вновь показал зеленоватый язык, но тут же лишился своего жала. Рыцарь Дар Губа всегда отличался живой реакцией. Он отменный воин и служит ордену «Святого Патрика», которым правит Яромир Железный. Дар Губа обладает грубой внешностью. Его медный лик весь очерчен ранами и сечками, - глаза узкие тёмные, нос витой, а пухлые губы. Он носит тёмные острые усы и бородку, как у короля. Дар Губа сейчас оказался точен. Он резко отрубил нахальному орку длинный язык. Этот увалень вздрогнул и поперхнулся. У него из пасти брызнула зеленоватая шипучая влага. Орк Лютый Шмель выказал больную гримасу. Его глаза полезли на лоб. Он сразу обезумел и замахнулся трофейным, окроплённым кровью мечом. Но этот душегуб большего сделать не успел. Рыцарь Дар Губа резко применил своё орудие. Он широко махнул с плеча длинным острым мечом и умело обезглавил надоедливого орка. Лютый Шмель ещё стоял на ногах, а его голова уже упала с плеч и катилась по неживым телам собратьев. У него из тела вылетела фонтаном зеленоватая жижа, но быстро утихла. Бренное тело сразу покривилось и упало плашмя.

Рыцарь Дар Губа уже вошёл во вкус. Он умело зашагал вперёд и закрутил своим острым, как бритва мечом, а порочная кровь сразу брызнула струями. На лобном месте несколько бешеных орков поплатились жизнью. Они сложили головы рядом со своим предводителем. Дар Губа действовал технично и умело. Он живо увернулся от взмаха палицы. В сторону полетели капельки крови. Рыцарь же сразу рассёк тело невысокого орка Каната. Этот слизняк лишился ног выше колен и упал на рубленые тела. Он весь затрясся. У него на уродливом лице показалась омерзительная гримаса. Его тут же добили свои же воины. Орки просто воткнули ему копьё в плоский торс. Им сразу надоело смотреть на его крики и муки. Орк Канат быстро скончался.

Буйные оковалки сразу бросились вперёд, но рыцарь Дар Губа не хотел разделить такую участь. Он умело махнул своим длинным острым мечом и поразил сразу три цели. Орк Нитка, Шило и Цокот разом упали и грузно легли на неживые тела. Эти орки лишились головы, а струи крови забрызгали в разные стороны. Рыцарь тоже пропустил удар. Его ударило острое копьё орка. Жички сильно уколол героя в правое плечо. Дар Губа буйно закричал, а меч стал тяжёл. Ему стало неловко и дурно. Рыцарь попятился, теряя кровь. Его могучее тело пленила истошная и жгучая боль.