Спасти монстра

— Мы охотимся на монстров, — с совершенно непроницаемым лицом подтвердил Эмиль, вернувшись к изучению кружки.

— Но как вы узнали, что в этом доме что-то происходит? — уточнила Тася, понимая, что воображаемая группа охотников никак не могла прочитать о ней в газете.

— Ловушки.

Эмиль подмигнул, загадочно улыбнувшись. На время в комнате воцарилась тишина. Гость допивал воду, периодически с интересом изучая кухню и давая Тасе возможность переварить произошедшее.

Монстры. Охотники. Ловушки. Конечно, в любой другой ситуации девушка бы рассмеялась и послала незваного гостя куда подальше, однако после четырех бессонных ночей и плясок теней Тася готова была поверить каждому слову Эмиля. Они охотятся за монстрами. И ее тени — явно не единичный случай.

— Много их? Монстров.

— Достаточно.

— А охотников?

Эмиль на несколько секунд замешкался, после чего глубоко вздохнул и устало потер виски. Ритуал с изгнанием теней явно вымотал мужчину, темные синяки под глазами и побледневшая кожа лица были тому подтверждением.

— Намного меньше.

— А как становятся охотниками? Для этого нужны какие-то способности? — Тася говорила почти шепотом, словно кто-то мог услышать их разговор.

— Не обязательно, — медленно произнес Эмиль, потеряв интерес к кружке. Теперь он изучал лицо Таси, словно пытался отыскать что-то, о чем знает только он. — Некоторые просто обладают большой силой воли и желанием помочь этому миру в борьбе с тьмой. Но им сложнее, чем тем, кто является охотником по своей природе.

— Что это значит?

— Есть категория людей, наделенных особыми способностями. Их называют орионами. Они сами являются частью сверхъестественного мира, а потому имеют ряд преимуществ в сравнении с обычными людьми. Им гораздо проще бороться с темными сущностями.

Голос Эмиля был мягким, убаюкивающим, но то, о чем он говорил, бодрило не хуже чашечки двойного эспрессо. Тася с открытым от удивления ртом слушала то, о чем раньше и не подозревала, не считая информации из книг и сериалов.

— А ты? Ты… орион? — осторожно уточнила девушка, даже не зная, какой ответ устроил бы ее больше. Наверно, было бы здорово, если бы Эмиль засмеялся и сказал, что все это шутка. И не было никаких теней, никакого ритуала. И вообще ей это все приснилось. Но мужчина не засмеялся. Более того, он нахмурился, придвинувшись ближе, и заговорил так тихо, что Тасе пришлось склониться через стол, чтобы расслышать его слова.

— Я просто человек. К слову, единственный в этом доме.

— Что ты имеешь ввиду?

— То, что ты не такая, как я.

Тася зависла на несколько мгновений, после чего нервно хихикнула.

— Хочешь сказать, я охотник?

— Не путай ориона с охотником, — покачал головой Эмиль, сложив руки на груди. — Орион — это принадлежность к определенному виду. Внутренняя сущность. А охотник — профессия. Осознанный выбор деятельности. Не каждый орион становится охотником, ровно как и не каждый охотник является орионом. В любом случае, ты не относишься ни к тем, ни к другим.

— Как сложно…

— Не особо, если разобраться.

Тася устало прикрыла лицо руками. Конечно, она ему верила. Верила каждому слову того, с кем познакомилась меньше получаса назад. Верила потому, что именно этот человек прогнал теней, которые несколько ночей не давали ей спокойно спать. Тася готова была поклясться, что сошла с ума, если бы не появление Эмиля.

— Они больше не вернутся?

— Теневики? Нет. Слушай, я, конечно, рад был поболтать, — Эмиль залпом допил воду и, мельком взглянув на черные наручные часы, тяжело поднялся на ноги. — Мне нужно идти. Меня ждут с отчетом.

— Подожди! — Тася подскочила вслед за Эмилем, который уже собирался покинуть кухню. Она вдруг ощутила новый прилив паники. Только он был совсем не похож на тот, который накрывал ее разум и тело во время беснований теней. Если тогда паника соседствовала с ужасом, то сейчас ее сопровождала растерянность. Эмиль раскрыл для нее новую сторону реальности, помог избавиться от теней и намекнул, что она обладает какими-то способностями. И теперь он хочет просто уйти? Нет уж! — Ты не можешь просто оставить меня! А вдруг они все же вернутся? Я хочу узнать больше об охотниках и монстрах. Вдруг ко мне заявится какая-нибудь новая сущность!

Эмиль изумленно изогнул бровь. Облокотившись на дверной косяк, мужчина весело хмыкнул, с неприкрытым восхищением оглядев девушку.

— А ты не из робких. Похоже, жизнь тебя закалила.

Тася ничего не ответила. Да и что тут скажешь. Он был прав. Такую жизнь вряд ли можно назвать счастливой. Ее родители были алкоголиками. Едва ли не каждый день в их доме собиралась кучка друзей-собутыльников, чтобы пропустить бутылку-другую. И так ровно восемнадцать лет. На следующий день после совершеннолетия дочери погибла мать, а еще через месяц — отец. Это казалось злой шуткой судьбы, словно она только и ждала, когда Тася перешагнет порог во взрослую жизнь, чтобы не оказаться в детском доме. Хотя, может, там ей было бы лучше?

Старый дом родителей пребывал в запустении. Тася вернулась сюда месяц назад. На лето университет закрывал общежитие, и теперь ей предстояло три месяца жить в этом доме и стараться поддерживать порядок. Но на полноценный ремонт не хватало ни денег, ни времени. Мансардное окно было разбито столько, сколько Тася себя помнила. Дверь закрывалась на шпингалет, который девушка прикрутила лично, потому что дружки родителей, находясь в пьяном угаре, однажды так сильно разбушевались, что сломали замок. Что уж говорить о старой мебели, которую словно подобрали у мусорных баков.

— Я не хочу тут оставаться, — шепотом пробормотала Тася. Ей вдруг стало страшно. И нет, она не боялась монстров, теней и прочей мистической ерунды. Девушка осознала, что Эмиль сейчас уйдет, оставив ее здесь.

— Эй, успокойся, — Эмиль, вдруг посерьезнев, подошел к готовой разрыдаться девушке и легонько сжал пальцами ее плечи. Заглянув в зеленые глаза, уже мокрые от подступающих слез, он нервно сглотнул и попытался ободряюще улыбнуться. Вышло не очень. — Послушай меня. Мне было поручено выполнить миссию и вернуться домой. Я не знал, кто ты такая. Но в тебе есть сила.

— Откуда ты знаешь? — всхлипнула Тася. Эмиль усмехнулся.

— Мы не первый раз встречаемся с ведьмами.

Девушка удивленно уставилась на мужчину, мгновенно забыв о том, что собиралась заплакать. Мысли метались от шока до откровенного недоверия. Ведьма? Он действительно чувствует в ней некую силу или просто хочет успокоить ее и беспрепятственно уйти, не желая видеть слез?