Псарнь. Плохой человек

– Там мелки, в последнее время очень быстро раскупают. – Приподняв свою голову, я посмотрел на девушку. По моему лицу понятно, что я ничего не понял, какие к черту мелки? Она закатила глаза и продолжила, чтобы мне удалось окончательно все понять:

– «МЕЛ» - медленное естественное самозабвение. Местная штуковина, которая очень сильно прет, сразу получила дичайший запрет от ЕССГ, но здесь распространяется нелегально. – Не сказать, что я получил ответы на все свои вопросы, но стало понятно.

Жестом руки она показала, что я могу открыть, понимая о моей детской любопытности. Сам рисковать не стал бы, вдруг товар портится от воздуха или что-то подобное, но раз разрешили… Всегда появляется маленький мандраж в такие моменты, словно открываешь подарок от родителей на новый год. Конечно, у меня не происходило таких моментов, может в очень глубоком детстве, когда еще не появились осознанные воспоминания, но я этого вспомнить точно не смогу. Представить мне никто не запрещает, поэтому и начал медленно открывать подарок, только не свой, да и не подарок вовсе. Открыв, передо мной показались очень много почти прозрачных кругляшков, которые по своему составу напоминали чистый гель. Рассмотрев их получше, я не заметил ничего особенного, почему они должны давать какой-то эффект, почему они так называются, да и почему так популярны. Расспрашивать про это уже не имеет никакого смысла, потому что здесь больше зависит от человека, который употребляет данный товар. Сразу вспоминаются более старшие ребята из сиротского дома, когда я был намного меньше. Они тоже постоянно пользовались чем-то непонятным и запрещенным, но это меня отторгало. Даже попробовать не хотелось, меня интересовало немного иное, та самая деятельность, которая приносила легкие и очень часто большие деньги. Такие мысли и желания привели меня сюда. Снова послышался голос Кролика:

– Не вздумай торчать на этом. Отходняков диких с этой штуки нет, либо еще не поняли, но… Деньги твои очень быстро заберет. – Хороший совет, который может помочь какому-то другому, более нестабильному человеку. У меня нет никакого желания подсаживаться на какую-то иглу, которая принесет мне мимолетнее счастье. Конечно, иногда хочется почувствовать себя гораздо лучше, чем позволяет нынешняя обстановка, но опускаться до такого… Этот вариант никогда не был для меня. Может в дальнейшем подобное и наступит, но сейчас этого не хочется, даже потенциально рассмотреть подобное для меня невозможно. Кивнув, я лишь аккуратно закрыл данную ячейку и удобно расположил ее на своих коленях.

Дорога и правда было очень тихой, больше мы решили не общаться. Конечно, это больше ее затея, потому что после сегодняшнего утра брать инициативу на себя я точно не собираюсь. Может это и ошибка, я мог бы показать себя более открытым человеком, поспрашивать больше о деле, но я этого не захотел. Приехали мы к окрестностям города, не заезжая в центр. Осмотрев местные домики, я сразу понял, что это очень бедный район. Машина остановилась, а Кролик снова аккуратно что-то начала жать на панели и двигатель перестал работать. Мне больше и не нужно для понимая. Я аккуратно поднялся и открыл двери, выпрыгнув из нашего большого автомобиля. Моя наставница сделала точно также, а затем направилась ко мне. Теперь ей придется объяснить, что это за дело. Она и начала это делать:

– Здесь есть местный мотоклуб… Ребята довольно туповатые, да и не особо важные, но! – Кролик резко подняла вверх указательный палец, давая понять, что следующая информация очень важная. Даже если они не особо серьезные, то с такими людьми я не связывался. Для них я еще больше несерьезный, какой-то подросток держит в руках ячейку с нужным товаром… Думаю, в другой ситуации, если бы я был один, то этот товар просто забрали, не вручив ничего мне взамен. Она договорила:

– Они очень хотят выглядеть серьезно, тебя точно подкалывать будут. Не смей даже пачку открывать, понял? – Я не считал себя каким-то лишним звеном в данной работе. Если меня взяли, то я такой же член команды с равными правами, как и другими. Но, к сожалению, ее слова абсолютно верны. Слишком мало знаний и информации, чтобы действовать самому и отвечать на каждое оскорбление. За эти дни я уже должен привыкнуть, что меня никто не воспринимает серьезно. Я решил ответить:

– Угу, я все понял… Буду молчать. – Не стал перечить, просто согласился. Хочется, чтобы первое задание вместе с Грешниками прошло успешно, и они уже приняли меня за своего, но думаю, это пройдет очень нескоро. Кролик кивнула и направилась к одноэтажному домику.

Чем ближе мы подходили, тем больше деталей удалось заметить: во дворе этого дома стояло пять мужчин, каждый больше прежнего. Каждый из них покрыт татуировками, у некоторых большие бороды, а самый большой из них и вовсе сверкал своими новыми имплантами. В его кулаках были какие-то черные детали, скорее всего углепластика или какого-то металла, который в кулачном бою сделает его непобедимым от слова совсем. Нет, может у кого-то будут более крутые импланты, но мы в такой парадигме не находимся. Я подросток, которого он может поднять над головой и сломать об колено, а моя напарница, точнее наставник, девушка моего же роста. Не из тех, кто считает мужчин намного сильнее девушек, может она имеет какие-то регалии по боевым искусствам и подобное, однако, все равно не верю в нашу победу. Мы аккуратно зашли на их территорию, поэтому их внимание сразу перешло к нам. Сразу же посмотрел на Кролика, которая совсем не переживала, ее лицо настолько серьезное, что можно печатать какие-то агитационные листовки с ее физиономией, добавляя какую-нибудь важную и воодушевляющую цитату. Остановившись на расстоянии пяти шагов, мы остановились, и Кролик сразу обратилась к ним:

– Пятнадцать тысяч местной, и мы даем чемодан. Давайте быстрее, у нас еще дохера дел. – Ее обращение к ним вызвало лишь легкую волну смеха, но она точно говорит это серьезно. Сам я не решался влезть в этот диалог, потому что мне нужно сейчас только учиться. Она точно имеет в этих делах гораздо больше опыта. Наше знакомство не очень уж и удалось, но почему-то я ей в этом очень сильно доверяю. Станут ли они как-то пытаться нас обмануть? Возможно. Такое нельзя отрицать, мы точно в меньшинстве. Тот самый с имплантами поднялся со своего стула и направился в нашу сторону.

Взор этого мужика сразу направился на меня, скорее всего Кролика он знает, может даже уже несколько раз видел, а для него я абсолютно новое лицо, которое не вызывает доверия. Дело заключается даже не в моем возрасте и очень молодом внешнем виде, тут больше о репутации, которой у меня нет. Почему-то руки сами сильнее сжали ячейку, никакого страха у меня не присутствовало, но опасения появились сразу же. Этот человек сделал еще несколько шагов и приблизился ко мне, начав смотреть сверху вниз. Конечно, оно и понятно, разница в росте действительно большая, но здесь разговор совсем не про это. Мужчина ощущает свое превосходство надо мной, а это мне уже не нравится. Брови сразу нахмурились, а взгляд направился на лицо этого бугая, хватка ячейки стала слабее, нельзя показывать, что у меня есть какие-то переживания.

– Мы так и будем стоять? Это у вас возможность прохлаждаться есть, в делах больших дядей времени всегда не хватает. – Слова Кролика точно не хотели прекратить эту беззвучную перепалку, ей просто хотелось закончить дело и направиться назад или на другое дело, о котором мне еще никто ничего не рассказал. Ее слова никак не повлияли на этого мужика, который продолжал смотреть на меня, но затем повернул свою голову и ответил:

– Че за пацан? Ты знаешь, я не доверяю чужакам. – Характерный голос для такого здоровяка, низкий и крайне серьезный. Его опасения понятны, но я точно не выгляжу, как подставной. Может в этих местах полицейских и считают туповатыми, но не настолько, чтобы брать к себе каких-то подростков, которые будут выполнять их работу.

– А мне не похер? Бери товар и переводи деньги. – Девушка абсолютно уверена в своих словах, подтверждая свое поведение. Правда, этот человек не хотел отходить от своих слов.

– Похер? А меня парит, что ты берешь на дело какого-то левого малолетнего ублюдка, который в школе должен быть. – Эти слова уже окончательно завели меня, поэтому поставив на землю ячейку, я сделал несколько шагов, чуть ли не уперевшись в его живот. Стерпеть такое пренебрежение от людей, с которыми мне работать надо, это одно, а вот от какого-то случайного недо байкера уже будет ошибкой.

– Твое мнение кто-то спрашивал? Сказали бери и плати, значит делай, ублюдок. – Может мне и не стоило оскорблять его в конце своей фразы, но нутро требовало это сделать. Мои слова удивили и разозлили этого мужчину, потому что его брови вздернулись вверх, а ноздри раздулись. Кролик тоже такого не ожидала, но ее реакция совсем другая: обычный смех, который должен успокоить эту обстановку, но уже поздно.

Мужик немного согнулся, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с моим. Этим движением он точно хочет испугать меня, чтобы я забрал свои слова и отступил, но слишком поздно. В месте, где я рос нельзя показывать слабину. Смогу ли я победить этого человека? Нет, это просто невозможно. Один хороший удар и придется спать целый день, а потом лечить зубы, а может и кости. Только физический урон – это ничего страшного, а вот моральный куда страшнее. Если ты хочешь двигаться в таком бизнесе, то твой авторитет и репутация должны за тебя говорить, а если ты струсил перед каким-то неотесанным байкером, который наркоту покупает… О тебе никто ничего хорошего не скажет.

– Ты думаешь, если ходишь под Шефом, то я тебе лицо не сомну? – Мужик решил упрекнуть меня, что какой-то человек якобы защищает меня. Мы буквально виделись с ним один раз и то, эта встреча для меня прошла не по самому удачному сценарию. Конечно, про это никто не знает, кроме того паренька Тая и самого Шефа. Отступать смысла нет, нужно двигать до конца.

– Че еще расскажешь? Можешь еще своих дружков позовешь, чтобы шансов больше было? – Всей своей реакцией давал понять, что напугать меня физической силой не получится. Ему самому станет хуже, если мое лицо разобьется. Вдруг в этот дикий разговор решила вмешаться Кролик:

– Тестостероном завоняло, ужас… Мус, а давай забьемся? Половину сверху закинешь, если я выиграю. – Она протянула руку, чем сильно заинтересовала этого мужчину.

Я точно не понимал о каком пари может идти речь, да и причем здесь могу быть я? Конечно, может речь начнется совсем не обо мне, но этот человек не похож на того, кто так быстро забудет о конфликте, который даже не успел закончиться. Мне самому хотелось продолжить эту перепалку, которая уже должна перейти в иную фазу. Здесь есть лишь два исхода: первый – я так сильно получу по своему лицу, что придется очень долго просидеть в своей коморке, пока не приду в себя. Второе – это уже проще, мы просто продолжим осыпать друг друга оскорблениями, сделка произойдет, и я покину это место. Готов к любому исходу, но Кролик не хочет это просто так заканчивать, у нее точно появилась собственная идея, как это прекратить или перейти на другой уровень конфронтации.

– Ты же любитель помахаться, да? Встань с малым в стоечку, если он минуту продержится ты нам еще бабок накинешь. – Кролик решила объяснить свою идею и мне сразу это не понравилось. Я точно не боялся подраться с этим мужиком, хоть и понимал, что точно не смогу выйти победителем из этой битвы. Но, делать из этого какое-то шоу и спор – это мне не очень нравилось. Только эта идея понравилась байкерам, они сразу начали улюлюкать и смеяться. Этому мужику идея Кролика понравилась, поэтому он добавил:

– Минуту можно просто пробегать, поэтому соглашусь на пять минут, если этот бедолага не зассыт. – Он сразу же скинул с себя свою кожаную куртку, давая мне понять, что полностью готов к этой схватке. Пять минут – это не так много, мне нужно лишь не упасть от первого удара и все. Правда, даже так я не в этом неуверен, но отказываться от этого нельзя.

– Я думал ты только криво рот открывать умеешь. Поехали. – На самом деле такой серьезный настрой у меня был только на словах. Я буквально разбегаюсь и впечатываюсь в твердую стену, которую невозможно пробить, но я в этом глубоко уверен. Мне оставалось только заправить свою очень длинную футболку в штаны, теперь выгляжу еще более комично, но так будет гораздо удобнее. На лице Кролика расплылась улыбка, кажется, она меня так проверяла. В случаи моего поражения – мы ничего не теряем, но если я каким-то образом смогу продержаться пять минут и не вырубиться, то сумма за наш товар увеличится. Похоже, это первый момент, который поможет мне доказать свою необходимость этой команде.

Муса сделал несколько шагов назад, продолжая смотреть прямо на меня. Его физиономия и тело излучало уверенность в себе, что очень сильно раздражало. У нас слишком огромная разница в силе, точно такая же ситуация произошла бы, если прийти с ножом на перестрелку. Готов ли я получить? Абсолютно. Однако, пять минут — это не так много времени, а значит продержаться может получится. Мы ничего не потеряем от моего краха, но я должен постараться одержать Пиррову победу, которая очень сильно возвысит меня в глазах Кролика. Только так можно перестать получать оскорбления в свою сторону, да и остальные начнут уважать, очень хорошая история для становления личности. Я также сделал несколько шагов назад, чтобы создать дистанцию перед этой схваткой. Девушка отошла в сторонку и улыбнулась.

– Сейчас посмотрим, что ты из себя представляешь, Каз. – Ее слова никак на меня не повлияли. Все мои мысли заняты этим мужиком, который целых пять минут будет меня избивать. Нужно постараться не упасть от первого удара, если я не вырублюсь, то это уже победа. Мыслей, которые приведут меня к победе, точно нет. Их невозможно найти, только что-то фантастическое сможет заставить этого байкера упасть от моего удара.

– Хватит тянуть резину… Начали! – Крикнула Кролик и махнула рукой, давая понять, что схватка началась. Сразу же поднял свои кулаки к челюсти, только так можно защититься от удара туда. Муса, похожий на разъяренного носорога побежал на меня.

Расстояние очень быстро сократилось, мне не хотели дать и шанса, но оно и понятно, никому не хочется доплачивать за товар, который можно получить дешевле. Размашистый удар прилетел мне в район плеча, заставив руку сразу опуститься. Неприятная боль сразу открыла воспоминания, когда мне приходилось отстаивать свою честь в сиротском доме перед старшими. Они тоже были больше, они тоже были старше, но у них не могла быть настолько большая физическая сила и имплант. Рука сразу же отсохла, а боль неприятным током побежала по телу. Второй удар не заставил себя ждать, такой же огромный размах и не самая большая скорость, поэтому мне удалось подсесть и уйти в сторону, оказавшись почти за его спиной. Мой кулак прямым ударом попал прямо по его боку, но он явно ничего не почувствовал, а мне стало неприятно. Казалось у него должен быть мягкий живот, но нет, это какой-то неприятный кремень, который заставил меня сжать зубы. Никакого эффекта мой удар не принес, наоборот, он только заставил Мусу еще больше разозлиться. Надеялся, что время уже вышло, но никто не давал мне этого понять. Оставалось только снова поднять свои руки, чтобы не получить по лицу.

В каждый свой удар Муса вкладывал силу, а значит становится понятно: он хочет вырубить меня каждым своим прикосновением. Самым неприятным и неожиданным ударом оказался апперкот, прилетевший мне прямо в живот. Выдержать удар в лицо – это тяжело, нос начнет сильно болеть, глаз начнет заплывать, но сдержать такой сильный удар в корпус… Просто невозможно. Мое тело согнулось, а руки опустились, начав держаться за живот. Казалось, еще немного и все содержимое моего желудка выйдет наружу, то есть ничего, но какая-нибудь желчь точно окажется на земле. Правда, переживать об этом не стоит, потому что в драке нельзя опускать руки, а я это сделал. Наказание наступило сразу: огромный кулак Мусы, который еще в своем теле содержит импланты, прилетел мне прямо в лицо, заставляя упасть на пятую точку. Все вокруг крутилось, заставляя мне оставаться на земле, но я чувствовал, что нахожусь в сознании – это главное. Нужно подняться, однако, тело отказывается это делать. Во рту появляется привкус чего-то железного, а нижний ряд зубов принял не самое естественное положение.

Неужели пять минут могут длиться так долго? Уже столько урона мной получено, что этого бы хватило и на десять, но нет, похоже, это только начало. Сколько еще мне терпеть? Руки легли на землю, пытаясь толкнуть тело вверх. Мне нужно подняться, сидя свое лицо не защитишь, только у меня не хватает сил даже на такое простое движение. Муса не стал сразу меня бить, а лишь неприятно потянул за волосы, чтобы я посмотрел на него. В этот момент, наверное, я выгляжу очень жалко, аж самому противно.

– Я же тебе зубы выбью, если не скажешь, что сдаешься. – Его слова дали мне понятно: не особо он и хочет меня калечить, ведь, кроме обоюдных оскорблений я ничего не сделал. Только я не собираюсь стелиться под этого мужика, исходя из того, что он меня сильнее. Выбьет зубы? Они, итак, уже стоят неровным рядом. Предлагать такое – это самое худшее, что можно сделать. Никогда нельзя жалеть и поддаваться, нужно идти до конца, если ты уже это начал. В такой момент я могу лишь об этом напомнить:

– Отсоси… – Слюни, смешанные с кровью, плевком оказались на сапогах этого байкера. Мне никогда не хватало здравого смысла, всегда хотелось показать каждому, что со мной стоит считаться. Ему точно не понравился мой ответ, ожидал он совсем другого, чтобы я молил о пощаде и извинялся, но этого не произойдет. Схватившись за его руку, которая держит мои волосы, я получил очень сильный удар, который заставил меня упасть лицом в землю.

Повезло, ведь я находился в сознании, только все вокруг очень сильно крутилось и хотел зажмурить глаза. Появилось неприятное ощущение какой-то глухоты, а нижний ряд зубов перестал быть кривым, потому что теперь он лежит на земле. Пройдясь языком, стало понятно, зубы придется ставить новые. Через не могу, я смог открыть глаза и увидел, как на земле рядом с зубами находится моя кровь, которая льется из рта чуть ли не фонтаном.

– Пять минут не прошло, а твой ребенок уже все. – Его голос глухим отголоском дошел прямо до меня. В такие моменты никакой злости, да и в целом никаких эмоций. Хочется только отдохнуть и больше ничего, но мой рот, где отсутствовали зубы открылся и из него полетели оскорбления:

– Хуй… Хуй! Я бля… Сука. – Составить какое-то полноценное предложение у меня точно не получится. Голова начинает болеть, возможно, случилось сотрясение или как оно там называется. Согнувшись, я уперся руками в землю и смог оторвать лицо от земли. Я точно проиграл, мое лицо разбили, но честь мою тронуть у него не вышло. У него не получится вырубить меня, пусть ломает лицевые кости, выкалывает глаза и прочее, но я не потеряю сознание.

Глаза мои видели хорошо, но вокруг все тряслось. Удивленное лицо Мусы очень сильно плыло, однако, я понимал, что он очень сильно удивился и даже не пытается что-то сделать. Подняться на две свои ноги у меня не выходит, остается только упираться в землю и пытаться держать не самое лучшее, но стабильное состояние. Послышался голос Кролика, которая стала той самой надеждой:

– Пять минут вышло. Гони деньги. – После этого можно успокоиться, что и случилось. Мое лицо снова оказалось на земле, мне нужно немного полежать, только так мне получится подняться. Никакого желания двигаться дальше и что-то делать у меня нет, я достаточно потрудился, заработав дополнительные деньги с этого задания. Доказать свою необходимость у меня получилось, если она думает иначе… Такое терпеть точно не стану, а пошлю куда подальше.

Ко мне довольно быстро подошел Муса, после чего могучей рукой, которой разбил мне лицо и выбил зубы, зацепился за мою футболку и попытался поднять. С первой попытки у него не удалось, потому что моя туша буквально висела, стремясь вернуться к мягкой земле. В такой момент даже асфальт станет подходящим местом, чтобы отдохнуть. Адреналин начал спадать, поэтому появилась острая боль, которая заставляла иногда жалобно постанывать. Больше всего болела челюсть, казалось, она не сломана, но точно повреждена. Никогда не любил зубных врачей, они самые страшные, только теперь без них не обойтись. Прибавив еще больше усилий, мужчина поднял меня и начал придерживать, кровь из рта продолжала капать на землю. Мой взгляд направлен туда, где лежат мои зубы. Ничего не хочется, но они точно от меня что-то хотят.

– Реально извиняй, парниш. Я не ожидал, что ты ровный тип. – Послышался голос Мусы, который уже не имел в себе столько агрессии. Должно ли мне стать лучше от его слов? Наверное, потому что он признал во мне равного, это радостно, но у меня теперь нет зубов. Улыбнувшись через силу, почувствовал, как что-то упирается мне в щеку. Засунув палец в рот, я нащупал свой зуб, и он почти сразу же отошел от десны. Сплюнув кровь, кинул свой зубик в маленькую лужу. Даже постарался ответить своему новому товарищу:

– Пасиба. – Отсутствие зубов довольно сильно изменили мою речь, которая теперь звучит странно и шепеляво. Мозг еще отказывался признавать, что я потерял довольно важную часть своего тела. У меня уже давно нет молочных зубов, а значит ничего не вырастет. Дорого ли поставить новые? Скорее всего, да и если дешево, денег у меня нет. Не хочется получить прозвище беззубый или шепелявый, это звучит слишком неуважаемо. Вздохнув, я протер тыльной стороной кисти свой рот, чтобы оттуда пропал остаток моей крови.

У этого мужчины хватает силы, чтобы дотащить меня до нашего фургона, чтобы я уже оперся об него. Мне не хватало силы даже так стоять, но теперь падать на землю не хотелось. Все тело очень сильно ныло и просило какую-нибудь помощь, например: таблетка. Мой взор сразу же направился к Кролику, она посмотрела на Мусу и ее глаза заблестели. После чего мужчина нагнулся и подобрал ячейку, которая все это время просто стояла на земле. Он ее даже не открыл, а значит доверие к Грешникам большое.

– Дополнительную плату на малого потратьте, он это заслужил. – Сказав это, Муса несколько раз постучал меня по плечу и направился к своим товарищам, помахав рукой Кролику. Девушка никак на это не отреагировала, а только подошла ко мне, взяв меня за щеки, что вызвало очень сильную боль в моем теле.

– Личико твое выглядит печально… Но, ничего. Я скажу, и Жук тебе подлатает, только это попозже. – Она сказала это и отпустила мои щеки. Кролик аккуратно открыла дверь и полезла в какой-то бардачок, достав оттуда странный спрей. Ее рука снова сжала мои щеки, но уже гораздо сильнее, поэтому рот непроизвольно открылся. Кончик этой непонятной штуки оказался в моем рту, она нажала на спрей, и очень холодная горькая жидкость полностью обволокла мой рот. Вся боль куда-то резко пропала, но появилось странное ощущение. Девушка кинула спрей назад в бардачок и помогла мне залезть на переднее сиденье. Такие мягкие кресла, они очень удобные, на них буквально можно заснуть. Кролик начала стучать по панели и в конце добавила:

– Интересно, быстро ли тебя вырубит. – Услышав это, моя голова повернулась к девушке. Я не совсем понял, что она имеет ввиду. Неужели это какое-то очень сильное успокоительное? Ничего такого не ощущаю, конечно, боли больше нет и появилось странное ощущение, которое очень тяжело описать. Точно не отключусь, даже намека на это нет.

Протерев глаза, мой рот открылся от удивления, мы уже не находимся в машине. Вокруг лишь обстановка того самого бара под названием «Травма», рядом со мной сидит Блонд, а напротив Султан и Кролик. Они смотрят на меня и смеются, понимая, что сейчас произошло. Этот спрей, который снял всю боль буквально вырубил меня на некоторое время, но как я оказался в этом баре? Она точно не стала бы нести меня до Травмы, чтобы усадить за стол. Скорее всего ей помог Блонд или Султан, но, почему я проснулся только сейчас, а не в момент, когда меня понесли? В последнее время мой разум задается слишком многими вопросами, на которые ответы получить довольно сложновато. Блонд постучал меня по плечу и широко улыбнулся, добавив:

– Ты столько нам рассказал, мы думали уже не очнешься. – Этот момент меня удивил еще больше. Уснуть от какого-то обезболивающего – это одно, но теперь ясно, никто не отключался. Все это время я находился в сознании, просто, словно накачали сильным алкоголем, мой мозг ничего не помнит. Потерев глаза, я надеялся, что не рассказал чего-то такого, о чем обычно думаю. Не хочется, чтобы мои подростковые мысли, которые кажутся только внутри верными, оказались снаружи.