Она меня не помнит

Ана Платэк

Она меня не помнит

Глава 1 Элиас

Как сказал один великий учёный: «Боль - спасение для заблудшей души».

Моя работа заключалась не в том чтобы причинять людям боль, нет. Моя работа приносила очищение нашей планете. Я создавал из порочных сломанных системой грешников, новые личности, чистые и невинные, способные только на сотворение добра. Это была не просто работа. Это было предназначение свыше.

- Меня зовут Элиас Рейн, я ваш лечащий врач.

Я стоял у окна с личным делом пациента и время от времени поднимал голову, разглядывая его. Сорок два года, седые виски, татуировка повстанца на шее — символ движения "Рассвет", запрещенного три года назад. Мужчина сидел в кресле из белого пластика, руки пристегнуты к подлокотникам магнитными замками, на висках — электроды, подключенные к аппарату "Мизантоп-7". Пациент не сопротивлялся, сидел вполне себе спокойно. И куда только делась его активная позиция по смещению неугодной власти? Он её уже позабыл, хотя прошёл всего час, - я взглянул на часы, - нет, пока только сорок минут. Пациенты никогда не сопротивлялись после первого часа, аппарат к тому времени начинал забирать периферийные воспоминания с их мозга. Это те мелкие детали, которые не связаны с сильными эмоциями: вкус утреннего кофе, цвет обоев в гостиной, звук дождя по крыше родительского дома.

— Вы готовы мистер Каниган?

Мужчина поднял на меня глаза. В них уже не проскальзывал страх, только безысходность. Он кивнул.

Я нажал на кнопку.

Аппарат мерно загудел, отдаваясь лёгкой вибрацией по полу. На мониторе передо мной начали появляться волны: мозг пациента открывался, как книга.

— Начнем с периферии, — сказал я практикантке Диане, стоявшей рядом. Девушка лет двадцати, бледная, с широко раскрытыми глазами, в белом халате, который ей был явно не по размеру, смотрела на меня как на Бога. Да, обо мне ходили разные слухи. Интересно, что слышала она.

— Мы всегда начинаем с периферии. Лица второстепенных людей, запахи, звуки. Мозг сопротивляется меньше, когда мы забираем то, что не связано с сильными эмоциями.

Я повернул ручку, на экране волны стали рваными. Пациент дернулся, но ремни держали крепко.