«Как я случайно обручилась с драконом (и что из этого вышло)»

Яролья

«Как я случайно обручилась с драконом (и что из этого вышло)»

Глава 1

В которой помолвка случается по неосторожности, а дракон ведёт себя подозрительно прилично.

Я стояла посреди зала Совета Трёх Дорог, сжимая в пальцах край потрёпанного плаща, и думала только об одном: «Хоть бы не упасть. Хоть бы голос не дрогнул. Хоть бы…»В голове у меня крутился один и тот же липкий страх: если сейчас я не докажу, что род Каменных Перекрёстков ещё чего-то стоит, старейшины тихо, без криков, просто вычеркнут нас из торговых реестров. А это хуже любого проклятия. Без реестров не будет караванов, не будет контрактов, не будет права стоять на перекрёстке и брать свою долю. И тогда от нашего гордого названия останется только выцветшая табличка на старой двери.— Я клянусь, — сказала я, глядя прямо в холодные глаза старейшины, — что сделаю всё, чтобы мой род не опозорился. Даже если придётся… даже если придётся выйти замуж за дракона!Фраза сорвалась с языка сама — от отчаяния и злости, как последнее, самое нелепое обещание, которое никто не воспримет всерьёз. В зале кто-то фыркнул. Кто-то закатил глаза. А потом наступила тишина, в которой слышно было, как по каменному полу ползёт сквозняк.И тут воздух над моей головой мягко вспыхнул золотистыми искрами. Тонкая светящаяся нить потянулась от моего запястья к невидимой точке где-то в полумраке зала. Нить дрогнула, свернулась в аккуратный узел и замерла, будто поставила печать.В ту же секунду старейшина выпрямился так, словно ему под спину подсунули железный прут, и торжественно произнёс:— Обручение зафиксировано. Союз скреплён волей магии и словом наследницы рода.Я моргнула.«Это шутка, — пронеслось у меня в голове. — Это какая-то злая шутка. Сейчас кто-нибудь хихикнет, старейшина подмигнёт, и всё исчезнет».— Погодите… что зафиксировано?Старейшина не ответил. Вместо этого он указал куда-то за мою спину. Я медленно обернулась.Из тени у дальней колонны вышел дракон.Но не такой, каких рисуют на старых гобеленах: не вздыбленная чешуя, не пылающие глаза, не когти, готовые разорвать любого. Этот дракон шёл так, будто боялся задеть что-то хрупкое. Он был огромен, да — но двигался с аккуратной, почти неловкой грацией. Его чешуя отливала тёмно-бронзовым, как старое золото, а на шее поблескивал тонкий серебряный обруч — не ошейник, а скорее украшение или знак статуса.Он остановился в трёх шагах от меня, наклонил голову и вежливо кашлянул.— Прошу прощения, — сказал он неожиданно сдержанным, почти канцелярским тоном. — Кажется, я ваш жених. Позвольте представиться: лорд Виррен из Дома Рассветного Крыла.

И… примите мои искренние извинения за всю эту ситуацию.Я уставилась на него.«Дракон извиняется, — крутилось у меня в голове. — Дракон. Извиняется. Как будто это не обручение, а он случайно наступил мне на ногу в толпе».— Вы… извиняетесь?— Да, — кивнул дракон. — Я не планировал становиться чьей-то помолвкой на Совете. У меня вообще была цель просто послушать дебаты о пошлинах на перевозку специй. Но магия, как известно, трактует слова буквально.Кто-то в зале хихикнул. Старейшина строго кашлянул, призывая к порядку.А я вдруг поняла, что стою с открытым ртом, и поспешно его закрыла.— То есть… вы не хотели? — уточнила я.— Не хотел, — честно признался лорд Виррен. — Но раз уж так вышло, предлагаю действовать разумно. Мы можем подать прошение об аннулировании, сославшись на эмоциональное состояние стороны, давшей клятву. Или… можем попробовать договориться.— Договориться? — переспросила я, всё ещё не веря, что обсуждаю помолвку с драконом, как будто это спор о цене на муку.— Именно, — спокойно кивнул он. — Например, о правилах совместного проживания. О границах личного пространства. О том, допустимо ли жечь свечи рядом с моими свитками. Я коллекционирую редкие манускрипты, и мне бы не хотелось, чтобы они случайно обуглились.Теперь уже не хихикали — смеялись в голос. Даже старейшина едва заметно дёрнул уголком рта.Я посмотрела на светящуюся нить, которая по-прежнему тянулась от моего запястья. Она мягко пульсировала, как живое обещание.«Год, — подумала я. — Если это год, я могу пережить год. За год можно найти лазейку в любом законе, даже в магическом. Главное — не паниковать».— А если я просто скажу: «Я не хотела, заберите обратно»?

— с надеждой спросила я.Лорд Виррен слегка наклонил голову, будто прислушивался к чему-то внутри себя.— Магия слышит намерения, а не оправдания, — мягко ответил он. — Но она слышит и компромиссы. Если мы договоримся о чём-то реальном — скажем, о временном союзе сроком на год, чтобы дать обеим сторонам возможность разобраться с делами, — возможно, она воспримет это как конструктивное решение, а не как попытку сбежать.Я глубоко вздохнула. В голове шумело, как в пустой бочке, по которой постучали палкой.— Год, — повторила я. — И никаких… драконьих ритуалов? Никаких обязательных полётов на рассвете?— Никаких полётов, если вы не попросите, — пообещал он. — И я не буду дышать огнём в помещении. Это правило даже прописано в моём личном кодексе поведения.Я невольно улыбнулась.— У вас есть кодекс?— Разумеется, — невозмутимо ответил лорд Виррен. — Дракон без кодекса — это стихийное бедствие. А я предпочитаю быть предсказуемым стихийным бедствием.Смех в зале стал громче. Старейшина наконец позволил себе лёгкую улыбку.— Что скажете, наследница? — спросил он. — Примете временное обручение с оговорками?Я посмотрела на дракона — на его серьёзную, почти деловую позу, на внимательный взгляд, в котором не было ни угрозы, ни высокомерия. Только готовность договариваться.«Может быть, — мелькнула мысль, — это не худший вариант. По крайней мере, он не рычит. По крайней мере, он готов слушать».— Ладно, — выдохнула я. — Пусть будет год. Но с одним условием.Лорд Виррен приподнял бровь — насколько это вообще возможно у дракона.— Слушаю.— Если за этот год мы не поймём, что подходим друг другу, — я ткнула пальцем в светящуюся нить, — вы поможете мне её разорвать. Официально, по всем правилам, без всяких «но магия не позволяет».Дракон на мгновение задумался, а потом медленно кивнул.— Принимаю условие, — сказал он. — И добавлю своё: если окажется, что мы всё-таки подходим… мы обсудим это спокойно, без паники и без сжигания документов.Я протянула руку — не для рукопожатия, а просто чтобы показать, что я в игре. Лорд Виррен осторожно коснулся моей ладони кончиком когтя — легко, едва ощутимо, как будто боялся сломать.Светящаяся нить вспыхнула ярче, потом стала тоньше и превратилась в изящный золотой браслет, плотно обхвативший моё запястье. На нём не было застёжки — только тонкий узор, похожий на переплетение дорог.Старейшина хлопнул в ладоши.— Союз заключён на год с правом пересмотра.

Да будет так!Зал взорвался аплодисментами и шёпотом. Кто-то кричал: «Да здравствует союз!» Кто-то шептал: «Никогда такого не видел!» А я стояла, чувствуя, как тепло от браслета медленно растекается по руке, и думала: «Что я наделала?»Лорд Виррен чуть склонил голову, словно читая мои мысли.— Не переживайте, — тихо сказал он. — Мы со всем разберёмся. Начнём с самого простого: как вас зовут?Я улыбнулась — уже не от страха, а от нелепости ситуации.— Лира, — ответила я. — Лира из рода Каменных Перекрёстков. И, честно говоря, я понятия не имею, как теперь жить дальше.— Тогда начнём с ужина, — спокойно предложил дракон. — У меня в покоях есть пирог с яблоками. И, что важнее, там нет Совета Трёх Дорог.И, не дожидаясь ответа, он чуть отступил, приглашая меня пройти вперёд.Я сделала шаг. Потом ещё один.Что из этого вышло? Ну, для начала — я не упала. И это уже было неплохо.---Пока я шла рядом с лордом Вирреном, стараясь не смотреть на его внушительные когти и не думать о том, сколько золота может поместиться в его покоях, в зале Совета продолжалась своя жизнь.— Ну надо же, — шепнула одна из младших советниц своей соседке, прикрываясь веером. — Кто бы мог подумать, что достаточно просто крикнуть «выйду за дракона», и магия тут же всё устроит. Надо запомнить.— Тише ты, — шикнула соседка. — Ещё не хватало, чтобы и тебя кто-нибудь обручил. Лучше подумай, как это отразится на пошлинах. Если род Каменных Перекрёстков теперь связан с Домом Рассветного Крыла, ставки могут упасть. Или вырасти. Никто не знает, как драконы ведут дела.— Зато теперь у них точно будут караваны, — хмыкнула первая. — С такими связями любой торговец выстроится в очередь.— Только если Лира не сожжёт все договоры в первую же неделю, — тихо добавила третья, прислушиваясь к их разговору. — Или если дракон не решит, что все наши законы слишком… человеческие.Они захихикали, но тут же притихли, когда старейшина бросил на них строгий взгляд.А я шла и думала: «Караваны. Договоры. Пошлины.

Всё это никуда не делось. Просто теперь к этому добавился дракон, кодекс и пирог с яблоками».Лорд Виррен, будто почувствовав моё смятение, тихо произнёс:— Знаете, Лира, самое сложное в подобных союзах — это не магия и не традиции. Самое сложное — это понять, как делить пространство, где каждый привык к своим правилам. Я, например, не переношу сквозняков. И терпеть не могу, когда книги ставят корешками внутрь.Я покосилась на него.— А я терпеть не могу, когда кто-то решает за меня, — призналась я. — Даже если это магия. Даже если это ради спасения рода.Дракон едва заметно кивнул.— Значит, у нас уже есть две точки соприкосновения, — сказал он. — Нелюбовь к сквознякам и нежелание, чтобы за нас решали. Это уже неплохой фундамент.Я не удержалась и фыркнула.— Фундамент из того, что нам обоим что-то не нравится?— Иногда этого достаточно, — спокойно ответил он. — Особенно если оба готовы об этом говорить.Мы вышли из зала в длинный коридор, где факелы горели ровно и тихо, а тени ложились на стены, как старые истории.«Год, — снова подумала я. — Просто год. И мы будем говорить. И не будем сжигать документы. И, возможно, к концу года я даже перестану вздрагивать, когда он шевелится».Лорд Виррен покосился на меня, будто снова прочитал мысли, и чуть улыбнулся — так, что в уголках его глаз появились тонкие морщинки.— И да, — добавил он, понизив голос, — насчёт пирога. Он, возможно, немного подгорел. Но я старался.Я рассмеялась — впервые за весь этот безумный день.— Подгоревший пирог я переживу, — сказала я. — Главное, чтобы он не дымился.— Обещаю, — серьёзно кивнул дракон. — Никакого дыма. Только разговоры. И, может быть, чай.И мы пошли дальше — мимо колонн, мимо старых фресок, мимо дверей, за которыми прятались чужие тайны. А золотой браслет на моём запястье тихо согревал кожу, будто шептал: «Это только начало».