Император и пленница с даром

Пленница Императора

Снег шёл уже третий день.

Он падал медленно, густо, превращая узкие улицы Ардена в белую безмолвную пустоту. Город стоял у самой границы — последняя застава перед Серебряными горами, последний рубеж, за которым кончалась обычная Северная Империя и начинались дикие северные земли. Дома здесь строили из тёмного дерева и серого камня, крыши крыли черепицей, окна закрывали тяжёлыми ставнями. Зимой жизнь сворачивалась внутрь домов; у очагов, под овчинными одеялами, рядом с мисками горячего супа. Снаружи оставались только трубы, выпускающие дым в свинцовое небо, да редкие следы на снегу.

Третий день жители прятались по домам, закрывали ставни и не выходили без необходимости — слишком тихо стало в Ардене после прихода императорской армии. Чёрные плащи на улицах. Лошади, привязанные у трактира. Серебряные гербы, мерцающие даже в полумраке: волк на фоне зимней звезды. Знак Валкоров — старого магического рода, который правил Империей дольше, чем кто-либо помнил.

Слишком пусто.

Элиан плотнее закуталась в старый шерстяной плащ и ускорила шаг. Невысокая, тонкая, в платье цвета болотного мха, она привыкла быть незаметной — двадцать два года жизни в Ардене научили её этому почти как ремеслу. Своих родителей она не знала: настоятельницы приграничного монастыря рассказывали, что её принесли туда младенцем зимой, в одних льняных пелёнках, без записки и без имени. Имя ей дала старшая сестра. А когда девочке было четыре, монастырь передал её на воспитание старому Веттеру — приграничному лекарю, у которого не было своих детей. Веттер вырастил её, научил отличать чабрец от северного зверобоя, дал свою фамилию для документов и тихо умер два года назад, оставив ей дом, книги, травы и привычку ходить туда, где зовут. Морозный воздух обжигал щёки, ресницы покрывались инеем, прядь тёмно-русых волос, выбившаяся из-под капюшона, тут же побелела от снега. Корзина с лекарствами больно впивалась в ладонь сквозь варежку. Ей нужно было успеть до заката — старик Тирен снова задыхался, а нужные травы оставались только у неё: высушенный белый чабрец, корень северного зверобоя, мёд с прошлогодней пасеки.

Был у Элиан и второй груз, тяжелее корзины. Дар, проснувшийся в шесть лет: стоило ей коснуться человека голой кожей, как чужие чувства входили в неё, словно собственные. Чужая боль, чужой страх, старые раны, спрятанные за вежливыми улыбками. Шестнадцать лет она училась прятать его — носила перчатки даже летом, избегала рукопожатий, отговаривалась холодностью. Веттер первый понял, что́ с ней, и первый научил молчать: в Империи за такой дар жгли. В Империи за такой дар её и искали — давно, упорно и, как выяснилось сегодня, наконец нашли.

Улица впереди была пуста. Слишком пуста. Она остановилась. Тишина. Ни ветра. Ни голосов. Ни скрипа дверей. А потом воздух дрогнул. Элиан резко обернулась. Черные всадники появились будто из самого снегопада — высокие, неподвижные, в темных плащах с серебряным знаком Империи.

Сердце болезненно сжалось. Императорская стража. Один из них медленно спешился.

— Элиан из дома лекаря? — голос был глухим, холодным.

Она молчала. Инстинкт внутри уже кричал:

беги.

Но ноги будто приросли к земле.

— Следуй за нами.

— Я ничего не сделала, — тихо ответила она.

Воин даже не изменился в лице.

— Это не просьба.

Элиан сделала шаг назад. И в тот же миг воздух вокруг нее словно потяжелел. Магия. Горло сдавило невидимой хваткой. Она судорожно вдохнула. Они знают. По спине пробежал ледяной страх. Нет. Нет-нет-нет. Она скрывала дар всю жизнь. Никто не должен был узнать.

— Пожалуйста… — выдохнула она. — Я не маг.

Воин смотрел спокойно. Слишком спокойно для человека.

— Его Величество желает увидеть тебя.

Элиан почувствовала, как холодеют пальцы. Император. Даже имя люди старались не произносить вслух. Рейнар Валкор. Чудовище в золотой короне. Человек, который сжег три мятежные провинции. Маг, рядом с которым умирали собственные советники. О нем рассказывали страшные вещи.

Что его сила сводит людей с ума. Что он может убить одним взглядом. Что во дворце никто не служит дольше года. И теперь… Император искал ее.

— Я не поеду, — прошептала Элиан.

Воин приблизился.

— Поедешь.

Страх ударил слишком резко. Она отшатнулась — и случайно коснулась его руки. Мир вспыхнул. Чужая боль хлынула в нее мгновенно: усталость, старые раны, ледяной ужас, который этот человек носил внутри много лет. Элиан резко вдохнула. Воин вздрогнул. И впервые за все время посмотрел на нее по-настоящему.

— Это она, — тихо произнес кто-то за спиной.

Проклятье. Элиан сорвалась с места. Снег хрустнул под сапогами. Переулок. Поворот. Еще один. Она почти не чувствовала холода, только бешеный стук сердца. Бежать. Нужно бежать. Но внезапно воздух впереди потемнел. Тень выросла прямо из снегопада. Высокая мужская фигура в чёрном.

Элиан резко остановилась. И мир вокруг будто замер.

Мужчина стоял неподвижно, глядя на неё сверху вниз. Высокий, широкоплечий, с резкими чертами лица — острые скулы, тонкие губы, прямой нос. Тёмные волосы, чуть растрёпанные снегом. Без плаща. Без доспехов. Только длинное чёрное пальто с серебряным шитьём по вороту и тонкие серебряные обручи на запястьях — артефакты, удерживающие магию, знак, который в Империи носил лишь один человек.

Она сразу поняла, кто перед ней. Не потому что видела портреты — нет. Из-за силы. Она ощущалась кожей. Давлением. Грозой перед ударом молнии. Император. Рейнар Валкор.

Тридцати лет, последний в роду, правившем Северной Империей дольше, чем кто-либо помнил. Человек, о котором рассказывали, что от его взгляда люди сходят с ума. Что во дворце никто не служит дольше года. Что три мятежные провинции он выжег магией за одну ночь. Большинство этих слухов были правдой — и Элиан почувствовала это сразу, ещё до того, как он заговорил.

Его глаза были странными — слишком светлыми, почти серебряными. И абсолютно нечеловечески холодными.

— Значит, вот из-за кого меня подняли среди ночи, — произнёс он тихо.

Элиан не смогла ответить. Потому что его магия… Она кричала. Внутри него было столько боли, ярости и тьмы, что у нее перехватило дыхание. Такого она не чувствовала никогда. Ни в одном человеке. Император сделал шаг ближе. И внезапно поморщился. Едва заметно.

Словно ему было больно. Элиан замерла. А потом произошло невозможное. Когда их взгляды встретились — буря внутри него на мгновение стихла. Она почувствовала это отчетливо. Тишина. Короткая. Почти невозможная. Рейнар тоже это понял. Его лицо осталось спокойным.

Но глаза потемнели. Очень медленно он протянул руку.

— Подойди.

Она не двинулась.

— Я не причиню тебе вреда, — сказал он.

Ложь. Элиан чувствовала: этот человек опаснее всего, что она знала. Но тело предательски не слушалось. Она подошла ближе. Император коснулся ее подбородка двумя пальцами. И в ту же секунду двор вокруг будто содрогнулся от силы, вырвавшейся наружу. Элиан задохнулась.

Чужие эмоции ударили в нее волной: бессонные ночи, ярость, одиночество, невыносимая усталость… И что-то еще. Темное. Голодное. Почти звериное. Пальцы Императора дрогнули. Впервые за много лет его магия молчала. Рейнар медленно выдохнул. А потом тихо сказал:

— Заберите ее во дворец.

Элиан вскинула голову.

— Нет…

Император смотрел на нее так, будто уже все решил.

— Теперь ты принадлежишь Империи.

Новая книга "Ветеринар для Его Чешуйчатого Величества", когда твой первый пациент в новом мире — умирающий император-дракон, скучно точно не будет - https://litnet.com/shrt/4_p2

Дворец, где не спят

Карета остановилась глубоко за полночь.

Дорога стерлась из памяти Элиан — осталась только бесконечная белая лента, факелы, мерцающие сквозь снегопад, чёрные ели вдоль тракта и редкие огни на постах императорской стражи. На третий день пути показались Серебряные горы — их вершины проступали сквозь облака далёкими бледными зубцами. На четвёртый — река Веринна, скованная льдом, через которую переходили по огромному мосту с серебряными перилами, гудевшими от ветра. На пятый — Нордвейн.

Город она увидела сначала как зарево над горизонтом: тысячи окон, мостовые из колотого камня, дым из бесчисленных труб, поднимающийся в зимнее небо. Башни столицы тонули в облаках, между ними плыли огромные птицы-посланники с золотыми кольцами на лапах. Воздух здесь пах иначе, чем в Ардене — морозом, металлом и чем-то ещё, тяжёлым и древним. Магией. Элиан почувствовала её кожей задолго до того, как увидела сам дворец, — будто сам ветер над Нордвейном дышал силой Императора.

Когда двери кареты распахнулись, она впервые увидела его.

Императорский дворец возвышался над городом чёрной громадой из вулканического камня, отполированного веками до зеркального блеска. Башни уходили так высоко, что вершины их терялись в облаках. Стены покрывали тонкие линии рун защиты — древние знаки, мерцающие в темноте зелёным и серебряным. У ворот стояли каменные волки в человеческий рост — герб Валкоров, — и в их глазах горели крошечные кристаллы. На главной башне развевалось чёрное знамя с серебряной зимней звездой.

Красиво. И страшно.

— Выходи, — коротко бросил стражник.

Элиан медленно спустилась по ступеням. Ледяной ветер ударил в лицо, забрался под плащ, прокусил щёки до боли. Снег во дворе был утоптан до твёрдости камня, выскоблен до самых плит. Огромный двор окружали высокие галереи с витражами в цветах Валкоров — чёрное, серебряное, кровавое. Под арками горели магические фонари: живые синие кристаллы в железных оправах, освещавшие плиты ровным холодным светом.

Во дворе было тихо. Слишком тихо для места, где жили сотни людей. Никто не разговаривал громко. Никто не смеялся. Слуги двигались быстро, опустив головы, и каждый раз, проходя мимо стражника, чуть прижимались к стенам — будто боялись потревожить что-то опасное.

И она уже знала, кого именно.

Её провели через длинные коридоры. Чёрный мрамор под ногами отражал свет ламп тусклыми бликами. Стены украшали гобелены с зимней охотой и портреты прежних Валкоров — все темноволосые, все с тяжёлыми взглядами, все одинаково холодные. У высоких окон стояли железные подсвечники в человеческий рост, в нишах между окнами — серебряные вазы с сухими ветвями северного остролиста. Воздух пах воском, миррой и чем-то почти неуловимым — старой магией, въевшейся в камень.

Дворец был роскошным, но холодным. Безжизненным. Словно здесь давно никто не чувствовал себя дома.

— Здесь, — коротко бросил стражник.

Дверь открылась. Комната оказалась неожиданно теплой. Большая кровать. Камин. Тяжелые бархатные шторы. На столике — горячий чай. Элиан настороженно замерла на пороге.

— Это… для меня?

— Приказ Его Величества.

Стражник уже собирался уйти, когда она резко спросила:

— Зачем я ему?

Он помолчал. Словно решал, имеет ли право отвечать. А потом тихо произнес:

— Впервые за шесть лет Император уснул.

И вышел. Элиан осталась одна. Несколько секунд она просто стояла неподвижно. Потом медленно подошла к камину. Руки дрожали. Шесть лет… Что это вообще значит? Она коснулась собственной ладони, вспоминая встречу в переулке. Боль Императора до сих пор жила внутри нее отголоском.

Такое невозможно выдержать. Ни один человек не смог бы жить с подобной силой внутри. И все же он жил. В дверь постучали. Элиан резко обернулась.

На этот раз вошла женщина в тёмном платье без украшений. Высокая, прямая, с забранными в строгий узел седеющими волосами и абсолютно непроницаемым лицом. По осанке и тому, как она оглядела комнату одним взглядом, сразу было ясно: эта женщина знает о дворце больше, чем Совет, и говорит вслух только то, что считает нужным.

— Я леди Морайн, — произнесла она. — Отвечаю за внутренние покои дворца.

Её взгляд скользнул по Элиан. Без сочувствия. Без тепла.

— С завтрашнего дня ты должна соблюдать правила дворца.

— Я пленница?

— Ты собственность Императора.

Слова ударили неожиданно больно. Элиан сжала пальцы.

— Я не вещь.

Леди Морайн слегка приподняла бровь.

— Здесь это решаете не вы.

Она подошла ближе.

— Запомни главное правило: никогда не прикасайся к Его Величеству без разрешения.

Элиан замерла. Слишком поздно для такого предупреждения. Будто заметив выражение ее лица, женщина нахмурилась.

— Ты уже касалась его?

Элиан промолчала. Этого хватило. В глазах Морайн мелькнуло что-то похожее на тревогу. Настоящую.

— Понятно…

Она отвела взгляд. И впервые за весь разговор в ее голосе появилась осторожность.

— Тогда теперь многое изменится.

— Что именно?

Но женщина уже направилась к двери.

— Постарайся выжить здесь, Элиан.

Дверь закрылась. Тишина снова накрыла комнату. Элиан медленно села на край кровати. Выжить. Хорошее слово. Потому что именно это место совсем не походило на дворец. Скорее — на клетку для чего-то опасного. Она устало закрыла глаза. И почти сразу вздрогнула.

Чужая эмоция ударила внезапно. Не ее. Мужская. Ярость. Такая сильная, что перехватило дыхание. Элиан резко поднялась. Сердце заколотилось. Это невозможно… Но она чувствовала его. Императора. Где-то далеко за стенами дворца. Его гнев. Боль. Темноту внутри него.

А потом — тишину. Словно кто-то внезапно коснулся раскаленного металла ледяной водой. Элиан замерла. Потому что поняла: он почувствовал ее тоже. В этот же момент за дверью послышались быстрые шаги. И прежде чем она успела что-либо сделать, дверь распахнулась.

На пороге стоял Рейнар Валкор. Без мантии. В черной рубашке. С чуть растрепанными темными волосами. Слишком живой для человека, которого называли чудовищем. Несколько секунд Император молча смотрел на нее. А потом тихо произнес:

— Почему я слышу твой страх даже через половину дворца?

Новая книга "Ветеринар для Его Чешуйчатого Величества", когда твой первый пациент в новом мире — умирающий император-дракон, скучно точно не будет - https://litnet.com/shrt/A0Lg

Его тьма

Элиан не сразу смогла ответить. Император стоял слишком близко. От него исходило тепло, странно контрастирующее с ледяной аурой силы, которая окутывала весь дворец. Воздух вокруг него будто дрожал. Опасность. Ее дар буквально кричал об этом. Но хуже было другое.

Она чувствовала его эмоции. Не полностью. Обрывками. Вспышками. Усталость. Раздражение. Голодную, болезненную потребность найти источник спокойствия. И этот источник сейчас был перед ним.

— Я… не понимаю, о чем вы, — тихо сказала Элиан.

Рейнар медленно закрыл за собой дверь. Щелчок замка прозвучал слишком громко. Сердце пропустило удар.

— Ложь, — спокойно произнес Император.

Он подошел ближе. Очень медленно. Будто опасался спугнуть ее.

— Ты почувствовала меня.

Это был не вопрос. Элиан отступила на шаг.

— Что со мной происходит?

— Со мной, — поправил он. — Это происходит со мной.

Она вскинула взгляд. Рейнар выглядел спокойным, но внутри него бушевало нечто страшное. Она ощущала это почти физически — словно под тонким слоем льда скрывался океан, готовый разорвать берега.

— Обычно рядом со мной люди долго не выдерживают, — тихо сказал он. — Некоторые сходят с ума. Некоторые умирают.

Элиан похолодела. Он говорил об этом так равнодушно, будто обсуждал погоду.

— А ты нет.

Император остановился совсем близко. Теперь между ними оставалось меньше шага. Элиан чувствовала запах зимы, дыма и чего-то терпкого, почти горького.

— Почему? — спросил он.

Она нервно сглотнула.

— Я не знаю.

— Но ты понимаешь, что отличаешься от других.

Молчание. Скрывать дальше не имело смысла.

— Иногда я чувствую чужие эмоции, — тихо призналась Элиан. — Боль. Страх. Гнев.

Серебристые глаза Императора неотрывно смотрели на нее.

— Через прикосновение?

Она медленно кивнула. Рейнар вдруг усмехнулся. Очень слабо. Почти мрачно.

— Значит, мои маги все-таки не ошиблись.

— Ваши маги охотились на меня?

— Несколько лет.

По спине пробежал холод. Несколько лет… Она думала, ей удавалось скрываться. Император протянул руку. Элиан напряглась.

— Не бойся, — произнес он тихо.

Но именно это и пугало больше всего. Он коснулся ее запястья. Мир снова взорвался. Элиан резко вдохнула. На этот раз было хуже. Гораздо хуже. Тьма внутри него распахнулась перед ней полностью. Бессонные ночи. Кровь. Боль. Ярость. Одиночество, настолько глубокое, что оно почти ощущалось как физическая рана.

И сила. Огромная. Разрушительная. Нечеловеческая. Она увидела вспышки: горящие города, магические штормы, людей, падающих перед ним на колени. А потом — маленького мальчика в холодной комнате. Совсем одного. Элиан судорожно выдохнула. Император резко разжал пальцы.

Связь оборвалась. Она пошатнулась. Рейнар удержал ее за талию раньше, чем она успела упасть. И замер. Потому что в ту секунду его магия снова успокоилась. Полностью. Элиан почувствовала это сразу. Тишина. Невозможная. Глубокая. Почти хрупкая. Император смотрел на нее так, словно не мог поверить в происходящее.

Его ладонь все еще лежала на ее талии. Слишком горячая. Элиан подняла взгляд — и внезапно поняла, насколько он красив. Опасной, жестокой красотой. Темные волосы. Резкие черты лица. Светлые глаза, в которых сейчас не было привычного холода. Только напряжение.

И что-то еще. Что-то, от чего по ее коже пробежали мурашки. Рейнар медленно провел пальцами по ее запястью. Совсем легкое прикосновение. Но внутри него вспыхнуло желание — резкое, голодное, почти пугающее. Элиан почувствовала это мгновенно. И задохнулась.

Император тоже понял. Его взгляд потемнел.

— Ты читаешь все мои эмоции? — хрипло спросил он.

Она попыталась отступить. Но его рука все еще удерживала ее.

— Не всегда…

Ложь. Сейчас она чувствовала слишком много. Его сердце билось быстрее. Его дыхание стало глубже. И эта опасная, горячая волна желания продолжала расти между ними. Рейнар медленно наклонился ближе.

— Тогда ты уже знаешь, — тихо произнес он, — насколько плохая идея оставлять нас наедине.

Элиан замерла. Потому что, несмотря на страх… какая-то часть ее не хотела, чтобы он отпускал.

Клетка из золота

Утром Элиан проснулась от тишины. Не обычной — тяжелой, настороженной. Такой бывает в доме перед бурей. Несколько секунд она лежала неподвижно, глядя в темный потолок и пытаясь понять, почему сердце бьется так быстро. А потом вспомнила. Император. Его руки.

Его взгляд. То, как его магия успокаивалась рядом с ней. И то, что она почувствовала внутри него. Желание. Щеки вспыхнули жаром. Элиан резко села на кровати. Нет. Об этом лучше не думать. Во дворце и без того достаточно опасностей. Будто услышав ее мысли, в дверь постучали.

— Войдите, — тихо сказала она.

В комнату вошли две служанки. Обе выглядели напряженными. И слишком уж внимательно избегали смотреть ей в глаза.

— Его Величество приказал подготовить вас к завтраку, леди.

Леди? Элиан едва не усмехнулась. Еще вчера она была пленницей. Сегодня — что? Игрушкой Императора? Она позволила переодеть себя в темное платье из мягкой ткани. Слишком дорогое. Слишком красивое для пленницы. Пока служанки расчесывали ей волосы, одна из них вдруг тихо спросила:

— Это правда?

— Что именно?

Девушка нервно сглотнула.

— Что вы можете касаться Императора… и оставаться живой?

В комнате сразу стало тихо. Вторая служанка побледнела. Элиан медленно подняла взгляд. Страх. Они обе боялись. Не ее. Его.

— Что здесь происходит? — тихо спросила она.

Служанки переглянулись. И младшая прошептала:

— Его Величество меняется.

В этот момент дверь распахнулась. Леди Морайн вошла так резко, что девушки вздрогнули.

— Вон.

Служанки исчезли мгновенно. Морайн дождалась, пока дверь закроется, и только потом посмотрела на Элиан.

— Не задавайте лишних вопросов прислуге.

— Тогда ответьте вы.

Женщина помолчала.

— Император не спал нормально шесть лет.

Элиан уже слышала это. Но сейчас в голосе Морайн было нечто большее. Усталость.

— Когда его сила выходит из-под контроля, страдает весь дворец, — продолжила она. — Иногда весь город.

По спине пробежал холод.

— И вы хотите сказать…

— Сегодня ночью впервые за много лет ничего не произошло.

Молчание. Леди Морайн подошла ближе.

— Вы не понимаете, насколько стали важны.

Элиан тихо спросила:

— Для Империи?

Женщина посмотрела ей прямо в глаза.

— Для него.

* * *

Завтрак проходил в огромном зале, где было слишком много золота и слишком мало тепла. Длинный стол почти пустовал. Только один человек сидел во главе. Император. Рейнар поднял взгляд, когда Элиан вошла. И она снова почувствовала это. Связь. Едва уловимую, но живую.

Его эмоции коснулись ее мгновенно: усталость, раздражение, и… облегчение. Будто он ждал ее появления.

— Подойди, — спокойно произнес он.

Все слуги в зале мгновенно опустили глаза. Элиан медленно подошла к столу. Император жестом указал на место рядом с собой. Слишком близко. Она села. Рейнар некоторое время молча смотрел на нее. А потом тихо сказал:

— Ты боишься меня меньше, чем вчера.

Элиан нервно сжала пальцы.

— Может быть, я просто устала бояться.

В его глазах мелькнуло что-то странное. Почти уважение.

— Осторожнее с такими словами во дворце.

— Это угроза?

— Совет.

Он сделал паузу.

— Здесь многие захотят использовать тебя против меня.

Элиан нахмурилась.

— Почему?

Император усмехнулся. Холодно.

— Потому что ты стала моей слабостью.

И в зале мгновенно стало еще тише.

Приступ

Ночью Элиан проснулась от крика. Она резко села в постели. Сначала показалось — сон. Но потом дворец содрогнулся. Стены задрожали. Стекла зазвенели. И в следующий миг ее накрыла чужая боль. Настолько сильная, что стало трудно дышать. Император. Элиан вскочила с кровати.

Снаружи уже слышались шаги и тревожные голоса.

— Закрыть северное крыло!

— Быстрее!

— Магический барьер падает!

Она распахнула дверь. По коридору бежали стражники. Один из них попытался остановить ее:

— Вам нельзя—

Но Элиан уже чувствовала направление. Его эмоции тянули ее через весь дворец. Ярость. Агония. Потеря контроля. Люди шарахались от северного крыла. Некоторые были ранены. На стенах мерцали трещины от магических ударов. Когда Элиан добралась до высоких черных дверей, двое магов удерживали защитный барьер.

— Нельзя входить! — крикнул один из них. — Он убьет вас!

Но внутри раздался еще один хриплый, полный боли звук. И Элиан шагнула через барьер. Комната выглядела так, будто по ней прошел шторм. Разбитое стекло. Сломанная мебель. Тени магии, рвущие воздух. А в центре — Император. На коленях. С тяжело опущенной головой.

Черная магия вихрем кружила вокруг него. Опасная. Дикая. Живая. Элиан почувствовала, как задрожали руки. Рейнар поднял голову. Его глаза светились серебром. Нечеловечески.

— Уйди, — хрипло произнес он.

Но она уже чувствовала главное. Страх. Он боялся причинить ей вред. Элиан медленно подошла ближе.

— Не подходи.

Магия вокруг него ударила в стены. Пол треснул. Но она все равно подошла. И осторожно коснулась его лица. Мир взорвался. Боль ударила в нее такой силой, что Элиан едва не закричала. Она тонула в его эмоциях. В темноте. В одиночестве. В бесконечной усталости человека, который слишком долго держал на себе целую Империю.

Рейнар резко выдохнул. Магия вокруг них начала стихать. Медленно. Невероятно. Император схватил ее за запястье. Слишком сильно.

— Что ты со мной делаешь?.. — почти шепотом спросил он.

Элиан дрожала. Но не от страха. Потому что впервые почувствовала — под всей этой тьмой внутри него было нечто другое. Отчаянная потребность быть не одному.

Слишком близко

Утро после приступа изменило все. Теперь во дворце на Элиан смотрели иначе. Не как на пленницу. Как на нечто опасное. Она чувствовала взгляды повсюду: в коридорах, в залах, среди слуг. Шепот за спиной стихал, стоило ей приблизиться. Император не появлялся весь день.

Но связь между ними осталась. Элиан ощущала его присутствие даже на расстоянии. Тяжелое. Горячее. Постоянное. К вечеру это стало почти невыносимо. Она стояла у окна в библиотеке, пытаясь читать старую хронику, когда внезапно почувствовала его эмоции особенно ясно.