Золотая пыль

－ Ну уж точно не на меня. Я здесь ни при чем! － она резко поднялась с кресла и, размахивая полой, переливающегося в искусственном свете, халатика ушла в комнату. Дверь за ней с свистом захоплнулась.

«Какого черта она такая резкая? Как с цепи сорвалась», － думала Лидия. Расслабленно утопая в диване она задремала.

Глава 5

Тягучую, густую тишину в кабинете студсовета нарушал только ритмичный бой настенных часов, висящих здесь еще с прошлого века. Ровно в полночь часы громко пробили двенадцать ударов подряд. Шум эхом разлетался по этажу скрывая в своей тени подбирающийся все ближе скрежет. Тень скользила по стенам, внезапно замирала, а затем вновь крадучись пробиралась сквозь пустые коридоры. Вставив отмычку, он провертел несколько оборотов и чуть расслабленно ввалился в кабинет. Пройдя по темному паркету, он коснулся пальцами стола, ощущая покрытое лаком дерево. Не спеша он прошелся по мягкому ковру, задержался у кожаного кресла-трона стиснув его до скрипа. Устало вздохнув он обошел стол по кругу и вернулся к двери. Не издавая звука увесистый рюкзак опустился на пол. Скрипнула молния и, порывшись в вещах на ковер легла камера. Установив ее на одну из полок и нажав запись он вернулся к сумке. Красная кнопка блекло замигала в темноте, становясь единственным источником света в котором засверкало серебро металла, вытащенного из рюкзака. Он обхватил ее двумя руками словно зубную нить, заставляя леску вонзиться в перчатки. Отойдя в угол он, сливаясь с тенями расслышал неуверенные шаги за дверью. Медленные, нервные, они сливались с тихим ходом стрелки часов. Закрыв глаза и сглотнув слюну Энди потянул ручку. Неожиданно легко открыв дверь Энди чуть не упал на пороге. Ноги подкашивались ожидая чего-то, о чем разум еще не знал. Стараясь не дышать, он медленно оглядывался по сторонам, и не приметя ничего подозрительного прошел в глубь кабинета. Но что-то не давало покоя. На секунду ему показалось, что здесь кто-то есть, но в этой темноте было не разглядеть. Он затаил дыхание, прислушиваясь к ровному бою часов и чему-то еще. Он перебирал в голове все возможные варианты. Его позвал сюда либо один из тупых шутников, либо кто-то с явно неприятными намерениями. И тут, сквозь ровный звук боя часов он услышал еле слышимое дыхание. Да, это точно было дыхание, и он точно знал, что это не его дыхание, ведь свое он остановил секунд десять назад. И только тогда он заметил бледно-красное мигание на одной из полок. Оно было нацелено на него. Словно следящее за ним око. Холодок мурашек пробежал по спине, он хотел развернуться, посмотреть на того, кто решил подшутить над ним, но ноги не двигались. Тень в углу приобрела форму, и сойдя на паркет в пару шагов бесшумно настигла стоящего у стола парня. Кучерявые волосы разбросанные по лицу застилали взор. Тонкая стальная нить душила его, разрывая шею. Стоящий позади крепко сжимал леску, не давая и шанса, отчаянно хватающему ртом воздух парню. Он дергал руками, ногами, в надежде хоть на что-нибудь. Нить впивалась все глубже. Он корчился, ревел, пытался что-то сказать, закричать, но его голос уже тронутый струной затихал с каждой секундой. Алые струйки появлялись то тут, то там, сползая вниз. Отчаяние заполнило угасающий разум парня. Сил бороться не оставалось. Перед глазами все плыло, сливаясь в одну черную картину, ставшую последним что он видел. Ослабнув в руках тени за его спиной, Энди вздохнул в последний раз. Резко отдернув струну, тень отбросила мертвое тело. На паркете разливалось темно-бардовое пятно напоминающее разлитую воду. Воду, вытекающую из перерезанной гортани. Упавшая с глухим стуком голова отскочила словно мяч, и застыла навсегда, выказывая отчаяние на бледнеющем лице. В тишине раздался глухой смешок сквозь лыжную маску, через которую были видны только сверкающие в лунном свете выразительные глаза.

Осень выдалась жаркая, легко можно было спутать с летними деньками. Выходные после матча студенты использовали с размахом. Вечеринки у бассейнов, открытые машины из которых слышалась танцевальная музыка и веселые крики девушек и парней, наслаждавшихся отдыхом. Музыка играла ото всюду, зазывая тех, кто по какой-то причине еще не присоединился к масштабному празднеству. Очередную победу бейсбольной команды отмечали во всех уголках кампусов. Девушки пробирались в мужское общежитие, а парни крадучись проникали в женское, стараясь вести себя тише, но уже в скоре переходя на обычный голос, начиная подпевать льющейся в окна музыке, обнимая и целуя подруг. Девушка, облаченные в бикини, босиком расхаживала у воды, попивая коктейли из изящных бокалов. Все это могло продолжаться до самого конца недельных каникул, если бы кто-то из праздно шатающихся студентов, проходивших мимо кабинета студсовета не почувствовал тошнотворный запах чего-то гниющего. Толпа студентов окружила зловонный кабинет. Зажатые носы не спасали от едких паров. Несколько девушек вывернуло зеленоватой жижей. Скорчившихся в спазмах рвоты, их выводили в полуобморочном состоянии. Несколько парней решивших выбить наконец дверь остановил проходивший профессор философии. Худощавый, низкий, его чуть не откинула волна диких парней. Ловко увернувшись он впечатался в дверь втянув в себя незабываемый запах. Беднягу скрутило, и он исторг из себя недавний обед. Интуитивно понимая, что скорее всего в кабинете что-то или кто-то умерло он поспешил сообщить ректору о случившемся, параллельно пытаясь связаться с охраной, для вскрытия кабинета и Лидией － ответственную за этот кабинет.

Внезапный вой сирен остановил буйное празднество. Музыка стихла, непонимающие студенты встали в одну, плотную кучу, прикрывая тех, на ком почти не было одежды, и тех, кто чувствовал веселье больше других － каждой клеткой своего тела. Они все смотрели на спешащих с носилками медиков. Полицейских о чем-то разговаривающих с бледным, испуганным молодым преподавателем философии. Спустя несколько минут к университету подъехала тонированная машина из которой спешно вышел высокий, жилистый мужчина, имеющий пивной живот. В классическом черном костюме он направился прямиком к сбитым с толку полицейским. Философ что-то мычал, пытаясь сказать о произошедшем, руки бесконтрольно тряслись. Уже несколько раз подступающая к горлу тошнота и последовавшее за ней извержение, тормозили его рассказ.

－ Что случилось, мистер Берман? － сказала внезапно появившаяся Лидия. Она пыталась отдышаться. Поглядывая на столпившихся студентов она видела искривленными в ужасе лица. Перешептывания долетали до нее отдельными фразами.

Он поднял глаза, и задыхаясь от отчаянии сказал:

－ Т...Тр...Труп.

－ Мистер Берман хочет сказать, что обнаружил тело в кабинете студенческого совета. Он пролежал там по меньшей мере три дня, － обратился к ней полицейский － высокий мужчина с резкими чертами лица и усами заканчивающимися у подбородка. Насколько я понимаю, ключ от кабинета был только у вас, мисс Сандей?

Внутри у Лидии все похолодело. Галдевшие голоса становились все приглушенные. Только отвратительный звон в собственной голове подсказывал, что она все еще здесь. Сквозь толщу вакуума к ней едва долетали слова полицейского. Тело вдруг показалось таким тяжелым.

－ Мисс. Мисс. С вами все в порядке?

－ А? Да, все в порядке. Чей... － у нее не хватало сил произнести запретное слово, оно казалось таким неправильным здесь － в уединенном частном университете Роял. Бушевавшее внутри чувство пыталось выскользнуть, открыться всем. Подавляя усмешку она заметила пристально смотрящие на нее глаза шерифа. Заморозив свое лицо в тихом ужасе она смотрела на него ничем не отличаясь от стоявших за ее спиной учащихся. Глубоко вздохнув она сглотнула скопившуюся слюну и подняла испытующие глаза на мужчину.

－ Чей это труп?

－ Боюсь это нам пока не известно, при пострадавшем не было никаких документов, даже мобильника при нем не оказалось. Согласитесь, мисс, кто в наше время ходит без мобильника? Только полный кретин.

Лидия уже не слушала его. Она смотрела на толпу студентов, жавшихся у бассейна. Все они по неволе стали подозреваемыми. В глазах у девушки помутнело, все стало каким-то блеклым, серым. Знакомые лица девушек и парней стали поголовно подсвечены красным знаком вопрос. Она больше не видела их глаз, ртов, застывших в ужасе лиц, вместо всего что было ей знакомо теперь был только вопросительный знак. Внутри нее нечто ликовала от восторга, она пыталась посчитать сколько подозреваемых разом схватил коп. Десятки человек стали первыми в его черном списке. Списке в котором наверняка не окажется ее самой. Закрыв руками лицо она истерично засмеялась вздымая плечи. Слезы струились по ее щекам. Искоса поглядывая на занятых полицейских она отёрла лицо и отыскав в толпе ничего не выражающее лицо брата направилась к нему. Рядом стояла смущенная Стефани.

－ Что, вы уже за ручку гуляете?

－ Завидуешь?

－ Жалею. Жалею Стефи за то, что она не смогла разглядеть в тебе идиота прежде чем влюбилась.

－ Вот что мне нравится в тебе больше всего, так это твое чувство юмора.

Лидия раздраженно подняла глаза на брата обдумывая что еще сказать.

－ Прекратите ругаться. Я все еще твоя подруга, Лидия. И я все еще люблю тебя, － она посмотрела на Кевина. － Кроме того, что там происходит? － она указала на бурно жестикулирующего ректора о чем-то спорящего с полицейским.

－ Кого-то убили в кабинете студсовета.

－ О боже! Они сказали кто это?

－ Нет, они сами еще не знают, ни пропуска ни телефона с ним не было.

－ Странно выходить из общежития без пропуска или телефона, － равнодушно сказал Кевин.

Под шум перешептывающихся студентов, из главных дверей здания вышли двое с носилками, накрытыми белой простыней. Шепот толпы постепенно нарастал, становясь полноценными вскриками ужаса.

－ Смотри! Они выносят кого-то, － вскричала Стефани, указывая в направлении медиков.

Лидия обернулась и сначала направилась быстрым шагом, но постепенно перешла на бег. Она подбежала к мужчинам, вынесшим мертвого парня. Девушку трясло от одного вида белой простыни, но она знала, ей нужно посмотреть кто лежит там. Даже если она этого не сделает, это сделает кто-то другой, но скорее всего гораздо позже. Она сглотнула, сжала руки в кулаки, царапая ладони длинными ногтями, и подняв глаза на мужчин сказала:

－ Могу я взглянуть?

－ Только быстро мисс, нам нужно ехать, － латиноамериканец сдвинул простыню с лица.

Темно-серое, оно не подавало никаких признаков жизни. Ввалившиеся глаза кажется закрытые совсем недавно, чуть приоткрытый рот с едва застывшей слюной, и огромная глубокая рана, окольцовывающая всю шею словно ошейник.

Лидия почувствовала как ее желудок выворачивается, подступая все ближе к горлу. Позыв тошноты скрутил ее, заставив ухватиться у стоящей рядом машины скорой. От подбежавшей к ней третьего медика － маленькой светловолосой женщины, она отмахнулась, стараясь подавить позыв. К счастью она сдержалась. Последнее чего бы ей сейчас хотелось － блевать на глазах у стольких людей. Мужчины накрыли лицо парня, и закатили в машину. Мотор взревел и скорая не включая сирену скрылась за высокими воротами, унося с собой того, кто еще недавно раздражал Лидию своим характером. Теперь он больше никого не будет раздражать. Энди Купер навсегда покинул это место. Место где среди напуганных студентов остался его убийца.

Глава 6

В просторном кабинете стояла мрачная атмосфера. Следователи в белых костюмах аккуратно проходились по поверхностям маленькими палочками, которые после убирали в пробирки － в эти удушающе стерильные баночки. Время от времени был слышен бездушный щелчок фотокамеры. Мрачный ректор о чем-то разговаривал с дрожащем преподавателем, искоса поглядывая на злосчастный кабинет. В тишине коридора раздались стук каблуков о паркет, и на этаж поднялась Лидия в сопровождении шерифа.

－ Зачем вы ведете меня сюда если я не виновна? Вы ведь сами сказали, что верите мне! － истошно пыталась оправдаться девушка. Загорелое лицо сейчас казалось настолько бледным, что она бы легко затерялась в снегах.

－ Мисс Сандей, я ни в чем вас не обвиняю.

－ Тогда почему я должна быть здесь? Разве вы не должны искать настоящего убийцу вместо того, чтобы допрашивать невиновную?

Шериф вздохнул ничего не ответив. Они подошли к толпившемся у кабинета людям. Шериф пожал руку ректору, по дружески спросил как тот поживает, и улыбнулся когда тот же вопрос задали ему.

－ Алиса недавно вернулась из Франции. Она с Марисой вчера на весь день застряли в спа, я даже ненадолго забыл, что живу не один, － он громко рассмеялся.

Лидия искала в глазах ректора поддержку, и тот увидев ее бледное лицо еле заметно кивнул ей, и спросил у шерифа:

－ Ей обязательно надо быть здесь?

－ Это не надолго. Я лишь хочу задать несколько вопросов, после которых сразу отпущу ее. Я уже знаю, что это была не она.

Двое мужчин и Лидия вопросительно посмотрели на шерифа.

－ Парень был задушен кем-то крупнее него, так что такая невысокая девушка вряд ли могла это сделать даже надев высоченные туфли. Все же здесь нужен не только рост, но и сила если вы понимаете о чем я.

－ Я не слабачка, шериф, － грубый взгляд снизу вверх смутил шерифа, так что он поспешил оправдаться.

－ Не поймите превратно мисс, я говорю о том, что вижу вашу невиновность, я ни в коем случае не хотел оскорбить вас.

Преподаватель философии из любопытства заглянул в кабинет. Там стоял такой хаос, что его снова вывернуло, и он смущенный в спешке удалился. На секунду задержав взгляд на удаляющемся мужчине, ректор возвратился к разговору о Лидии.

－ О чем вы хотели с ней поговорить? Лидия, － обратился он к ней. － Ты не против начать без адвоката? Боюсь он не скоро сможет попасть сюда.

－ Хорошо. Давайте уже начнем. Вся эта ситуация жутко измотала меня.

－ Расскажи о том дне, когда ты в последний раз видела Энди Купера.

－ Это был день финального матча по бейсболу. Мне нужно было доделать кое-какие дела, так что я была здесь одна примерно до трех часов. Потом пришел Энди. Он был чем-то встревожен, легче обычного признал свои ошибки.

－ Что это значит?

－ Ну знаете, он из тех людей, которые кроме денег и собственного времени ничего не ценят. Хоть он и состоял в студсовете, он лишь номинально числился. По началу все свои поручения он отдавал кому-то из новичков, со временем я просто перестала давать ему задания, а он перестал появляться в клубе. Но недавно..., － Лидия рассказала о странном поведении Энди и потерянном е-мэйле. － В тот день я видела его в последний раз.

－ Во сколько вы ушли?

－ Около двадцати часов, да, думаю в это время я уже была в общежитии.

－ Это может кто-то подтвердить? － он огладил свои длинные усы, что-то записывая в блокноте.

－ Соседка по комнате Стефани Рондаль и мой брат Кевин, я пересеклась с ним в своей комнате.

－ Хорошо, я думаю мы можем закончить.

－ Я могу идти?

－ Да, мисс.

Лидия видела ободряющий взгляд ректора и доброжелательную улыбку сквозь усы шерифа. Она чувствовала облегчение, словно в раз с нее сняли тяжелую ношу, которую она носила слишком долго. Но где-то в глубине она знала, что это было только начало. Поглубже вздохнув, уверенной походкой она направилась прочь из кампуса, куда-то, где она сможет побыть одна и наконец осмыслить произошедшее без посторонних глаз. Закусанная губа и вцепленные в ладони ногти говорили о ее страхе или о чем-то напоминающем злосчастное чувство － страх быть разоблаченной, страх, что все ее секреты в один момент станут достоянием общественности. Монотонное цоканье ее каблучков разносилось по всему коридору, пока не стихло в глубине здания.

У высокого каменного здания девушка остановилась и оглянувшись облегченно выдохнула. Опасаясь, что ее кто-нибудь заметит, она зашла за угол около которого обычно никого нет, и достала из кармана мобильный. Там, во всех подробностях были запечатлены последние мгновения Энди Купера. То, как он еще живой брыкается в руках кого-то гораздо крепче него, а потом внезапно перестает бороться, повиснув в объятиях.

Ее сердце билось так сильно, заставляя собственный организм перекачивать больше крови, от чего ее настигло головокружение. Но это была эйфория, в которую она приходила просматривая одну за другой фотографии, а на последнем присланном файле было достаточно длинное видео, где были слышны его хрипы, и шарканье обуви о паркет. Девушка приходила в экстаз от увиденного, но страх быть обнаруженной балансировал на грани с возбуждением. Что же будет когда ее застанут за просмотром этого? Ее посадят в тюрьму? А может отправят в психиатрическую клинику? Или приговорят к казни? Она не могла сдержаться представляя это. Несколько раз пролистав фото и видео, она нехотя убрала телефон в карман и сделав привычно улыбчивое лицо направилась в общежитие.

В закатных сумерках общежитие выглядело холодно, отстраненно. Как будто его не тревожило случившееся. Лидия вошла в квартиру застыв на пороге.

－ Миссис Рондаль, что вы здесь делаете?

Женщина судорожно упаковывала чемодан. Стоявшая рядом Стефани виновато склонила голову.

－ Лидия! Как я рада, что ты в порядке.

－ Конечно я в порядке.

Женщина утянула ее в объятия. Лидия чувствовала как она дрожит. Страх пропитывал это место метр за метром выигрывая в неравной схватке с рассудком. Удивленная, Лидия смотрела на продолжающую складывать вещи подругу. Ее любимое платье, широкие джинсы. Видя эти отработанные до автоматизма движения, Лидия поняла что Стефани ее избегает.

－ Скажи, милая, ты ведь тоже уезжаешь?!

－ Нет, я остаюсь. Это решение отца.

－ Что? Не может быть! Здесь опасно!

－ Я знаю. Отец пришлет своих людей для охраны кампуса.

－ И позволить неизвестно кому расхаживать по территории? Да они же испортят весь учебный процесс! Вы же будете постоянно думать о случившемся смотря на этих в форме! Стефани едет домой.

Девушка виновато посмотрела на подругу.

Алый закат струился в окна. Лидия ждала. Ждала когда подруга наконец скажет это.

－ Мама, я тоже хочу остаться, Стефани неуверенно смотрела то на удивленную мать, то на Лидию. Ей казалось что Лидия довольна её словами, довольна ей.

Женщина подошла к дочери и встряхнув ее за плечи испуганно посмотрела в ее пронзительные глаза.

－ О чем ты, милая? Уже все решено! Мы не позволим тебе и дальше оставаться в этом месте.

－ Но мама!

－ Стефани, я все сказала! Собирай вещи, ты не будешь здесь учиться!

Лидия бесшумно подошла со спины и шепнула миссис Рондаль:

－ Вам не кажется, что Стефани уже достаточно взрослая, чтобы самой принимать решения?

－ А вы, юная леди, я еще переговорю с вашим отцом!

－ Пожалуйста, － Лидия широко улыбнулась протягивая телефон, возьмите, － он наверняка будет рад обговорить это, а еще то, что она спит с моим братом когда он уже помолвлен.

Женщина колебалась. Она в нерешительности смотрела на свое отражение на экране.

－ Знаете, － продолжила Лидия. － Смерть Энди Купера повлияло и на мою жизнь.

Женщина подняла на нее глаза.

－ Я, как глава студсовета недосмотрела за кабинетом, первая подозреваемая потому что ключ был только у меня. Знаете сколько у меня проблем из-за выходки какого-то болвана? Стефани нужна здесь чтобы восстановить порядок, не дать хаусу охватившему студентов прорвать за стены университета.

В коридоре шумели приехавшие родители девочек. Они кричали на собравшийся комитет. Плакали, дерзили. Детей отказывались выпускать с территории. За окном еще десяток родителей кричали на ректора одиноко парировавшего их выпады. Сошлись на том, что усилят охрану. Многим это показалось недостаточным и они все же забрали своих детей. Чемоданы стуча колесиками покидали обжитые комнаты. Скрип дверей и шепот студентов походили на прощальный марш. Словно они уже никогда не увидятся, не этим составом.

－ Думаю ты права, Лидия, － женщина улыбнулась, пытаясь стереть грусть с лица. － Я и забыла, что вы уже такие взрослые.

－ Спасибо, мам, － Стефани обняла женщину со спины. Руки двоих сцепились в нежном касании.

Вечерело. Тень метр за метром поглощала мир пробираясь все дальше к свету. Лидия улыбаясь листала конспекты для завтрашней лекции когда перед ее глазами возник образ Энди. Это было мерзко, тошнотворно, и все же она не могла просто взять и перестать думать о нем. Перед глазами вновь и вновь всплывали картинки его мертвенно-бледного тела. Ей не было грустно, ей было тошно. Вид трупа только портил ей аппетит и настроение, но жаль ей не было. Энди был не из тех, кто имеет хорошую репутацию. Он всегда норовил съязвить в глаза любому, вставшему у него на пути, а еще Энди любил совать свой нос в чужие дела. Это было его любимым занятием. Видимо это и привело к печальному исходу. Лидия глубоко вздохнула, покачала головой пытаясь избавиться от надоевших мыслей. В голове все вертелись его последние слова. Почему они так глубоко запали ей в память, она не знала, он смог выдавить из себя только тот бессловесный лепет. Обычно уверенный в себе, с высоко поднятой головой и зазывающей походкой, в тот день он выглядел потерянным. Не было привычной надменности в его словах, не было ярких искр в пристально оценивающих тебя глазах. Слишком уж сильно его вид впечатался в ее память. Незаметно для себя с ее губ слетела усмешка. Слишком уж сильно не нравился ей этот парень. К счастью, больше она его не увидит.

И так, к сегодняшнему дню вы должны были подготовить рефераты. Есть желающие выступить первыми? － мужчинав пиджаке поверх водолазки громко спросил.

Тишина в аудитория была мертвая. Многие прятались за тетради, планшеты желая остаться незамеченными. Вздохнув, мужчина взял папку.

－ Значит пойдем по списку. Алан Армон.

Из центра студенческой трибуны поднялся крупный молодой человек. Пробивающаяся местами борода образовывала тугие завитушки. Тяжело дыша он спускался к профессору держа увесистую папку.

－ Давайте сюда ваш реферат. Послушаем насколько хорошо вы знаете то что писала разумеется самостоятельно.

－ Мистер Ринброк..

－ Давайте давайте, не заставляйте ждать ваших сокурсников.

На задних рядах раздался смешок.

－ Мистер Хари, ради вас я готов изменить последовательность списка. Как на счет пойти после мистера Армона?

－ Извините, сэр.

Алан говорил так тихо, что его было слышно только в первых рядах. Несколько раз Ринброк делал попытку прикрикнуть на него, но плюнув на бесполезное занятие принялся читать работу.

－ Я отправила тебе отчет сегодня утром, видела? － прошептала маленькая беловолосая девушка.

－ Видела. Третья таблица слетела с пятого пункта, и дальше все пошло неправильно.

Лидия скучающе листала собственный реферат готовясь выступить следующей.

－ Как? Я же несколько раз проверяла.

－ И кажется в третьей таблице итог не сходится, потом исправишь. Время до завтра.

－ Поняла, Сэди отчаявшись опустила голову на стол.

Разглядывая Лидию ей виделось что глава студсовета это робот с лицом куклы. Всегда собранная, умная, но при этом такая красивая. Пару раз в груди девушки что-то стукнуло когда она смотрела на симпатичное личико Лидии, но не придав этому значения она вновь и вновь обвивала мускулистую руку Патрика заставляя того смущаться от столь ярких проявлений чувств.

－ Сэди Брук, прошу вас ко мне.

－ Профессор, могу я выступить?

－ Снова не терпится? Ну вперед.

Сэди облегченно вздохнула смотря на удаляющийся силуэт девушки и принялась лихорадочно перебирать исписанные пометками страницы своей работы.

Глава 7

Вскоре дело об убийстве перестали выставлять на показ, и полиция занялась всей оставшейся работой. Состоящей преимущественно из письменной волокиты － подозреваемого все еще не было. Еще не раз шериф лично приезжал, чтобы что-то обсудить с ректором, но всегда уезжал чем-то раздраженный. Однажды Лидия застала его на крыльце главного корпуса. Он курил сигару, выпуская густой дым в ясное небо. Осунувшаяся фигура, кажется еще сильнее посидевшие усы и редкие волосы на голове которых кажется стало меньше.

Дома его ждала хорошенькая жена и взрослая дочь. Могила младшего сына, которую он навестил вчера чуть размякла из-за затянувшихся дождей. Он посмотрел на застывшее серое полотно сквозь которую слабо проглядывался желтоватый диск. Выдохнув в него такого же цвета дым он думал о том, что такие разные вещи могут быть так похожи. Словно он курил само небо, словно само небо стало выпущенным им дымом и просто затвердело забыв рассеяться.