Шейх. Жестокая сказка

— Спасибо, но дальше я сама, — закрыла дверь перед носом здоровяка.

Фух. Прислонилась спиной и подергала ручку. Надежно закрыто. Можно побыть одной, никто сюда не ворвется. Ни Шива со своим шейхом, ни целый мир.

Свет приглушен. Красотень неописуемая. Подсветка из мелких лампочек создает эффект рассыпанных бриллиантов на потолке. Зеркало на всю стену. Отделка янтарно-золотая.

Просторная душевая. Здесь запросто поместятся двое. Вот это габариты.

С открытым ртом я рассматривала не ванную, а музей будущего. Взгляд остановился на отражении. На меня смотрела не бойкая, а напуганная девочка с растрепанными волосами. Вцепилась в края раковины. Надо держаться хотя бы ради бабушки, не впадать в уныние.

Ополоснула лицо, промокнула его кристально белым полотенцем. Пошпионила и в выдвижных полках обнаружила все принадлежности для мытья. Как же хотелось смыть с себя пребывание в клетке.

Кое-как стянула джинсы. Ай, печет. Рана не глубокая, но требует ухода. Наверное, шрам останется. Белье полетело в стопку. Пол с подогревом. Ммм… мои ножки возрадовались.

Я быстренько.

Отрегулировала поток. Блаженство. Тропический душ с потолка по всей площади кабинки, и можно танцевать, как будто под дождем.

Теплая вода смыла усталость. Я никак не могла выпустить из рук мужской гель для душа. Запах кружил голову. Шелк и хлопок. И на миг показалось, что я дома, в пенной ванне. Скоро буду уплетать бабушкин оливье под новогодний концерт в телевизоре.

Ощутила между лопаток покалывание. Присутствие, тень и тяжелый взгляд на себе. Развернулась на пятках, чуть не поскользнувшись на мокрой плитке. Часто заморгала, убирая воду с лица. Вскрикнула, скрестив руки на груди. Из-за пара белая одежда была с трудом различима. Я провела ладонью по запотевшему стеклу.

Мансур.

Волосы смоль, в глазах огненные реки, острые скулы высечены на его красивом скульптурном лице, а в голосе металлический холод.

— Я не помешаю, продолжай.