Подвиг заводов Том 90. Московский завод Станконормаль 1943-1970

Но могла быть пущена в работу для выполнения срочных, первоначальных задач по строительству и подготовке корпусов и работе.

Как и имевшаяся столярная мастерская, довольно просторна я, размером 14, 7 на 10, 7 метров с железобетонным перекрытием и выглядевшая почти новой. Это также было очень важным обстоятельством: при организации предприятия без «столярки» еще никто не обошелся, она была необходима для изготовления тары, попутно - для изготовления простейшей мебели для цехов и контор, а также могла начать работу по изготовлению верстаков, подставок под ноги подросткам, которым трудно дотянуться до механизмов управления станками...

Да, основной состав станочников приходилось формировать из подростков; более солидный контингент рабочих уже был занят делом, день и ночь трудился для потребностей фронта, многие выполняли по две, три, пять норм выработки. Имелись в стране и «десятитысячники», кто «ухитрялся» работать за десятерых. Но не выполняющих нормы не было. Скидки на возраст не делалось. Встал к станку - значит, работай и все!

Первых рабочих для завода обучали в школе ФЗО соседнего завода им. С. Орджоникидзе. Преподавателями в школе являлись, кроме основного педагогического состава, наиболее квалифицированные специалисты завода - инженеры , мастера и передовые рабочие-стахановцы.

С самого начала обучение было организовано на высоком уровне. Несмотря на то, что шла война, молодежь осваивала и оттачивала навыки профессионализма в течение долгих месяцев - до полугода. Только после этого их ставили за станки непосредственно в цехе, да и то вначале под присмотром приставленного к новичку рабочего (или рабочей-наставницы).

Осуществлялась подготовка рабочих для нового за вода и на некоторых других предприятиях - по разным специальностям.

В апреле-мае 1943 года из деревни Лев-Толстовского района Рязанской области привезли в Москву до тридцати работниц, в основном молодежь, еще нигде, кроме как дома по хозяйству, не работавшую. Выгрузили из вагонов на станции и направили на завод «Красный пролетарий», обучать на слесарей-сборщиков.

К сожалению, в архиве не сохранилось подробного списка работников, принятых на работу, в начале организации завода; отдельные имена сегодня называют те, кто, придя на завод в военное лихолетье еще подростком, проработал в его стенах всю свою сознательную жизнь и делится воспоминаниями, которые, в силу разных причин, отложились в памяти наиболее ярко.

Заслуженный ветеран завода, удостоенная государственных наград, в том числе «За доблестный труд во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.», Анна Федоровна Федорина вспоминает:

- «Завод после решения о его организации достиг своей первоначальной запроектированной мощности не сразу, не весной, а ближе к осени. А выдал серийную продукцию, когда на завод был назначен первый директор Степан Лаврентьевич Фокин, в первые дни октября.

...Нас, несколько десятков человек подростков, привезли в Москву в 1943 году из деревень - сначала девушек, а затем и ребят. На заводе «Красный Пролетарий», в течение полугода мы изучали профессию слесаря-сборщика. Наконец, всех нас, в потертых ситцевых платьицах и голубых платочках привезли на новый, с каким-то странным названием, завод - «Станконормаль». Все мы стояли кучно, боясь пошевелиться. Перед нами вышел и встал дородный мужчина в длинном плаще и зычно произнес:

- «Ну, девчата, кончилась жизнь деревенская, начинай новую - рабочую. Стране нужна победа. Враг, хоть и бежит, но еще крепок. Нашей армии нужно крепкое оружие. А делать его будем мы с вами!»

- «Мы! - Ахнули глупые девчонки. - Мы едва инструмент держать в руках научились, а уже - делать оружие!»

Это оказался директор завода Фокин. Он продолжал:

- «Да, мы вместе с вами. - И пояснил: - Станки нужны крепкие, и детали к ним, чтобы ни единый фашистский снаряд не пробил. Вот так! Кто пойдет со мной в первый бой? - Затем выкрикнул он, беря в руки огромную, как нам показалось, лопату».

И тут чудо: мы заулыбались, засмеялись. И робости - как ни бывало. Взбодрившись, мы почти все шагнули ему навстречу. Директор повел нас в какоето помещение, снизу доверху заваленное металлическими стружками, и первый загреб мишуру каких-то отходов. Обернулся: «Ну, что же вы стоите?»

Мы принялись лопатить, сваливать мусор в специальные бункеры, и мало-помалу очистили помещение. За один день очистили. Устали, но радость на душе была великая - какое дело сделали!

Вскоре в этом помещении и открыли первый цех завода. Поставили первый токарный станок - для производства гаек и болтов.

Первым мужчиной, которого мы встретили на заводе, кроме директора, был бригадир Василий Черняев - он пришел прямо из школы ФЗО завода им. С. Орджоникидзе, очень обученным. Его квалификация позволяла не только выполнять обязанности бригадира, но и участвовать в установке станков, наладке и ремонте. Также квалифицированным специалистом оказался и поступивший вскоре на завод Георгий Иванов, обучавший специальности токарей-инструментальщиков.

Чуть позже с завода шлифовальных станков привезли много оборудования, рассредоточили его по группам, наладили, и тем самым пустили 1-й механический цех.

Рабочие приступили к делу, пробуя себя на простейших операциях производства заготовок, нарезанию «болванок» на части, из которых во втором механическом цехе, - как говорили тогда, «на второй операции», - работницы-автоматчицы приступили к нарезке резьбы на болты и гайки.

В ноябре 1943 года был сдан в эксплуатацию и третий цех завода - инструментальный. Возглавил этот цех опытный «металлист», набиравшийся опыта на других заводах еще до войны, И. И. Столбуненко. Позже, когда будет отстроено новое здание инструментального цеха, туда придут работать десятки новых работников, станут изготавливать очень высококачественный инструмент - 5-го разряда качества. А основным костяком инструментальщиков останется та рабочая гвардия, в том числе бригадиры и мастера, которые получили «фронтовую» закалку в цехе под руководством опытного, многому научившего инструментальщиков, начальника цеха И. И. Столбуненко.

Из месяца в месяц молодой коллектив, хотя и с трудом, но справлялся с производственным заданием. Основные трудности для его выполнения составляли нехватка высококачественных металлов, трата времени на частые переналадки станков, изготовление увеличивающегося с каждым новым заказом количества инструмента, оснастки и различных приспособлений.

Едва ли не каждый день конструкторы и технологи приносили в цеха новые чертежи на изделия.

Выполнение стахановских и фронтовых норм выработок осуществлялось одновременно с освоением различных видов нормалей: номенклатура их с десятков быстро доросла до нескольких сотен. Вот здесь работники и вспомнили, для чего так долго обучали их в школе ФЗО: наставления опытных инструкторов очень даже пригодились, без них невозможно было бы выполнить норму выработки ни на одной из операций. Тем более, что с самого начала к качеству изделий бы ли предъявлены очень высокие требования. На заводе, благодаря помощи завода им. С. Орджоникидзе была образована служба качества - отдел технического контроля.

Под руководством начальника второго механического цеха Петра Андреевича Лупанова был организован строгий пооперационный контроль: за каждым слесарем-ремонтник ом закреплялось определенное количество обслуживаемых станков, и за каждую неисправность слесари отвечали персонально. Поэтому сложилась такая практика, что слесари-ремонтники вынуждены были глубже знакомиться с устройством станков, с методами их наладки, тем самым открывая путь к организации труда по предупреждению брака, начиная с первых операций изготовления изделий.

Большую помощь коллективу технического персонала оказывал один из наиболее квалифицированных работни ков завода, начальник производственного отдела Анатолий Семенович Данилов.

Он был хорошим помощником директора, и часто выезжал в различные организации, чтобы решить возникшую «острую проблему».

Их в военный период было много. Каждому предприятию с каждым месяцем усложняли производственную программу, а на пути к ее выполнению вставало множество различных преград.

Большие трудности испытывал коллектив со снабжением смазочными продуктами, инструментальными сталями, химикатами. Все усугублялось полным отсутствием складских помещений на заводе. Сырье хранилось, где придется, да еще с нарушениями норм по технике безопасности.

Нередки были случаи, когда на заводе отключали электроэнергию, правда, ненадолго. Заводские энергетики мечтали о постройке собственной трансформаторной подстанции хотя бы в 100 ква.

К концу 1944 года энергетические мощности завода стабилизировались, благодаря этому удалось ввести в действие несколько крупных прессов, что значительно облегчило работу тем, кто занимался обработкой металла. Кроме того, ряд операций стали переводить с точения на штамповку.

Появились качественные инструментальные стали, благодаря чему становились более качественными инструмент и оснастка. Изделий за смену выпускали все больше и больше. На заводе в это время появились «двухсотники» и «трехсотники», выполняющие по две и три нормы выработки.

Передовые работники всерьез думали о создании «комсомольских фронтовых бригад», поддерживали трудовые почины уже созданных «фронтовых» бригад в стране, носивших имена Героев Советского Союза. Коллектив участвовал во всех формах соцсоревнования, в том числе по экономии инструментальной стали, чего удавалось добиться за счет исправления изношенного инструмента: цанг, шаблонов, - и сэкономить сотни килограммов металла, в том числе десятки килограммов особо дефицитной «инструментальной» стали.

Экономии металла, вообще, придавалось очень много значения, дошло до того, что стали собирать металлическую стружку и складывать ее в ящики, сор тируя по маркам стали. Впрочем, это было не удивительно, при том, что номенклатура изделий постоянно усложнялась и дошла уже до нескольких сот типоразмеров.