Танец снежного мотылька

В итоге вместо 72 золотых договорились на 54. Это за шесть телег с рабочими лошадьми. Четыре со стойками, и две простые.

Половина суммы корова, как языком слизнула. С грустью посмотрела на

исчезающие в кошеле мужика мои подъёмные и пошла на запах прогорклого жира, кивнув Эйрику, дескать, не отставай.

Товар испортился у грустного мужика, около которого образовалась санитарная зона. Посетители обходили его по большой дуге и кричали:

— Что же ты, дурачина, не проверил сразу, что на перепродажу вёз?

А мужик горестно разводил руками. Эйрик, правильно поняв мои намерения сунуться к этому мужику, ухватил меня за плечо:

— Объясни мне, неистинная, зачем тебе этот прокисший жир? Я глубокомысленно ответила:

— Надо.

Глава 20

— И вообще, принц, какая тебе разница, куда я деньги собираюсь тратить, ты же сам сказал.

— Да хочу понять, ты ещё в здравом уме или уже тронулась от радости, что тебя помиловали. Потому как если второе, я тебя в закрытую больницу сразу засуну. Главное, чтоб повод был.

Нет, туда я не хотела, и поэтому пришлось объяснять.

— Сейчас куплю телеги для перевозки брёвен со стойками-ограничителями. Потом материал в рулонах поплотнее и жир вот этот. Сверху стоек ещё перекладину прибьём и ткань натянем сверху.

— А жир то зачем? Испортившийся.

— Пропитаем ткань предварительно в нём. Защита от осадков. Вонять, конечно, будем жёстко, но зато дёшево и сердито. Потом, когда доедем, снимем, очистим или зольной водой, или мочой и снова в дело материал пустим.

— Чем? — у принца выпучились глаза.

— Мочой. Да, Эйрик, такой способ чистки тоже имеет жизнь у разных народов.

— Это зачем ты такое изучала, готовясь ко мне в жены?!

Это был скорее риторический вопрос, и я, игнорируя его, сунулась к неудачливому торговцу.

— Мужчина, за сколько жир продаёте? Он жалобно проблеял:

— По себестоимости. Один золотой. Мне бы свои вложенные отбить, а то жёнка на порог не пустит. Здесь пять вёдер в бочке. Хотел заработать, а вон как вышло.

— Давай так. Покупаю, но в цену входит и услуга.

— Госпожа, скажите, что сделать, — всё выполню. Я кивнула.

— Сейчас я прикуплю несколько рулонов ткани, ты пропитаешь их своей

вонючестью и натянешь ткань на четыре телеги. Оставшейся тканью две телеги просто накроем сверху.

Мужику, конечно, не хотелось возиться, но деваться было некуда. 1 золотой был большой деньгой. И за дурость надо платить.

— А инструменты есть хоть?

— Сейчас будут. Иди свою бочку кати в сторону телег. А мы пока с моим горячо нелюбимым бывшим женихом ткань пойдём выбирать.

И повернулась к дракону:

— Ты как, Сиятельство? В тканях разбираешься? Или только их на ощупь можешь оценить, когда гаремных своих раздеваешь?

Народ вокруг захихикал. Толпа около нас росла. Даже не так: группа поддержки, чирлидеры местного мира. Эйрик покраснел, даже дым из ушей потянулся тонкой струйкой, но что в ответ вякнуть – не придумал, поэтому зло отвернулся.

А местные одобрительно начали мне кивать. А некоторые стали даже тайно помогать. Каким образом? Да громко разговаривая, якобы дела обсуждая:

— Слышал, купчиха Аглая такую ткань хорошую привезла? Даром что некрасивая, зато добротная и хорошего качества?

Я навострила уши.

— Да ты что? — якобы удивился второй. — И где её искать?

— Так в пятом ряду, шестое место.

Эйрик злобно глянул на добровольных советников, и те стушевались, но главное я услышала.

Нашла.

— Сколько метраж в рулонах? И сколько стоит рулон?

— 7,2. Отдам по 1,4 золотых. Итак:

>>>Одна повозка: кузов ≈ 2×3 м, борта 0.5 м.

>>>Тент «шатром» требует ≈ 10–12 м² ткани.

>>>Рулон крепкой конопляной ткани: 7.2 м².

>>>На 4 повозки: 4 × 11 м² = 44 м².

Всё это я считала вслух, подняв к небу глаза. У Эйрика одна бровь стала сама собой подниматься вверх по лбу, а рот открываться.

— Итого 6 рулонов. Да, принц, а ты думал, я до десяти и на пальцах только умею считать?

— Да как-то удивила.

— Я такая. Совершенно непредсказуемая.

— Да я уже понял.

— Не вздумай обратно помолвочный процесс запустить, так и знай — не пойду за тебя. Боюсь, ты умножать в уме так и не научился.

Он даже обиделся на такие намёки в его математической несостоятельности, но демонстрировать таблицу умножения не стал. Либо посчитал доказывания ниже собственного достоинства, либо боялся ошибиться. А я обратилась к купчихе:

— Ещё мне нужны иглы, нитки, — вспомнила слова тётки Люсии, — ножницы пару штук. Отдадите все за 8 золотых?

Женщину тоже восхитили мои способности. Перепроверила она меня на счетах.

Конечно, скидку я просила большую, но, видать, из-за женской солидарности Аглая согласилась. А вот кто мне понесёт рулоны до телег?

Тут меня опять выручил народ. Те же два мужика, подмигнув мне, начали спорить:

— Ты хиляк, ты этот рулон даже до телег не дотащишь!

— Сам ты хиляк, быстрее тебя буду.

— Спорим?

— Спорим. Кто проиграет, тот проставляется ячменным.

— Идёт. Госпожа, разобьёте спор?

Ну естественно, я разве против, что мой товар на спор до телег дотащат. Эйрик злился такому обходу санкций, а народ даже дорожку забега освободил и подбадривал моих помощников. Когда они вернулись, я торжественно подняла руку победителю и чмокнула его в небритую щеку. Все загалдели. Мужичок смутился и зарделся, а злющий Эйрик схватил меня за плечо, потащил, шипя:

— Тебе ещё оставшиеся, — он пошевелил губами и решил убить меня своими способностями, — 37 золотых тратить.

Я восхищённо на него глянула:

— Эйрик, ты вырос на сантиметр в моих глазах. Ты, оказывается, тоже не только девок можешь в гареме обхаживать.

Дракон фыркнул, но так дежурно. С чувством глубокого удовлетворения от того, что его оценили.

Теперь мне нужны были инструменты. И где они? Правильно, там, где слышен звук молота и стоит кузня.

И мы всей толпой двинулись в ту сторону.

Глава 21

Вот кузнец стоит, по наковальне бьёт. Кузня у него переносная, видимо, приходит с ней и чинит, что по мелочи. Логично, дело это пожароопасное, в центре городов кузню не устроишь, да и шумное.

Остановилась перед кузнецом, а он молотит. Жилистый, в кожаном фартуке и косынке. Чистый байкер, только безбородый. Понимаю. Искры – это дело такое. Помню, в городе ходила на фестиваль народных промыслов, и мне объясняли, и даже постучать дали.

Стою, любуюсь. Какой дядечка ладный, и полезный, главное. В этом мире без кузницы и кузнеца никуда. Здесь «Алиэкспресса» нет. А в Диких землях что ждёт? Ладно, мечи и ножи купишь надолго, а вот за мелочёвкой бегать куда-то в город не будешь.

Зависла с этими мыслями около кузни. Ещё и подковы же лошадям нужны, и гвозди, чтобы полотенчико повесить. К сожалению, на этом познания в кузнечном деле у меня заканчивались.

Рядом остановился недовольный Эйрик. Чем? Да какая разница – он всегда недовольный, сколько его знаю. За эти два дня это выражение с его лица не сходит. Интересно, он хоть когда-нибудь улыбается?

— И чего мы здесь застряли? На мужика голого поглазеть решила? Так, мы, вообще-то, за покупками пришли, а не твои глаза радовать.

— Кузню хочу переносную, как у него, — ткнула я пальцем в местного ремесленника.

Нет, я ошиблась, у Эйрика было два выражения лица: недовольное всегда и удивлённое последнее время.

— Не говори мне, что ты и кузнечное дело, кроме математики, изучала?

— А что такого? — я повернулась к нему.

Вот, кстати, на том фестивале и женщина-кузнец имелась, и прекрасно себе ковала.

Помню, спросила я её:

— Не тяжело?

А она сказала, что, конечно, нелегко, но привыкаешь, и в этом деле главное – металл чувствовать надо.

Мой красноголовый спутник даже голову набок склонил:

— А зачем, если тебя ко мне в жены готовили?

— Драконов подковывать, — буркнула я.

Народ вокруг заржал. Эйрик бросил на них грозный взгляд, и смешки затихли.

Стражники, резвящиеся с толпой, приняли боевой вид и оттеснили желающих повеселиться жителей.

— Эйрик, ну что за глупый вопрос. По мелочи что-нибудь ковать. Болты, например, арбалетные. Кстати, в оружейные ряды мы тоже заглянем.

Подошла к кузнецу:

— Мужчина, а не подскажете, сколько может стоить такая походная кузня? Угля мешок и железа заготовки.

Кузнец оторвался от дела, вытер пот со лба и задумчиво глянул на меня:

— Что в ней? Мехи, наковальня-плита, горн-ящик. С металлом и углем – золотых 5 примерно потянет.

Ох, дела мои горькие. За кузню потом помечтаю. Я достала свой листок:

— А рыболовные крючки у вас имеются в продаже? 20 штук. Интересно, зачем им столько надо?

— Золотой. А про запас покупают, потому что рыбы они разные бывают, могут и с крючком сорваться.

— Мне ещё инструменты нужны: 4 лопаты, 2 кирки, 4 топора, 3 молотка, коловорот и гвозди. Хоть чуть-чуть. Можно не новое всё, а восстановленное.

— 5 золотых.

— Ещё котелки, 3 штуки, большие, с десяток ножей, ложки, хотя они могут деревянными быть, тогда тренога для костра.

— 3 золотых.

Охохонюшки. Это что у нас получается? 9 монет. Ууу, захотелось прильнуть на широкую грудь моего неистинного и оросить его слезами скупости, но нельзя. Вдруг мне новую статью за домогательство впаяют. Словами могу – они что ветер, а здесь уже

действие.

Так, прежде чем закупаться оставшимся, мне нужно понять, во что мне оставшееся очень нужное встанет.

— Мужчина, — опять обратилась я к кузнецу, — давайте я вам в залог оставлю золотой за аренду молотка, да ещё с десяток гвоздей.

— Их тоже в аренду? — ядовито прошелестел над ухом голос нелюбимого.

— А их потом мне в общий список включат, — отмахнулась я.

Нацепила широкую улыбку и плечико вперёд выставила. Эйрик сощурил глаза на мои манипуляции.

— Мужчина, — обратилась я к первому попавшемуся зрителю из первого ряда, — вы, вы, который симпатичный самый.

Мужик по-оглядывался, но, поняв, что обращаются к нему, зарделся и приосанился.

— Не сбегаете до моих телег за этим, который жиром прогорклым торговал? Я вот вас, как увидела, сразу поняла, что вы даме не откажете. Пусть сюда придёт за молотком и гвоздями.

И когда мужчина умчался на крыльях похвалы, повернулась к Эйрику и будничным тоном сказала:

— Эйрик, плати золотой кузнецу и побежали по рынку прицениваться. Мне надо понять, на что мне денег хватит. Основное, то есть дома походные, я, считай, приобрела, теперь всё остальное.

Он стоял и смотрел на меня не двигаясь.

— Что?

— Это что сейчас было?

— В смысле? — я расширила глаза.

— Ты как себя ведёшь в присутствии бывшего жениха?

— Эйрик, — возмутилась я, — а ничего, что ты сам слово «бывший» использовал? Я сейчас абсолютно свободный человек, кому хочу, тому глазку и строю. Девушке же надо как-то выживать в тех условиях, в которые ты меня сам и засунул. Всё, прекрати высказывать мне претензии. Наша помолвка была ошибкой, и мы теперь свободны как ветры. Если хочешь мне отомстить, можешь вон с той девушкой позаигрывать, — кивнула я на симпатичную зрительницу, которая весело плевала семечки себе под ноги, — я даже отвернусь, чтоб тебя не смущать гневными взглядами.

Проследив полёт шелухи, Эйрик фыркнул. А я, переключившись на дела насущные, поинтересовалась у кузнеца:

— Рынок сколько ещё работать будет?

— Часа три от силы.

Мама дорогая, а у меня ещё, считай, ничего не куплено.

— Где продуктовые ряды?

Глава 22

Мне показали направление. И не успел мой не жених заплатить кузнецу монету, как я схватила его за руку и потащила за собой. Закралось мне в голову подозрение, что принц может сейчас специально начать тянуть время, чтоб я ничего не успела купить.

Дракон вредный—одна штука, потому что.

Народ расступился, организовав зелёный коридор. Я бегу. Принц за мной растерянно на буксире. Видимо, не ожидал такого напора, только потом, когда я остановилась, руку выдернул и об штаны демонстративно оттёр. Вот гад летучий.

То претензии в невнимании к его персоне высказывает, то брезгливость показывает. Этих мужчин не поймёшь. Противоречивые создания. Ну и шут с ним – не до него. Прошлись по рядам раза три. В начале цены спрашивала, потом скидками интересовалась, потом уже торговалась. К третьему заходу Эйрик готов был, по-моему, не только мне руку свою всучить, но и вообще повиснуть у меня на плечах.

Он уже начал утомляться от шопинга, но продолжал вредничать. Стоило ему услышать:

— Отложите мои покупки в сторону. Мы за ними с принцем на телеге приедем. Сложил руки на груди и покачал головой.

— Нет. Про телегу разговора не было. Сама таскай.

Я начала издалека. С сотворения мира.

— Радость моя несостоявшаяся, — почесала я ожог, который почему-то стал зудеть, заживает, наверное, — а тебя на телеге когда-нибудь катали? Это, вообще-то, удобнее, чем со мной пешком по рынку колесить. Я буду таскать, но по чуть-чуть, и буду

останавливаться у прилавков, чтобы ещё что-нибудь купить, а значит, Сиятельство ты со мной рядком будешь находиться. Как тебе такая перспектива нашей близости?

Эйрик скорчил рожу, но я поняла по некоторой задумчивости во взоре, что он начал склоняться принять моё предложение телеги и коня. Но после, сейчас нельзя себя слабаком показывать. Куда денешься? Додавлю.

Так, что у меня на остатке? Отбросила я в сторону мысли о неистинном.

Продовольствия я закупила: ячмень, просо, чечевица, овощи, и даже мяса солёного. Прикинула – на сорок человек на 14 дней хватит. И обошлось мне это в 8 золотых. Вон там я сейчас приобрету соль, а с противоположной стороны мужик сотами торгует. Сейчас побегаем около них с принцем и эти два господина точно будут готовы чуть сбросить цену. Так и получилось.

После четвёртого круга и моего вкрадчивого голоса мужчины уступили. 3 золотых.

Хотя, может, ещё они наткнулись на грозно-умоляющий взгляд нашего Сиятельства. Правящей верхушке отказывать вредно для здоровья.

Воспользовавшись этим моментом, потащила Эйрика к прилавку с горячительными напитками. Поставила его впереди и стала нагло сразу требовать скидку. Мужчина икнул, увидев красную шевелюру стоявшего перед ним, и отдал прекрасный двухвёдерный бочонок кислятины вполовину цены. Один золотой.

Принц понял, что стал играть за меня, а не против, насупился и отступил в сторону.

Ну хоть и за вино спасибо. Теперь что?

Теперь мне нужны верёвки и сети. Про них мне несколько раз родичи говорили. В итоге я стала счастливой обладательницей порванной конопляной сети, потом починим, и 60 саженей чудесных пеньковых верёвок, которые можно использовать и для крепления, и всего другого. 3 золотых.

Я повернулась к Эйрику, погладила его жалостливо по груди. Тот удивился, но не отстранился, а напрягся вопросительно.

— Держись, мой неистинный. Осталось самое трудное.

— Что? — голос моего нелюбимого дрогнул.

— Одёжные ряды.

Эйрик закрыл глаза и несколько раз со свистом втянул через нос воздух, потом открыл и неумело захлопал ресницами.

— Зачем тебе одежда, у тебя даже очень миленькое платье. Может, не надо?

Это он что? Хочет меня уговорить тащиться в эти гиблые, то есть Дикие земли в помолвочном платье, только бы больше не ходить по рынку? И даже на комплименты стал рассыпаться, падая в собственных глазах ниже плинтуса. Мученик рыночный! Не выйдет.

— Надо, Эйрик, надо. И если ты будешь в нужном месте моих торгов хмурить брови, то наше время пребывания на рынке существенно сократится.

Дракон обречённо вздохнул.

— Так, сколько у меня осталось? — я пошевелила губами: — 16 золотых.

Правильно, принц? Это с кузней, которую можно не брать, так как работать там некому, и, если не торговаться с кузнецом, а мы там же тоже постараемся на пару? Или других кузнецов побежим искать?

Тот неуверенно кивнул. Да, шопинг даже грозных драконов превращает в вызывающих жалость огнедышащих чебурашек.

Одеяла 30 штук б/у, но без дыр мне обошлись всего за 5 золотых. Сказала отложить. Позже, мол, приду. Можно было подешевле купить, потоньше, но я рассудила, что вот на них экономить нельзя. В одеяла можно завернуться в холода, если что. А здоровье – оно важно.

Блин! Лекарства забыла. Даже не записала. Бегом туда. Товар там штучный, главное, чтоб не раскупили. В итоге урвала один горшок мази противовоспалительной и три бутылки настойки за 2 золотых.

Осталось 9 золотых. У-У-У-У-У.

Ладно, одежда. Да не убьют меня родственники за эти поношенные одежды и сапоги. Обувь 6 пар брала на глаз, седьмую сама померила.

В потухших глазах принца даже искра жизни появилась, когда я, приподнимая подол, оценивала удобность сапог. Выбрала себе одежду. Для родичей брала, вначале, прикинув на Эйрике. Развернула его к себе спиной и прикладывала к плечам.

— Эйрик, а знаешь, ты, оказывается, очень полезный элемент в качестве сопровождающего на рынке.

Принц промолчал. Чувствуется, он уже сто раз себя проклял за то решение. А я же предупреждала: «Вы не меня наказываете, вы себя наказываете».

— Казню, — обречённо и как-то буднично буркнул Эйрик.

— Не получится, — задумчиво ответила я, рассматривая большую дырень в куртке.

— Со мной официально ничего теперь не сделать, только если ночью подушкой тишком придушить.

Ладно, тётки зашьют. Беру. Ну как беру, тоже отложила.

— А почему сразу не купишь? — взвыл принц.

— Не надо горячку пороть в этом деле. Мы сюда ещё вернёмся, — сказала я и получила картину «Дракон на грани нервного срыва». А кому легко? Мне?

Глава 23

Так, минус 4 золотых. Осталось 5. А на посошок у меня кузнец остался и… Денег на это, конечно, могло не хватить, но хоть прицениться к оружию бы надо было.

— Эйрик, сейчас передохнёшь чуть. И идём оружие смотреть. Для меня.

— Родичам? — оживился принц, потом он вычленил «для меня», и он опять удивился. — Тебе? А ты с ним умеешь обращаться? Женщина, мне кого в жены готовили? Я не понял. Ты с кем собиралась сражаться? А может, ты покушение собиралась устроить?

— Ага, на твою честь. Под дулом стрелы заставила бы себе отдаться.

Народ, продолжавший кучковаться, дружно захихикал, даже стражники, видимо, представив себе эту картину.

Эйрик на это прибавил шаг. А что он мог сказать?

— Нет, драконы не сдаются. Только через мой труп ты заполучишь моё тело.

А цены на оружие кусались. И ой как. К мечам я даже не подходила. У моих они будут и так. Надо было присмотреть что-нибудь именно мне, любимой.

Вот луки, но к ним сноровка нужна и учиться время. А вот арбалет – это уже тема.

Помнится, на том же фестивале реконструкторы демонстрировали стрельбу из них. Я даже попробовала. По-хорошему, как ружьё. Прицел, курок, просто вместо пуль – стрелы.

— Сколько? — ткнула я пальцем в первый попавшийся.

— Десять. Ох, ты ж.

— А эти?

— Семь.

— А набор болтов?

— Три.

— Торг уместен?

Продавец мотнул головой:

— Последняя цена, иначе в убыток себе сторгую.

Постояла над арбалетами, губы покусала, повздыхала, но цену эту не снизило.

Даже покряхтела. Продавец с любопытством рассматривал нас с Эйриком и всё честное общество сзади.

— А пристреляться можно где?

Мужчина кивнул и показал цель сзади. Красный центр и круг.

— Неужто сами будете? — изумился торговец.

— Да, мой друг. Жизнь жестока, приходиться все само́й. А то вдруг кто полезет жениться, а я уже не хочу. Мне одной помолвки на всю оставшуюся жизнь хватило. Век её помнить буду. Теперь всех истинных и неистинных болтом буду встречать.

И кипятком по причинным местам. Это я уже про себя подумала.

— Ссылают меня, друг ситный, вместе с родом.

Торговец прищурился. Оглядел меня, стражу и недоверчиво спросил:

— Неужто в Дикие Земли направление получили? Кивнула:

— Туда. Вон сто золотых осваиваю. Хочу всё предусмотреть. И оружие приобретаю, чтоб от нехороших типов обороняться.

— Ты вначале в цель попади, гусеница, — это уже принц напомнил о своём существовании.

Я стою, думаю: ну попаду, а что дальше? 5 золотых в остатке. Хорошо, на 2 у кузнеца скидку выпрошу. Семь. А болты на что покупать?

Смотрю на ехидно ухмыляющегося Эйрика:

— Принц, а вы сами-то стрелять можете? Или только глазками в гареме? Опять хихиканье.

— Да уж умею, в отличие от некоторых самоуверенных особ с криминальными наклонностями.

— А давайте на три золотых спорить, что я метче вас буду.

Ну а что мне оставалось делать? Кто не рискует – тот с арбалетом шампанское не пьёт. И принцу не с руки отказываться—типа техническое поражение народ засчитает.

— Пять выстрелов.

— Десять.

Мне пристреляться же надо. Ну, думаю, если проиграю, буду в помолвочном платье по лесам бегать.

У Эйрика две стрелы легли в красную точку. Остальные кучно, но рядышком. Мои первые три улетели непонятно куда, что было встречено ехидным смешком, а потом остальные легли ровно в десяточку.

Мой красноголовый застыл, не веря своим глазам. Народ радостно загудел, даже стражник подмигнул восхищённо: молодец, мол, каторжница будущая. А я почувствовала громадное удовлетворение. Всё. Я практически истратила все деньги до копейки, но смогла купить, что планировала. Даже арбалет с болтами. Правда, кузня осталась только в планах, но нельзя объять необъятное.

Но возникло одно но. Раздосадованный поражением принц скомандовал стражникам:

— Народ разогнать.

Ах ты птеродактиль огнедышащий! Обиделся. Но я умная и предусмотрительная, я такой вариант развития событий прямо очень в голове держала.

Глава 24

Дала время насладиться не моему дракону триумфом, зачем человеку кратковременный праздник возмездия портить. Минут пять с арбалетом повозилась любовно, уже мои честно выигранные болты погладила. Моя прелесть! Про особенности ухода за ним поспрашивала у торговца, пока Эйрик с супер важным видом что-то внушал главного стражнику. Время тянет, вот точно.

Принц думал, что мне досадить получилось, а на самом деле очень помог. Мне столько успели рассказать. Конечно, родичи бы указали на ошибки обращения, но за это время я могла навредить оружию. Там, оказывается, столько тонкостей имелось: и тетиву смазывать, и холостыми бить нельзя, только болтом. Над спусковым механизмом вообще не дышать – любить и лелеять. И вообще, хранить оружие полагалось в чехле.

Продавец, видя мой неподдельный интерес и уважение, расщедрился и подарил мне старую баночку жира смазочного.

— Извиняйте, барышня, с чехлом не помогу. Даже самого рваного не имеется.

— Не беда. Можно глянуть хоть, как выглядит?

Мне показали. Вот пусть мои тётки займутся этим. Можно было чехол из кожи сварганить, но поймай пока эту кожу в лесу, обдери с хозяина рычащего, а можно из плотного сукна сшить. С мехом внутри. Возни много, конечно, ну что поделаешь. Оружие было дорогое и непростое. С механизмами.

Даже Эйрик остыл, прислушиваясь к нашему разговору. Потом подошёл и

интересоваться стал про материал плеч на более дорогих арбалетах. В руках покрутил. Даже из стадного чувства хотел и себе купить, потом передумал.

Поговорили мы с торговцем и за его жизнь. Так, мельком. Откуда, что, как и почему.

Вручили мне арбалет и болты связанные. Сама несу – приказ выполняю.

Тормознули у прилавка с орехами.

«А когда я последний раз ела?»

Желудок, про который я забыла, робко заныл вначале, а потом выдал неприличную трель. Ой, как неудобно вышло. Эйрик брезгливо скривился, глянув на моё обмякшее

брюшко. Я прямо смутилась, а торговка жалостливо вручила горсточку – червяка, голосящего заморить.

Один орешек я принцу предложила, но он гордо отвернулся. Мне же больше достанется.

— Ну что, мой уже недорогой, выбирай теперь, куда на второй круг отправимся: в продукты или на одёжку любопытствовать?

Принц оторопел:

— Эй, ты чего? Мы же сейчас всё купили. Ты же отложила.

— Понимаешь, Эйрик, у женщин есть такая особенность – хотеть всё и сразу. Иногда скупаешь в порыве души нужное и ненужное. И чтоб деньги зря не тратить — присматриваешь покупки, откладываешь и ходишь по другим делам. А уже потом возвращаешься к отложенным вещам и решаешь, подходят они тебе или нет, и на новое внимание кладёшь.

Принц неверяще посмотрел на торговку. Она энергично закивала в поддержку моих слов.

— Правду госпожа говорит. Вещам надо отлежаться у нас в голове. Всё. Драконья крепость готова была пасть к моим ногам.

— Эйрик, но я понимаю, что ты на меня уже столько времени спустил и хочу предложить тебе компромисс.

Принц прищурился.