Молчаливое предательство

Галина Передериева

Молчаливое предательство

Молчаливое предательство

(В основу рассказа положены реальные события. Все совпадения случайны)

1

Известие

— Слава, Машуня мальчика родила! — Екатерина выглянула из кухни с телефоном в руках. — Теперь мы бабушка и дедушка! — радостно воскликнула она.

Вячеслав Григорьевич встал с дивана, молча оделся потеплее и вышел из квартиры. Екатерина Михайловна растерянно оглядела зал, вышла в коридор, а затем на площадку.

— Славик, ты куда идёшь? В магазин? — закричала она, перегнувшись через перила.

Вячеслав махнул рукой и вышел на улицу.

Екатерина Михайловна стояла на площадке в растерянности. Мысли проносились потоком: «Что с ним? Что не так? Кто виноват? И в чём? Нет! Надо выяснить, когда появится. А может, не появится? Тьфу, глупая, что в голову пришло. Вернётся. Погулять пошёл. А может, в больницу к дочери? Конечно, к ней. А я уж грешным делом плохое подумала».

Не успела она переступить порог квартиры, как зазвонил стационарный телефон. Екатерина подняла трубку и услышала, что кто-то кашлял.

— Алло! Кто вы? Что хотите? — с трудом выдавила она.

— Екатерина, ты? — раздался в трубке требовательный женский голос. — Хорошо, что ты подняла. Слушай. Славик ушёл от вас. Ему ваши крики и распашонки с пелёнками только помешают. Он со мной решил жить. Дома с мамой всё лучше. А ты мужа запустила, а теперь и вовсе следить за ним перестанешь. Короче, он с тобой разводится. Вещички его собери. Смотри, я проверю, всё ли цело.

— Клавдия Петровна, что вы такое говорите? Кто это решил? — Екатерине от возмущения не хватало воздуха.

Она положила трубку и опустилась на табуретку у тумбочки в прихожей. Руки плетьми упали на колени. В висках стучали слова: «Развод. Вещички. Проверю».

Из спальни вышла Валентина Ивановна, мать Кати:

— Доченька. Что случилось? На тебе лица нет.

— Мама, ты проснулась? У нас две новости. Ты стала прабабушкой, а меня бросили. Предстоит развод, — Екатерина залилась слезами.

— Дела-а, — пропела Валентина Ивановна. — Ничего страшного. Моя пенсия, твоя зарплата. Муж Машуни зарабатывает прилично. Сдюжим. А этот охламон всегда эгоистом был. Ты ему лучший кусок, а он на сторону смотрел. Ты его обихаживаешь, а он на гулянку с друзьями. Как говорится, лентяй уходит из семьи — жене в радость. Займёшься собой. Кто там родился-то?

— Мама, родился мальчик. Здоровый ребёнок, богатырь, — Екатерина немного стала приходить в себя.

— Доча, пойдём завтракать, а потом поедем в роддом, — Валентина Ивановна взяла дочку под руку и повела на кухню.

Мать и дочь завтракали молча. Каждая думала о своём. Валентина Ивановна вспомнила, как рожала Катеньку, как муж встречал её на УАЗике, как молоденькие санитарки высыпали на порог больницы поглазеть на молодого офицера. Они тогда жили в военном городке на Севере. Лето выдалось тёплым. В машине лежала охапка полевых цветов. Дочка росла среди таких же детей офицеров. Особенно запомнились праздники. Отмечали сообща, веселились под гармонь и гитару. А потом включали магнитофон и танцевали.

А Екатерина Михайловна думала о предательстве мужа. Она ещё не могла отпустить ситуацию, хотя понимала, что мама права. Проживём. Но статус брошенной жены не давал покоя. Она вспоминала, как они вместе обустраивали комнату после свадьбы, как смеялись, когда поняли, что поклеили обои вниз головой, потому что рисунок не совпадал. Она не могла понять причину уходу мужа.

— Катюха, не печалься, — Валентина Ивановна положила свою руку на руку дочери. — Хватит. Радоваться надо. Напиши обиду на бумаге и сожги.

Валентина Ивановна встала, принесла тетрадь и ручку:

— Возьми, пиши, что тревожит.

Екатерина медленно открыла тетрадь, взяла ручку. Она задумалась. В голове проносились мысли: «Ее добрый, всегда улыбающийся Славик предал, но почему? Эх, Славик, Славик, зачем ты это сделал? Ненавижу ли я тебя? Чувства остыли. Но ненависти нет. Появилась обида». Екатерина писала и зачеркивала, фразы давались ей с трудом. Она писала долго.

Валентина Ивановна смотрела в окно. Через некоторое время она почувствовала запах дыма и обернулась. Екатерина сидела спокойная. Но на лице отразилась сильная усталость. Валентна Ивановна заметила темные круги под глазами дочери. Екатерина неотрывно смотрела на тлеющие листы на подносе.

Она подошла к дочери, обняла её сзади за плечи и поцеловала в голову:

— Что ты, что ты. Нельзя так нервничать. Ты большая молодец, а теперь переодевайся. Идем к внучку.

— Да, мама, пойдём в роддом. Но сначала зайдем в гастроном. Купим молока и булочек, — Екатерина Михайловна встала и пошла одеваться.

2

Секрет Полишинеля

На улице светило солнце, морозный воздух щипал за щёки. Дворники вышли на расчистку снега. Прохожие брели гуськом по узкой тропинке. Екатерина Михайловна взяла под руку маму, и они отправились в продуктовый. У входа в гастроном они повстречали соседку по площадке.

— Доброе утро! — весело приветствовала она женщин. — Что это вы так рано в магазин, да ещё вдвоём?

Валентина Ивановна злобно зыркнула на соседку, так что та осеклась и попятилась:

— Рано — значит, так надо. Идите своей дорогой.

Екатерина Михайловна крепко сжала руку матери, чтобы та не нервничала, и произнесла:

— У нас большая радость. Внука идём проведывать. А без подарка нельзя.

— А я думала, что беду заливать поспешили, — съехидничала соседка.

— Какую такую беду? — возмутилась Валентина Ивановна. — У нас радость в семье. А вы не можете, чтобы гадость не сказать.

— Как же, гадость! Ваш Славик слинял! — засмеялась соседка.

— А вы откуда знаете? Подслушивали? — удивилась Екатерина Михайловна.

— Очень надо! Клавдия сообщила, похвасталась. Сын, мол, будет жить с ней. Значит, вас бросил. Надоел ваш балаган. Да ещё крикуна Машка принесёт через неделю. Табор, да и только. Хоть кибитку покупай и путешествуй, — выпалила соседка.