Бар с того света

Виктория Феоктистова

Бар с того света

Дисклеймер

Настоящее произведение является художественным вымыслом. Все персонажи, события, места действия, ситуации, организации, описанные в книге, являются плодом воображения автора. С полным дисклеймером можно будет ознакомиться на последней странице книги.

Пролог

В тот осенний и дождливый вечер я шла в конкретное место, и этим местом был «Паб», который за последние полгода превратился в мой личный ад, состоящий из потертой стойки, дыма, въевшегося в обои, и вечно хмурого бармена. Я ненавидела этот броженый запах вперемешку с кожей и сыростью, но именно поэтому и свернула туда. Когда мир катится к чертям, хочется найти самое уродливое, самое занюханное место на карте и просто забыться там, дабы соответствовать моменту. Я толкнула дверь, и привычный звон колокольчика показался мне сегодня другим, каким-то особенно тоскливым. Внутри было через чур тихо, пахло там корицей или, может быть, сандалом? Я осталась на пороге, чтобы оглядеться, потому что народу не было ни души, хотя часы показывали около полуночи, да и бармен за стойкой выглядел иначе, без своей дурацкой желтой кепки, а в безупречно белой рубашке с уложенной челкой, и, кажется, он даже улыбался.

— Присаживайся, — томно произнес парень. — Сегодня у нас необыкновенное меню, и я знаю, что тебе это непременно западет в душу.

Он говорил издалека, но по ощущениям в полуметре от меня, и я хотела съязвить, затем хотела развернуться и уйти, приняв сегодняшний вечер за тематический закрытый прием, на котором я оказалась случайно, но ноги мои сами понесли к барной стойке, и только тогда я заметила, что зал стал огромным, а потолок затерялся в сумраке, за которым виднелись люстры-канделябры со свечами, а вместо привычных стоек с крепкими настойками и закусками вдоль стен стояли дубовые книжные шкафы, уходящие ввысь. За моей спиной мягко распахнулись ставни, и я обернулась. За окном, которое раньше выходило на мусорные баки, клубилась бескрайняя, подсвеченная луной пустота, и звездная пыль кружилась в темноте, будто снег. Бармен немедля поставил передо мной высокий мутный стакан с плавающей внутри искрой.

— Добро пожаловать, — торжественно произнес он.

Бармен обвел рукой пустой зал, и я вдруг поняла, что пустым он кажется только мне, потому что в тенях за стойкой кто-то болтал, а на верхних ярусах книжных шкафов были слышны песни, и в углу, где, казалось бы, никого нет, доносились смешки.

— Ты тут не случайно, — продолжил бармен, наклоняясь ко мне через стойку. — Здесь каждый напиток — это чья-то история.

Затем он постучал пальцем по стойке, и по дереву побежали трещины, внутри которых мерцал свет.

— Этот бар стоит на перекрестке, где заканчиваются все дороги.

Бармен перевел дыхание, и мне показалось, что стены чуть сдвинулись.

— Здесь есть истории про боль, страх, иллюзии. Вот за этим столиком, — он кивнул в дальний угол, — сидит мужчина, который каждый вечер заказывает «Черный рассвет». Возможно, сегодня он расскажет тебе почему.

Бармен подвинул ко мне с виду пустой бокал, но, заглянув внутрь, я узрела, как на его дне, словно по лесной низине, стелется густой, молочный туман.

— А здесь, — он понизил тон почти до шепота, — истории про зло, которое не мешкаясь, целиком вынимает душу, чтобы ты даже не успела дернуться. Вон та девушка у колонны, Анна, видишь? Она обязательно поведает тебе об истинном зле.

Я хотела отвести взгляд, но не могла, и бармен поднес третий стакан из матового стекла, покрытого инеем.

— Есть тут истории про расплату. О, это мои любимые. Обычно она приходит под видом случайной встречи, поворота не туда, звонка в три часа ночи. Тот парень у входа, перебирающий четки, расплачивается уже двадцать лет.

Затем бармен достал из-под стойки бутылку, из которой вместо жидкости сочился дым.

— И конечно, — выдохнул он, — про смерть, что случается в понедельник утром, когда ты, ничего не подозревая, идешь на работу. Смерть здесь не конец, а дверь, за которой пустота, и в этой пустоте, — бармен поднял дымящийся стакан к потолку, — голоса... Они сидят на этих барных стульях, — он обвел рукой зал и подмигнул, — и пьют из мрачных бокалов, за то, чтобы их вспоминали, чтобы как можно дольше не уходить в небытие. Пока их история звучит, они все еще живы. Поэтому я и держу этот бар, миледи.

Я перевела дыхание, и искра в моем стакане замерцала еще пуще, отражаясь в зрачках бармена.

— Так что, богиня, ты все еще хочешь просто содовую? Или готова услышать, чьей жизнью заплачен этот тост? — Он наклонился совсем близко.

Впервые за долгие годы мне было любопытно, и я взяла стакан и глотнула, полностью осознавая, что привычный мир остался где-то там, за дверью, и я наконец расправила плечи и приготовилась слушать.

Пятый путь

Новость пришла в телефоны

в 15:55. Затем завыла сирена и сухой, безэмоциональный голос раздался из

микроволновок: «Внимание. Через час столкновение неизбежно. Вероятность

выживания нулевая. Оставайтесь на местах и просите прощения у близких».

Серый исполин двигался над миром, как маятник. Шарообразная каменистая глыба, плыла по небу, и в ее тени умирал солнечный свет. Город сошел с ума, и люди обратились в хаос. В моем офисе один знакомый снял галстук и крепко завязал его на шее новенькой коллеги, в попытках задушить. Девушка заплакала, а он не произнес ни слова в свое оправдание, просто зашагал к выходу, опрокинув по пути кулер с водой. Через минуту офис превратился в поле боя. Я видела, как люди хватали ноутбуки и швыряли их в стены, главный бухгалтер уничтожал стеклянные перегородки стулом, начальник отдела логистики целовался с уборщицей, а Виктор выпрыгнул в окно. Были и те, кто продолжал работать, делая вид, что ничего не происходит. Я выбежала на улицу и ко мне дошла смс: «Встретимся у дома». Мне как-то нужно было попасть домой. Пробка на автостраде превратилась в кладбище машин. Водители побросали ключи в зажигании и ушли. Две бабки дрались за место в автобусе, который уже никуда не поедет. Таксист сидел на капоте черного седана и пил шампанское из горла. Я шла туда, откуда громко доносилась музыка, не знаю зачем, но быстро оказалась в узком переулке недалеко от офиса, где толпа в кругу распивала спиртное. Они били пустые бутылки по очереди об головы друг другу, и от этого громко кричали. Заметив меня, они помахали руками, у одной кучерявой брюнетки по вискам стекла кровь, мужчина похожий на байкера был с полностью окровавленным лицом, остальные плевали и харкали кровью, я сорвалась и с ужасом выбежала на оживленный проспект.