Властный

Глава 1. Бизнес-класс — это шампанское и сюрпризы.

ВЛАСТНЫЙ

Глава 1. Бизнес-класс - это шампанское и сюрпризы.

-Господижтыбожемой!.. Посторонись! - Прокричала я парочке, миролюбиво прогуливающейся вдоль стеклянных витрин, раскиданных по всей длине терминала.

Парочка призыву внемла моментально и, как море перед Моисеем, раздвинулась передо мной и моим маленьким чемоданом на колесиках. Мы, то есть я и чемодан в традиционной расцветке барберри, благодарно пропыхтели мимо со скоростью локомотива. Курс был указан на зажатом в моей руке посадочном талоне: двадцатый выход терминала D.

И, конечно же, я уже опаздывала. Знаете, я считаю это особым талантом: опаздывать всегда, везде и в любой ситуации. Ходят слухи, что я задержусь на собственных похоронах. Да-да, черный юмор.

Так вот, если верить этому предательскому талону, посадка в мой самолет, на рейс Нью-Йорк - Бриджпорт, началась 20 минут назад. А я склонна верить подобным бумажонкам. Как оказалось - зря. Нет, со временем меня не надурили, а вот с номером терминала...

Когда я, пыхтя, как загнанная на скачках лошадь, прикатила к назначенному выходу, заняла очередь страждущих уехать из Большого яблока, и подняла голову вверх, то увидела, что на электронном экранемне подмигнула скромная надпись в три слова через дефисы: Уэст-Палм-Бич. Замечательный, надо отметить, город, что раскинулся на восточном побережье юга полуострова Флорида. Он хорош во всех отношениях за исключением одного: МНЕ ТУДА НЕ НАДО!

Я метнулась к огромному онлайн-табло и лихорадочно стала выискивать время своего вылета: 19-50. Нашла, подождала, пока японский сменится на английский и даст мне возможность осознать, как сильно я ошиблась со стороной своей пробежки.

-О-о че-ерт. - Простонала я обреченно, и резко развернувшись, побежала в другую сторону (Читать: понеслась, полетела, помчалась и прочие эпитеты!). Конечно же, по закону подлости (А это единственный закон в моей жизни, который действует на регулярной основе.), мой выход перенесли с двадцатого на третий. А это, на минуточку, совершенно противоположный конец огромного терминала!

Девятнадцать... Восемнадцать... Семнадцать... Шестнадцать... Мелькали над моей головой таблички с заботливыми стрелками-указателями, говоря, что я двигаюсь в нужном направлении. Люди, которым посчастливилось встретиться с реактивным асфальтоукладчиком Синтия второй раз за последние пару минут, уже выискивались взглядом копов или хотя бы представителей психиатрической лечебницы, от которых я, по их мнению, сбегала. Я стойко выносила изумление на лицах окружающих, одной рукой придерживая мою кеппи цвета хаки, грозившую остаться в уже родном Нью-Йорке и оставить мою бедовую голову неприкрытой. Мой очаровательный коротенький комбинезон такого же тона, с глубоким декольте на запа́х, тоже был критически близок к тому, чтобы распахнуться и показать людям мою искреннюю душу и, заодно, кружевной бюстье. Даже одежда сегодня против меня!

«-Беги, Форест, беги!

-Она несётся так, как будто за ней маньяк гонится. Даже от меня так не убегали! Зависть берет!

-Лучше бы вы ее поддержали...

-Как? Как черлидерши? Мне не идут плиссированные юбки. И помпоны. Вот шляпы и свитера в полоску - это мое!»

Добежав до конца терминала, я обнаружила, что теперь мне предстоит еще и спуск вниз: именно там спрятались выход с первого по третий (Родной, милый, долгожданный!).

-Просим пассажиров, Синтию Смит и Дилана Питтерсона, вылетающих по маршруту Нью-Йорк - Бриджпорт, рейс RL 1080 подойти к выходу номер три, посадка завершается.

Проговорила женщина, бесцеремонно рассказывая всему терминалу: кто я и куда опаздываю. Не о такой популярности я мечтала!

-Спасибо за информацию! Очень вовремя! - Огрызнулась я куда-то в потолок.

Подхватив чемодан, чтобы он не оставил свои колеса на лестнице, я побежала вниз, отчаянно сопя. Наверное, именно это сиплое «дыхание маньяка с астмой» заставило парня передо мной испуганно повернуться и освободить узкий проход, делая рукой движение куда-то в неопределенную даль, в которую я самоотверженно направлялась.

-Удачи! - Крикнул он мне в след и неожиданно добавил: - Если не успеешь - найди меня!

Я оглянулась через плечо, оценила его шикарный загар и темные густые волосы, которые едва начинали виться. Бросила в ответ улыбку, надеясь, что она не была похожа на оскал загнанной клячи. Но для флирта и обмена визитками времени не оставалось, вожделенная стойка уже маячила перед глазами.

Когда я, дыша, как марафонец на финише, оказалась у нее, то дернула за плечо плотного мужчину в костюме. Он приблизился к третьему выходу одновременно со мной, наверное, тот самый «опаздун», о котором тоже упоминали. Когда он обернулся, я ткнула пальцем в терминал:

-Бриджпорт? - Теперь я должна была в этом убедиться всеми возможными способами. В аэропорту ничему нельзя доверять, даже посадочному талону!

-Я надеюсь! - Весело заметил мужчина.

-Я тоже. - Выравнивая дыхание, произнесла я. - Обратно я не побегу.

-Опаздываем? - Риторически поинтересовался мужчина в форме, чей долг был - не пустить нас на борт с опасными предметами. Как будто тысячи сканеров, интроскопа, металлодетектора, личного досмотра и прочих проверок перед этим было мало. - Есть в ручной клади что-нибудь, о чем мне надо знать?

-Нет, сэр! - Откликнулась я, как бравый солдат, и, как обычно забыв прикусить язык, добавила: - Лишь то, о чем вам знать не стоит!

Секунд пять мы смотрели друг другу в глаза. За это время я успела представить, как меня разворачивают «кругом» и отправляют восвояси. Но неожиданно этот представитель «аэропортных войск» разразился сочным грудным смехом.

-Проходи, юмористка. - Кивнул он мне, и дважды повторять ему не пришлось.

Быстрая процедура проверки билетов, и вот я уже топаю через «рукав» в ожидающий самолет. По дороге я сняла кеппи и попыталась рукой встряхнуть волосы, которые стали влажными у корней. Мои локоны отлично отрасли, и теперь я тряслась за каждый их сантиметр. Мне казалось, что с такой длинной (ниже лопаток), мое лицо с пухловатыми щечками, которые не могли вывести ни диеты, ни экзекуции кефиром и огурцами, ни даже знаменитая «бешеная сушка»* выглядело немного худее. Ох уж эти комплексы. В итоге я смирилась. Скажем так: пожрать я люблю больше, чем впалые щеки. А если верить папе, то я и так модель! Люблю родителей. Для них ты всегда красотка.

Добравшись до салона самолета, я стала искать взглядом свое место в бизнес-классе: забронировала себе у окошка. Я просто обожала смотреть на землю под нами и облака. Этим я отличалась от Льюиса, который так боялся летать на самолетах, что обязательно выпивал горячительного для храбрости. Воспоминания о Кэроу заставили меня помрачнеть, и я быстро отогнала их мыслью о том, что совсем скоро я увижу свою любимую подругу и потискаю ее карапуза. Подумать только, у Алексис и Тэйта родился сынок! Именно на его первый юбилей я и направлялась. Стоит ли упомянуть, что я стала редкой гостьей в Бриджпорте? Надеюсь, Лекси не сильно за это дуется.

Найдя свое место, я сложила ручку чемоданчика и стала поднимать его на багажную полку. Осознав, что переоценила свою силу, я охнула, и чуть было не завалилась вместе со всеми своими дизайнерскими шмотками и не менее дизайнерскими панталончиками. Впрочем, я бы обязательно продемонстрировала людям содержимое ручной клади, если бы не мужские руки: благородно-бледные, с реками синих вен и выступающими жилами. Ммм, выглядит весьма сексуально! Честное слово, все эти канаты жил на сильных мужских руках всегда меня впечатляли! Руки подхватили мою ношу и без труда закинули на полку, закрыв ее. Я нацепила на лицо самое лучезарное выражение и ослепительно улыбнувшись повернулась:

-Благодарю! - Выдала я прежде, чем моя улыбка померкла и последний слог в слове не стек в длинное «ю-у-у». - Ты?!

-Здравствуй, Синтия. А я подумал, что твое имя в объявлении мне послышалось.

"-Я помню этого персонажа. Он снился Синтии с завидным постоянством.

-Я думал, ты специализируешься на кошмарах.

-Я, в отличие от некоторых поваров-любителей, специалист широкого профиля. Эротические фантазии Руби я тоже...

-Не продолжай!

-Пф. Интеллигенция."

Передо мной стоял Спенсер Вайт - звезда моих девичьих страданий и желаний собственной персоной. Сопли, слезы, стенания и глупые поступки - вот с чем он у меня ассоциировался. И если бы только с этим... В животе что-то неприятно зашевелилось, чтобы затем стянуться в тугой узел. Захотелось ударить себя в пресс, над которым я старательно работала. Я сглотнула и нервно выдохнула.

Я не видела его со свадьбы Лексис и Тэйта, где мы исполняли роль свидетеля и свидетельницы. Точнее, после этого события я видела его в своем доме... И я морально готовилась к неизбежной встречи с ним на Дне рождения Роберта. Но не так же быстро! И уж точно я не рассчитывала встретить его в самолете из Нью-Йорка! Это слишком замкнутое пространство для нас двоих! Тем более на бешеной высоте - даже если он меня сильно достанет я не смогу спрыгнуть.

-Все в порядке? - Как ни в чем не бывало поинтересовался он. Или, стоит сказать, ОН?

Парень, по которому я сохла, чахла и пускала слюни большую часть сознательной (Ну, местами и бессознательной... эх, молодость!) университетской жизни.

Парень, который при каждом удобном случае показывал, что лишь благодаря чуду и чувству такта терпит меня.

Парень, который, по слухам, улыбался, только когда полная луна выпадает на пятницу тринадцатое и находится в созвездии козерога.

"Серый кардинал" и "тёмный принц" моей альма-матёр - академии "Феникс". Именно так его называли в противовес дерзкому и бесшабашному Монтеро. Ведь если у Тэйта голова была не просто "горячая", а будто вечно объята пламенем, то внешний облик и поведение Вайта можно было называть не просто холодным... Скажем так, если сравнить взгляд Спенсера, которым тот порой окидывал навязчивых поклонниц, и арктический ледник - второй покажется тропическим курортом. А ещё мою Лекси Ледышкой называли, паразиты!

Ну и ещё кое-что... Внимание, сейчас будет горячая новость! Спенсер Вайт - парень, с которым у меня была умопомрачительная ночь после свадьбы наших лучших друзей, и после которой я с позором сбежала из его жизни. Почему? Хороший вопрос. Испугалась? Да. Чувства к нему на тот момент были настолько острыми и щемящими в груди, что я боялась их. Ведь у меня уже были заказаны билеты на самолёт до Нью-Йорка и там была новая жизнь... Да и черт с ней, с жизнью и работой. Просто тогда я почувствовала ещё кое-что пугающее: власть Спенсера надо мной. Как бы странно это не звучало, но Вайт был для меня самой большой слабостью. Как криптонит для Супермена, он ослаблял во мне абсолютно все. Создавалось ощущение, что я способна только любить его.

Даже сейчас, глядя на него, я чувствовала, как слабеет под коленками. Один взгляд на парня и поджилки трясутся, это нормально? Нет, не от страха, в привычном нам понимании... А от какого-то нервного возбуждения.

Скажем так: если бы Вайт поцеловал меня сейчас, и попросил взять в заложники пассажиров самолёта, с вероятностью в 99 и 9% я бы это совершила. Вот такая космическая ерунда! И это не объяснялось ни логикой, ни природой, ни космосом, ни психотерапевтом. Это просто был факт.

И это сейчас, спустя более чем год с нашей последней встречи! А представляете, что было со мной, выпускницей академии? Да я бы душу ему продала со скидкой... Нет, отдала бесплатно.

Я думала, это подростковая блажь. И все прошло, забылось, стерлось в прах. Тем более, в свете моего последнего, максимально неудачного опыта связи с мужчиной. Но вот он, Спенсер, мать его, Вайт, снова вырос передо мной, когда я вовсе не была к этому готова. И я опять чувствую себя глупой и наивной студенткой.

И это злило. Невероятно злило!

-Присаживайтесь, пожалуйста, скоро начнется взлет. - С вежливой улыбкой попросила нас стюардесса в ярко-красной форме и с очаровательным тонким шарфиком на шее.

-А у вас есть парашюты? - Спросила я ее, сверля взглядом Спенсера.

Девушка удивленно похлопала ресницами, не прекращая улыбаться:

-В самолетахгражданской авиации нет парашютов. - Отрапортовала она. - Но вы не переживайте, пожалуйста, ваша безопасность...

Я махнула рукой, отчего кожаный браслет-шнурок на моем запястье весело звякнул многочисленными шармами:

-Да я не за безопасность переживаю, а за желания выйти раньше времени. - Буркнула я, зло сверля взглядом спутника.

Уголки губ Спенсера дрогнули в легкой улыбке. Или усмешке? Черт разберет этого парня!

-Может, мы все-таки сядем? - Произнес он своим глубоким голосом, от которого у девушек наверняка все переворачивалось. Или увлажнялось. И нет, я не про глаза.

Стюардесса благодарно посмотрела на него, да так и замерла. Взгляд в стиле «спасибо», перешел во взгляд типа «ну ничего себе, как вы относитесь к отношениям в самолетах?». Ну, ее сложно в этом винить. Внешность Спенсера была весьма специфична и этим притягательна: серые глаза были настолько глубокими и холодными, что напоминали лед. В результате этого взгляда, парень не просто смотрел на тебя, а будто просвечивал рентгеном! А светлые волосы, аристократическая бледность и скуластое лицо... Ох уж эти скулы, будто их вырезал резцом скульптор, мне бы такие! При этом тело парня было что надо: высокий рост, широкие плечи, развитые руки... В общем, дал ему Боженька внешность, лучше бы характера подобрее чутка отсыпал!

Я фыркнула и пролезла на свое местечко. Спенсер же обратился к девушке:

-Прошу прощения, мне бы не хотелось, чтобы пиджак помялся. Можно вас попросить?..

-Конечно-конечно! Давайте, я повешу его на вешалку. - Пролепетала стюардесса.

-Благодарю, Лили. - Улыбнулся Спенс, заставив девушку засиять, как мои новые босоножки со стразами.

Ох, он уже и имечко ее узнал? Ну да, оно написано на бейджике. Ну и что? Обязательно все читать? С заборов он тоже все надписи читает?

Дождавшись, пока парень избавится от светло-серого пиджака, девушка упорхнула в сторону блока персонала. Наверняка она еще и обнюхает его, я уверена!

И тут мои глаза расширились снова (Честное слово, к концу пути они примут вечно-удивленное состояние навсегда!). Спенсер сел рядом со мной.

-Как так получилось, что ты сидишь рядом со мной? В этом самолете больше сотни мест! - Завопила я.

-Я не знаю, просто мне по жизни не везет. Я даже ни разу не выигрывал в лотерею. - С саркастической улыбкой заметил парень.

Я аж рот приоткрыла: Спенсер Вайт шутит? Ну, ничего себе! Жизнь в Нью-Йорке сделала из него человека? Погодите-ка...

-А что ты делаешь в Нью-Йорке? - С подозрительным прищуром поинтересовалась я.

-Живу. - Коротко ответил мне блондин и, достав свой смартфон, перевел его в авиа режим.

Нет, вы подумайте! Он тут живет! В одном городе со мной! А разрешения спросить?! От моего праведного гнева, который был готов обрушиться на блондинистую голову, парня (И весь салон самолета, не готового к драматическому этюду.) спасла короткая лекция о технике безопасности. Я благополучно пропустила ее, поскольку во всем монологе меня интересовало только «за время полета вам предложат напитки и горячий обед». Зато Спенсер внимательно смотрел на «Лили». Ну, как же. Я же решила привести себя в порядок, поскольку пробежка по терминалу заставила меня взмокнуть.

А потом был взлет. Ох, я никогда не перестану восхищаться этим ощущением, когда мы стремительно отдаляемся от земли. Я любила Нью-Йорк, искренне и всей душою влюбилась в этот шумный город сразу, как только приехала в него. Но с некоторых пор он не приносил мне столько радости. Подумать только, виной этому был один-единственный человек! Как нечто такое ничтожное, как мужчина, может привить отвращение к целому городу? Звучит так, как будто я матерая феминистка, хм...

Железная птица стремительно взмывала вверх. Лишь пара мгновений - и дома уже превращаются в кукольные. Хотя нет, их размер так миниатюрен, что и для Барби будет мал. Разве что знаменитая коллекция бегемотов из Киндер-сюрприза могла бы туда заселиться.

Еще миг - и мы набираем высоту, оставляя далеко внизу всю эту панораму в миниатюре. «Сувенирный мир» размывается и под нами простирается картина неизвестного художника - идеальное полотно с его зелеными лесами, синими линиями рек, пятнами озер, глубокими разводами морей...

-Фантастика. - Вырывается у меня, когда пилот поднял нас над облаками.

Я вглядываюсь в белое пространство под нами как в восьмое чудо света. А разве не так? Всю жизнь мы ходим под облаками, а они плывут над нашими головами. А теперь я сама плыву над ними по воздушной глади.

-Кажется, я знаю, какая запись появится на твоей «доске счастья». - Я поворачиваюсь к Спенсеру и вижу, что он смотрит не в окно, а на меня и мой детский восторг.

Я чуть наклоняю голову, дав локонам упасть и прячу свое смущение за стеной волос, но все же отвечаю:

-Она уже есть. «Выше облаков».

«Выше облаков». Именно такая запись прицеплена булавкой с искусственной жемчужиной на конце на мою пробковую доску. Я повесила ее в доме родителей на пятом курсе, в момент, когда мне было тяжело. С тех пор я не могу пройти мимо красивых булавок и с помощью них цепляю на нее стикеры. На листочках написаны поводы для того, чтобы быть счастливой. Например, счастье зайти домой за секунду до дождя. Или, наоборот, когда ты попал под летний теплый ливень, от которого насквозь промокает одежда, но становится так тепло на душе. Счастье ощутить первый кусок пищи, когда очень голоден. Или принять душ после тяжелого дня. Ощущением счастья для меня стало, когда незнакомый ребенок искренне мне улыбнулся. А еще я счастлива, когда забираюсь в чистую постель. И «когда взмываешь выше облаков»... Эта доска переехала со мной в Нью-Йорк, но пока находится в кабинете офиса.

Я снова вернула свое внимание к виду за окном. Белоснежные облака под нами походили на занесенную снегом равнину: чистую и нетронутою. Помнится, свой первый полет я провела как щенок, которого везут в автомобиле и разрешили высунуться в окно. Нет, мне открывать иллюминатор запретили, но от своего окошка я не могла отлипнуть все полтора часа, не отрывая взора от необъятного мира. С тех пор мне довелось много раз подниматься над землей, но ощущение восторга никуда не пропало.

Глядя на белые перья облаков, я думала о словах Вайта. Я была удивлена тем, что он помнит о моей «доске счастья». А затем я смутилась, потому что вспомнила, при каких обстоятельствах он ее увидел. Эта проклятая ночь после свадьбы четы Монтеро. Она еще долго преследовала меня.

Я бросила короткий взгляд на спутника: он закатал рукава белоснежной рубашки, демонстрируя мне свои руки во всей красе. Странно, что я не узнала эти руки сразу же. Ведь они умеют... Ох. Я прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла.

-Может, опустить тебе кресло? - Вежливо осведомились сбоку.

-Может, ты будешь держать свой рот закрытым? - Проворчала я.

-Я уже и забыл, какая ты агрессивная. Что говорит твой психотерапевт о проблемах с контролем гнева? - Будничным тоном поинтересовался парень, будто спрашивал о погоде.

-Он не успел поставить диагноз и дать дельный совет, я убила его собственным карандашом. В свою защиту скажу: он раздражал меня манерой повторять «И что вы чувствовали в этот момент?» Кстати, он у меня с собой. Карандаш. Остро-заточенный. Не угрожаю, просто предупреждаю. - Бросила я угрозу, коей вызвала тихий смех.

Ох, я и забыла про смех Спенсера и его потрясающее воздействие на меня. Блондин выражал подобные эмоции как веселье «редко, но метко». Я приоткрыла глаз и исподтишка стала разглядывать профиль парня. Он изменился. Или мне кажется? Год - не такой уж и огромный срок. Может, я просто отвыкла от его лица? Да нет, линии и правда стали более четкими. Похоже, он еще и массы набрал. Мышечной. Не жировой. А жаль. От парня пахло невероятно вкусным парфюмом, мылом и самоуверенностью. Честное слово, если бы Paco Rabanne*задумал создать аромат с запахом власти, то на флаконе изобразили бы Спенсера Вайта. И от этого запаха на двух сидениях самолета не было укрытия. Может, переждать полет в уборной?

-Тебе нравится то, что ты видишь? - Поинтересовался у меня «точеный профиль», не отрываясь от планшета.

-Не обольщайся, я просто задаюсь вопросом: до какой температуры твой взгляд может заморозить окружающее пространство? - Беззаботно ответила я, маскируя смущение за сарказмом.

И я, определенно, лгала. Скорее я считала, что от взгляда серых глаз Спенсера Вайта можно забеременеть. Серьезно. От одного, блин, взгляда.

-Все зависит от того, кто конкретно находится в радиусе поражения. - Выдал этот индюк в галстуке.

-Желаете ли шампанское? - Вклинилась в «задушевную беседу двух старых друзей» уже знакомая стюардесса.

Она, похоже, приросла к нашему месту. В руках у девушки было два стаканчика с золотистой жидкостью, к бокам которых уже приросли пузырьки. Только у меня от одного взгляда на шампанское в носу щекотит, или у всех такая реакция?

-Благодарю, откажусь. - Улыбнулся Спенсер. - Просто воду.

-Я заберу его порцию. - Хмыкнула я, взяла у девушки бокалы и добавила, кося на Спенсера. - На трезвую голову я этот полет не перенесу.

-А ты все также в тесных отношениях с алкоголем?

-Ты говоришь это таким тоном, как будто я - алкоголичка со стажем. У меня сегодня начинается отпуск, и я не против развлечься. Если тебе знаком такой термин, конечно. И вообще: «Истина в вине». Слышал такое? - Я помахала перед лицом Вайта одним из стаканчиков и опрокинула его в себя.

-Слышал. В оригинала цитата звучит как "Истина в вине, а здоровье в воде".

-Ох... И отчего ты, такой умный, все еще не сделал что-нибудь полезное для человечества? Нашел эликсир вечной молодости, превратил свинец в золото, помог биомедикам в биопринтинге*... Ну, или, хотя бы, улетел жить на луну?!

-Почти четыре сотни тысяч километров? Нет. Слишком далеко от тебя. -Спенсер сладенько так мне улыбнулся, отчего мне нестерпимо захотелось влить в себя вторую порцию игристого . - А если я решу посвятить себя биопринтингу, то обязательно распечатаю тебе пару дополнительных извилин. - Добавил он с таким же обаятельным выражением на лице.

«-И это но-окаут! Безоговорочная победа блондина в синем углу ринга. Зрители в восторге!

-Только истинные злые гении умеют уничтожать противника с таким непринуждением... Выражаю ему свое уважение.»

Я фыркнула и уткнулась в свой мобильный. Бездумно щелкая по экрану, стала листать фотографии. С видом, как будто занимаюсь чем-то важным. Например, виду переписку с Белым домом. Вообще, удобная вещь телефон. В любой непонятной ситуации можно смотреть фотки. Даже если тебя потряхивает от факта того, что бывшая любовь сидит по левое плечо.

Я как раз дошла до снимков с прошлого «Дня благодарения», когда нам принесли горячее: Спенсер выбрал лосось на подушке из зеленой спаржи, я же отдала предпочтение говядине с овощами. Ну люблю я мясо! А вся эта благородная рыба и прочие морские гады - не мое. Я выбираю еду «простолюдинов», как называет ее папа. Остальное оставлю аристократии, в лице Вайта.

-Где-то читала, что блюда в самолетах кажутся более пресными. Потому что наши рецепторы работают хуже. - Сказала я, аккуратно вытирая рот салфеткой. Молчание действовало на меня еще хуже, чем наши словесные дуэли!

-Ты стала читать? Умница. - Будничным тоном заметив Вайт. Ох, я передумала. Молчание - золото!

- Знаешь что?! Ты и раньше был «так себе собеседник», а теперь стал просто невыносим!

-Ты поставила мне диагноз за пол часа полета? - Блондин, которого мое заявление ничуть не задело, ответил мне снисходительной улыбкой, от которой градус моего кипения только сильнее взлетел.

Вы думаете, что я злобная мигера? Поверьте, у моей агрессии есть причины. Например то, что я жутко волнуюсь, чувствуя присутствие Вайта в такой близости. А когда я нервничаю - мой разум идет «в отказ», а язык живет своей жизнью. Такое ощущение, что рот теряет связь с мозгом и решает что-то вроде «Окей, предоставьте это мне! Я не заткнусь и на долю секунды, чем спасу положение!»

Естественно я начала говорить первое, что приходит на ум:

-Диагноз ставят больным. Как хорошо, что ты признался в том, что имеешь проблемы с головой. Принятие - первая стадия па пути исцеления. - Воздев палец к потолку лилейным тоном продекламировала я.

-Как хорошо, что ты связала свою жизнь с праздниками, а не медициной... - Туманно, как будто обращаясь ни ко мне, а к пространству перед собой, изрек блондин.