Шнурки в стакане и другие Женькины истории

– Считай, что твоё желание сегодня исполнится! Будешь маленькой целый день. Вот тогда поймёшь, как нам живётся тяжело.

– Да была б машина времени, я бы мигом в детство на ней укатила.

– А ты давай, впади в детство. Я тебе подсказывать буду, что делать, как делать, куда идти, а куда не идти. Ты же точно всё уже забыла.

Мама с сомнением головой покачала:

– В детство-то я впаду, а вот если обратно не выпаду?

– Ты, мама, по пустякам не очень-то переживай. Мы тебя назад во взрослость сами выпихнем.

– Так уж и выпихнете?

– Конечно! Кто-то же должен денежки зарабатывать.

Мама очень внимательно на меня посмотрела и засмеялась. Потом ушла в комнату и что-то долго там искала. А вышла с большим синим бантом на голове.

– Мероприятие «Назад в детство, шагом марш!» считаю открытым! – выпалила мама. – Пристегните ремни, я взлетаю! С чего начнём, товарищ ребёнок? Может, заправимся для смелости? Ну, в смысле пожуём чего-нибудь?

– Чего время терять, побежали на улицу! – крикнул я.

На улице было замечательно. Я люблю такое время: только что прошёл дождь, и асфальт переливался блестящими лужами. Когда ветер стихал, они походили на зеркало, в котором отражается всё вокруг. А ещё при ярком солнце совсем не видно было глубины, и каждый прыжок в самую середину становился сюрпризом.

– Мамулёныш, за мной! – воскликнул я и с разбегу скакнул в огромную лужищу.

Лужа оказалась что надо! Конечно, я немедленно стал мокрым с ног до головы. А потом увидел, как мама глубоко вздохнула, зажмурилась и, высоко поднимая колени, рванула вперёд. Она прыгала из лужи в лужу и очень громко хохотала.

– Ну как, намокрилась? – спросил я.

– А то! – гордо ответила мама.

– Тогда давай в траве поваляемся!

– А это ещё зачем?

– Сушиться будем.

Мама бухнулась в траву под ёлками и несмело покувыркалась.

– Неправильно ты всё делаешь! Гусеницей ползи! Ага, вот так, сгибайся, теперь разгибайся!

Мама вдруг затихла.

– Я, кажется, между ёлками застряла. Доставай!

Когда мы с мамой вылезли, то увидели проходивших мимо соседей. Они с удивлением смотрели на нас и как-то странно улыбались.

– Женька, пошли-ка, друг дорогой, домой. А то соседи точно вызовут мне скорую помощь.

А дома вообще началась самая красота. Нет, красотища.

– Ты индеец, мам! Кричи: ауа-ауа-ауа-а-а-а! Лови кота, он будет нашей добычей! Всё, брось кота, теперь ты Джек Воробей! Ходи вразвалочку… Да не так, качай ногами, руками маши!

Я совсем раздухарился. Командовать было весело.

– Плед хватай, крадись к бабушке, заматывай ей голову. В плен бери. Не слушай её, она притворяется, выкуп проси! Ой, мама, беги! Быстрей беги, бабушка очнулась! Скорее! Быстро! Видишь, у неё в руке поварёшка?

Я совсем охрип и здорово проголодался. И мама тут же сказала:

– Заправиться надо!

Я ей подмигнул и ответил:

– Доставай из холодильника торт. Я видел, вчера купили.

Мама вздохнула и промямлила:

– Может, курицы кусок и хлебушка?

– Ты забыла, кто ты? Никакой курицы! Выбор детей – торты всякие, конфеты там, газировочка.

Мама достала торт, а я – огроменные ложки и щедро отломил кусок.

– Навалимся, мам, – предложил я.

Так вместе мы умяли почти полторта.

– Так, а дальше что? – Мама тяжело пыхтела.

– Давай безобразничать! Подойди сзади к дедушке и свистни ему в ухо!

– А вдруг по шее даст? – засомневалась мама.

– Ты же ребёнок! Просто балуешься! – возмутился я. – Чего это сразу по шее?!

Но на всякий случай от деда отошёл подальше.

Мама подкралась к дремавшему в кресле дедушке и лихо свистнула.

Дедушка подпрыгнул и воскликнул:

– Я сейчас кого-то жогну! – И своей огромной ладонью в воздухе помахал.

– Это Женька придумал! – быстро сказала мама.

– Ябеда! Мы так не договаривались, – обиделся я.

– Так я сегодня карапуз, всегда на других всё сваливаю, – ухмыльнулась мама. – Беру пример со старших товарищей.

– Ладно, я потом на тебя тоже чего-нибудь свалю. А пока пошли дурью маяться.

А знаете, у мамы всё очень неплохо получалось. Ну и я, конечно, всё время ей напоминал о важных вещах.

– Чего это ты сразу со всем соглашаешься? Сначала говори «не знаю».

– А почему дети говорят на всё «не знаю»?

– Ты меня не путай! Мы сами не знаем, почему не знаем, и не знаем, почему знаем. Говори «не знаю» – и все дела. И твори что хочешь! Совсем ты детничать разучилась.

А мама вдруг на пол рухнула и лежит. Я ей говорю:

– У нас вообще-то работы ещё невпроворот. Одежду просушить, домашку сделать, кота помять.

А она мне отвечает:

– Ничего не знаю, я тюлень.

Я даже заволновался. Мне ж домик надо склеить и буквы прописать, а она тюленит. Может, уже пора начать её из детства выпихивать? Подошёл, а она спит. Я позвал маму, подул ей в ушко – спит и ни на что не реагирует.

Тут бабушка зашла:

– Что, – говорит, – придавило маму детство?

Я внимательно на неё посмотрел и серьёзно сказал:

– Вот видите, как ребёнком быть тяжело! Ну просто с ног валишься!

А на следующий день я проснулся, а мама уже на работу убежала. Мигом поняла тяжесть детства и во взрослость сама выпихнулась.

Вот так!

История пятая

Отхмурялы в страшных масках

Вот всё у взрослых есть. И стиралки, и микроволновки, и даже туфлей сто тыщ пар у мам некоторых.

А вот чувства юмора нет. Ходят все с такими лицами, будто им вот-вот доклад в Академии наук читать.

А вообще-то сегодня воскресенье. В этот день затеивать что-то серьёзное – несерьёзно! А моё семейство затеяло. Прибираются, из ящиков всё вытряхивают. И еды наготавливают целые кастрюли. И зачем, спрашивается? Лучше бы пиццы штук десять заказали и в приставку рубились!

Скучно мне стало. Дай, думаю, всех развеселю, подниму настроение в нашем угрюмом обществе. Я в таких случаях всегда стишата сочиняю. Чтобы от смеха слезу вышибало.

Подошёл к дедушке и важным голосом сообщил:

– Стих!

Дедушка мой, дедка,Пялится в газетку.На носу сидят очки,А из-под них торчат зрачки!

Дедушка кулачищем мне погрозил и сказал:

– Физиономия ты, Женька. Ничего у меня нигде не торчит. Делом лучше займись. Иди в комнате у себя приберись! Всё валяется – ни пройти, ни пролететь!

Ага. Как будто читать книгу вверх тормашками и храпеть – это великое дело, а стихи писать – не дело. Может, из меня Чуковский вырастет, если меня на домашних делах раньше времени не укатают…

И вообще, что значит валяется всё?! Вот огрызок яблока! Он что делает? Правильно! Лежит на кровати. А носок? Носок тоже лежит, на полу лежит носок. Так, а бутылка с морсом? Она стоит, стоит себе спокойненько в моём шкафу и ни к кому не пристаёт! А вон кот Парень. Один только он и валяется, причём по моей подушке валяется и шерсть на ней оставляет. На память, наверное. Но кота просто так не приберёшь – он точно против будет и такой кусь мне сделает, что глаза на лоб полезут!