Закрытые пейзажи

Виталий Шелестов

Закрытые пейзажи

Глава 1

Отступник.

Четверо артельщиков в робах и телогрейках защитного цвета, наигранно пыхтя и отдуваясь, опустили на веревках в продолговатую яму обитый кумачом ящик и ловкими движениями выдернули эти веревки из-под него. Затем их бригадир, лохматый верзила с грудью нараспашку, стараясь придать, насколько это возможно, кротости своему хриплому баритону, проговорил:

— Родные и близкие – по горсти земли…

Цепочка людей медленно двинулась вдоль одной из насыпей, по ходу нагибаясь к ней и осторожно выбирая полузамерзшие комки рыжей супеси, чтобы тут же перебросить их в яму. Послышались гулкие удары по сосновым доскам, и многие вздрагивали от этих звуков; казалось, будто они раздаются изнутри самого ящика, словно то, что там теперь лежало, хотело еще напоследок что-то сообщить или высказать по эту сторону бытия.

Подошел к насыпи и Артур. Склонился, подцепил ладонью горсть землицы и, будто стыдясь чего-то, неторопливо качнул всей рукой вперед, выпустив рассыпчатый комок в яму. Ему вдруг почудилось, что все собравшиеся здесь глазеют на него с молчаливым осуждением. И хотя он знал, что это вовсе не так, всё равно было не по себе. Артур поспешил отойти в сторонку, где и старался находиться до сих пор.

Артельщики, слегка выдержав положенное, однако не дожидаясь, пока все отдадут долг этому печальному обряду, постепенно включились в дело и принялись четко орудовать лопатами, быстро скрывая с поля зрения гроб под возрастающей толщей земли. Всё это время, не переставая, крохотный оркестр заунывно выводил классические аккорды уставшего от жизни реквиема, давившего на нервную систему почище любой непогоды. Артур почти с ненавистью поглядывал на этих ленивых и ко всему равнодушных полуманекенов, раздувающих щеки, словно медленно жующие хомяки. Ему почему-то казалось, что они действительно не люди, а кучка демонов, созванных неизвестно кем, чтобы своей тошнотворной мелодией навеки усыпить пару десятков человек, безмолвно застывших в этом неуютном кладбищенском уголке. С каким удовольствием он составил бы компанию могильщикам, чтобы поскорее завершить эту разъедающую всё нутро процедуру – стоять без движения и молча ждать, пока на месте четырехугольной ямины не появится холмик с венками и можно будет с облегчением покинуть это место! Атмосфера погребения действовала настолько удручающе, что, казалось, еще немного – и он повалится в снег с готовностью усталого колодника, лишь бы не слышать и не видеть никого и ничего вокруг.

Наконец свежевозделанная могила приняла подобающий ей вид, и тоскливый оркестровый рёв оборвался. Все медленно потянулись к поджидающим неподалеку «пазикам». Сырой февральский туман пробирал до костей, усиливая и без того депрессивную обстановку, и посему в людских действиях ощущалась нарастающая лихорадочная тяга к теплу и общению, чем традиционно располагал в себе или при себе поминальный стол.