Фейк

Макс Воронов

Фейк

— Может, где-нибудь в другом месте сядем? — Курбан с неприязнью оглядел уединённую бухту.

Сейчас, ночью, бухта эта была красива, как и весь берег Каспийского моря неподалёку от Избербаша. Белый песок на пологой отмели серебрился в свете луны, волны шелестели размеренно и спокойно, а с моря дул освежающий бриз. Невысокие скалы и валуны прикрывали от налетающих иногда порывов ветра, а ещё под прикрытием скалы рос кустарник, где можно было набрать сухих веток для костра. Самое то для стоянки. Однако взгляд парня то и дело соскальзывал к морю. Там, далеко-далеко, над водой виднелся крупный чёрный предмет округлой формы. Ни подпорок, ни креплений — он просто висел посреди Каспийского моря и не двигался. Уже месяц как.

— Э-э, да не смотри ты на него, как кролик на удава, — рассмеялся Виктор. Мужчина прошествовал к середине бухты и сбросил с плеча сумку. — Ну что он тебе сделает? Глянь, как тут хорошо, сейчас костерок разведём…

Он в самом деле принялся умело и сноровисто обустраиваться, приговаривая:

— Арслан, давай, проходи. Чаёк поставим. Отличное место! А булыжник этот от нас далеко, ну зачем мы ему, сами подумайте?

— Мало ли зачем… — угрюмо буркнул Курбан, но, тем не менее, начал раскладывать припасы. — Аллах знает.

Парень глянул на своего дядю Арслана словно бы с извинением за то, что повторяет выражение, которое обычно использовали старшие.

— Ну так Аллах, конечно, знает, — продолжил балагурить Виктор, — а это всего лишь глупый камень, даром что из космоса. Ну, может, необычный, может, магнитное поле у него особенное или что — ишь, как висит, не шелохнётся, — Виктор указал подбородком на море, где вдали виднелся чёрный «булыжник», — но никакого соображения у него уж точно нет. И ничего он не знает, так что давайте пить чай.

Трое мужчин расположились вокруг костра. Вскоре вода в котелке закипела. Курбан подал дяде кружку с чаем, затем налил себе. Виктор прихлёбывал кипяток, морщась, но ничего не говорил, пил вместе со всеми. Годы на вахте в разных уголках страны научили его приноравливаться к любому коллективу.

— А слыхали, что там человек был? Внутри метеорита этого, — Виктор кивнул в сторону камня, зависшего над морем. — Чуть эсминцы подплыли, он и вывалился оттуда. Теперь изучают.

Курбан, как испуганный молодой бычок, покосился большими глазами на дядю, однако Арслан невозмутимо пил чай, и парень тоже присмирел. Но всё же он с опаской глянул в сторону моря и украдкой плюнул через левое плечо, чуть слышно пробормотав:

— Лучше бы утопили! Не надо нам шайтанов из космоса…

— Не знаю, как вам, а мне интересно, — Виктор сделал короткий глоток. — Это же какой прорыв! Сколько говорили за эту космическую программу, Гагарин, Леонов… А тут — они сами к нам прилетели. И вроде как с мирными намерениями. Во всяком случае, не слышно, чтоб этот «инопланетный гость» буянил или что-то опасное делал. Нормальный мужик. Даже, говорят, обычный. Как мы.

Вся троица посмотрела вдаль: в этот момент вышедшая из-за облаков полная луна осветила поверхность чёрного метеорита, от которой свет абсолютно не отражался — словно чёрная дыра висит над морем.

— Вот разве что глаза у него полностью чёрные, — продолжил Виктор уже тише, — как этот камень.

Прохладный ветерок пробежал над берегом, взметнул искры над костром.

— Всё-то у вас на вахте знают, — подал голос Арслан.

— Да болтают мужики, — с пренебрежением протянул Виктор, снова оживившись. — Байки травят. А я, как говорится, за что купил, за то и продаю.

— Так давай, может, сменим тему? — Арслан отставил опустевшую кружку.

Курбан, поглядев на него с надеждой, мелко покивал. Было очевидно, что разговор про метеорит его беспокоит.

— Да и с удовольствием, — Виктор театрально взмахнул ладонями. — Что бы другого вам рассказать… О! А ещё у нас на вахте говорят вот что. Арслан, ты же знаешь, наверное, Марьям, которая дочка Ибрагима Ахмедовича? В Первомайском живут, — он указал направление. — Знаешь? А, ну вот. У неё же Руслан жених, знаешь, да? — оживлённый тон Виктора сменился на таинственный: — И вот этого Руслана на днях нашли тут на побережье. Ну, не прям тут, а туда, в сторону Первомайского. Говорят, мало что от него осталось, только по одежде и кольцу опознали… Наверное, бродячие собаки загрызли. — Он добавил веско: — А может, и волк.