По ту сторону горизонта

—И потом сразу же спускайся на ужин! Я как раз успею все приготовить!

В первую ночь я сидел на кровати, смотрел еще на необжитые стены, на короткую полоску света от луны, что была единственной родной и знакомой вещью на этом острове. Когда я действительно осознал, что нахожусь здесь, то и вовсе позабыл зачем я сюда прибыл. До того, как я решил стать следователем, мне пропитывали мозги о Конесе, сейчас будто воплотилась моя давно сокрытая детская мечта. Я остался впечатлен высокими деревьями, что обрамляли остров словно стеной, будто, а так оно и было, это место являлось отдельным, спрятанным ото всех миром со своими законами и тайнами. Я слышал шум волн, которые бьются о скалы, я видел блеск маяка, который указывал на континент, я был пьян красотой. Я пытался отгородить себя от мысли, что они видят во мне недостойного этого места, моей первоначальной задачей было расположение Воронов, имея кое какие сведения о каждом (кроме пожалуй Эллиота, потому что Линн с ним практически не общалась), я мог сложить доверительные отношения. Мне все еще не доставало знаний в тех областях, в которых они варились на протяжении девяти лет, поэтому я решил, что ночь будет моим личным временем для наверстывания упущенного.

Порой мне нравилось думать, будто моя неудовлетворенность собой была богемной (в подростковом возрасте я часто возводил в культ свои неудачи, считая, что именно из-за них я взрослею). Поначалу я испытывал некое восхищение от этих людей (даже завидовал), ведь они оказались здесь, я бы мог повестись на мысль о том, что я сделал недостаточно для признания, но меня здесь держала совершенно иная цель, отличная от их.

Я размышлял о капитане, его команде (уже которую я понемногу считал своей, хоть это и было так, но свыкнуться с этой мыслью мне было тяжко, не смотря на всю подготовку, они казались далекими от меня, или я все же был далек от них), только по ним можно было думать о том, какой Кай человек, они производили сильное впечатление. В отличии от меня (я старался подавлять в себе эту мысль) они были восхитительными созданиями. Во многих вещах я им уступал и это было не то чтобы видно, а слышно, вспомнить даже следующий день после прибытия, когда я перед входом в библиотеку столкнулся с Браном, по моим воспоминаниям, а точнее по рассказам Линн о нем, Бран был человек открытым к общению и явным добряком, она так же упоминала о его любви к кулинарии, к этому я был готов, у меня был запасен арсенал рецептов и их создания, вплоть до того в каком месте у автора возникла идея, но я явно оказался не подготовлен к другому его пристрастию.

— lhomme comrendra…?

Я застыл, стараясь понять чего он от меня хочет.

— интересно…Pour quun homme et une femme saiment, il me suffit pas de rire ensemble? — он безнадежно выдохнул, — il fault aussi se faire souffrir! Это же Франсуаза Саган, как ты мог не знать?

— Я еще не дошел.

— Да ладно тебе, я шучу , я же слышал вчера за ужином, что ты из совета Форт к нам пришел! — он озарил меня радушной улыбкой — я то и не надеялся на продолжение, вы там же обычно…ну кулаками машете! Куда вам там до французской литературы!

— Наверное.

Меня одолел некий стыд за свою необразованность в плане чтения. Нет, читать я любил, но это чаще были детективы, редко романы, связанные с убийствами, например работы Бориса Акунина или Агаты Кристи, а точнее то, что он них осталось, после той давней войны совету просвещения только и остается, что собирать произведения и других авторов по кусочкам.

В целом, Бран оказался почти точной копией рассказов Линн, был чуть выше меня, по мускулатуре я ему не уступал, скорее мы были равны, я замечал как часто он проверяет хорошо ли у него лежат волосы, думаю, что они очень непослушные, темные и волнистые, я бы сказал, что даже немного кудрявые. Мне показалось, что Бран не смотря на всю свою добродушную натуру был небольшим педантом, когда это касалось внешнего вида.

В каждом из команды я нашел что-то для себя, мне нравилась их походка, лик, как они изрекались, разговаривали или дискутировали на совершенно далекие от меня темы в мой первый вечер с ними. Я понимал, что это все не от природы, а от приложенных годами усилий, коих я иногда избегал (особенно если это касалось чего-то не связанным с юриспруденцией) пока не повстречал наставника.