Герой (не) моего романа

Но режиссёр не спешил знакомиться с текстом. Вместо этого он начал расспрашивать Юлю о её жизни, интересах, книге. Сначала она отвечала односложно, прячась за этими короткими ответами, как за невидимым щитом, но постепенно, по мере того как разговор становился более непринуждённым, втянулась в диалог. Она начала рассказывать о своём детстве, о своих переживаниях и неудачных романах, о том, как однажды чуть не уехала за любимым в другой город, но в самый последний момент передумала, и он её бросил. Воспоминания оживали в её памяти, и она словно заново переживала те моменты. И видела, как Владислав Викторович слушает не из вежливости, а потому что ему действительно интересна её жизнь.

- Вообще, сейчас бич какой-то на женскую красоту, — рассуждал Орловский. — Все поголовно как будто сошли с обложки глянцевого журнала, а вот поговорить с ними не о чем. Я уже молчу о том, чтобы строить семью.

Юля прекрасно понимала, о чём говорит режиссёр, и в глубине души была с ним согласна.

- Мужчину не удержишь внешней красотой или детьми. Если внутри нет космоса, который можно изучать годами, рано или поздно он всё равно уйдёт, — высказалась наконец она.

- Потрясающее высказывание, Юлия! — воскликнул он, глядя на неё.

- Спасибо, но это скорее жизненное кредо, а не высказывание, Владислав Викторович.

- Можно просто Владислав. А лучше просто Влад, — улыбнулся режиссёр.

Они ещё долго болтали о высоком и о жизни, попивая вино. Юле было приятно находиться в компании Влада. Он здорово шутил, любил философствовать о межличностных отношениях между мужчинами и женщинами, да и вообще любил поболтать. Его умение вести разговор завораживало её, и она ловила себя на мысли, что ей нравится слушать его и делиться своими мыслями.

Наконец мужчина взял в руки Юлин сценарий. Девушка замерла от предвкушения и страха. Ей было безумно интересно узнать его мнение, но в то же время она боялась, что ему не понравится и это будет их последняя встреча.

Глаза Орловского бегали по строчкам, а его лицо не выражало никаких эмоций — только сосредоточенность на чтении. Юля старалась не дышать, ожидая вердикта, и мысленно повторяла: «Пожалуйста, пусть ему понравится… Пожалуйста, пусть ему понравится…»

В конце концов Влад закончил чтение и перевёл глаза на Юлю. Внутри у неё всё затряслось, включая коленки, а в горле встал противный ком, который никак нельзя было проглотить. Она не могла заставить себя пошевелиться или сказать хоть слово, словно всё её тело оцепенело от напряжения.

- Вы, наверное, хотите узнать моё мнение? — выдержав небольшую паузу, спросил мужчина. Его голос звучал спокойно и уверенно, но вот глаза как-то странно блестели.

Девушка лишь еле заметно кивнула. Она была не в силах вымолвить ни слова. В душе она жутко боялась услышать ответ.

- Фантастика, Юля! Просто фантастика! — воскликнул Орловский на весь ресторан.

На лице Виноградовой засияла довольная улыбка. Противная дрожь в коленках мгновенно улетучилась, оставив место безграничному счастью. Ей ужасно захотелось вскочить из-за стола, запрыгать на месте и обнять его, но она ограничилась лишь банальным «спасибо».

- Вы не против, если я заберу этот кусочек сценария? — продолжил Влад. — Хочу кастинг устроить, пока вы остальное дописываете.

- Конечно. У меня всё на компьютере сохранилось, — ответила Юля, всё ещё не до конца веря в происходящее.

Вскоре они закончили с ужином и вновь вышли на улицу. На небе уже скрывались последние отголоски заката, уступая место звёздной ночи. Юля подняла голову к небу, любуясь пейзажем. Розовые облака постепенно становились фиолетовыми, а затем и тёмно-синими, словно небо примеряло вечерние наряды. С каждой минутой становилось всё прохладнее, а её жакет уже совершенно её не грел. Она обхватила себя руками, пытаясь согреться. Как вдруг на её плечи опустился пиджак Влада — тёплый и безумно дорогой.

- Спасибо, — прошептала она, пытаясь осознать, сколько заботы стоит за этим жестом.

- Может, прогуляемся немного, пока водителя ждём?

- С удовольствием.

Они пошли по тихим ночным улицам, болтая и громко смеясь. Юля совершенно потеряла счёт времени. Она по-настоящему наслаждалась прогулкой. Лёгкий ветерок развивал её волосы, унося с собой странные мысли, что время от времени лезли в голову.

- А я думала, мужчины не читают женских романов, — нарушила тишину Юля, с улыбкой глядя на Влада.

- Будь моя воля, я бы и не читал, — рассмеялся Влад, — но по работе приходится. Иначе снимать было бы совсем нечего.

- Неужели нельзя нанять для этого специального человека?

- Я нанимал как-то… Но это, во-первых, экономически невыгодно, а во-вторых, вкусы у всех разные. Мне такую ересь предлагали экранизировать! Вы себе даже представить не можете, Юлия! Сценарии были будто написаны нейросетью, которая никогда не чувствовала ни боли, ни радости. Ни одной живой эмоции. Поэтому «хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам» давно стало моим девизом по жизни. Жизненным кредо, как вы выражаетесь…

Юля слушала его и думала, что в этом есть какая-то особая честность. Честность не только перед зрителями, но и честность перед самим собой — не бояться делать грязную работу, не прятаться за чужими спинами и не искать лёгких путей.

Через некоторое время они вновь вернулись к ресторану, откуда начинали свою прогулку. На парковке уже стояла машина режиссёра. Водитель мирно ждал их внутри, периодически поглядывая на часы. Но Юле почему-то совершенно не хотелось садиться внутрь. На улице было так свежо и хорошо, а атмосфера вечера казалась такой волшебной, что ей не хотелось нарушать этот момент.

Она решительно повернулась к Владу и, глядя ему в глаза, тихо сказала:

- Знаете, Влад, мне так не хочется, чтобы этот вечер заканчивался.

Он слегка улыбнулся и, сделав шаг ей навстречу, коснулся её прохладных ладоней. И когда она успела замёрзнуть?

- Так, может, не будем его заканчивать? — так же тихо спросил мужчина, укутывая её посильнее в свой пиджак.

Орловский отпустил водителя, и они с Юлей продолжили свою прогулку. Их разговоры и громкий смех эхом отражались от пустынных улиц города. Девушка наслаждалась ночной тишиной, звёздами и обществом Влада.

Он раскрывал такие глубокие смыслы даже в самых обычных темах. Его было безумно интересно слушать, и она ловила каждое его слово. Иногда ей казалось, что она может читать его мысли, ощущать его эмоции, понимать, о чём он молчит.

Незаметно небо начало светлеть, и проявились первые признаки рассвета. Нежные солнечные лучи постепенно прогоняли ночную темноту, и Юля видела, как медленно угасают звёзды, уступая место облакам. В этом невероятном зрелище была какая-то своя магия… Магия момента…

- Один мир уснул, но только на время. Совсем скоро они вновь поменяются местами, и так по кругу, — тихо заговорил Орловский, глядя на небо. — Так и в жизни: один интерес сменяет другой, один человек заменяет другого, кто-то умирает, кто-то рождается, но без этой бесконечной вереницы не ощутить себя по-настоящему живым.

Юля молча слушала. Его слова невольно заставляли задуматься о смысле жизни, о её быстротечности и красоте. Ей казалось, что сейчас она не просто смотрит на рассвет, а стоит на пороге нового мира, полного приключений и открытий.

- Интересуетесь философией?

- Со студенческой скамьи, — решительно заявил мужчина. — Однокурсники поначалу крутили пальцем у виска над моими работами, а к концу универа, когда я брал все призовые места на конкурсах, поняли, что глубина важнее красивой картинки. Смысл — вот что главенствует в современном мире!

За этими разговорами они дошли до дома девушки. Юля остановилась у подъезда и посмотрела на своего спутника.

- Вот и пришла пора прощаться, — разочарованно вздохнула она.

- Вы правы, — улыбнулся Влад. — Знаете, Юлия, пообщавшись с вами чуточку больше, я понял, что не ошибся в вас, когда решил предложить именно вам написать сценарий к будущему фильму. Вы очень тонко чувствуете человеческую натуру. В ваших словах нет фальши. Даже когда вы сомневаетесь, вы сомневаетесь по-настоящему.

Девушка не на шутку смутилась и машинально убрала за ухо прядь волос, которая вечно мешала обзору.

- Спасибо, — тихо произнесла она.

- Как вы смотрите на то, чтобы составить мне компанию на кастинге? Я уверен, вместе мы найдём идеальных исполнителей для Мишель, Николая и других героев.

- С удовольствием!

- Отлично. Тогда я напишу вам дату и время кастинга. И ещё, Юля, давайте перейдём на «ты»?

- Давайте. Вернее, давай, — улыбнулась она, и на секунду ей показалось, что вместе с рассветом в её жизнь вошло что-то по-настоящему светлое, хорошее.

Они попрощались, и Юля юркнула в подъезд. Удивительно, но она совершенно не чувствовала усталости, несмотря на многие километры, которые прошла сегодня. Улыбка не сходила с её губ, а в животе тихонько порхали бабочки.

Она закрыла глаза и на мгновение представила, как будет проходить кастинг, как они с Владом будут выбирать актёров, обсуждать каждую деталь, каждую реплику, спорить и находить компромисс. Нет, Орловский не просто интересный собеседник. Он необычная личность, в которую грех не влюбиться.

Глава 4

Через несколько дней Юля уже сидела в качестве члена жюри на кастинге и наблюдала, как юные таланты борются за роль её Мишель. Сотни, если не тысячи молодых девушек ожидали своей очереди в стенах одного из театров Москвы. Из длинных коридоров то и дело доносились чьи-то голоса, реплики и слёзы отчаяния после отказа. Каждая из них мечтала получить эту роль, поэтому за отведённые им две минуты старались выложиться на максимум. Кто‑то бросался в драму, выжимая из себя слёзы, кто-то, наоборот, пытался быть тонкой и глубокой натурой, но в итоге проваливался на первой же реплике.

Однако Орловский решительно отметал одну актрису за другой. То слишком эмоциональная — будто она не Мишель, а героиня трагедии в пяти актах, то, наоборот, слишком застенчивая и даже не смотрела в камеру, то зубы кривые, то голос не тот… Пару девушек он развернул прямо с порога, и они убежали, расплакавшись. Юле было их так жалко. Она совершенно не понимала, как можно быть таким чёрствым сухарём! Хоть она и сама видела, что они совершенно не подходят на эту роль по внешним данным, но всё же можно было бы как-то помягче об этом сказать, а не разбивать вдребезги чужие мечты.