Векторный Паладин: Меч Справедливости

Спустя пять минут Мобильный Обелиск Рубежа 1 мертво встал на свое посадочное гнездо.

Илья подошел к стеле. Черный металл обелиска был холоден, как лед. Паладин снял правую латную перчатку и прижал ладонь к гладкой грани в месте нанесения центральной резонансной руны.

— Инициация Рубежа Один, — негромко произнес он. — Связать узел с геодезической матрицей Твердыни Громова. Векторное сопряжение — старт!

[ИНИЦИАЦИЯ ВНЕШНЕГО СИСТЕМНОГО РУБЕЖА 1...]

[Калибровка пространственной частоты... 100%]

[Поиск несущего луча Цитадели...]

На мгновение все замерло.

А затем вершина Обелиска вздрогнула. Венчающий ее сапфировый кристалл вспыхнул ослепительным лазурным огнем. Из его острия в сторону далекого металлургического комбината ударил горизонтальный луч концентрированной кинетической энергии толщиной с корабельную мачту.

Спустя две секунды из-за горизонта, сквозь серую пелену смога, навстречу ему ударил ответный луч с Южного Бастиона Твердыни!

Лучи соединились. В небесах над Шлаковым Перевалом с торжественным гулом натянулась первая силовая струна нового оборонительно-наступательного периметра. Волна очищающего золотого света прокатилась по плато, выжигая остатки черной скверны и превращая ядовитый шлак в чистый гранит.

[ЗАДАЧА ВЫПОЛНЕНА!]

[РУБЕЖ 1 УСПЕШНО РАЗВЕРНУТ И ИНТЕГРИРОВАН В СЕТЬ ТВЕРДЫНИ!]

[Радиус безопасной зоны форпоста: 1 500 метров!]

[Установлена устойчивая телепортационная и силовая связь с Цитаделью!]

[ПОЛУЧЕНО ОПЫТА: 150 000 ед.!]

[Ваш уровень повышен! ТЕКУЩИЙ УРОВЕНЬ: 21!]

[Получено свободных характеристик: 5]

[Получено Очков Эволюции: 1]

— Есть контакт! — раздался в наушниках ликующий голос Анны. — Илья, телеметрия стабильна! Мы видим вас на тактической карте! Энергетический коридор открыт, снабжение форпоста налажено!

Илья поднял с земли «Кристалл Военной Памяти Легиона», выбитый из поверженного Дробителя Костей. Он сжал граненый артефакт в руке и активировал ментальный интерфейс.

Перед его глазами развернулась объемная тактическая голограмма всего континентального сектора.

То, что он увидел, заставило его лицо стать суровым и жестким.

Вокруг Столицы Сектора — циклопического мегаполиса, где до сих пор держали оборону регулярные части армии и миллионы мирных жителей, — смыкалось исполинское кольцо осадных цитаделей. Семь колоссальных разломов высшего класса непрерывно изрыгали легионы бронированных титанов. В центре этого кольца возводилась Главная Гравитационная Башня Подавления, способная стереть Столицу в порошок в течение ближайших двух недель.

— Они не просто наступают, — медленно произнес Илья, глядя на мерцающие точки вражеских армад. — Они готовят тотальный коллапс сектора.

Кондрат подошел ближе, вглядываясь в лицо командира:

— Каковы приказы, Илья Николаевич? Закрепляемся на Рубеже Один и ждем подхода тяжелых батальонов из Твердыни?

Илья Громов повернулся лицом к северу, туда, где за пепельными горизонтами умирала Столица. Он плавным движением вернул Меч Справедливости в ножны за спиной. На его губах появилась холодная, решительная улыбка бойца, знающего свою силу и свою цель.

— Нет, Кондрат, — ответил Векторный Паладин. — Ждать мы не будем. Рубеж Один развернут и прикрывает наш тыл. Инженеры Седова укрепят форпост и поставят автоматические турели. А наш экспедиционный корпус идет дальше. Впереди еще девятнадцать рубежей, и каждый из них мы вырвем из глотки захватчиков. Готовьте технику к маршу. Мы идем на соединение со Столицей.

Глава 2. Развертывание рубежа 2

Густой пепельный воздух обжигал легкие при каждом глубоком вдохе, но нанофильтры боевого подшлемника исправно отсекали токсичную взвесь, превращая ядовитый смрад пустошей в сухой привкус озона и жженого кремния. Под подошвами тяжелых композитных сапог Ильи мерно потрескивали осколки базальтовой крошки вперемешку с остекленевшей броней павшего Дробителя Костей.

Илья медленно опустил руку с «Кристаллом Военной Памяти Легиона». Светящиеся грани артефакта потускнели, свернув гигантскую континентальную голограмму в узкий пучок фотонов, который тут же втянулся в интерфейс тактического шлема, записавшись в долговременную память нейросети.

Перед мысленным взором все еще стояла жуткая картина: семь колоссальных пространственных брешей, словно зияющие гнойные раны на теле земли, и чудовищный монолит Главной Гравитационной Башни Подавления, вздымающийся к черным небесам в самом сердце вражеского кольца. До Столицы Сектора было больше трехсот километров выжженной, растерзанной земли, разделенной на двадцать укрепленных эшелонов обороны. Рубеж Один был отбит и стабилизирован. Но это была лишь крошечная песчинка на весах начавшейся бойни.

— Илья Николаевич, телеметрия штаба подтверждает: поток маны в лучевом коридоре держится на отметке девяносто восемь процентов, — голос Кондрата вернул паладина к реальности. Замком стоял в полутора шагах, опираясь на массивный ствол крупнокалиберного кинетического пулемета «Гром-4». На сколах его тяжелого экзоскелета еще тлели синие искры остаточной плазмы. — Инженеры Седова выгружают первый оборонительный контур. Шесть турелей «Шмель-В», генератор силового купола и станция очистки воздуха. Рубеж Один вгрызается в скалу намертво. Но ты сам видел карту... Времени у нас в обрез.

— Знаю, Кондрат, — негромко отозвался Илья. — Каждая минута промедления — это лишние метры монолита, которые возводят твари вокруг Столицы. Мы снимемся с позиций через пятнадцать минут.

Илья сделал шаг назад, укрываясь за бронеплитой разбитого штурмового капонира, и сосредоточился на пульсирующих системных сообщениях, замерших на периферии зрения золотисто-лазурными рунами.

В бою с Дробителем Костей и его свитой он выложился почти без остатка, и награда Системы была закономерной.

*«Открыть системный статус»,* — отдал он мысленную команду.

Перед глазами мягко развернулась полупрозрачная панель персонального профиля:

***

**Имя:** Илья Громов

**Класс:** Векторный Паладин

**Уровень:** 21

**Опыт:** 14 200 / 220 000

**Основные характеристики:**

- **Сила:** 58 (+12 от снаряжения)

- **Ловкость (Кинетическая координация):** 52 (+8 от снаряжения)

- **Выносливость (Плотность плоти):** 60 (+15 от снаряжения)

- **Векторный Контроль (Первичный атрибут класса):** 75 (+20 от классового резонанса)

- **Священная Воля (Энергия Правосудия):** 55 (+10 от благословений)

**Свободные очки характеристик:** 5

**Очки Эволюции Навыков:** 1

**Вторичные параметры:**

- **Здоровье:** 3 450 / 3 450

- **Векторный Резерв:** 4 800 / 4 800

- **Энергия Веры (Священная мана):** 2 900 / 2 900

- **Скорость векторного отклика:** 0.012 сек.

- **Максимальная масса управляемого импульса:** 8.5 тонн

***

Илья внимательно вчитался в цифры. Двадцать первый уровень — это качественный скачок. Каждый пункт характеристик после двадцатого давался с огромным трудом, но и отдача от них возрастала по экспоненте.

Впереди лежали неизведанные зоны пепельного сектора, где плотность врагов и масса осадных тварей превосходили все, с чем экспедиционный корпус сталкивался на внешней границе. Чтобы ломать кинетические щиты биомеханических монстров Легиона и швырять многотонные обломки техники, требовалось радикально поднять силу векторного воздействия. Но и собственное тело обязано было выдерживать колоссальные перегрузки встречных векторов.

*«Распределение: 3 очка — в Векторный Контроль. 2 очка — в Выносливость».*

Система мгновенно отозвалась глухим низкочастотным гулом, прокатившимся по костям и мышцам:

[Внимание! Характеристика «Векторный Контроль» увеличена: 75 -> 78 (+20)!]

[Внимание! Преодолен скрытый порог векторного сродства (95 суммарных ед.). Увеличен радиус прямого кинетического захвата на 15%, предел управляемой массы повышен до 10.2 тонн!]

[Внимание! Характеристика «Выносливость» увеличена: 60 -> 62 (+15)!]

[Максимальный запас Здоровья увеличен до 3 610 ед. Сопротивление динамическим перегрузкам возросло на 8%.]

По венам словно плеснули жидким серебром. Головокружительное чувство распирающей силы заставило пальцы в бронированной перчатке сжаться в кулак с громким металлическим скрежетом. Гравитационные микролинии вокруг его предплечий на долю секунды проявились в воздухе сияющими бирюзовыми струнами, притягивая мелкие камешки и заставляя их левитировать на высоте пары сантиметров от земли.

Теперь — самое важное. Очко Эволюции.

Этот ресурс давался Системой крайне редко — обычно за преодоление критических порогов уровней или уничтожение боссов ранга «Предвестник Осады», каким и являлся поверженный Дробитель.

Илья открыл вкладку классовых способностей. Векторный Паладин сочетал в себе несочетаемое: холодную, безупречную геометрию физических сил и неистовое пламя святого возмездия. Большинство его базовых навыков работало на пределе возможностей, но один из них буквально умолял об улучшении в преддверии штурма следующего укрепленного сектора.

Список доступных для эволюции навыков высветил три варианта:

1. [Векторный Рывок] -> эволюция до [Векторного Прорыва: Квантовая Траектория] (мгновенное смещение сквозь материальные преграды малой плотности с кинетическим ударом по выходу).

2. [Священный Кинетический Барьер] -> эволюция до [Бастиона Абсолютного Отражения] (превращение любого входящего направленного урона во встречный векторный импульс света).

3. [Аура Кинетического Среза: Паладин Справедливости] -> эволюция до [Векторного Поля Возмездия: Гравитационная Сингулярность] (создание локального вихря из разнонаправленных векторов, разрывающих материю врагов в радиусе 20 метров с добавлением святого урона).

Илья нахмурился, быстро просчитывая тактическую модель. Оборона — это хорошо, но если они собираются пробивать девятнадцать эшелонов за две недели, им нужна сокрушительная наступательная мощь. Рывок давал мобильность, однако против плотных скоплений тяжелой пехоты Легиона требовался навык подавления площади.

Второй рубеж, судя по данным тактической карты кристалла, располагался в горловине железобетонного виадука Магистрали-7. Узкое дефиле, забитое осадными конструктами и дальнобойными артиллерийскими споровиками. Если они завязнут в лобовом штурме, артиллерия тварей просто смешает их колонну с пеплом.

*«Выбираю эволюцию навыка [Аура Кинетического Среза] -> [Векторное Поле Возмездия: Гравитационная Сингулярность]!»*

Пространство вокруг Ильи вздрогнуло. Золотая руна в интерфейсе раскололась, переплавляясь в сложный многомерный октаэдр, испускающий пульсирующие волны света и концентрированной гравитации.

[Поздравляем! Ваш навык успешно эволюционировал!]

[Получен классовый навык ранга «Мастер»: «Векторное Поле Возмездия» (Ур. 1)!]

[Описание: Паладин проецирует в выбранную точку в пределах 40 метров точку экстремальной гравитационной нестабильности. Все кинетические векторы в зоне действия искривляются к центру с силой 15G, стягивая цели в плотный узел. Через 2.5 секунды накопленная кинетическая энергия детонирует вспышкой Святого Огня, нанося (800 + 250% от Векторного Контроля) физического урона и (600 + 180% от Священной Воли) урона Светом. Расход: 450 ед. Векторного Резерва, 300 ед. Энергии Веры. Перезарядка: 45 сек.]

Илья медленно выдохнул. Это было именно то, что нужно. Идеальный инструмент для вскрытия эшелонированной обороны.

— Командир! — из-за угла разрушенного ангара вынырнула коренастая фигура главного инженера Седова. Лицо пожилого техника было перемазано сажей, комбинезон топорщился от закрепленных на магнитных зажимах сканеров и калибраторов. — Первый Рубеж зафиксирован. Мы установили автономный реактор на базе трофейного ядра Дробителя. Энергетический купол держит прямое попадание плазменной торпеды. Анна передает со спутника: в десяти километрах к северу, в районе железнодорожной развязки «Северный Узел», зафиксирована аномальная сейсмическая активность.

Илья шагнул навстречу инженеру. Земля под ногами паладина больше не вибрировала хаотично — возросший контроль позволял ему чувствовать структуру почвы на глубину десятка метров.

— «Северный Узел» — это и есть Рубеж Два, — подтвердил Илья, активируя наручный тактический планшет. — Старая советская противоатомная эстакада и трехуровневая железнодорожная станция. Идеальная естественная крепость. Если противник закрепился там, он перекрывает единственный проход для тяжелой техники к Столице. Седов, что с нашей колонной?

— Два тяжелых БТР «Буцефал» на ходу, боезапас полный, — четко доложил Седов, вытирая руки масляной ветошью. — Мобильная ремонтная платформа прицеплена к ведущей машине. Дроны-разведчики заправлены. Можем выступать по первому сигналу.

— Кондрат! — скомандовал Илья, повысив голос. — Общий сбор ударной группы! По машинам!

Через три минуты двигатели бронетранспортеров взревели низким, утробным рокотом. Многоколесные стальные громады, покрытые пластинами реактивной брони и рунической гравировкой защиты от скверны, тронулись с места, вздымая серые клубы вековой пыли. Рубеж Один остался позади — одинокий, сверкающий лазурным силовым куполом бастион среди океана мертвого щебня, готовый принять подкрепления из тыловой Твердыни.

Илья занял место на броне ведущего «Буцефала». Векторный Паладин никогда не прятался внутри герметичных десантных отсеков. Его присутствие на корпусе машины само по себе являлось щитом: аура пассивного кинетического отклонения отводила шальные пули и осколки, защищая оптику и силовые узлы броневика.

Ветер пустошей рвал края его темного плаща, укрепленного кевларовыми нитями. Справа и слева от дороги тянулись обугленные остовы некогда величественных конструкций довоенного мира — циклопические опоры магнитных монорельсов, искореженные фермы перекрытий и глубокие кратеры, залитые застывшим стеклом после орбитальных ударов.

— Внимание, группа, говорит штаб, — в шлемофонах зазвучал чистый, предельно собранный голос Анны. В динамиках фоном слышался монотонный стрекот серверов и гул квантовых вычислителей центрального командного пункта Твердыни. — Даю тактическую сводку по Рубежу Два. Сканеры дальнего радиуса засекли развертывание передового авангарда Осадного Легиона. Идентификация: элитный батальон «Черных Землекопов» под командованием Оскверненного Железного Центуриона двадцать третьего уровня.

— Уровень двадцать три... — пробормотал сидевший рядом с турелью Кондрат, проверяя ленту кинетического пулемета. — На два уровня выше тебя, командир. И у него, наверняка, целая свита из тяжелых проломщиков.

— Это еще не все, — продолжила Анна, и на визоре Ильи высветилась трехмерная модель местности. — Мост Магистрали-7 заминирован глубинными плазменными фугасами. Центурион превратил саму станцию в укрепрайон. На верхнем ярусе эстакады развернуты четыре биоартиллерийские установки типа «Камнеглот». Если колонна войдет в зону прямой видимости на открытом шоссе, вас накроют залпом тяжелых снарядов с дистанции в три километра.

— Значит, мы не пойдем по открытому шоссе, — холодно отозвался Илья. Он вгляделся в горизонт, где сквозь серое марево уже проступали циклопические серые арки железнодорожного виадука. — Седов, глуши двигатели за холмом на отметке четыре-двести. Дальше техника не пройдет — слишком узко, да и мост разнесут вместе с нами.

— Понял, командир, — отозвался инженер по внутренней связи. — Замаскируем «Буцефалы» в складках рельефа и развернем мобильные минометы для поддержки.

Колонна плавно сбросила скорость и укрылась за гребнем базальтового хребта. Тяжелые машины замерли, выбросив маскировочные тепловые сети, сливающиеся с серым ландшафтом.

Илья спрыгнул на землю. Приземление было абсолютно бесшумным — за долю секунды до касания подошвами грунта он создал под ногами крошечный встречный вектор, погасивший инерцию многокилограммового доспеха до нуля. Следом с глухим металлическим грохотом высадились восемь бойцов штурмовой группы во главе с Кондратом. Все — ветераны прорыва, закованные в экзоскелеты тяжелой пехоты, вооруженные плазменными карабинами и силовыми щитами.

— План простой, — произнес Илья, опустившись на одно колено и чертя пальцем на пыльном камне схему атаки. — Анна подтвердила: биоартиллерия сидит на верхнем ярусе. Кондрат, твоя группа заходит по насыпи с левого фланга под прикрытием дымовых завес и помех Седова. Ваша задача — связать боем пехоту прикрытия и не дать им подорвать фугасы на опорных колоннах моста.

— А ты, Илья? — спросил Кондрат, сверкнув глазами через узкую щель броневизора.

— А я пойду по центральной оси. Напрямую через эстакаду. Сниму «Камнеглотов» и возьму Центуриона на себя.

— В лоб? На четыре арт-установки? — хмыкнул замком, но в его голосе не было сомнения, лишь боевой азарт. — Люблю твои дипломатические методы.

— Выдвигаемся, — отрезал Илья.

Он плавно извлек из ножен за спиной Меч Справедливости. Полутораметровый клинок из сверкающего белого сплава с лазурными прожилками проводников маны отозвался на прикосновение хозяйской ладони тихим, вибрирующим пением. По кромке лезвия побежали тончайшие зубцы микровекторных полей — клинок был готов рассекать любую материю, от титановой брони до плотной чешуи тварей Бездны.

Илья сорвался с места.

Его фигура мгновенно размылась в воздухе. С возросшим до 98 пунктов Векторным Контролем обычный бег превратился в контролируемый полет на бреющем бреющем: каждый шаг отталкивал его от земли с силой гидравлического пресса, а горизонтальные векторы тяги разгоняли тело до скорости гоночного болида. Ветер с ревом хлестал по шлему, камни под ногами превратились в сплошную серую полосу.

Дистанция в полтора километра до подножия эстакады растаяла за тридцать секунд.

Твари Легиона среагировали мгновенно. С верхнего яруса раздался пронзительный, металлический визг сигнальной сирены. На гребне бетонного виадука зашевелились исполинские туши — «Камнеглоты», отвратительные биомеханические гибриды слизня и осадной мортиры. Их раздутые, покрытые пульсирующими венами брюха судорожно сократились.

*БАМ! БАМ! БАМ! БАМ!*

Воздух разорвало четырьмя синхронными хлопками сверхзвукового вытеснения. В небо взмыли огромные шары из спрессованного базальта, пропитанного едкой кислотой и нестабильной плазмой. Описав крутую дугу, осадные снаряды с оглушительным воем устремились прямо в точку, куда несся паладин.

Илья даже не замедлил шаг. Его глаза под визором сузились, сканируя траектории падающих снарядов. В интерфейсе вспыхнули ярко-красные линии расчетных точек падения и векторы кинетической энергии каждого снаряда. Масса — около двух тонн каждый. Скорость падения — четыреста метров в секунду.

*«Слишком медленно»,* — подумал он.

Когда первый снаряд находился в двадцати метрах над землей, готовый разнести квадрат в радиоактивный щебень, Илья выбросил вперед левую руку с раскрытой ладонью.

— [Векторное Перенаправление: Инверсия]! — рявкнул он.

Невидимый барьер толщиной в несколько миллиметров возник прямо перед летящей двухтонной глыбой. В момент контакта кинетический вектор снаряда не просто остановился — он был мгновенно развернут на сто восемьдесят градусов с удвоением импульса за счет вливания четырехсот единиц Векторного Резерва!

Первый базальтовый снаряд с оглушительным треском затормозил в воздухе, словно врезался в монолитную скалу, и с удвоенной скоростью полетел обратно вверх — точно в разверстую пасть стрелявшего «Камнеглота»!

*ГРОХОТ!*

Верхний ярус виадука потонул в ослепительной вспышке взрыва. Осадную тварь разорвало изнутри собственным же зарядом; фонтаны черной гнили, ошметки хитина и куски развороченного бетона брызнули во все стороны.

Три оставшихся снаряда Илья встретил в прыжке. Толкнув себя вертикальным вектором на высоту пятнадцати метров, он пролетел между двумя падающими бомбами. В воздухе, совершив акробатический разворот, паладин ударил плашмя Мечом Справедливости по третьему снаряду, меняя его вектор в сторону: снаряд ушел в основание вражеского пулеметного дота у подножия моста, разнеся укрепление в пыль. Четвертый снаряд безвредно взорвался позади в пустом поле.

[Уничтожен осадный конструкт «Камнеглот» (Ур. 19)!]

[Получено опыта: 18 500 ед.!]

Илья приземлился прямо на наклонную железобетонную балку разрушенного железнодорожного полотна и понесся вверх, к основной платформе Рубежа Два.

В этот момент слева ударили штурмовики Кондрата. Тяжелые очереди крупнокалиберного «Грома» застучали по нижнему ярусу, прижимая к земле пехоту Легиона — рои прыгающих бронированных тварей с серповидными жнецами вместо передних конечностей. Седовские мобильные минометы положили идеальную цепочку разрывов вдоль передового рва, отсекая подкрепления противника.

— Кондрат, держите нижний уровень! — бросил Илья в эфир. — Я на платформе!

— Принято! — сквозь грохот выстрелов отозвался замком. — Твари прут из дренажных туннелей, но мы держим периметр! Фугасы блокированы, Седов запустил вирус детонаторов!

Илья вылетел на верхнюю платформу виадука.

Зрелище, открывшееся ему, впечатляло. Некогда современная железнодорожная станция превратилась в настоящий укрепрайон скверны. Рельсы были выворочены и сплетены в чудовищные противотанковые ежи. В центре перрона высилась громада командного узла, облепленная черной органической биомассой, от которой во все стороны тянулись пульсирующие кабели.

Оставшиеся три «Камнеглота» разворачивали свои тяжелые туши в сторону прорвавшегося паладина, а перед ними плотной стеной выстраивалась личная гвардия командира сектора — два десятка Тяжелых Пехотинцев Легиона, закованных в матовую черную броню с ростовыми щитами из костяного композита.

А позади них возвышался он.

[Оскверненный Железный Центурион — Командир Второго Рубежа]

**Уровень:** 23 (Элитный босс эшелона)

**Здоровье:** 45 000 / 45 000

**Особенности:** [Тяжелая Кинетическая Броня], [Гравитационная Нестабильность], [Аура Подавления Света].

Центурион напоминал четырехметрового кентавра из черного металла и живой мертвой плоти. Нижняя часть представляла собой массивный шестиногий шагоход, способный карабкаться по отвесным скалам, а торс венчали четыре мощные манипуляторные руки. Две из них сжимали циклопический двухручный палаш, окутанный черными молниями энтропии, третья держала ростовой башенный щит, а четвертая заканчивалась встроенным гравитационным орудием.

Глазные сенсоры монстра вспыхнули багровым пламенем. Из вокодера чудовища вырвался металлический рев, от которого завибрировали рельсы под ногами Ильи:

— **ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ МУСОР... ТВОЙ ПУТЬ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ НА ВТОРОМ РУБЕЖЕ! ЛЕГИОН СОТРЕТ СТОЛИЦУ В ПЕПЕЛ!**

— Много говоришь для куска ржавого металлолома, — тихо бросил Илья.

Гвардейцы со щитами синхронно ударили копьями о щиты, возводя сплошную силовую стену, усиленную черными рунами скверны. Одновременно оставшиеся «Камнеглоты» начали плеваться в упор сгустками кислоты.

Это была идеальная тактическая ловушка: узкое пространство перрона, непробиваемая стена тяжелой пехоты спереди, артобстрел сверху и смертоносный босс в тылу. Любой обычный отряд здесь был бы перемолот за секунды.

Но Илья Громов был Векторным Паладином.

*«Пора проверить обновку»,* — мелькнула мысль.

Илья вонзил носок сапога в бетон, резко затормозив в тридцати метрах от строя гвардейцев. Его правая рука с Мечом Справедливости отвелась назад, напитываясь ослепительным золотым сиянием Священной Воли, а левая ладонь раскрылась в сторону центра вражеского строя.

— [Векторное Поле Возмездия: Гравитационная Сингулярность]! — выкрикнул он, активируя эволюционировавший навык.

Шкала Векторного Резерва и Энергии Веры просела почти на треть, но эффект превзошел все ожидания.

Прямо в воздухе, между строем тяжелых щитоносцев и тушами «Камнеглотов», возникла крошечная, размером с кулак, абсолютно черная сфера, окруженная яростно вращающимися золотыми кольцами рун.

На долю секунды наступила звенящая тишина. А затем... законы физики на перроне перестали существовать.

*ВЖУХ!*

Колоссальная сила в пятнадцать гравитаций ударила по всей площади. Бетонные плиты перрона толщиной в полметра с треском вырвало из основания и повлекло к черной сфере. Тяжелые гвардейцы Легиона, весившие вместе с броней под полтонны каждый, с истошными воплями оторвались от земли. Их строй рассыпался как карточный домик — щиты выворачивало из рук, кости хрустели под весом деформирующейся брони. Огромных, многотонных «Камнеглотов» волокло по рельсам, словно детские игрушки, сдирая с них куски плоти.