Горизонт. Точка возврата

На Алексея.

На Лидию.

Потом на карту в её руках.

— Нет.

Егор моргнул.

— Мы ещё ничего не спросили.

— Поэтому экономлю время.

Он уже собирался закрыть дверь.

Лидия сказала:

— Ретранслятор четыре.

Дверь остановилась.

Старик посмотрел на неё.

— Кто вам про него рассказал?

— Вы.

— Я?

Она подняла старый журнал.

— Сорок один год назад.

Климов некоторое время смотрел на книгу.

Потом открыл дверь шире.

— Заходите.

В доме было тепло.

На печи стоял чайник.

Климов указал на стол.

— Карту сюда.

Лидия развернула копию.

Старик не стал искать ретранслятор.

Сразу показал на другой участок.

— Здесь неправильно.

Егор наклонился.

— Что?

— Канал.

— Он там.

— Сейчас — да. Тогда вода шла дальше.

Климов провёл пальцем вдоль старой линии.

— Здесь была насыпь. Потом её прорвало.

— Проход?

— По северному краю.

— До станции 6?

Старик посмотрел на него.

— Кто тебе сказал про шестую?

— Архив.

— Архив много знает.

Лидия сухо ответила:

— Иногда.

Климов усмехнулся.

— Станции давно нет.

— Тим видел бетонные опоры.

— Опоры есть. Станции нет.

— Дальше Чёрный мост?

Старик перестал улыбаться.

— Кто там был?

— Собиратели.

— Дураки.

— Почему?

— Потому что после моста начинается старая зона.

— Сдвиг?

— Нет.

— Тогда что?

Климов посмотрел на Алексея.

— Ты тот самый?

— Смотря что вам рассказали.

— Оператор.

— Да.

Старик кивнул.

— Тогда тебе особенно туда не надо.

Егор спросил:

— Почему?

Климов не ответил.

Он достал три кружки.

Потом заметил Лидию.

Достал четвёртую.

— Мы ходили к четвёртому не чинить ретранслятор.

Лидия нахмурилась.

— В журнале написано именно это.

— В журнале много чего написано.

— Что делали на самом деле?

— Меняли питание.

Фёдор бы сейчас обязательно сказал, что это и называется ремонтом.

Алексей промолчал.

Егор уточнил:

— Для чего?

Климов налил чай.

— Чтобы он не включился.

Алексей посмотрел на старика.

— Объясните.

— Старый источник сдох. Нам сказали поставить новый.

— Тогда как это могло помешать включению?

— Потому что новый был не подключён.

Лидия напомнила:

— В отчёте указано: «замена источника питания завершена».

— Завершена.

— Но вы его не подключили?

— Нет.

— Почему?

Климов сел.

— Потому что старший группы получил другой приказ.

— От кого?

— Не знаю.

— Что в нём было?

— Поставить блок. Проверить линию. Кабель оставить разомкнутым.

Алексей спросил:

— Письменный приказ?

— Нет.

— Радио?

— Нет.

— Тогда как получили?

Климов посмотрел на него.

— Через человека.

— Кого?

— Проводника.

— Имя?

Старик покачал головой.

— Не помню.

— Из Рубежа?

— Нет.

Егор перестал писать.

— Откуда?

— Он встретил нас у Чёрного моста.

— Один?

— Один.

— Кто он был?

— Сказал, что из восточного поселения.

— Какого?

— Тогда их там было несколько.

— Вы поверили?

Климов пожал плечами.

— Он знал маршрут. Знал код блока. Знал, что мы несём.

Алексей спросил:

— Что именно он сказал про ретранслятор?

Старик посмотрел в кружку.

— Что если подключить его сразу, сеть увидит возвращение узла.

— Какая сеть?

— Не объяснил.

— HORIZON?

— Этого слова он не говорил.

— А вы знали его тогда?

Климов поднял глаза.

— Конечно.

Алексей не ожидал ответа.

— Откуда?

— Здесь всегда знали про старые системы. Просто не все называли их одинаково.

Лидия спросила:

— Почему этого нет в отчёте?

— Потому что нам приказали записать только выполненную работу.

— Кто приказал?

— Наш старший.

— Он жив?

Климов покачал головой.

— Давно нет.

Егор спросил:

— А проводник?

— Не знаю.

— Вы видели его потом?

— Нет.

Алексей посмотрел на карту.

— Блок питания всё ещё там?

— Если никто не забрал.

— Подключён?

— Когда мы уходили — нет.

— Кабель?

— Оставили рядом.

Климов сделал глоток.

— Но это было сорок лет назад.

Егор уточнил:

— После Чёрного моста идти можно?

Старик посмотрел на него.

— Можно.

— Безопасно?

— Это другой вопрос.

— Что там?

— Лес. Старые дороги. Провалы. Несколько мест, где компас начинает врать.

Алексей поднял голову.

— Насколько?

— Иногда градусов на десять. Иногда разворачивает почти в обратную сторону.

— Постоянно?

— Нет.

— Поле?

— Тогда мы этого не знали.

— А сейчас?

— Сейчас я туда не хожу.

Егор свернул карту.

— Спасибо.

Климов задержал его.

— Ещё кое-что.

— Что?

Старик показал на журнал Лидии.

— Если там написано, что ретранслятор после нас проверяли, не верьте.

Лидия быстро открыла нужный раздел.

— Почему?

— Потому что следующая группа не дошла.

— Какая следующая?

— Через два года.

— У меня нет такой записи.

— А она была.

Егор спросил:

— Что с ними случилось?

— Вернулись через сутки.

— Все?

— Все.

— Почему не дошли?

Климов посмотрел на Алексея.

— Услышали передачу.

— Радио?

— Да.

— Откуда?

— С ретранслятора.

Никто не перебил.

— Что передавали?

Старик помолчал.

— Маршрут.

Лидия первой спросила:

— Какой?

— Обратно.

На улицу вышли без разговора.

Егор остановился возле калитки и развернул карту.

— Это ничего не доказывает.

Алексей кивнул.

— Не доказывает.

— Старик мог перепутать.

— Мог.

— Прошло сорок лет.

— Да.

Лидия стояла рядом.

— Но в архиве нет записи о второй группе.

Егор посмотрел на неё.

— Это важно?

— Пока не знаю.

— Почему её могло не быть?

— Потеряли журнал. Не внесли отчёт. Перепутали год.

Она убрала старую книгу в сумку.

— Или запись удалили.

Алексей посмотрел на неё.

— Можно понять?

— Если сохранились соседние журналы.

— Сколько времени?

— Несколько часов.

Егор покачал головой.

— Проверяй.

— А ты?

— Готовлю выход.

— Куда? — спросил Алексей.

— До Чёрного моста.

— Только?

— Сначала.

— А ретранслятор?

— Если маршрут безопасен, решим на месте.

— Кто идёт?

Егор посмотрел на него.

— Вот теперь можно обсуждать.

К вечеру в мастерской лежали два рюкзака.

Фёдор проверял крепление одной из рам.

— Это кто собирал?

— Тим, — ответил второй Алексей.

— Я так и понял.

— Почему?

— Слишком красиво.

Он дёрнул ремень.

Узел развязался.

— Вот.

Тим из другого конца помещения крикнул:

— Я собирался переделать!

— Конечно!

Основной Алексей вошёл с картой.

Второй сразу заметил.

— Нашли?

— Маршрут.

— Куда?

— Восток. Старый ретранслятор.

Фёдор перестал заниматься ремнём.

— Когда?

— Пока разведка.

— Назови срок.

— Послезавтра, если Егор подтвердит людей.

— Кто идёт?

— Ещё решаем.

Второй Алексей посмотрел на карту.

— Далеко?

— До первой точки около пятнадцати километров по старому маршруту.

— «По старому» мне не нравится.

— Егору тоже.

— Я иду.

Основной Алексей посмотрел на него.

— Зачем?

— Потому что если там оборудование HORIZON...

— Именно поэтому не надо.

— Это ещё почему?

— Потому что два одинаковых Оператора в неизвестной точке старой сети — плохой контрольный эксперимент.

Второй усмехнулся.

— Хорошо устроился.

— Что?

— Когда тебе выгодно, я человек. Когда невыгодно — контрольный образец.

Алексей замолчал.

Фёдор медленно положил ремень.

— Я, пожалуй...

— Стой, — сказал второй.

Фёдор остался.

— Я серьёзно.

Основной Алексей ответил:

— Я тоже.

— Тогда объясни нормально.

— В городе остаётся оборудование, которое нужно проверять. Мы ещё не закончили с регистраторами.

— И?

— Твои часы.

Второй посмотрел на запястье.

— Что с ними?

— Они единственные, которые мы не переводили.

— Значит, я должен сидеть в Рубеже из-за часов?

— Нет.

Основной Алексей остановился.

— Не только.

— А из-за чего ещё?

Ответ оказался неприятным.

— Потому что если со мной что-то случится, останешься ты.

Второй Воронцов перестал улыбаться.

Фёдор отвернулся к верстаку.

Тим тоже ничего не сказал.

— Вот как, — произнёс второй.

— Я не это хотел...

— Нет. Именно это.

— Я имею в виду статус Оператора.

— Конечно.

— Послушай.

— Слушаю.

Основной Алексей поискал слова.

— Мы не знаем, как HORIZON воспринимает нас. Как одного Оператора? Двух? Ошибку? Два контура одной личности?

— И поэтому один должен остаться в запасе?

— Поэтому бессмысленно рисковать обоими в первой же разведке.

Второй несколько секунд смотрел на него.

— Вот теперь звучит лучше.

— Потому что?

— Потому что ты сказал «рисковать обоими», а не «оставить запасного».

— Я и не говорил «запасного».

— Почти сказал.

Фёдор вмешался:

— Он прав.

Оба повернулись.

— Который? — спросил Тим.

Фёдор посмотрел на него.

— Вот за это однажды получишь.

Тим улыбнулся.

Фёдор продолжил:

— Оба правы. И оба раздражают.

Он показал на второго Алексея.

— Мне здесь нужен человек для проверки аппаратуры.

Потом на основного Алексея.

— А этому там нужен кто-то, кто остановит его, когда он решит починить ретранслятор отвёрткой.

— У меня будет Егор.

— Тогда тем более.

Второй Алексей взял карту.

— Я пока ничего не обещаю.

— И не надо, — сказал основной Алексей.

— Но если вы найдёте работающий узел...

— Свяжемся.

— Независимо.

— Да.

— Не через HORIZON.

— Да.

— И если связь пропадёт...

— Ничего не включаем до возвращения.

Второй кивнул.

— Вот теперь договорились.

Лидия вернулась после захода солнца.

Нашла всех в мастерской.

В руках у неё была тонкая папка.

— Я нашла вторую группу.

Егор, который проверял аптечку, сразу подошёл.

— Где?

— Не в журнале выходов.

— А где?

— В расходах кухни.

Фёдор моргнул.

— Что?

— Пять человек получили сухой паёк на два дня.

Она открыла лист.

— Дата совпадает со словами Климова.

— Имена?

— Есть.

Егор прочитал.

— Двух знаю по фамилиям.

— Дальше.

Лидия достала ещё один документ.

— Медицинский журнал. На следующий день все пятеро обратились с головной болью, тошнотой и дезориентацией.

Мира, сидевшая возле печи, поднялась.

— Все?

— Все.

— Что написали?

— «Воздействие неизвестного фактора».

Мира забрала лист.

— Это может быть Поле.

— Может.

— Что ещё?

— Отравление. Вода. Растения. Что угодно.

— Радио?

Лидия посмотрела на Алексея.

— В медицинском журнале об этом нет.

Егор спросил:

— А отчёт группы?

— Нет.

— Совсем?

— Я нашла номер.

— Какой?

Лидия положила на стол карточку учёта.

На ней стояло:

ОТЧЁТ ВР-1187.

Ниже:

ПЕРЕДАН В ТЕХНИЧЕСКИЙ АРХИВ.

— А самого отчёта нет, — сказала она.

Фёдор нахмурился.

— Потеряли.

— Возможно.

— Опять это слово.

— Оно точное.

Алексей взял карточку.

— Технический архив где?

Лидия посмотрела на него.

— Вот это ещё интереснее.

— Где?

— По старой системе хранения — не в Рубеже.

— А где?

Она указала на карту.

Не на город.

Не на ретранслятор 4.

Чуть дальше восточнее.

На маленькую отметку:

ВУ-2.

Егор медленно провёл пальцем по маршруту.

Рубеж.

Станция 6.

Чёрный мост.

Ретранслятор 4.

И дальше — внешний узел, которого не было ни на одной современной карте.

— Значит, туда действительно ходили, — сказал он.

— Кто-то ходил, — поправила Лидия.

— И документы отправляли туда.

— По крайней мере, так записано.

Алексей снова посмотрел на четыре недавних сообщения.

МАРШРУТ СОГЛАСОВАН.

Та же фраза стояла в журнале двадцатисемилетней давности.

Связанная с ретранслятором 4.

Он положил старую и новую записи рядом.

Одинаковые слова.

Разница — десятки лет.

— Завтра ещё не выходим, — сказал Егор.

Фёдор посмотрел на него.

— Передумал?

— Нет.

Егор взял чистый лист.

— Завтра собираю людей, проверяю снаряжение и разговариваю со всеми, кто ходил восточнее канала.

— А послезавтра?

Егор посмотрел на карту.

— Если ничего не изменится — идём до Чёрного моста.

— А дальше?

— Решим там.

— Правильно, — подтвердил Алексей.

Фёдор усмехнулся.

— Записать дату?

Никто не поддержал шутку.

Лидия продолжала смотреть на старую карту.

— Есть ещё вопрос.

— Какой? — спросил Алексей.

Она указала на обозначения ретрансляторов.

Р-4.

Р-7.

Р-12.

Потом на маленький ВУ-2.

— Мы всё время говорим, что старая сеть мёртвая.

— Да.

— Кто это проверял?

Егор ответил:

— Никто целиком.

— Когда последний раз?

— Не знаю.

— Вот именно.

Она собрала документы.

— У нас есть карты объектов, которые десятилетиями никто не посещал. Есть журналы, которых не хватает. Есть старые сообщения от ретранслятора, официально считавшегося отключённым. И теперь та же формулировка снова появляется в городских записях.

Алексей посмотрел на серый регистратор на верстаке.

На кабель, который они специально держали отсоединённым.

На часы второго Воронцова.

На старую карту.

— Тогда вопрос уже не в том, работает ли четвёртый.

— А в чём? — спросила Ная.

Алексей провёл взглядом по обозначениям старой сети.

— Какие из них вообще перестали работать.

Никто не ответил.

Егор сложил карту и убрал её в сумку.

— Значит, с этого и начнём.

Глава 7. Невидимое распоряжение

Артём Лесков отказался идти в экспедицию ещё до того, как Егор успел её предложить.

— Нет.

Егор остановился перед верстаком.

— Я ничего не сказал.

— Собирался.

— Откуда знаешь?

— Потому что ты пришёл ко мне в восемь утра с Алексеем Воронцовым и картой под мышкой.

Артём затянул ремешок на кожаном чехле и отложил его в сторону.

— Для приглашения на завтрак слишком много подготовки.

Алексей посмотрел на Егора.

— Убедительно.

— Не помогай.

Мастерская Артёма находилась возле западной стены Рубежа. Небольшое помещение, наполовину занятое ремнями, сумками, ножнами и конской сбруей. Пахло кожей, воском и чем-то горелым.

Алексей ожидал увидеть человека, который хотя бы внешне будет отличаться от остальных Изменённых.

Ничего подобного.

Артёму было около тридцати пяти. Худощавый, коротко стриженный, в простой тёмной рубахе. На правом запястье — старый кожаный напульсник. Лицо спокойное, даже немного скучающее.

Он взял следующий ремень.

— Куда?

Егор всё-таки развернул карту.

— Восток.

— Нет.

— До Чёрного моста.

Артём поднял глаза.

— Тем более.

— Почему?

— Потому что за Чёрным мостом люди плохо спят.

Алексей нахмурился.

— В каком смысле?

— В обычном.

— Ты там был?

— Два раза.

Егор явно этого не знал.

— Когда?

— Лет пять назад.

— С кем?

— С дозорными.

— Почему в отчётах тебя нет?

— Потому что я не был дозорным.

— Зачем ходил?

Артём посмотрел на него.

— А ты как думаешь?

Егор вздохнул.

— Поэтому я и пришёл.

Алексей вмешался:

— Ты телепат?

Артём перевёл взгляд на него.

— Очень не люблю это слово.

— Почему?

— Потому что после него люди обычно спрашивают, о чём они сейчас думают.

Алексей невольно улыбнулся.

— Не спрошу.

— Уже лучше.

— Но что ты умеешь?

Артём отложил ремень.

— Иногда чувствую сильные эмоции.

— Иногда?

— Да.

— Какие?

— Страх. Злость. Намерение напасть. Сильное желание уйти. Иногда ещё что-нибудь.

— Мысли?

— Нет.

— Слова?

— Нет.

— Воспоминания?

— Нет.

— Образы?

Артём помедлил.

— Иногда.

— Какие?

— Короткие.

— Например?

— Человек очень боится огня — могу увидеть что-то похожее на пламя. Не пожар из его памяти. Просто образ, связанный с тем, что он чувствует.

— То есть ты не знаешь, почему он боится?

— Нет.

— И не знаешь, видел он реальный огонь или придумал?

— Нет.

— И не знаешь, врёт он или нет?

Артём посмотрел на Егора.

— Он всегда так разговаривает?

— Почти.

— Теперь понимаю, почему ты хотел взять меня.

Алексей не отступил.

— Если человек говорит неправду?

— Может бояться. Может нервничать. Может быть совершенно спокоен.

— А если говорит правду?

— То же самое.

— Тогда чем ты полезен?

Егор усмехнулся.

Артём — нет.

— Иногда человек улыбается тебе и уже решил ударить ножом.

— И ты чувствуешь?

— Иногда.

— А иногда?

— Получаю ножом вместе со всеми.

Алексей кивнул.

— Хороший ответ.

— Других у меня нет.

Егор показал на карту.

— Теперь про экспедицию.

— Я уже ответил.

— Тогда не про неё.

Артём насторожился.

— Что случилось?

Егор достал сложенный лист.

— Помнишь историю с распоряжением медицинскому центру?

— Весь город помнит.

— Мне нужен разговор с одним человеком.

— Допрос?

— Нет.

— Тогда зачем я?

— Потому что он уверен, что всё сделал правильно.

Артём пожал плечами.

— Возможно, так и есть.

— Приказа не было.

— Это уже интереснее.

Алексей рассказал ему цепочку.

Медцентр.

Восточный пост.

Общий дежурный.

Канцелярия.

Настоящая печать.

Настоящий документ.

И решение, которого никто не принимал.

Артём слушал молча.

Когда Алексей закончил, он спросил:

— Вы хотите, чтобы я нашёл Кукловода?

— Нет, — сразу ответил Егор.

Артём посмотрел на него внимательнее.

— Хорошо.

— Почему?

— Потому что если бы сказал «да», я бы снова отказался.

Алексей спросил:

— Ты можешь почувствовать чужое воздействие?

— Иногда человек после сильного воздействия ведёт себя иначе.

— Как?

— По-разному.

— Это можно определить точно?

— Нет.

Артём снова посмотрел на карту.

— И если человек полностью уверен в том, что делает, я почувствую уверенность.

— Даже если эта уверенность ему внушена?

— Да.

— Значит, ты можешь ошибиться.

— Постоянно.

Фёдор бы одобрил такой ответ.

Егор сложил карту.

— Пойдём.

— Куда?

— На восточный пост.

Артём посмотрел на недоделанный ремень.

Потом на Егора.

— Один разговор.

— Один.

— И это не означает, что я согласился идти за стену.

— Не означает.

— Хорошо.

Он снял фартук.

— Тогда идём.

Дежурного звали Семён.

Алексей видел его раньше, но почти не разговаривал.

Крепкий мужчина лет сорока с короткой седой полосой над правым ухом. На восточном посту он работал больше десяти лет.

Сегодня Семён выглядел раздражённым.

— Я уже всё рассказал.

— Знаю, — сказал Егор.

— Тебе. Глебу. Потом этой женщине из архива.

— Лидии.

— Мне всё равно.

— Теперь расскажешь ещё раз.

Семён посмотрел на Артёма.

— А он зачем?

— Послушает.

— Он из этих?

Артём ответил сам:

— Из каких?

Семён поморщился.

— Сам знаешь.

— Нет.

— Изменённый.

— Да.

— Телепат?

— Если тебе так проще.

Семён посмотрел на Егора.

— Вы теперь мысли будете проверять?

Артём спокойно сказал:

— Не умею.

— Все так говорят.

— Тогда к чему вопрос?

Семён открыл рот.

Закрыл.

Егор спрятал улыбку.

— Сядем.

Они расположились в небольшой комнате поста.

На стене висела карта восточного участка. Рядом — график караулов и список частот для городского радио.

Артём сел сбоку.

Не напротив Семёна.

Алексей это заметил.

— Почему там?

— Чтобы не мешать.

— Чему?

— Разговору.

Егор положил на стол копию распоряжения.

— Начнём ещё раз.

Семён тяжело выдохнул.

— Утром пришло сообщение с восточного медцентра.

— Не с медцентра, — поправил Егор. — Через ваш пост.

— Хорошо. Через нас.

— Кто передал?

— Дежурный.

— Какой?

— Не помню.

— Мужчина, женщина?

— Мужчина.

— Точно?

Семён задумался.

— Кажется.

Артём ничего не говорил.

— Что именно он сказал?

— Что медцентр просит временно ограничить перемещение пациентки. Что руководство в курсе.

— Какое руководство?

— Не уточнялось.

— Ты решил, что Глеб?

— Да.

— Почему?

Семён раздражённо посмотрел на него.

— Потому что кто ещё?

— И всё?

— А чего тебе нужно?

— Я хочу понять момент, когда ты решил, что распоряжение уже согласовано.

— Я не решал.

— А кто?

— Мне сказали.

— Кто?

Семён ударил ладонью по столу.

— Я не знаю!

Егор не повысил голос.

— Именно поэтому мы здесь.

Семён провёл рукой по лицу.

— Мне передали информацию. Обычную. Я принял её, записал в журнал и передал дальше.

— Ты сомневался?

— Нет.

— Почему?

— Потому что не было причины сомневаться.

Егор посмотрел на Артёма.

Тот едва заметно покачал головой.

Не сейчас.

— Вспомни утро, — продолжил Егор. — Ты сидел здесь?

— Да.

— Один?

— Сменщик ушёл минут за десять до этого.

— Радио работало?

— Всегда работает.

— Телефон?

— Да.

— Откуда пришло сообщение?

Семён сразу ответил:

— По внутренней линии.

— Уверен?

— Да.

Артём поднял голову.

— Можно?

Егор кивнул.

Телепат впервые обратился к Семёну напрямую:

— Ты сейчас вспоминаешь сам разговор или то, что записал потом?

Семён нахмурился.

— Не понял.

— Когда говоришь «по внутренней линии», ты видишь перед собой телефон?

— Да.

— Какой?

Семён показал на аппарат у стены.

— Этот.

— Ты помнишь, как снимал трубку?

— Конечно.

— Звонок?

— Да.

— Сколько раз?

— Что?

— Телефон звонил один раз? Два? Долго?

Семён помолчал.

— Не помню.

— А голос помнишь?

— Примерно.

— Лицо человека?

— Какое лицо? Это телефон.

— Именно.

Семён посмотрел на Егора.

— Зачем это?

Артём ответил:

— Потому что ты очень уверен в телефоне.

— И что?

— Пока ничего.

— Ты чувствуешь, что я вру?

— Нет.

— Вот.

— Я также не чувствую, что ты говоришь правду.

Семён раздражённо усмехнулся.

— И много от неё пользы?

— Иногда.

Артём немного наклонился вперёд.

— Вспомни момент до сообщения.

— Зачем?

— Просто вспомни.

Семён закрыл глаза.

— Утро. Я здесь. Проверяю журнал.

— Ещё.

— За стеной меняются караульные.

— Ещё.

— Радио шумит.

Артём сразу спросил:

— Радио?

Семён открыл глаза.

— Ну да.

— Ты только что сказал, что сообщение пришло по телефону.

— И?

— Ничего. Продолжай.

— Потом звонок.

Артём посмотрел на него.

Алексей заметил, как пальцы телепата сжались на краю стула.

— Что? — спросил Егор.

Артём поднял ладонь.

Ещё несколько секунд смотрел на Семёна.

Потом отвернулся.

— Всё.

Семён переспросил:

— Что всё?

— Мне достаточно.

Егор спросил:

— Что почувствовал?

— Не здесь.

— Почему?

Артём посмотрел на Семёна.

— Потому что мы обещали не решать за человека, — сказал Артём. — Семён согласился на разговор. Значит, услышать результат он тоже имеет право.