Преданный

— Ты как? глубокий голос Ардова заставил напрячься.

— Что ты здесь делаешь?

— Тебя спасаю, или мне нужно было оставить тебя умирать?

— Какая честь, — едва найдя в себе силы произнесла я.

— Я же не ты. Только не пойму, попал под дождь я, слегла с температурой ты. Где умудрилась?

Я пожала плечами, чувствуя, как болит все тело.

— Я вчера продрогла на кладбище, может быть поэтому.

— На кладбище? Что ты там делала?

— Девять дней, как нет бабушки.

От воспоминаний об этом к горлу подкатили слезы. Мне нужно время, чтобы осознать, бабушки больше нет.

— Соболезную.

— Обойдусь, ладно? Ты когда сваливаешь?

— Как только ты поправишься. Я не могу тебя бросить одну в глуши с температурой. У тебя даже нет нормальных лекарств в аптечке.

— У меня есть травы, которыми я всегда лечусь, а ты можешь быть свободен.

— Смешно, хмыкнул он, за что мне захотелось испепелить его взглядом. Включил котел, так гораздо эффективнее.

— Конечно, особенно, когда находишься не у себя дома. Оставь меня одну.

— Я ужин приготовил, тебе нужно поесть, иди сначала в душ, смой все токсины, потом приходи на кухню.

— А можно я сама буду решать, что мне делать? Ты можешь ехать в город, я в твоей помощи не нуждаюсь.

Хотелось остаться одной, заварить себе травяной чай, закутаться в плед и смотреть в окно, за которым раскинулся густой осенний лес.

— Упрямая, ну ничего, потерплю как-то. Жду тебя на кухне.

И он вышел, оставляя меня в недоумении. Нет, ну нужно же было мне заболеть, еще и тогда, когда он в моем доме. Как мне выгнать человека, которого я видеть не хочу? Что теперь делать, ведь мы с ним в разных весовых категориях, и я просто не смогу вытолкать его на улицу. А так хочется, чтобы задницей в лужу столкнуть.

Сколько бы я не думала, сколько бы не тянула время, вставать было нужно, даже несмотря на мое состояние. Я не могу валяться в кровати все время, пока этот гад здесь. Кое-как переборов себя, я медленно поднялась с кровати, чувствуя боль в мышцах и слабость в теле. Температура была настолько высокой ночью, что все тело ломило и теперь отголоски пережитого не давали спокойно двигаться. Но я все же нашла в себе силы пройти в ванную комнату, не без пристального взгляда Тимура, конечно, и все же, я скрылась за дверью. Но кажется, так устала, что прильнула к полотну спиной и прикрыла глаза. Нужно набраться сил, но вместо этого, я сделала шаг к стиралке и рухнула прямо на пол.

Следующее что я услышала, это стук в дверь и резкий удар о стенку. Темнота.

Глава 9

Злата

— Дверь я починю, не беспокойся.

— И не собиралась, потому что я тебя не выпущу, пока все не вернешь на место.

— Не нужно было падать в обморок.

Я закатила глаза и резко шлепнула ладонью по столу. Этот придурок вынес дверь в ванной, когда мне стало плохо и я шлепнулась в обморок. Он не нашел ничего лучше, чем просто постучаться или позвать меня. А еще, например, подергать ручку, ведь щеколду закрыть я не успела.

— Ты сам меня погнал в душ.

— Ну извини, я же не знал, что ты еще настолько слаба.

— Что? Ты умеешь извиняться? Может еще за что-то попросишь прощения?

— Ешь бульон, а я на улицу. Надеюсь, у тебя имеется топор или пила?

Я нахмурилась, медленно перемешивая бульон с курочкой.

— Зачем тебе?

— Расправлюсь с тобой и дело с концами. Зачем топор, Злата? У тебя дровник почти пустой.

Я вздохнула и набрав в ложку жидкость, подула на нее, слегка остужая. Сделала глоток бульона отмечая, какой он вкусный. Кажется, мужик знает в этом толк. Хоть в чемто повезет его будущей жене, готовит вкусно.

— Бабушка не успела заказать в этом году.

Я прикусила губу, пытаясь остановить слезы, из-за которых уже начало щипать глаза.

— Каждый год перед отопительным сезоном она заказывала грузовик. Несмотря на имеющееся отопление, она любила разжигать камин. А топор имеется, в предбаннике лежит.

— Хорошо, ешь и ложись отдыхать, ты еще не совсем окрепла.

То, что мне еще нужен отдых, я поняла после вкусного обеда. Вчера, когда я рухнула в обморок от бессилия, Тимур взял все дела по дому на себя. Я не просила, наоборот, желала, чтобы он поскорее уехал, но этот придурок ни в какую не хотел меня слушать. Поэтому я должна соблюдать постельный режим, чтобы поскорее поправиться и выдворить его из дома.

— Мою машину починили, утром мне нужно ехать в город, много дел в офисе. Сама справишься?

Данная новость поступила мне вечером следующего дня. Я не могла передать насколько я рада, что больше не придется терпеть этого нахала.

— Как-то же обходилась без тебя все это время.

— Завтра после обеда приедет машина с дровами. Я пришлю людей, чтобы они перенесли все полена в дровник.

— Я сама справлюсь, не нужно никого нанимать.

— Может уже зароем топор войны? Или ты до конца жизни будешь на меня злиться?

— А ты хоть понял причину моей злости, или все так же считаешь, что мои обиды надуманны?

В ответ Тимур сжал челюсть и промолчал, из чего я сделала вывод, что он все так же считает, что это я хотела присвоить чужую работу. Ну что же, его право быть идиотом.

— Тогда какой смысл предлагать зарыть топор, если ты все равно предпочитаешь не видеть дальше собственного носа?

— Потому что моя сестра не станет мне врать.

— Понятно, твоя сестра хорошая, а я нет. Только вот напомню, что мы с ней дружили много лет.

— Вера говорила, что ты влюблена в меня, и хотела любым способом подобраться поближе.

— Да, и залезть в трусы. И это способ, отнять у нее работу, получить должность и быть рядом с тобой. Гениальная идея. А тебя не смущает, что твоя сестра никогда не блистала талантом по работе с макетами?

— Она умный дизайнер, у нее хорошие рекламные работы и она могла создать макет.

Кивнув, я поднялась со стула и направилась к себе в комнату. Говорить нам было больше не о чем.

— Надеюсь, проснуться утром и тебя не застать.

— Спокойной ночи, Злата.

Урод.

После его пожелания не могла уснуть полночи. Постоянно прокручивала его слова о том, какая умница его сестра, а вот я хитрая злодейка, мечтающая попасть под его крылышко. Ну что же, работать с ним я действительно желала, только вот честным трудом собиралась получить свою должность. Но все это в прошлом, сейчас у меня есть работа в чудесной компании женской косметики, с хорошим руководителем и приветливым коллективом. А Ардов пусть в своем дерьме варится вместе с сестренкой, он это заслужил.

Когда я проснулась, Тимура дома не оказалось, чему я естественно, была рада. Пусть он все эти дни и отвлекал от мыслей о бабушке, но я все равно не хотела, чтобы он задерживался. Как говорится, пора и честь знать. Утром я сделала зарядку, позавтракала и вышла на улицу, собираясь немного прогуляться. Помня, что еще недавно у меня была температура, я решила отложить утреннюю пробежку, чтобы не нагружать пока еще ослабленный организм. Погода сегодня радовала, поэтому после прогулки решила заняться делом, собрала осенние травы, которые научилась различать благодаря бабушке. Не знала пока, что буду с ними делать, но все же стоило собрать урожай, хотя бы в память о моем родном человеке.

После обеда приехала огромная машина с дровами, и обещанные Ардовым помощники. Я не стала спорить, раз приехали, зачем отказываться от помощи? К тому же, парней было четверо, и они быстро справились с задачей, уложив дрова так, что и придраться не к чему было. Но что меня удивило по итогу, никто не захотел брать денег за работу, да даже за сам товар денег не взяли, сообщив, что все оплачено. А вот это уже было слишком, но и повозмущаться некому, ведь у меня не было номера телефона Тимура. Интересно, нормально ли будет узнать его у Красавиной? Но спустя час после отъезда ребят я передумала общаться с Ардовым и уж тем более его благодарить. Уверена, таким образом он хотел откупиться от меня, ну и пошел он к черту.

Глава 10

Злата

— Как ты, Злата? Ты уверена, что готова вернуться на работу? Может быть еще дома побыла, пришла бы в себя, все равно работу выполняешь на отлично.

— Спасибо, Елена Романовна, вначале я действительно думала, что мне нужно время в стенах дома. Но сидя в квартире, меня тянуло за город, поближе к бабушке, а там все мысли о ней. Мне нужно отвлечься, полностью погрузиться в работу, чтобы не было ни минуты свободного времени. В родных стенах так не получится.

Не смогла я долго оставаться у бабушки, мне нужно было видеть людей, переключаться на работу и внешний мир, иначе мой разум мог помахать мне рукой. А я бы очень не хотела сойти с ума, потому что планировала прожить долгую счастливую жизнь.

— Я приму любое твое решение, но, если вдруг поймешь, что не готова, ты скажи мне.

— Хорошо, спасибо за все, Елена Романовна. Я пойду?

— Конечно. Злата? — окликнула начальница, когда я схватилась за ручку двери.

— Да?

— Что между вами?

Неожиданный вопрос заставил меня нахмуриться и даже задуматься.

— Между нами?

— С Ардовым. Ты любишь его?

Меня бросило в жар от ее вопроса, лицо будто горячей волной окатило, и захотелось подуть на себя прохладным воздухом, или окатить из ведра холодной водой. Я повела головой и посмотрела ей в глаза.

— С чего вы взяли?

— Злат, твоя реакция лучше любого ответа.

— Вы все это придумали, Елена Романовна. У меня не может быть чувств к Тимуру Назимовичу. Вернее, — я хмыкнула, схватившись рукой за откос двери. — Чувства есть, но это вовсе не любовь.

— А что?

— Ненависть. И нет, он меня не отвергал, как вы можете сейчас подумать. Но говорить об этом я не хочу, а если желаете узнать, то лучше спросите у Ардова сами. Уверена, он поведает вам более интересную версию, чем та, что у меня. Я пойду работать.

— Злат, ты не против, если у нас с ним будет роман?

Еще один неожиданный вопрос. Интересно, чего она от меня ждет, моего благословения? Не слишком ли большая честь для наемной сотрудницы?

— Елена Романовна… я пойду.

Тихо прикрыв дверь, я обрадовалась, что Насти не оказалось в кабинете. Разговор с Красавиной выжал из меня все соки, и злилась я на саму себя. Не понимала такой реакции, не понимала почему мне неприятны ее вопросы. Неприятно то, что они хотят стать любовниками! Она будет чувствовать все то, что когда-то желала почувствовать я. Его губы на своих губах, его руки на свое теле, его в себе.

От этой мысли я до боли прикусила губу и почувствовала горечь во рту. Прижала ко рту руку и зажмурилась, не понимая почему так больно! Я же ничего не чувствую к нему, я ничего не хочу от Тимура. Тот его поступок навсегда искоренил во мне желание мечтать о нем, влюбляться в мужчин и доверять им. Доверять кому бы то ни было. Я порой не доверяла даже сама себе и правильно делала, потому что прямо сейчас чувствовала себя идиоткой. Я думала о мужчине, который поступил со мной, как урод. Думала о нем, но больше не мечтала. И эти дни, проведенные вместе за городом, ничего для меня не значат. Абсолютно ничего.

Неожиданно я получила удар в плечо. Отскочила от двери и глупо улыбнулась, переведя взгляд на недоумевающую коллегу.

— Ты чего тут решила запереться?

— Ага, Итанчика закадрить, — хмыкнула я, подходя к кофемашине и ставя в нее чашку. — Ты будешь?

— С удовольствием, утром не успела выпить.

Настя говорила с загадочной улыбкой на губах. Я выгнула бровь в ожидании ее рассказа, но девушка не торопилась делиться новостями, а я лезть в душу не привыкла.

Приготовив две чашки кофе, поставила на стол и присела за свое рабочее место.

— Ты как, Злата?

— Нормально, учусь жить без родного человека рядом.

Говорю, а у самой подбородок дрожит от нахлынувших чувств.

— Мне очень жаль, еще раз прими мои соболезнования. Понимаю, что это всего лишь слова. Если тебе нужна будет поддержка или плечо, ты можешь на меня положиться.

Я улыбнулась и молча кивнула, не желая развивать тему поддержки и женской дружбы. Это последнее, что мне нужно.

— Спасибо, Насть, я справлюсь. Ты давай колись, я так понимаю, что у тебя новости будут повеселее моих.

— Ох, скажешь тоже, — она тут же засияла, как начищенный хрусталь, и схватившись за чашку, попыталась скрыть за ней свою улыбку.

Я помешала кофе ложечкой и отложив ее в сторону, сделала глоток. Настя покраснела под моим взглядом, так и не тронув свой кофе, отставила чашку.

— Прости, мне так неловко, у тебя горе, а тут я со своей радостной физиономией.

— Ты чего? Это твоя жизнь и здорово, что ты счастлива. А то, что у меня случилась беда, не означает, что все вокруг должны погрузиться в мой траур. Выкладывай, что у тебя там?

— В общем, две недели назад я с подругой пошла в клуб. Сто лет там не была, а тут так удачно заглянула, как говорится. Встретила там одного чувака, мы с ним когда-то давно были знакомы и даже неплохо общались. Я бы его не узнала, мужик оперился, состоялся, похорошел, короче, выглядит просто сок.

— Так, и что дальше?

— Он сам меня остановил. Мы разговорились, обменялись телефонами, а на следующий день он встретил меня около офиса с цветами. Ну а потом закрутилось все как-то быстро: свидания, рестораны, прогулки.

— Вот это новость, Насть! Ну круто же!

— Круто! Только я ему еще не дала.

— О.

— …ху*ть, да? продолжила за меня вовсе не то, что я подумала. Он не торопит меня, а я хочу, но боюсь.

— Слушай, сколько у тебя не было секса?

— Пару лет, и теперь чувствую себя девственницей. Я дура?

Я улыбнулась, обошла стол и опустилась в кресло напротив коллеги.

— Я думаю, что он должен это оценить. Ну и если он ведет себя, как мужик, а не кобель, то ты можешь ему довериться. Но решать тебе, я ни на что не подбиваю.

— Спасибо, Злат, а я все колеблюсь.

— Ну выглядишь ты, как будто он тебя уже оттрахал.

— Правда? Ох, что же будет, что же будет… она ладонями помахала перед лицом, чувствуя жар, как у меня минутами ранее.

— Не бойся, милая, даже если все не серьезно, знай, что для здоровья очень полезно.

Она кивнула и схватившись за чашку, сделала пару глотков, пытаясь скрыть дрожь. Ох и Настя, кажется, ты влюбилась, девочка.

В кабинет постучали и через секунду в проеме появилась высокая фигура. Я подняла взгляд, с моего лица слетела улыбка. Взгляд медовым глаз прожигал во мне дыру, по телу прошла горячая волна, а внутри возник протест. Какого хрена он здесь делает? Что ему снова от меня нужно, зачем приехал? Или по пути к Красавиной решил зайти поздороваться?

— Поговорить надо. Уделишь время?

Глава 11

Тимур

— Ты больше так не пропадай, братик, я переживала.

Вера прошла в гостиную, скидывая пальто на подлокотник дивана. Обняла меня и присела в кресло. Сестра единственный мой близкий человек, мы остались друг у друга одни, когда родители погибли. Ей было двенадцать, мне восемнадцать, время было тяжелое, но сетовать на жизнь было некогда. Я должен был вникать в дела родителей, чтобы не позволить стервятникам разорвать его бизнес на куски.

— Как ты? Все хорошо?

— Все нормально, просто сломалась машина, ничего серьезного.

— Да, только вот непогода разбушевалась в тот день. Мне даже дома было страшно.

Я кивнул. Прошел к бару и открыл бутылку с виски. Разговор намечался непростой и мне жаль, что он вообще имеет место быть. Никогда не думал, что подобное произойдет.

— Выпьешь?

— Я на машине. Есть повод?

— Не знаю. У меня выходной, могу выпить.

Вера прищурилась, глядя как я, наполнив стакан, сделал несколько больших глотков алкоголя. Понимал ее удивление, ведь пил я крайне редко, и то если злился, или имелась причина отметить что-то хорошее. В данном случае, первый вариант, как никогда кстати.

— Ты что-то недоговариваешь, Тимур?

— Как и ты? — смотрел на нее и не верил, что моя сестра могла меня обмануть.

— О чем ты, не понимаю.

— Вера, два года назад я устраивал тендер, это ведь не твоя работа была?

— Тимур, нашел что вспомнить, — она нервно улыбнулась, выдавая свое состояние.

— Ответь на вопрос.

— Что за допрос ты мне устроил? С каких пор, мой родной брат мне не доверяет?

— Вера! повысил голос, хотя в отношении нее никогда подобного не позволял.

— Со мной даже муж так не разговаривает, а ты…

— Ты уходишь от ответа, — перебил ее, допивая содержимое стакана. — Ты обманула меня.

— Вот так просто утверждаешь?

Она знает, что шутить со мной себе дороже, и видит, что я обо всем догадался. Тут и вопросы больше не нужны, чтобы понять — Злата говорила правду.

— Ты оболгала свою подругу? Обворовала ее и выдала чужую работу за свою?

— Ты забыл? Она хотела залезть к тебе в постель, чтобы ты стал ее покровителем!

— Что ты несешь? я поморщился, не понимая откуда в ней это.

— А то! Она влюблена в тебя была всю жизнь, только знала, что ты ее не замечаешь. Вот и решила поучаствовать в тендере, понимала, что выиграет с ее то талантом! А потом будет работать рядом с тобой, а значит, сможет легко залезть тебе в штаны!

— Я не пойму, а ты чего так печешься с кем я буду трахаться?

— Да мне плевать с кем ты трахаешься, я не хотела, чтобы она тебя заполучила. Ушлая она девка оказалась, захотела красивой жизни. Да пойми ты, ей нужен был не ты, а твои бабки!

— Вера, ты украла ее работу!

— Ну и что? Одной работой больше, другой меньше, — хмыкнула она и подойдя к бару, заметно нервничая, плеснула себе в стакан виски. — А мне тоже хотелось работать у тебя. Ты же такой принципиальный, не берешь на работу по блату. Пришлось пойти на маленькие уловки.

— Маленькие? Вера, ты украла чужую работу, и обвинила в этом Злату? Ты же с ней дружила столько лет, разве тебе не было стыдно?

Она улыбнулась и глядя на меня с ехидцей во взгляде, сделала глоток.

— Я беспокоюсь о себе и своей семье. Ни до какой Златы мне нет дела. Почему я должна за нее переживать?

— А ты сука.

Ее лицо вмиг изменилось, и она, закатив глаза, зло прошептала.

— Не думала, что дождусь оскорблений от собственного брата.

— Злата тоже не думала, что ты поступишь с ней подло.

— Это жизнь, и каждый выживает, как может.

— Тебе никогда не приходилось выживать, ты всегда жила в достатке. Сначала со мной, потом с Муратом. Он тебя всегда любил и баловал. Чего тебе не хватало? За что ты с ней так поступила?

Она зло улыбнулась, стукнула стаканом о дубовую стойку и забрав пальто, направилась к выходу.

— Мы не договорили.

— Нам не о чем говорить, ведь в твоей жизни появилась Злата.

Я непонимающе вздернул бровь, и оттолкнувшись от кресла, пошел за сестрой.

— Ты что, все это из-за ревности?

— Из-за зависти! Ведь я для тебя всегда была ни на что не способной тупицей, которой стоило поучиться у лучшей подруги.

— Вера, ты действительно не понимаешь, что натворила?

Она сунула ноги в ботинки и выдохнув, посмотрела мне в глаза.

— Не забудь жениться на ней, и детишек завести, она же лучше непутевой сестры, верно? Ее и людям не страшно представить.

— Ты точно дура.

— Не скучай, помахала рукой, открывая дверь и выходя на улицу.

— Вера, вернись. Вера!

— Да пошел ты!

Она захлопнула дверь, а я несмотря на всю свою злость, позволил ей уйти. Она должна остыть и успокоиться, позже мы еще не раз поговорим. То, что она сделала, не может быть оправдано ничем.