Хроники Эмилия Турнейского

Ирина Ярич

Хроники отца Эмилия Турнейского

Ирина Ярич

«О бедная и многострадальна земля римлян!..»

Хроники Эмилия Турнейского1

Пролог

Много лет пишу эти записки. И всё время не перестаю удивляться окружающей меня жизни. Слишком много в людях бушующих страстей. Однако, мою молодость разве не одолевали тоже некоторые из них? Но примером мне были святые отцы, отринувшие мир ради духовных высот в райских чертогах. Мне пришлось избрать духовную стезю. Путь к власти в нашей семье стал недоступен. Франки утвердились на данном поприще. По моемý разумению сами римляне в том повинны. Но тема эта обширна и сейчас мне недосуг, да и не к месту перечислять ошибки, допущенные ранее. И какой в том смысл? Каждый народ, как и человек проходит тот путь, который пройти в состоянии. Видимо, общая участь народов: сначала завоёвывают других, потом растворяются среди побеждённых. Затем приходят чуждые племена и завоёвывают потомков. Ослабевших и разнеженных.

Взять хотя бы мой род. Насколько мне известно, в нескольких поколениях были смешанные браки. Одни мои предки – галлы из Цизальпинской Галлии2. Среди других - римляне и римлянки. Галлы этой области после установления римской власти оценили преимущества образа жизни завоевателей и переняли его. Так, что римляне называли эту область Галлия, одетая в тогу. И мои деды утверждали, что они и их отцы говорили дома и в публичных местах только на латыни. Среди моих прадедов и дедов были те, кого избирали в сенат и они заседали в Риме.

Увы, уже много лет варвары сильнее римлян, хотя последних гораздо больше. Потомки римлян, ветеранов славных битв и непреклонных галлов вынуждены терпеть грубых и невежественных германцев, которые живут по своим диким законам.

Свиток первый. Территория бывших римских провинций и племена там

О бедная и многострадальна земля римлян! Не первое столетие ноги варваров дерзнули ступить и крушить, разорять и сжигать. Но раньше справлялись с ними, изгоняя. Однако с прошлого столетия толпы варваров, словно ненасытная саранча покрыла благородные растения. И, хотя варваров многократно меньше римлян, их неистовость и лютость заставили трепетать некоторых. Смельчаки пали. Остальные склонили головы, дабы не лишиться их. И растеклись германцы по римской земле. Одно утешает – нет меж ними согласия, враждуют за первенство.

Странно, вот говорим и пишем германцы, а ни одно племя так себя не называет. Откуда же взялось это слово? Умные головы уверяют, что греческий историк Посейдоний, что жил более шести веков назад исказил название одного из племени, и значило, что мужчины слыли ловкими копейщиками. Другие подхватили это слово, описывая племена со схожим образом жизни и живущих по соседству друг с другом. Так и повелось, кто идёт с севера, северо-запада и северо-востока Европы – германцы.

Первые, кто из германцев захватил римские владения – алеманны ̶ союз племён, образовавшийся после того, как древнее содружество под руководством свевов рассыпалось и туда влились другие германские племена. Перешли Рейн, двинулись в сторону верховьев Данубия3. После совершили набеги на Галлию и италийскую землю.

Как только прознали германцы, что римляне покинули земли острова Британия, которую полностью им так и не удалось покорить, так хлынули тремя мощными лавинами. Начали прибывать юты, покидая родной остров, что как огромный и кривой палец раздвинул воды северных морей. Вместе с ними увязались их соседи – фризы. Те и другие облюбовали ближний к их родине берег - юг и юго-восток Британии. Туда же направились и саксы из центральных мест Германии, захватили юго-восток Британии. Англы с севера Германии, некогда римской провинции заполонили, восточную часть Британии.

Земля на север от Рима породила много германских народов, которые подобно нашествию вредителей идут и идут на юг, к тёплому солнцу, плодородной земле, богатым городам, монастырям и церквям. Среди них и племенной союз вандалов – ещё одно большое горе для римлян. Составляют два больших народа, не считая ещё нескольких более мелких племён. Вандалы-асдинги, потомки древних вандилий, о которых писал более четырёх сотен лет назад Тацит. Жили на землях междуречья Одера и Вислы. Пришли туда ещё раньше, быть может за несколько веков до того с дальнего северного острова. Их тогда завоевали предки нынешних готов, чья родина ещё севернее. С тех давних пор зародилась вражда у этих народов. А между реками Одером и Эльбой, в среднем их течении ещё более трёх сотен лет назад обитало племя силингов. Не берусь утверждать, что их с уверенностью можно причислить к родам, ведущим своё начало от германцев. По соседству с ними жили разные народы: венды или венеты, анты, склавины, балты, словене. Смешение племён только укрепляет силы и порождает здоровое потомство.

На протяжении нескольких веков прошли долгий путь с другими: в союзе или вражде. Путь, наполненный тяготами, сражениями, но и сами сокрушали более слабых. Прошли через всю «Косматую Галлию», дерзнули перейти горные тропы Альп. С ними в походе шёл соседний с ними племенной союз свевов, который обосновался потом вместе с частью аланов в Лузитании. К ним давно примкнули аланы, вместе скитались по дорогам и тропам Европы. От притеснений вестготов ушли вместе с вандалами в Северную Африку по приглашению наместника Бонифация. Но тот понял, что допустил ошибку и попытался выгнать вандалов с их союзниками. Однако те не могли вернуться, в Испании ждала их смерть от вестготов.

Западная ветвь готского племенного союза ̶ вестготы давно стали федератами Рима и выполняли приказы до тех пор, пока не поняли, что они стали сильнее своих господ. И поселились в Галлии, потом захватили Испанию. Вестготы самыми первыми из германцев приняли христианство, но в арианской ереси, так как среди них проповедовал епископ Ульфила или Вульфила, «Волчонок» по-готски, последователь учения Ария.

В 60-х годах третьего века после набега готов на Каппадокию, древнюю греческую колонию, с первого века - римскую провинцию, увезены в плен часть жителей. Были ли его родители греками или кто-то из них происходил из готского племени? Доподлинно мне не известно. Однако есть верные сведения, что вырос Ульфила, хоть и среди готского народа, но в почитании христианской веры и служил с юных лет чтецом в церкви, кои всё же имелись там, где обитали вестготы, хотя и в малом количестве. Не уверен, что это имя ему дали родители, возможно то прозвище данное ему готами. Но надо учитывать, что римляне, попавшие под власть германцев со временем перестают следовать прежним традициям и дают детям германские имена. При этом ни на письме, ни в разговоре не упоминают, ни имя отца, ни имя рода. Раньше проходила романизация варваров, ныне, как ни горько признавать, происходит германизация римлян.

Остготы - восточная часть готского народа. Считают, что их предки обитали среди степей в отличии от предков западных лесных готов. Остготы прошли длинный и извилистый путь на юго-восток и восток. Сражались, в том числе с гуннами, потом вынуждены быть под их началом до тех пор, когда сломилось могущество последних. Остготы на правах федератов осели в Паннонии. Но, уж не знаю по какой причине остготские воины не получили плату, в следствии чего взбунтовались. Захватили Иллирию и Далмацию.

Хитрый император Зенон, что правил восточной частью империи, посоветовал Теодориху, предводителю остготов пойти в италийскую землю, где есть богатые города. До того много лет Теодорих находился в Константинополе в заложниках и поддался очарованию римского образа жизни при дворе императора, уважал тамошнее образование и науку. Надежда Зенона оправдалась, империя избавилась от набирающего силу своего северного соседа в лице остготов и от варварского войска Одоакра, который пытался выйти из подчинения императора и стать самостоятельным правителем Италии.

Теодорих считался наместником императора. При нём остготы романизировались довольно быстро, так как он оставил почти нетронутыми римские учреждения. Однако принудил римлян отказаться от одной трети своей земли в пользу переселенцев. Те же, у кого земли не было, должны были уплатить треть своего дохода в казну, которой ведал Теодорих. И хотя такое не могло понравиться, утешало многих, что в армию римлян не призывал, сражаться могли только германцы. Впоследствии Теодориха за его дела во время правления италийской землёй нарекли Великим, хотя существовал в тот период неразрешимый конфликт. Остготы, что правили Италией – ариане, а их подвластные римляне – ортодоксы или православные4. И нашлись те, кто хотел избавиться от правителя германца, их возмущало, что на исконно римской земле правят готы. До Теодориха доходили слухи о готовящихся заговорах не только против германцев, но и его самого. По приказу Теодориха начались гонения на православных римлян. Не избежал печальной участи и епископ Рима Иоанн, заточенный в тюрьму в Равенне. Там он и окончил свой земной путь.

Чтобы подавить заговоры в зародыше в 526 году составили указ о запрете исповедовать ортодоксальное христианство, а в церквях надлежало проводить богослужения только арианским священнослужителям. Но тот год Теодорих не пережил, Италия освободилась от его власти. После его смерти началась смута в остготском государстве. Боролись приверженцы разных конфессий, верные христиане и еретики. К этому прибавились разногласия вплоть до кровопролития среди: варваров и римлян, романизированных выходцев из провинций и германизированных сторонников новой власти. Последовал ряд конунгов и война с империей, длившаяся не менее двух десятков лет. Разгромленных остготов захватили лангобарды.

Длиннобородые – лангобарды несколько веков назад пришли с севера к берегам Эльбы. Совсем недавно стали активны, может среди их знатных родились властные и решительные? Лангобарды состояли в союзе с аварами, вместе они разбили гепидов, которые обосновались у среднего течения Данубия. К победителям примкнуло много племён, в том числе и саксы. Затем из Паннонии пошли к Альпам, перебрались через горы. Направились в Италию. В прошлом не подверглись римскому завоеванию и влиянию. Поэтому впечатления римлян – на них напали дикие толпы: безудержных мужчин сопровождали женщины и дети. И несмотря, что лангобарды уже приняли христианство, но тоже в арианской ереси, безжалостно расправлялись с населением и захватывали города. Неугомонной оравой растеклись по италийской земле, пропуская Равенну и далее Рим, добрались до южного побережья, охватив главные города и, отрезав пути между ними. Восточная часть империи, охваченная смутой среди властвующих в Константинополе не могла помочь.

Откуда-то с севера пришли и бургунды. Говорят, что их родина – просторный остров в Сарматском океане или в Свевском море5. Около трёх столетий назад, влекомые готами, бургунды приблизились к границам империи. Затем в союзе с вандалами дошли до рейнско-дунайской границы. После разгрома их войск римлянами, поселились вблизи реки Майн на бывших землях алеманнов, ушедших на юго-восток. Бургунды, как и многие то состояли в союзе с другими, то с ними враждовали. Пытались захватить левый берег Рейна. Стремились получить право федератов, но не удавалось. Ссоры из-за соляных варниц поддерживали власти в Риме, натравливая бургундов, чтобы избавится от набегов алеманнов. Два десятка тысяч воинов полегло в битве с гуннами. Их варварское государство погибло, но не все бургунды. Замечательный полководец Аэций позволил бургундам поселиться на правах федератов. Их главным городом стала Генава6. Подлое убийство Аэция и смена императоров позволила бургундам захватить земли в нижнем течении Роны, потом Лугдун7, позже Дижон. Бургундское новое государство окружали: на юго-востоке – Остготское, на юго-западе и западе - Вестготское, на северо-востоке – Алеманния, на северо-западе – Франкское.

Франки делились на две ветви: рипуарские и салические. Рипуарские франки обитали на берегах Рейна. Впоследствии их главным поселением стала Колониа Агриппина8. Салические или западные франки решили найти другую подходящую для себя землю. Из Колониа Агриппина вела старинная мощённая дорога к Альпам. Салические франки прошли через горные перевалы со светлыми и тёмными скалами, поросшими густым ельником и дубравами. Перебрались через глубокую долину Рейна. И захватили земли на юг от реки. С кем они только не воевали?! Над частью салических франков утвердились властители из династии легендарного Меровея. Однако, надо признать, что это единственные из германцев, которые приняли крещение правильное, согласно Никейскому Символу веры, в отличии от западных и восточных готов, которые поддались арианской ереси. Готы повлияли на выбор бургундов и те тоже приняли арианство. А жители Римской империи не одно столетие исповедуют ортодоксально-кафолическое христианство, согласуемое с Никейским Символом веры. И это сказывалось на отношениях между местными и пришлыми, между священнослужителями и правящими, между самими германскими народами.

Свиток второй

.

Нынешние горести имеют корни в прошлом

1

Именно так, мои дорогие. Всегда беды и печали сегодняшнего дня растут из вчерашнего. Касается ли домашних горестей или имеют размеры бедствий империи. А говорю о нашей многострадальной римской земле. Этих вчерашних дней прошло много, где совершили ошибки по незнанию, безответственности, корысти, трусости, глупости. И плоды пожинаем изо дня в день, из год в год, из десятилетия в десятилетие, из века в век. Такими бедами стали ереси. Мудрствующие, ослеплённые прелестями ложных озарений представили, что им открылась истина, которую не узрели апостолы и великомученики. Совсем худо, когда под ересь попадают люди, облачённые властью.

В бывшей провинции Киренаика, той, что ныне зовём Либией9 и, которая протянулась на северо-востоке Африки до Египта в середине третьего века в романизированной семье из местных родился мальчик, названный Арий, будущий премудрый муж. Несмотря на наставления славного богослова Лукиана Антиохийского, почитаемого ныне преподобномучеником, спасшего много библейских текстов, Арий стал изобретать собственное понимание и выдавать за откровение свыше. Исказил природу Божества. И вот Арий в Александрии, столице Египта проповедовал, что Христос-сын подчиняется Богу-отцу. Проповеди священнослужителя аскета услышаны многими. Учение Ария нашло последователей среди прихожан и священников. Стало распространяться по провинциям, словно болезненное поветрие. Богословские споры коснулись всей римской земли. Зажиточные последователи жертвовали на строительство арианских церквей. Споры зашли так далеко, что по настоянию императора Константина созвали в 325 году на земле Антиохии, в городе Никее собор Церкви, где в результате утвердили позицию – Бог Отец и Иисус Христос-сын – вечная «единая сущность». Принят так называемый Никейский символ веры.

Но и после этого Первого Вселенского собора ариане продолжали нести ересь, служить в своих церквях. Юстина, вторая жена императора западной части империи Валентиниана была арианкой и после смерти мужа всячески боролась с епископом Медиолана10 Амвросием, несмотря на то, что покойный правитель относился с уважением к делам священнослужителя и помогал ему против язычников. Поддался ереси и Валент11, соправитель, властвовавший в восточной части римской империи. Более того, именно благодаря ему готы приняли арианство. Случилось это так.

Надо признать, что Валенту досталась держава в трудном положении: отпали провинции Месопотамия и Армения, пришлось изыскивать резервы, чтобы укрепить восточные границы от посягательств персидского шахиншаха, да бороться с узурпатором Прокопием.

Тут ещё возникли проблемы с готами. Командующий пограничными войсками прислал летом 365 года Валенту известие: Атанарих из рода Балтов, по древнему Балтунги, намерен направить возглавляемый им готский племенной союз на разграбление фракийской земли.

Валент за короткий срок правления невольно настроил население, исповедующее ортодоксальную никейскую веру против себя. Первый Никейский собор не рассматривал божественную сущность Святого Духа и не вынес по этому поводу суждение. Пытливые умы ̶ богословы стали размышлять. Император позволил по просьбе исповедников македонианской ереси, их ещё называют духоборами или полуарианами, отрицающими божественность Святого Духа устроить Собор в Константинополе. Ересь получила название по имени Македония I, Константинопольского патриарха. Ариане не были едины, между ними происходило много споров, они составляли разные партии и течения, но все являлись противниками православных или ортодоксов. Да ещё слух дошёл, что император бесчинствует в Антиохии, требует подчинения арианским епископам, несогласных отправляет на каторгу и даже нескольких в гневе утопил реке. Поэтому многие жители Константинополя роптали и находились в смятении.

Чем и воспользовался бывший командующий войском, один из представителей династии Константина. Прокопию удалось перетянуть на свою сторону воинов двух легионов, что шли через Константинополь на усмирение готов. Более того, убедить их провозгласить в столице нового императора. В то время Валент уже находился в Кесарии Каппадокийской. Несмотря на то, что на сторону Прокопия перешло пять городов Малой Азии Валент во главе армии пошёл на сражение с узурпатором. Едва избежал плена. Затем на сторону узурпатора перешли ещё две провинции. Но Валент вынужден преследовать, пересекая древнюю малазийскую землю, Анатолию, Фригию. Шёл дальше. На востоке Балкан, во Фракии оборвалась жизнь властолюбца Прокопия. Его голова в конце мая 366 года отправилась с императорским гонцом к брату Прокопия в «Северный Рим», одну из императорских резиденций – крупный город Августа Треверов12.

После печальной участи Прокопия предводитель готов Атанарих не стал нападать на войска Валента. Не полез на рожон, чтобы исполнить своё желание. Не видел в том смысла, ибо силы считал неравные.

Не зря воины и сам называл себя не конунгом, а судьёй. Конунг по мнению Атанариха должен обладать силой телесной и силой духа, чтобы заиметь авторитет перед воинами. Авторитет конунга заставляет воинов быть послушными. Но мудрость важнее авторитета - утверждал Атанарих. Совокупность зрелой разумности, усвоенных знаний, житейского опыта и духовного предчувствия составляет мудрость, которой должен обладать судья, чтобы мог принимать верные и справедливые решения. Ибо от этих решений зависят состояние: имущества, здоровья и даже жизни. И Атанарих распоряжался, когда и с кем идти сражаться, с кем стоит заключать договор и на каких условиях, вершил: кто и какие обязанности исполняет, кто и какие имеет права, кто заслужил награду, кто – наказание. Так он властвовал среди тервингов, в своём племени. Наименование означало – люди лесов. После, уже в моё время их стали называть вестготы - западные готы.

Так вот тогда судья Атанарих рассуждал примерно таким образом. Прокопий, которому присягнули лучшие римские воины и жители главного города восточной части империи вместе с другими, и обитатели огромных земельных пространств не смог победить армию Валента. Не добился своей цели и Марцелл, родственник Прокопия, наобещавший готам большие блага, если ему удастся взойти на императорский престол. Тервинги, хоть и числились федератами, но римляне считали их дикими. И верно они ещё не набрали опыта и силы, чтобы покорить римлян. Да и снаряжение и оружие у них хуже, чем у римских легионов. И готы направились восвояси. В то время тервинги обитали на землях с многочисленными речками от Нижнего течения Данубия13 до среднего течения Тираса 14, как звали эту реку с давних веков греки.

Но не успели тервинги добраться до Данубия как окружили их римские легионы. Те, кто попытался сопротивляться пленили, остальных позже отправили в разные города империи. Атанарих возмущался по этому поводу, требовал у Валента вернуть пленников и увезённых готов. Но разве император станет исполнять притязания тех, кто дерзнул встать против него? Пусть радуется, что самого не забрали в заложники и не рассеяли весь его народ.

Валент, хорошо знакомый с нравами варваров, бывал не единожды в битвах с ними, понимал, что, если вождю, конунгу однажды втемяшилось в голову пограбить римские земли, то осуществилось ли это или нет, такое желание возникнет снова. И подготавливал войска к возможному конфликту.

Атанарих можно сказать испытывал чувство близкое к оскорблению. Ведь он не нападал на римлян, понимая тогда тщетность попытки. Хотел мирно вернуться на уже ставшие родными лесные земли. И, что? Часть забрали в плен, как врагов; многих отослали, давая понять, что неугодны. Что ожидать от такого правителя? Не появится ли мысль извести тервингов? И Атанарих решил, что придётся спешно ковать оружие, усиленно тренировать молодых, чтобы дать отпор при необходимости или взять, что будет без присмотра.

Валент решил не ждать подвоха от готов и напасть первым. Весной 367 года римские легионы прибыли на кораблях по Данубию. Выстроив суда по ширине реки, римляне соорудили мост по палубам кораблей. И переправились на другой берег. Углубились в земли, занимаемые тервингами.

Атанарих не стал демонстрировать свою доблесть и умения владеть оружием. Он понимал, что тервинги находятся на земле, некогда завоёванной римлянами и живут тут из их милости. Впрочем, не только они, вокруг множество племён, которых римляне называют до сих пор варварами, то есть немыми, потому что не умеют говорить на латыни и поэтому дикие. Из рассказов стариков и из своего опыта знал, что немало племён сгинуло в сражениях. Враги не жалели ни молодых, ни старых, ни женщин, ни детей. Были и такие, от кого не осталось никого. И память о них сотрётся вместе с теми, кто их знал или слышал о них. Атанарих не желал подобной участи для родного племени. Видел и тех, кто остался в живых. Один из всей родни, несколько человек из всего племени. Рано или поздно, если выживали, их потомки перенимали чужой язык и обычаи. Потом и забывали, кто их предки и откуда пришли. Поэтому главной задачей для себя посчитал спасти свой народ, и не вступал в бой. Уводил воинов, обозы с женщинами и детьми, повозки со стариками и нажитым добром всё дальше, в сторону Карпатских гор.

Однако сразу уходили не все. Малые группки прятались среди неровностей местности и внезапно нападали на разведывательные отряды римлян. При возможности отступали, чтобы совершить потом очередную вылазку.

Валент некоторое время преследовал, но пришёл к выводу, что догонять племя, которое постоянно маневрирует для армии дело трудоёмкое и невыгодное. Повернул обратно.

Следующей весной Валент опять вознамерился наказать готов, и направился в поход. Но армия встала перед возникшем морем. Для пешего глубоко, но для корабля мелко. Данубий, переполненный талой водой и дождями залил огромные пространства. Римляне разбили лагерь на возвышении, куда вода не дошла. Валент надеялся, что когда вода спадёт, то они смогут выйти к готам и атаковать. Но шло время. И шли дожди. Разлив воды, если и уменьшился, то вся вода не ушла. Земля наполненная водой не подходящее место для движения армии и тем более битвы. Уже и весна давно минула. Висит хмурое небо, опять мочит землю. Лето заканчивается, земля всё сырая настолько, что ноги вязнут чуть ли не по колено. Вот и осень наступила, с ней опять и дожди усилились.

Лишь глубокой осенью покинули римляне военный лагерь вместе с императором, так ничего и не выждали.

В 369 году император не забыл своё прежнее намерение, считал, что с тервингами, при возможности и с другими готами надо выяснить отношения. Армии Валента удалось на севере Балканского полуострова перебраться через Данубий. Для этого распорядился опять соорудить мост на палубах кораблей. И направились дальше в земли между левым притоком Данубия15 и Тирасом.

Народ, возглавляемый Атанарихом пережил трудный неурожайный год, тяжёлое положение в племени всё ещё продолжалось. Поэтому, сберегая силы племени, судья тервингов не думал нападать и лишь с отборными воинами давал отпор, когда нельзя было его избежать. В данной ситуации римляне не могли проиграть. Побеждённые тервинги, кто не погиб в бою уцелели. Видимо, Атанарих продумал, пути отступления и места, где можно укрыть племя. Из укрытия судья тервингов отправлял гонцов к императору с просьбой мира.

После неоднократных просьб о прощении и даровании мира и выдвижения условий римлянами Валент согласился заключить Договор о дружбе. Хитроумный Атанарих передавал, что не может нарушить клятву, данную отцу никогда не ступать на римскую землю, поэтому не может поехать, куда велит император. Конечно, здесь, среди так называемых варварских народов ему спокойнее и привычней, чем среди коварной римской знати.

Решено провести процедуру подписание Договора на водах Данубия. Два гребных корабля приблизились друг к другу. На одном готский судья с воинами, на другом император и его оруженосцы.