Юпитер: цена успеха

Никто не ответил.

Она нажала ещё раз.

— Он дома? — спросил Левин.

— Должен быть.

— Может, не хочет открывать?

— Тогда открыл бы дверь и сказал, чтобы мы ушли.

Марина достала телефон, но экран сразу погас.

— Зарядился? — спросил Левин.

— Было сорок процентов.

У Левина тоже исчезла сеть.

Из дома донёсся звук.

Не звонок.

Удар.

Марина отступила от калитки.

— Что это?

В окне первого этажа мелькнула тень.

Затем погас свет.

— Вызовите полицию, — сказал Левин.

— Связи нет.

— Идём внутрь.

— Вы с ума сошли?

— Если там кто-то есть, у нас мало времени.

Калитка оказалась незапертой.

Они вошли во двор.

Дверь дома была приоткрыта. На пороге лежала разбитая чашка. Внутри пахло газом.

Левин остановился.

— Не входите, — сказала Марина.

Но из глубины дома раздался хриплый стон.

Левин прикрыл рот рукавом и вошёл.

В прихожей царил беспорядок. Выдвинутые ящики, разбросанные бумаги, перевёрнутый стул. На стене висела фотография молодой женщины — Ольги Тихоновой.

Из кухни доносилось слабое шипение.

Левин бросился туда и закрыл газовый вентиль.

На полу возле стола лежал мужчина. Лет сорока, худой, в домашней одежде. На виске — кровь.

Марина опустилась рядом с ним.

— Сергей! Сергей, вы меня слышите?

Мужчина открыл глаза.

Пытался что-то сказать.

Левин наклонился ближе.

— Кто это сделал?

Сергей с трудом поднял руку и указал на стену.

Там, над кухонным столом, красным маркером было написано:

> **ОЛЬГА НЕ УМЕРЛА САМА.**

Ниже, на полу, лежал конверт.

На нём было имя Левина.

Он поднял его.

Внутри находилась фотография, сделанная в переговорной «Юпитера».

На снимке Артём Воронцов стоял у панорамного окна.

За его спиной, в отражении стекла, виднелась тёмная фигура.

А в нижнем углу фотографии была проставлена дата:

**12 ноября, 21:14.**

За три минуты до падения.

Левин перевернул снимок.

На обороте было написано:

> **Спросите Серова, кто открыл окно.**

## Глава первая

### Высота

*Продолжение*

Сергей Тихонов попытался подняться, но тут же застонал и обмяк.

— Не двигайтесь, — сказала Марина. — Скорая уже едет.

— Связи нет, — напомнил Левин.

Он достал телефон и увидел, что на экране по-прежнему отображается пустая шкала сигнала. Тогда выбежал на крыльцо и набрал экстренный номер.

Вызов не проходил.

Левин поднял телефон выше, отошёл к калитке и попробовал ещё раз. На этот раз соединение появилось.

— Адрес? — спросил диспетчер.

Левин быстро назвал улицу и номер дома.

— Пострадавший мужчина, удар по голове. Возможно, отравление газом. Также следы проникновения.

— Бригада выехала.

— И полиция.

— Полиция направлена.

Он отключился и вернулся в дом.

Марина стояла у стены, держа фотографию Воронцова. Её лицо стало почти белым.

— Вы понимаете, что это значит? — спросила она.

— Что кто-то знал о камере в переговорной.

— Нет. Что кто-то хотел, чтобы фотографию нашли именно мы.

— Вы уверены, что снимок настоящий?

— Посмотрите на отражение.

Левин снова приблизил фотографию к свету.

Снимок был сделан через стекло. Воронцов стоял спиной к объективу, у окна, чуть повернув голову. За ним отражалась переговорная: стол, кресла, экран на стене.

И тёмный силуэт возле двери.

Левин достал телефон и сфотографировал снимок с обеих сторон.

— Не трогайте конверт, — сказала Марина.

— Уже поздно.

— Вы оставляете отпечатки.

— На конверте или на доказательствах?

— На всём.

— Тогда будем надеяться, что у полиции хватит времени разобраться, какие из них мои.

Из кухни донёсся слабый кашель.

Сергей Тихонов пошевелился.

Марина снова опустилась рядом с ним.

— Сергей, где нападавший?

Он открыл глаза.

— Ушёл…

— Когда?

— Недавно.

— Один?

Сергей с трудом сглотнул.

— Двое.

Левин посмотрел на разбитое окно кухни. Оно выходило во двор. На подоконнике виднелись грязные следы обуви.

— Они что-то искали? — спросил он.

Сергей повернул голову к шкафу.

Одна из дверец была выломана. Внутри лежали старые документы, коробки с лекарствами, папки и несколько фотографий.

— Флешку? — спросил Левин.

Сергей попытался ответить, но закашлялся.

Марина поднесла ему стакан воды.

— Не говорите.

Он оттолкнул стакан.

— Ольга… оставила…

— Что?

— Перед смертью.

— Где?

Сергей поднял руку и указал на стену.

Не на надпись.

На фотографию.

На снимке Ольга стояла возле здания «Юпитера». В руках она держала папку с эмблемой компании. Фотография была сделана зимой, много лет назад.

Левин снял её со стены.

За фотографией обнаружилась узкая ниша. Внутри лежал небольшой металлический ключ.

Марина посмотрела на Сергея.

— От чего он?

— Архив… — выдохнул тот.

— Какой архив?

Сергей закрыл глаза.

— Северное хранилище.

Левин почувствовал, как в кармане завибрировал телефон.

Сообщение пришло с неизвестного номера:

> **Не ищите то, что Ольга спрятала.**

Через секунду пришло второе:

> **Вы уже опоздали.**

А затем — фотография Сергея, лежащего на кухонном полу.

Снятая несколько минут назад.

Левин медленно поднял взгляд к окну.

Во дворе никого не было.

Только за мокрым забором покачивалась ветка старой яблони.

— Они всё ещё рядом, — сказал он.

Марина посмотрела на него.

— Что?

Левин показал ей телефон.

Она забрала его, прочитала сообщения и закрыла глаза.

— Нам нужно уходить.

— Сергей не может идти.

— Мы не бросим его.

— И не должны. Но тот, кто отправляет фотографии, знает, что полиция уже едет.

— Вы думаете, они вернутся?

— Нет. Я думаю, что они хотят, чтобы мы остались.

Снаружи послышался звук двигателя.

Марина замерла.

Машина остановилась возле дома.

Через мутное окно Левин увидел проблесковые маячки.

— Полиция, — сказала Марина.

— Возможно.

— Вы сами их вызвали.

— Да.

— Почему тогда «возможно»?

Левин показал на экран телефона.

Сигнал снова исчез.

— Они могли перехватить вызов.

Марина подбежала к окну и осторожно выглянула.

На улице стоял белый микроавтобус без опознавательных знаков. Маячков на нём не было. За рулём сидел человек в форме, но машина была припаркована боком, и лица не разглядеть.

С другой стороны дома хлопнула дверь.

— Там кто-то есть, — прошептала Марина.

Левин посмотрел на кухню.

Путь к выходу через прихожую был открыт, но за стеной уже слышались шаги.

Он быстро оглядел помещение.

— Подвал есть?

Сергей поднял руку и указал на дверь под лестницей.

Марина помогла ему сесть.

— Вы сможете двигаться?

— Если надо.

— Надо, — сказал Левин.

Они подняли Сергея с двух сторон. Он оказался легче, чем выглядел. Почти невесомый, обмякший, с головой, падающей на грудь.

В дверь дома постучали.

Один раз.

Потом второй.

— Полиция! Откройте!

Марина посмотрела на Левина.

— Что теперь?

— В подвал.

Они двинулись к двери под лестницей.

Замок был старым, но ключ подошёл. За дверью открылась тёмная лестница, уходящая вниз. Внизу стоял запах сырости и земли.

Сергей внезапно схватил Левина за рукав.

— Не… в архив…

— Что?

— Ключ… не для двери.

— Тогда для чего?

Сергей зажмурился, будто вспоминал.

— Для ячейки.

— Где?

— В старом филиале.

— Каком старом филиале?

Но мужчина уже потерял сознание.

Марина закрыла дверь под лестницей, оставив щель для воздуха.

Наверху снова постучали.

— Откройте! Полиция!

На этот раз голос звучал иначе. Слишком ровно. Без раздражения, которое обычно появляется у настоящих полицейских, когда им не открывают дверь.

Левин включил фонарик.

Подвал был низким, заставленным коробками и старыми предметами. В дальней стене находилось маленькое окно, закрытое решёткой. Через него проникал серый свет.

— Здесь нет выхода, — прошептала Марина.

— Есть.

Левин подошёл к противоположной стене. В бетоне виднелись старые трубы, одна из которых уходила в пол. За ней была узкая щель.

— Что вы делаете?

— Проверяю.

Он ударил по стене рукояткой фонарика.

Бетон отозвался глухо.

Второй удар.

Часть штукатурки осыпалась.

Под ней обнаружилась деревянная панель.

— Помогите.

Марина положила Сергея на пол и присоединилась. Вместе они отодвинули панель. За ней оказался старый технический проход, ведущий под соседний дом.

— Откуда вы знали? — спросила Марина.

— В старых редакционных зданиях всегда есть тоннели.

— Почему?

— Чтобы журналисты могли сбегать от налоговой.

В доме сверху раздался грохот.

Дверь выбили.

— Быстрее, — сказал Левин.

Марина помогла Сергею протиснуться в проход. Левин пошёл последним и вернул панель на место.

Внутри было тесно. Приходилось двигаться боком. Сергею становилось хуже: он тяжело дышал и почти не реагировал.

— Скорая скоро приедет, — прошептала Марина.

— Если это не их скорая.

— Не говорите так.

— Нужно говорить так.

Позади послышался шум.

Кто-то уже спускался в подвал.

Луч фонаря прошёл по стене за панелью.

Левин замер.

Трое людей переговаривались вполголоса.

— Здесь нет.

— Проверьте всё.

— Газ был открыт. Они не могли далеко уйти.

Марина прижала ладонь ко рту Сергея, чтобы заглушить его кашель.

Левин медленно двинулся дальше.

Тоннель вывел их в заброшенное помещение под соседним домом. Здесь стояли старые стеллажи, покрытые пылью, и ржавый металлический шкаф.

На шкафу была табличка:

> **Городской архив. Фонд закрыт.**

Марина достала ключ, найденный за фотографией Ольги.

Он подошёл к маленькой ячейке в нижней части шкафа.

Внутри лежал конверт.

На нём было написано:

**Андрею Левину. Открыть после смерти Ольги Тихоновой.**

Левин почувствовал, как холодеют пальцы.

— Она знала, что умрёт? — спросила Марина.

— Или ожидала.

Он раскрыл конверт.

Внутри находились три листа бумаги, карта памяти и фотография.

На фотографии были изображены пятеро людей возле входа в «Юпитер».

В центре стоял Виктор Серов.

Рядом — Артём Воронцов.

Третьим был Павел Ланцов, начальник внутренней безопасности.

Четвёртого Левин не знал.

Пятой оказалась Ольга Тихонова.

На обороте фотографии стояла дата:

**17 ноября, пять лет назад.**

Левин нахмурился.

Сегодня было 12 ноября.

До этой даты оставалось пять дней.

— Это невозможно, — сказал он.

Марина забрала фотографию.

— Что?

— Дата.

— Может быть ошибка.

— Воронцов записывал даты до минуты. Ольга тоже. Они не ошибались в таких вещах.

Он развернул первый лист.

Это было письмо.

> **Андрей, если вы читаете это, значит, корпорация снова решила назвать смерть случайностью. Не верьте официальной версии. Ваша история пять лет назад была частью более крупной операции. Но самое опасное ещё впереди. 17 ноября «Юпитер» объявит о закрытии проекта «Титан». В этот день исчезнут документы, свидетели и деньги.**

Ниже шёл список из трёх фамилий.

**Артём Воронцов.**

**Марина Белова.**

**Андрей Левин.**

Марина долго смотрела на своё имя.

— Она знала, — сказала она.

— Что?

— Что нас троих свяжут.

— Воронцов мёртв. Вы уволены. А меня уже пытаются сделать подозреваемым.

— Нет, — возразила Марина. — Всё только начинается.

Из тоннеля донёсся звук удара.

Кто-то нашёл панель.

Сергей пришёл в себя и прошептал:

— Карта…

Левин посмотрел на пластиковую карту памяти.

— Что на ней?

— Вторая запись.

— Какая?

Сергей с трудом поднял голову.

— Не разговор Серова и Воронцова.

— Тогда чей?

Он посмотрел на Левина.

— Ваш.

В тоннеле погас фонарь.

Где-то за стеной заскрежетал металл.

А затем раздался голос Виктора Серова:

— Андрей, вы всегда слишком поздно понимаете, что расследуете не преступление. Вы расследуете собственное прошлое.

## Глава первая

### Высота

*Продолжение*

Голос Серова доносился из темноты.

Не из телефона. Не из рации.

Из небольшого динамика, спрятанного где-то в стене тоннеля.

— Андрей, вы всегда слишком поздно понимаете, что расследуете не преступление. Вы расследуете собственное прошлое.

Марина отступила к шкафу.

— Он знал, что мы здесь?

— Скорее всего, — ответил Левин.

— Тогда почему не пришёл сам?

— Потому что любит говорить с людьми, которые не могут ему ответить.

В конце прохода появился свет.

Сначала слабый, затем ярче. Кто-то приближался с фонарём.

Сергей попытался подняться, но Левин удержал его за плечо.

— Оставайтесь здесь.

— Мы не бросим его, — сказала Марина.

— Если останемся, нас найдут всех троих.

Левин достал карту памяти и осмотрел её. Маленький пластиковый корпус, без маркировки. На одной стороне была тонкая царапина.

— У вас есть устройство, на котором её можно открыть? — спросил он.

Марина покачала головой.

— Телефон.

— В телефоне нельзя.

— Почему?

— Если карта заражена или отслеживается, они узнают, где мы.

— Они и так знают.

— Тогда не дадим им содержимое.

Свет приблизился.

За стеной послышался голос Гранова:

— Выходите. Сергей Тихонов нуждается в медицинской помощи. Если он умрёт, ответственность ляжет на вас.

— Он уже вызвал скорую, — тихо сказала Марина.

— А если это не он?

Левин посмотрел на Сергея. Тот снова потерял сознание.

Дышал он тяжело, с хрипом.

— Нам нужно вывести его, — сказал Левин.

— Куда?

— На улицу. К людям.

— Там нас ждут.

— Здесь тоже.

Он оглядел помещение.

Старая архивная комната имела два выхода: тоннель, откуда приближались люди Гранова, и узкую металлическую дверь в дальней стене. На двери не было ручки, только ржавое кольцо.

Левин дёрнул его.

Дверь не поддалась.

— Помогите, — сказал он.

Марина встала рядом.

Вместе они потянули дверь на себя. Металл заскрипел, с верхнего края посыпалась ржавчина. Внутри за стеной что-то с грохотом упало.

Свет фонаря уже скользил по стеллажам.

— Ещё раз, — сказал Левин.

Они дёрнули сильнее.

Дверь открылась на несколько сантиметров. За ней обнаружился узкий колодец, уходящий вверх. В конце виднелся прямоугольник дневного света.

— Лестница, — сказала Марина.

— Поднимайтесь.

— А Сергей?

Левин вернулся к мужчине, подхватил его под плечи и потащил к двери. Сергей застонал, но не пришёл в себя.

Марина помогла протиснуть его в колодец.

Снизу раздался удар.

Кто-то вошёл в архив.

— Они здесь! — крикнул мужчина.

Левин закрыл дверь и полез следом.

Внутри колодца было тесно. Марина уже поднялась на несколько ступеней и тянула Сергея за руки. Левин толкал его снизу.

— Быстрее!

— Он застрял!

Сергей зацепился курткой за металлический выступ.

Левин сорвал ткань, и они продолжили подъём.

Снизу послышался скрежет.

Дверь архива начали открывать.

Марина первой выбралась наружу. Затем вытянула Сергея. Левин поднялся последним и захлопнул люк.

Они оказались в старом хозяйственном дворе между двумя зданиями. Над ними нависала пожарная лестница. Вокруг стояли мусорные контейнеры и заросшие травой бетонные блоки.

Сергей лежал на земле, почти не двигаясь.

Марина присела рядом.

— Сергей! Откройте глаза.

Он застонал.

— Здесь нельзя оставаться, — сказал Левин.

— Ему нужна помощь.

— Вызовите скорую.

Марина достала телефон.

На этот раз сеть появилась.

Она набрала номер и назвала адрес.

Левин в это время подошёл к воротам двора. Они были закрыты на цепь, но рядом в стене имелась узкая калитка.

Он попытался открыть её.

Замок оказался новым.

Слишком новым для старого здания.

Левин вернулся к Марине.

— Я пойду искать выход на улицу.

— Один?

— Вы остаётесь здесь.

— Это не обсуждается.

— Если нас заметят, Сергей не успеет дождаться врачей.

Марина посмотрела на него, затем на тёмный люк.

— Они выйдут за нами.

— Знаю.

Левин обошёл двор. За контейнерами обнаружился пролом в кирпичной стене. Проём был забит металлической сеткой, но часть её уже проржавела.

Он ухватился за прутья и потянул.

Сетка поддалась с неприятным скрежетом.

— Сюда.

Марина помогла Сергею подняться. Он едва держался на ногах, поэтому Левин перекинул его руку себе на плечо.

Они протиснулись через пролом в соседний двор.

Через минуту за спиной распахнулась дверь хозяйственного помещения.

— Они вышли, — сказал Гранов.

Левин не стал оглядываться.

Они добежали до улицы и остановили первую машину с шашечками. Водитель сначала отказался брать раненого, но Марина показала удостоверение и пообещала двойную оплату.

Через несколько секунд машина сорвалась с места.

— В больницу, — сказал Левин.

— В какую? — спросил водитель.

Марина назвала ближайшую.

Левин сел рядом с Сергеем. Тот лежал на заднем сиденье, его голова покоилась у Марины на коленях.

— Он теряет сознание, — сказала она.

— Держитесь, — произнёс Левин.

Сергей открыл глаза.

— Не… в больницу…

— Вам нужна помощь.

— Они… там…

— Кто?

— Врачи…

Марина побледнела.

— Сергей, что вы говорите?

— «Юпитер»… оплатил…

Он захрипел и снова закрыл глаза.

Водитель посмотрел на них в зеркало.

— Может, лучше в полицию?

— Нет, — одновременно ответили Левин и Марина.

Левин достал телефон и набрал номер следователя Громова. Он нашёл его в новостной заметке о происшествии, где была указана пресс-служба полиции. После третьего гудка ответили.

— Громов слушает.

— Николай Андреевич, это Андрей Левин.

На линии повисла короткая пауза.

— Я знаю, кто вы.

— Тогда вы знаете, что меня пытаются подставить.

— Пока я знаю только, что вы не явились по вызову.

— Потому что за мной следят люди «Юпитера».

— У вас есть доказательства?

— Есть раненый свидетель.

Громов замолчал.

— Где вы?

Левин назвал улицу, но не успел сообщить номер машины.

— В какую больницу направляетесь?

— Мы не едем в больницу.

— Почему?

— Потому что Сергей Тихонов утверждает, что там у «Юпитера» есть люди.

— Сергей Тихонов?

— Муж Ольги Тихоновой.

На другом конце провода послышался шелест бумаг.

— Ольги, которая умерла четыре месяца назад?

— Да.

— Она связана с делом Воронцова?

— Напрямую.

— Привезите его ко мне.

— Куда?

— В отделение на Петровской.

— Вы обещаете, что там его не заберут?

— Я обещаю, что если он жив, мы его опросим официально.

— А неофициально?

— Андрей, если бы я хотел вас задержать, уже отправил бы экипаж.

Левин посмотрел в окно.

За машиной следовал серый внедорожник.

— Нам нужно оторваться.

— Вы снова за рулём?

— Нет.

— Тогда не делайте глупостей. Назовите номер такси.

Левин продиктовал номер.

Громов отключился.

— Что сказал? — спросила Марина.

— Едем в полицию.

— А если Гранов уже предупредил их?

— Тогда у нас не будет хороших вариантов.

Водитель посмотрел в зеркало.

— За нами едут.

— Видите? — сказала Марина.

— Не ускоряйтесь, — сказал Левин. — Поворот направо через двести метров.

— А потом?

— Потом ещё один.

Такси свернуло в узкий переулок. Внедорожник последовал за ним.

Левин достал из кармана карту памяти.

— Марина, что именно находится на второй записи?

Она смотрела на Сергея.

— Я не знаю.

— Вы сказали, что это моя запись.

— Воронцов так написал.

— Где?

Марина достала письмо Ольги и развернула его на коленях. Внизу, под основным текстом, имелась приписка:

> **Андрей не помнит ночь 17 ноября. Ему сказали, что он был пьян. Это неправда.**

Левин почувствовал, как в груди что-то сжалось.

— Я помню ночь 17 ноября.

— Что именно?

— Я был в редакции. Работал над статьёй. Потом мне позвонил редактор и сказал, что встреча отменена.

— Какая встреча?

Левин не ответил.

В памяти начали всплывать обрывки.

Коридор гостиницы.

Лифт с зеркальными стенами.

Стакан воды на столе.

Чей-то голос: «Вы слишком долго задаёте неправильные вопросы».

И Виктор Серов, стоящий у окна.

Левин провёл ладонью по лицу.

— Я встречался с ним.

— С Серовым?

— Да.

— Почему вы не помните?

— Потому что после той встречи у меня провал в памяти.

Марина достала телефон и включила диктофон.

— Что ещё?

— Я помню, что пришёл туда не один.

— Кто был с вами?

Левин закрыл глаза.

Перед ним возникло лицо женщины.

Светлые волосы. Тёмный жакет. Серебряная булавка в форме звезды.

— Ольга Тихонова, — сказал он.

Марина молчала.

— Она была со мной.

— Вы уверены?

— Да.

— Тогда почему в официальных материалах указано, что в тот вечер она находилась дома?

Левин открыл глаза.

— Потому что официальные материалы лгут.

Внедорожник резко ускорился и попытался обойти такси.

Водитель выругался и тоже прибавил скорость.

На перекрёстке загорелся красный свет.

Внедорожник выехал на встречную полосу.

— Держитесь! — крикнул водитель.

Такси резко свернуло, зацепило бордюр и выскочило на боковую улицу. Сергей ударился головой о дверцу, Марина прикрыла его руками.

Внедорожник пронёсся мимо.

— Они не хотят нас остановить, — сказал Левин.

— А что тогда?