Моя прекрасная тьма

— И позови Гретту, — бросил я Леону. — Раз сегодня ночь разбора косяков, ей тоже достанется.

Хозяйка клуба поднялась на этаж через десять минут. Тоже волновалась. Не меньше своей новенькой. Миниатюрная фигурка села на край дивана, стыдливо пряча лицо.

Я откинулся на мягкую спинку и долго бурил её злым взглядом, из последних сил подавляя в себе бурлящее желание грохнуть тупую дуру.

— Какого хера, Гретта?

Хрупкие плечи заметно дрогнули.

— Мне нужны сотрудники. Фред зашивается.

Ей даже не пришлось объяснять. Сама поняла, на что я злюсь.

— Своих мало? На кой хрен притащила незнакомку?

— Она сама пришла. Никакого принуждения.

— Как пришла, так и уйдёт. Мало ли кто к тебе заходит. Ты достала уже жрать кого ни попадя в моих стенах!

— Я не собираюсь её есть, честно, — улыбнулась Гретта, а сама под столом нервно перебирала край платья. — К тому же она вроде справляется. Даже в обморок ещё ни разу не упала.

— Посмотри мне в глаза и ответь: я похож на идиота?

— Нет, конечно, — вздрогнула Гретта. — Я никогда так не думала. Ты же знаешь, моё уважение к тебе безгранично!

Вот же наглая лгунья. Знала, что я ненавижу лжецов и всё равно врала.

— Составь мне компанию до конца ночи, — сказал я достаточно мягко, чтобы не выдавать гнев.

Гретта напряглась, поджала густо накрашенные губы.

— У меня работа, Виктор. Полный клуб. Сам же видишь.

— Мне насрать, милая. До конца ночи ты будешь сидеть здесь. А потом мы прогуляемся по моему клубу.

Фарфоровая кожа стала ещё белее, почти прозрачной. Этой суке было что от меня прятать.

— Зачем, Виктор? В клубе всё хорошо, я за ним слежу.

Я наклонился ближе, не сводя взгляда с Гретты.

— Чтобы ты, тварь безмозглая, запомнила раз и навсегда: жрать посторонних в моём заведении запрещено. Я тебе клыки вырву и повешу на видное место, чтобы другим неповадно было.

— Но я никого не ем. Клянусь!

— Значит, и для волнения нет повода.

Я откинулся на спину и с нескрываемым удовольствием наблюдал, как расцветает паника на мордашке Гретты. Она не уйдёт и уж точно не сбежит. Будет сидеть напротив ровно столько, сколько потребуется. А потом… потом я её убью, ведь глупой бабе было что скрывать. И мы оба отлично это знали.

Ближе к четырём гости стали расходиться. К пяти утра на танцполе включили свет, явив миру привычный хаос наших вечеринок — кровь, забытые кем-то вещи и пустые бутылки. Тут же появились уборщики, чтобы буквально за полчаса стереть все следы кровавой оргии.

Гретта сидела белее снега, иногда бросая взгляд на бар. Смертный Фред с не меньшим волнением поглядывал на наш балкон. Напряжение между ними росло, наполняя воздух тягучей тревогой. Приятное чувство. Честное.

Новенькая и правда держалась. Во всяком случае, когда включили свет, она не закричала и не пыталась убежать, а взяла в руки тряпку и принялась усиленно натирать стойку. Потом всё же дала слабину — откупорила бутылку рома и махом выпила два шота. Пусть пьёт. Я не против.

— Прогуляемся? — хищно улыбнулся я, глядя на осунувшуюся Гретту.

— Говорю же, нет повода для недоверия, — промямлила она.

— Вставай!

Мы спустились к бару, где Фред собирал в большой пакет пустые бутылки, а новенькая натирала стекло. Вблизи она выглядела миловидно, несмотря на синяки под глазами. Светлые волосы выбились из небрежного пучка, блузка помялась ещё сильнее и пропахла потом. Едва мы появились возле стойки, большие серо-голубые глаза скользнули по мне, задержались на мгновение и снова уставились на мокрую посуду.

— Сама пришла? — обратился я к девчонке.

Очередной бокал застыл в её руках. Она долго на меня смотрела, а потом неуверенно кивнула.

— Знаешь, кто здесь собирается?

— Уже догадалась, — дерзко ответила она.

— То есть, тебе никто не сказал?

Девчонка поставила бокал на поднос и устало вздохнула. Нервничала. Руки тряслись, как бы она ни старалась их спрятать.

— Сказали, что если доживу до утра, то хорошо заплатят. Уже утро.

Ну хоть кто-то сегодня не врал и не юлил. Даже на душе стало легче.

— С оплатой здесь не обижают, — кивнул я.

И тут в нос ударил едва ощутимый запах страха смерти. Не от новенькой. И не от Гретты. Этот запах знали все вампиры и чем дольше живёшь, тем отчётливее чувствуешь.

За яркими стеллажами со спиртным пряталась неприметная дверь. Она вела в отдельную часть клуба, где жила Гретта.

— Здоровяк, проверь апартаменты, — обратился я к Леону, скучающему у бара.

Хозяйка напряглась. Фред усиленно делал вид, что никак не может завязать мешок. И только новенькая продолжала натирать бокалы, вообще не понимая, что здесь происходит.

Минут через десять Леон позвал меня из глубины помещения. Я крепко схватил Гретту под руку и потащил за собой. Пока шли по коридору, слышал, как Фред рычит на новенькую и пытается прогнать, но та стояла на своём — требовала обещанной оплаты.

Как и ожидалось, в одной из комнатушек апартаментов, Гретта прятала двух парней. Связанные, голые, не единого живого места от укусов. Один валялся без сознания, второй ещё дёргался, но дышать ему осталось недолго.

— Я всё объясню, — шептала Гретта, пытаясь вырвать руку. — Я объясню…

— Закрой рот!

— Виктор, это не то, что ты думаешь!

Я зло посмотрел на перепуганную женщину.

— Ты не знаешь, что я думаю. Если бы знала, то уже валялась в ногах, моля о пощаде.

— И молю, Виктор, молю! Ты наш король! Мой король! Молю, смилуйся.

— К озеру её, — бросил я Леону под усиливающийся женский вой.

Дважды здоровяка просить не пришлось. Он схватил Гретту за шею и потащил к выходу. По дороге успел приказать ребятам, чтобы навели порядок.

Гретта до последнего орала, что у меня нет права её уводить. Ведь она девяносто лет управляла этим местом и имела какой-то вес.

Все в этом мире хотели чего-то стоить. Особенно глупые бабы, которые с какого-то рожна решили, что имеют право нарушать вековые законы.

Я вернулся как раз в тот момент, когда двое охранников из наших шли разбираться с пленниками. Новенькая суетилась с полотенцами и стеклом, Фред стоял со сложенными руками на груди и пытался выглядеть мужественным. Ещё один дебил.

— Сними водолазку, — приказал я ему.

— Не интересуюсь мужчинами, — фыркнул он и демонстративно отвернулся.

Глупо думать, что смертный не знал о проделках Гретты. Ещё как знал, но прикрывал свою хозяйку.

— Снимай одежду, мешок с кровью, — рявкнул я и посмотрел на новенькую. — А ты налей чего покрепче. И себе тоже.

Девчонка вздрогнула и поспешила поставить чистые рюмки на стойку.

За спиной как раз появился Леон и отчитался, что Гретта поехала смотреть на восход солнца.

— О, и мне тоже плесни, — улыбнулся он напряжённой девочке.

— Леон, помоги парню раздеться. Он стесняется.

— Может, сначала грохнуть? — усмехнулся здоровяк.

— Не имеете права! Я здесь уже год работаю!

Ещё один вспомнил о своих правах. Да что за проклятие, сегодня все решили проверить меня на прочность! Даже смертный пытается показаться выше.

Леон молча зашёл за стойку, хватил парня за голову и хорошенько приложил о деревянную поверхность. Полные рюмки подпрыгнули вместе с девчонкой, но она не проронила ни звука.

— Давай, красавчик, раздевайся, — ухмылялся здоровяк, любуясь разбитым носом, из которого хлестала кровь.

Едва водолазка открыла тело Фреда, Леонбрезгливо от него отошёл. Всё в укусах. Старые раны перемешались со свежими, некоторые воспалились и гноились. Более отвратительного зрелища не найти.

— Твою мать, смертный, шлюхи выглядят чище, — сказал я.

— Было обоюдное согласие, — проворчал бармен. — Я не противился.

— Да мне насрать. Леон, этот дуршлаг тоже к озеру.

— Я не вампир, мне солнце не страшно, — усмехнулся Фред, стирая кровь с лица.

Леон махом всадил полную рюмку и громко хохотнул.

— Тебя просто грохнут, придурок. Пошли, решето, прогуляемся.

Скоро в клубе стало тихо. Осталось решить, что делать с новенькой.

— Ты увидела много лишнего.

Я старался говорить спокойно. Нет смысла пугать смертную, которая ошиблась дверью. Желание заработать звонкую монету может привести и не в такое место.

— Больше, чем хотела, — кивнула она, но голос заметно дрожал. — Меня тоже отвезёте к озеру?

— Да на хрен ты там нужна. Желаешь поглазеть, как горит вампир в лучах солнца? Так себе зрелище. Но если любопытно, можем прокатиться.

— Ни капли.

Я кивнул и забрал вторую рюмку, осушив её до дна. Ледяной спирт приятно растекался по телу, но чувства опьянения не дарил.

— И что же мне с тобой делать, смертная? Доверия к тебе пока нет, но и убивать не за что.

— Как насчёт того, чтобы рассчитать и отпустить с миром? Мне плевать, чем вы здесь занимаетесь. И не такое видела.

— Врёшь. Как раз такое ещё ни разу не видела.

Она замолчала, покусывая сухие губы. Пришлось придвинуть ей третью рюмку, чтобы девчонка перестала трястись и хоть что-то соображала.

Она смогла выпить только половину и сильно поморщилась, глазами ища закуску. Долька лимона немного сбила жгучий вкус.

— О том, что мы существуем говорить уже не надо. Сама видела. А раз увидела, то у тебя два варианта: стать полезной или едой. Что бы ты ни выбрала, мы за всё хорошо платим. Вампиры не рыскают по тёмным переулкам в поисках заблудших путников, это давно в прошлом. Теперь люди сами к нам приходят.

— Какой вменяемый согласится, чтобы его грызли вампиры? — усмехнулась девица.

Ага, осмелела. Хорошо.

— Ты согласилась. Тебя же, хоть и не прямо, но предупреждали?

Она опять прикусила губы, отчего захотелось тоже попробовать их на вкус. Очень уж соблазнительно она это делала.

— У нас есть места, которые мы бережём. Клуб — одно из таких мест. Здесь безопасно и можно никого не бояться. Закрыть я его не могу, но и следить нет времени. Если хочешь, оставайся и занимай место Гретты.

— Я всего одну ночь здесь проработала. Какой из меня управляющий?

— Хреновый, согласен. Придётся быстро учиться.

— Если не справлюсь?

— Я бы не думал о плохом. Требования простые: не врать и ничего от меня не утаивать. Клуб работает давно, каждый сотрудник и без тебя знает своё место.

Девица снова откупорила бутылку, наливая две рюмки. Руки дрожали меньше, а вот координация страдала. Хреново говорить о важных вещах с пьяной девочкой.

— Я могу отказаться? — спросила она, но на меня не смотрела.

— Твоё право.

— Значит, можно просто уйти?

— Нет, — улыбнулся я и поднял рюмку. — Уйти от вампиров нельзя.

4 глава

Амелия

Если бы он только знал, как мне страшно. Даже его красивое лицо не способно унять трепет. В этом существе всё было прекрасно и ужасающе одновременно. Идеальная внешность, завораживающие черты лица, красивая осанка и дорогой костюм подчёркивали высокое положение. Но взгляд пугал до чёртиков. Казалось, тёмно-синие глаза видят меня насквозь, знают каждую, даже самую личную мысль. От него невозможно ничего утаить, ведь он уже внутри меня, знает мои страхи, желания и слабости.

Чтобы спрятать тремор в теле, я налила ещё одну рюмку, хотя голова и так шла кругом. Угораздило же меня влезть в такую жопу, из которой уже не выбраться. К вампирам!

Твою мать, кому ни скажи — не поверят!

— Домой-то можно? У меня там вещи и с хозяйкой за аренду надо расплатиться.

— Выделю тебе помощника. Он решит все вопросы, — деловито ответил мужчина. — Семья большая?

Я покачала головой.

— Муж есть? Дети?

— Нет, — почти шёпотом ответила я. — Никого нет.

— Родня?

Я отчётливо понимала, что являюсь лакомым кусочком для вампиров. Никто обо мне не вспомнит, не пожалуется в полицию на пропажу человека. И всё же врать этим существам было страшно.

— Погибли в аварии. Осталась тётка, но она живёт на другом конце страны, и мы не общаемся.

Он вздёрнул брови, не переставая буравить взглядом.

— Быть не может. Друзья? Бывшие коллеги?

— Есть пару человек, но мы редко видимся.

— Что ж, тем проще. Покажи руки.

Опять бинт привлёк внимание? Да задрали уже!

— Это ожог, говорила уже сто раз. Просто ожог.

— Плевать на твои травмы. Покажи руки.

Я вытянула трясущиеся ладони перед собой, будто проходила тест на трезвость. Забавно, во мне сейчас столько алкоголя, что можно лишать прав пожизненно.

Виктор взял мои ладони и положил на стол. Большие же у него руки, но ледяные. А пальцы длинные, как у аристократа. Он внимательно изучал мою кожу с тыльной стороны, потом перевернул и посмотрел на запястье, где бились тонкие венки.

— Тебе нужна метка. Получишь мою.

— Какая метка? Зачем?

— Чтобы прочие вампиры знали, кому ты принадлежишь и не трогали.

— Я не вещь, чтобы кому-то принадлежать.

Он крепче сжал руки и строго посмотрел.

— Вещь. Теперь ты моя вещь.

— Ни хрена! И никакие метки я ставить не позволю!

На мгновение его пальцы сжались чуть сильнее, а потом он их резко ослабил и улыбнулся.

— Ещё поговорим об этом. А пока занимай апартаменты Гретты и готовься к вечеру. Сегодня особый праздник, мне нужен выспавшийся и улыбающийся бармен.

Вампир ушёл, оставив меня одну среди пустого клуба, в котором я вдруг стала управляющей. А ведь меня даже толком не спросили, просто поставили перед фактом.

Думать и злиться не осталось сил. Я погасила свет за барной стойкой, кое-как найдя выключатель, и пошла в ту самую скрытую дверь, даже не думая о том, кто там жил и что с ним произошло.

Апартаменты освещались множеством бра на стенах и старинными настольными лампами, расставленными по комодам и столам. Ни единого окна. Даже намёка. Только стены, старая мебель и лампочки.

Большая спальня оказалась в самом конце. Бельё на кровати смятое, на кресле висели шелковый пеньюар с чулками. Чья-то чужая жизнь застыла в этих стенах и напоминала, что я всего лишь гость. Это не мои вещи, не моя кровать. Здесь всё мало того, что чужое, так ещё и принадлежало вампирам.

Я рухнула в мятую кровать и пока пыталась поймать кружащийся потолок, всё никак не могла поверить. Вампиры. Ну что за бред. Их не бывает.

— Госпожа, просыпайтесь.

Сквозь сон я не сразу поняла, что обращаются ко мне. Госпожа? Не, это кто-то другой. Я просто Амелия.

— Госпожа.

Чья-то рука тормошила меня за плечо, заставляя хмуриться и мычать. Горло пересохло, в голове гудел рой пчёл. Пресвятая Богородица, оставьте тело в покое, у меня чудовищное похмелье!

— Госпожа, бар скоро открывается. Вставайте.

Бар. Тёмно-синие глаза. Вампиры.

Это был не ночной кошмар.

Я резко села на кровати, а уже потом открыла глаза, пытаясь мутным сознанием понять, где нахожусь.

Рядом стояла симпатичная девушка с короткой стрижкой и улыбалась как идиотка. Первое, что бросилось в глаза — тёмное пятнышко на запястье в виде скрещённых молотков. И это не татуировка со скрытым смыслом, а самая настоящая метка.

— Ты кто?

— Лидия. Компаньон Леона, но временно ваша помощница. Виктор попросил помочь адаптироваться к новой жизни.

Очень много информации. Сейчас голова взорвётся на фиг.

— Слушай… Лидия… принеси воды из бара, пожалуйста. И побольше.

Девчонка, не убирая улыбки, протянула полный стакан с шипящей таблеткой аспирина на дне. Шустрая деваха.

— Ваши вещи привезли, госпожа. И я взяла на себя смелость связаться с арендодателем и закрыть аренду.

— Так, стоп… Чего-чего ты сделала?

— Ну, вы же теперь здесь жить будете, — глуповата улыбалась Лидия. — Зачем вам ещё одно жильё, тем более такое крохотное и на краю города?

Всё развивалось быстро, страшно и без моего участия. Незнакомые люди за меня решали, где я буду жить, работать и с кем общаться. Это стало напрягать.

— А ещё я подготовила вам одежду на сегодня. Виктор просил передать, что вам лучше выбрать платье. Но я ничего похожего у вас не нашла, поэтому заказала несколько моделей. Их уже привезли. И красивые туфли. Вам понравится.

Меня теперь и одевать будут так, чтобы радовала глаза хозяев? Совсем спятили!

— А не пойти ли Виктору к чёрту? — выпалила я, вскакивая с кровати. — Как хочу, так и одеваюсь!

Зло бурлило по венам, вместе с аспирином. Я не марионетка, а живой человек, и получше многих знаю, как надо выглядеть за баром. Сегодня ночью я вообще не должна была работать, так что нечего придираться к моей одежде.

Лидия моего настроя явно не разделяла. Она застыла посреди комнаты, нахмурилась и осторожно произнесла:

— Нельзя так говорить о Викторе, госпожа.

— Это ещё почему? Он важная шишка для вас, но не для меня.

— Теперь и для вас, — кивнула она. — Вы в его баре, под его защитой. Раз король решил поставить вас управляющей, значит, доверяет. А доверие Виктора мало кто заслуживал.

Гретта заслуживала. А потом провинилась и Виктор её убил. Да и что с Фредом неясно. Тоже убили? Получается, любой косяк — и я окажусь в чёрном списке вампира.

Какие есть варианты? Сбежать. Пожаловаться в полицию и пусть разнесут эту нору разврата и крови к чёртовой матери. Но что сказать полицейским? «Ой, знаете, там вампиры людей кусают». Так себе заявление. Меня скорее в психушку упрячут.

Да и сбегать особо некуда. Дом родителей пришлось продать, чтобы рассчитаться с пострадавшей стороной в аварии. Увы, порой мы теряем близких не из-за пьяного водителя на дороге. Иногда они сами виноваты, просто мы не хотим это признавать.

Выходило, что полиция мне не поможет и родни не было. Оставалось одно: попытаться как-то ужиться с вампирами. У меня хотя бы будет крыша над головой и работа. И даже девчонка, называющая меня госпожой.

— Ладно, тащи платья.

Лидия подпрыгнула и захлопала в ладоши, как маленькая девочка.

— Супер! А я вам причёску сделаю. Я, между прочим, дипломированный стилист!

— Ни в чём себе не отказывай, — проворчала в ответ.

5 глава

Амелия

В зал я вышла человеком, который сам себя не узнал в зеркале. Тёмно-красное облегающее платье подчёркивало фигуру (а она у меня, оказывается, была!), правда напрочь лишило и без того скромной груди. Чтобы скрыть бинт, Лидия специально заказала жакет в длинным рукавом. Всё предусмотрела.

Каблуки делали выше ростом, хотя я точно знала, что сниму их примерно через полчаса. Всю ночь работать на шпильках — убийство для ног.

Лидия долго колдовала с волосами, сначала примеряя строгий пучок училки, но потом прислушалась к моему гундежу и ловко накрутила кудри, заколов невидимками часть локонов у висков, чтобы не мешали работать.

С одной стороны, я никогда не чувствовала себя такой красивой. С другой — для кого красоваться? Чтобы ублажить изысканный взгляд Виктора и не позорить его клуб? Он, безусловно, видный мужчина, но в ноги ему падать точно не стану. Пусть свыкается с мыслью, что я могу на него работать, но не принадлежать.

Первыми в зал вошли музыканты. На месте, где вчера зажигал диджей, сегодня раскладывали музыкальные инструменты. Из какой-то ниши крепкие парни выкатили рояль. Рояль, мать его! Откуда в ночном клубе рояль?

Ладно, чёрт с ними, потом спрошу.

Следом в зал вошла шикарная женщина лет тридцати пяти в длинном, блестящем платье цвета спелой сливы, с глубоким разрезом. На плечах покачивалась меховая накидка. Она оценила готовность музыкантов и села за столик недалеко от них.

Официантки ещё не подошли, пришлось самой к ней идти.

Дамочка мазнула по мне брезгливым взглядом и тут же отвернулась.

— Как всегда, — бросила она.

— Извините, я здесь второй день работаю и пока не знаю ваше «как всегда».

— Так спроси у Гретты.

— Гретты нет.

Дама повернулась ко мне с тем выражением на лице, после которого недовольство выплёскивается наружу большим скандалом. Бледная кожа с головой выдавала вампира. Ещё немного и научусь безошибочно их определять.

— И куда же она подевалась, интересно знать? Не хочу иметь дело с человечкой, пусть она подойдёт.

С «человечкой»? Ах вот как. Какая-то певичка решила показать вампирские зубки и фыркнуть на нового управляющего?

Я наклонилась к дамочке и полушепотом произнесла:

— Гретта перешла дорогу Виктору и больше здесь не появится. Я теперь управляющий. Так что вам принести?

Дама дёрнула бровью и не сразу переварила услышанное. А когда до её вампирского мозга дошло, то приоткрыла рот и снова задёргала бровью. Довольно комично выглядело.

— Абсент. Бутылку.

— Конечно, сейчас принесу, — фальшиво улыбнулась я и вернулась к бару.

Сегодня никто не танцевал и не визжал. Камерный вечер под джазовую музыку был полной противоположностью вчерашней ночи. За столами только те самые «важные» люди в костюмах и платьях, среди которых я теперь не сильно выделялась. Кажется, смертных сегодня не было вообще, так что не придётся смотреть на оргию в крови.

Виктор появился далеко за полночь и совершенно незаметно оказался за всё тем же столом на втором этаже, что и вчера. Я специально поглядывала наверх — было пусто, и вдруг стол занят и вокруг уже вертятся официантки. С ним рядом улыбался Леон, ещё несколько мужчин с любопытством наблюдали за выступлением певички.

И вот музыка стихла, певица осталась на сцене и подняла взгляд на второй этаж.

— Дорогие гости, — промурлыкала она в микрофон. — Сегодня у нас особенная ночь. Праздник нашего мудрого правителя, древнего полуночника и просто красивого мужчины. Дорогой Виктор, мы не первое столетие с радостью и гордостью празднуем твою ночь и просим принять наш дар тебе.

Из бокового коридора вывели девушку. Совсем юную, лет восемнадцать, не больше. На ней было длинное белое платье, слишком тонкое для холодного зала. Светлые волосы падали на плечи. Она нервничала, но всё равно смущённо улыбалась кому-то в первом ряду.

Певица на сцене подняла бокал.

— Невинная дева для нашего короля!

По залу прошёл довольный гул.

Я замерла, не сильно понимая, что происходит. Потом в голове вспыхнула дурная мысль: серьёзно? Вот так? Девочку притащили Виктору на день рождения, чтобы он поимел её перед всем клубом?

Вампиры, похоже, жили водкой и сексом. Ничего другого их уже не брало.

С верхнего этажа медленно спускался Виктор. Двигался неторопливо, оглядывал гостей, будто подмечал тех, кто сегодня пришёл на его праздник. На нём был чёрный пиджак, такая же чёрная рубашка без галстука и тёмные брюки.

Скоро строгие костюмы будут ассоциироваться у меня только с вампирами.

Он остановился перед девушкой, улыбнулся ей с каким-то неестественным спокойствием, даже теплотой. Следом взял её ладонь и поцеловал пальцы, отчего девушка покраснела до самых ушей.

В груди дёрнулось нелепое и неуместное раздражение. За все двадцать два года жизни мне ни разу не целовали руки. И красивые мужчины не смотрели так, как вампир на эту девушку. Вчера, между убийствами и пытками, на меня он смотрел зло и разочарованно.

Виктор снял пиджак и отдал его Леону. Чёрная рубашка натянулась на плечах и груди. Его нельзя назвать качком из дешёвого спортзала, скорее просто сильный мужчина, подтянутый, опасный до отвращения.

Сразу захотелось узнать, что прячется там, за рубашкой. Как вообще может выглядеть король вампиров без одежды? И тут же осекла себя. Не моё дело. Вот вообще не моё. Даже думать о таком нельзя, вдруг он умеет читать мысли?

Виктор притянул «подарок» к себе и осторожно поцеловал, как целуют невинных дев в их первую брачную ночь. Его ладонь легла ей на затылок, другая обняла за талию. Девушка тихо выдохнула ему в губы, доверчиво прикрывая глаза.

У меня неожиданно подогнулись колени, пришлось даже за стойку ухватиться. Потому что на одно дикое мгновение я захотела оказаться на её месте. Чтобы эти руки держали меня. Чтобы Виктор смотрел так же нежно. Чтобы свет с потолка падал только на нас, и все вокруг молчали, затаив дыхание от зависти.

Губы Виктора ласкали кожу девушки. Она не сопротивлялась, наоборот, откинула голову, позволяя целовать её скулы и медленно опускаться ниже.

Едва губы вампира коснулись шеи, она коротко вскрикнула.

Белое платье потемнело у плеча. Кровь быстро расползалась по ткани. Она попыталась оттолкнуть его, но Виктор даже не дрогнул. В зале никто не пошевелился. Все заворожённо следили за чудовищным спектаклем.

Через минуту Виктор разжал руки и тело упало на паркет. Девушка не шевелилась и не дышала.

В эту же минуту гости зааплодировали, выкрикивая поздравления своему королю.

Мне оставалось стоять за стойкой, вцепившись в край, и притворяться, что всё хорошо. Что я не сходила с ума от увиденного ужаса и не хотела закричать так громко, чтобы услышал весь мир.

Виктор поднял голову и встретился со мной взглядом. Он видел, что я готова сорваться, но в ответ лишь улыбнулся. Не как девушке в белом, а как хищник, приметивший следующую жертву.