Путешествие Колобка и его друзей и другие сказки

Путешествие Колобка и его друзей и другие сказки

"Новые приключения Колобка и его друзей"

Жили-были дед и баба. Было у них двое детей. Как-то раз решила испечь баба колобка, замесила тесто и поставила в печь, а сами с дедом на рыбалку рванули за золотой рыбкой.

Уехали они, а дочери велели за братом смотреть, а ей так хотелось с подругами на дискотеку сходить! Она сделала по-своему: караулить братца посадила Жучку, а сама ушла.

А в это время Баба Яга смотрела в свое вездесущее зеркало, и увидела она, что за мальчуганом никто не присматривает – сидит себе Иванушка, в травке жучков ловит, пока девчонка с подругами куролесит, а Жучка за кошкой бегает. Ну и отправила она своих верноподданных гусей-лебедей за Иваном.

Гуси-лебеди налетели, мальчика подхватили и унесли за тридевять земель в тридевятое царство, в тридесятое государство. Вот только малость домами ошиблись: вместо Бабы Яги к Кощею Бессмертному попали.

А в это время рыбалка у деда с бабой вроде хорошо шла, рыбы много наловили, но всё не та. А баба вредная была, жадная, деньги тратить не хотела, ей золотую рыбку подавай, чтобы, говорит, в доме лад, уют и достаток был. И условие деду поставила: «Пока рыбку не поймаем, домой не поедем». И так бедный дед целый день невод тянул, а там всё килька.

Завечерело. Пришла дочка Аленушка с дискача, немного уставшая, и даже не заметила, что братца нет. Зашла в избу и брякнулась на печь – полежать, да и уснула.

Проснулась она от стука. Думала, что кто-то в дверь стучит, а оказывается, это колобок запарился в печи лежать, ему воли захотелось, вот он и покатился с печки на лавку с лавки на пол. От шума Аленка и проснулась. Вспомнила тут она, что братец до сих пор во дворе с Жучкой, побежала за ним, а Иванушки и след простыл. Призадумалась Аленка, и решила во чтобы то не стало выручать Ивашку.

Родители-то, на море, увлекшись рыбалкой. Дед уж устал, обессилел совсем, а баба все о своем: рыбку золотую ей подавай. Развалилась в телеге, барыней себя возомнила, каракуль свой потасканный, который надела чтобы ночью греться, норкою представляет, а пресную воду вином кубанским. Лежит и мечтает. Вот так баба в телеге мечтами несбыточными грезит, дед измотанный рыбу морскую перебирает, а кобыла в телегу запряженная от жажды мучается, только попить нечего: вода в море солонущая, от нее еще больше жажда наступает.

А Аленушка в это время еще больше опечалилась, в панике по дому бегает, за голову держится. Что делать, где братца теперь искать?

Тут выкатился из-под лавки колобок.

- Знаю я, как помочь твоему горю, Аленушка! – говорит он.

- Говори, круглый, на тебя сейчас одна надежда. Да побыстрее, времени совсем мало остается!

- Слышал я, что на окраине тридесятого царства живет баба, которая бесхозных деток подбирает, Ягой зовется. Скорее всего, Иванушка сейчас в ее владениях находится.

Вот и отправились Аленка с колобком в путь-дорогу, Ивана искать, а Жучка с кошкой следом, да и мышка к ним за компанию привязалась – авось пригожусь! Катится колобок впереди, питомцы за ним, а Аленка сзади плетется, за траву каблуками цепляется.

- Времени у нее мало! – бубнит под нос колобок. – А надела, блин, свои хрустальные туфельки! Перед кем в лесу-то выпендриваться?! Я медленно катиться не умею!

- Правильно говоришь, колобок! – поддакивает Жучка. – Сама по дискотекам гуляет да за братцем не следит, а мы теперь отвечай вместе с ней!

Прошли они еще немного, видят: впереди стоит печь разваленная, заслонка вся заржавела, штукатурка отвалилась, а на расколотой глиняной тарелке лежат пироги горелые. Аленка только рот открыть хотела, чтобы спросить видела ли печка Иванушку, а та сама заскрипела.

- Знаю, не спрашивай, и пироги свои предлагать не буду, все равно не едите, вам, видите ли, пирожное да мороженое подавай! Много повидала я таких на своем веку, – заговорила печка, все же глубоко надеясь, что отведает хоть кто-нибудь ее пирожки наконец-то! – Пролетали тут птицы какие-то, не то журавли, не то лебеди, старая стала, не вижу ничего. Вроде как ребеночка они тащили. Это все что я могу вам поведать.

Выслушали ее путники, а Жучка решила отблагодарить печку: поскулила, хвостом помахала, схватила один пирог, и пошли они дальше. Идут полем, лесом, лесом, полем, наконец вышли к реке – кисельно-молочные берега. Остановились путники и хотели спросить, куда птицы полетели, но речка сама начала.

- Знаю! И киселя своего молочного, давным-давно прокисшего, предлагать не буду, – говорит она. –Иванушку вы ищете. Путь вам далек лежит. Идите дальше вдоль берега, потом свернете в поле, где стоит одинокая старая яблоня, она вам дальше дорогу и подскажет, а я больше ничем помочь не могу.

На этот раз кошка поблагодарила за совет – полакала речкиного киселька, уж больно пить ей хотелось, а о последствиях думать некогда было. И отправилась вся компания дальше.

А в это время на рыбалке, старуха прилегла поспать. Вот спит она и улыбается, руки вытянула, а все потому, что ей желанная рыбка снится. Стоит баба во сне своем у синего моря на коленях и говорит деду: «Смотри, немощь, как это делается!» Протягивает она руки и подзывает рыбку золотую, а та к ней сама так и плывет. Взяла ее старуха и к груди прижимает; ничего, говорит, мне больше от тебя не надо, только сделай меня богатой да властной!

Тем временем, Аленка со своими помощниками, прошла берега кисломолочной речки, и вот уже повернула их дорожка в поле по направлению к старой яблоне. Подошли путники к дереву, а яблоня ни живая, ни мёртвая стоит, и ветки ее дряхлые к земле клонятся. Прошуршала яблоня своими пожухшими листьями, а сказать толком ничего не может.

- Что, что промямлила? – говорит колобок. – Нам бы карта не помешала! Или хотя б объясни внятно, куда гуси-лебеди полетели!

- Кооорни… – прошуршала яблоня. – Дышаааать нечем...

Кое-как разобрались путники, что яблоне репка мешает, которая промеж корней выросла. А репка эта, чуть меньше той, что в прошлом году у них в огороде выросла. Ну, решили тянуть. Схватилась было Аленка за ботву, да только помяла, не смогла вытащить из земли репу. «Давайте, – говорит, – как в прошлый раз, все вместе тянуть!»

Встали они в ряд и друг за друга цепляются, тянут-потянут, а она глубоко сидит и варварам поддаваться не хочет! Вот тут то и мышь пригодилась. Зацепилась она за кошку, тянут-потянут… вытянули репку! Тут яблоня выпрямила свои ветви кверху, как будто крылья расправила, и зашуршала:

- Знаю, знаю! Иванушку ищете! Понесли его слуги Бабы Яги в тридевятое царство. Туда вам дорога и лежит, а пройти придется через лес дремучий да болото трясучее. Это все, что я могу вам сказать.

Пошли они дальше. Долго шли, приустали, есть захотели. Видят, впереди избушка стоит. Зашли в нее, а там посреди комнаты стол стоит, а на нем котел с кашей горячей да наваристой. Кликали они хозяев, но никто не отозвался, посовещались немного да надумали этой каши отведать, авось никто против не будет. Расселась Аленка за столом, чавкает, кашу за обе щеки уплетает! Что с ложки упадет, Жучка с кошкой с пола подбирают, а колобок на солнышке греется, хлебному-то хлеба не нужно!

Наелась деваха, погладила себя, по набитому до отвала халявной кашей животу и от удовольствия позабыла, для чего в дремучий лес приволоклась. Наклонилась к столу, подложила под голову руки и заснула, да так захрапела, что от этого храпа богатырского стены ветхой избушки затряслись и колобок на окошке закачался! Удивились спутники над ее безалаберностью, но как ни возмущайся, всё бес толку: Аленку и пушкой не разбудишь! Делать нечего, решили перед трудной дорогой тоже подремать.

А жил в этой избушке леший, который как раз в это время домой возвращался. Увидел он спящих гостей, непрошенных! Раззадорился было леший от такой невиданной наглости, но не стал делать поспешных выводов, решил немного поразмыслить над тем, что с незнакомцами делать. Смотрел-смотрел он на спящую Аленку, и в глубине души сожалеть начал, что детей родных у него нет, и вряд ли когда-нибудь уже появятся. Подумал, поразмыслил и решил простить гостей за съеденную кашу.

Проснувшись и увидев хозяина избушки, Аленка и ее спутники испугались, но позже, успокоились.

- Вы извините нас конечно, – начала Аленка, решив, во что бы то ни стало исправить неловкое положение, – но мы долго шли, очень устали и проголодались. Хоть это было и невежливо с нашей стороны, но мы просто не дозвались никого и решили... Ну короче, решили, как решили, впрочем Вы сами это видите!

- Да ладно! Ничего уж тут не поделаешь, внученька! - ответил Леший. - а куда путь держите, и каким ветром вас занесло в наши края?

- Да вот эта мадам, - это колобок, выкатившись из-под лавки, решил вставить свое слово, - умудрилась проворонить доверенного на нее братишку, и утащили его слуги Бабы Яги.

Леший вздрогнул от неожиданности, когда увидел круглый, говорящий хлеб.

- Это еще, что за чудо чудное, диво дивное? Какой век живу, а с говорящим хлебом не сталкивался!

- Да вот, что поделаешь! - вставил колобок. – Видно, мне так сильно жить захотелось! Сила мысли – великая сила! Позабыла старуха меня в печи, да больно невыносимо стало там томиться, пришлось выживать!

- Видел я всякие чудеса, даже музей свой открыл у себя в чулане, - произнес Леший. – Только одно жалко: некому в наших местах посещать его! А пойдемте я вам его покажу!

Собрались они всей своей честной компанией, и пошли нехотя вслед за дремучим дедом. Открыл Леший свои закрома, которые музеем исторических ценностей и чудес назвал, так гости только диву давались, когда все его богатства разглядывали. А тут было на что посмотреть! И ковер-самолет, который, по словам Лешего, ему сам персидский принц подарил, и лампу Алладина, правда, пустую, без хозяина, так что тереть ее было бессмысленно, и сапоги-скороходы, и склеенное волшебное зеркальце, которое сам королевич Елисей прислал, чтобы быстрее забыть о злой колдунье – мачехе его жены. Здесь были и такие вещи, как стрела самого Ивана-царевича, золотая клетка, в которой когда-то томилась жар-птица, всевидящее око, шапка-невидимка, золотой ключик, букварь самого Буратино и даже ларец, который Леший на свой страх и риск снял с векового дуба и в котором хранилась, как известно, сама Кощеева смерть. Так же увидели гости Лешего клубок, указывающий дорогу, меч-кладенец и много других вещей, доселе им неизвестных. А самым частым посетителем своего музея был сам Леший.

- Да! - вздохнула Аленка, затаив дыхание от увиденного. - Все это прекрасно, чудесно и восхитительно, но все же нам пора отправляться в дорогу!

Колобок как главный сопровождающий и вообще инициатор этого похода целиком поддержал ее.

- Ну что поделаешь, пора так пора! - вздохнул Леший. - а напоследок вот что скажу: возьмите несколько вещей из моего хранилища, которые могут помочь вам в нелегком путешествии!

Аленка ахнула от восторга, поначалу не зная, что и взять, все казалось ей таким нужным и необходимым. Немного подумав, она сбросила с себя хрустальные туфельки и поставила их на полку вместо обычных лаптей. Необходимой для путешествия оказалась и обеденная сума пастуха, в которую она положила аккуратно свернутую скатерть-самобранку. Так же взяла девочка шапку-невидимку, всевидящее око и волшебное стеклышко, которое выдавало действительное за желаемое. Достав из ларца Кощеева иглу, на конце которой была его смерть, она аккуратно вдела ее в воротничок своего платья. Затем, извинившись за доставленные неудобства и поблагодарив за вкусную кашу и чудо-вещи, гости откланялись и продолжили путь.

Тем временем у берега моря старуха, пытаясь извлечь хоть какую-то пользу из неудавшейся рыбалки, решила, что весь свой улов дед должен сбыть.

Собрав весь улов в телегу, дед и баба отправились на базар торговать. И, оказалось, им сопутствует удача: замысел старухи удался, на базаре рыба у нее ушла на ура. И возвращаться бы им домой с вырученными деньгами, так нет же: понесла старуху нечистая обратно на море.

- Золотую не поймаем, так простая сойдет! - говорит старуха старику. - Видишь, как торг пошел! И куда ты без моей смекалки?!

Понурый старик, взяв лошадь под уздцы, поплелся в направлении, которое вело к морю.

В это время, Аленка и ее спутники покидали владения Лешего. Хозяин леса провожал их, утирая слезы и тихо помахивая рукой вслед полюбившимся гостям.

- Так бы и остался у него на временное проживание, – сказал Колобок.

- Это в качестве кого? Краюхи хлеба за его обеденным столом или же чуда чудного, дива дивного в его музейных закромах? - подшутила Аленка.

- Ни того, ни другого! - произнес обиженный Колобок. - Просто жаль старика, одиноко ему в лесной глуши одному.

Поплелись они по дремучему лесу в ту сторону, которую Леший указал, а в качестве навигатора использовали устаревшую, но проверенную веками вещь, а именно клубочек, который сам катится и дорогу показывает. Единственное, что в нем спутников раздражало, так это то, что он часто останавливался не по делу, рассказывая им про окрестности.

- Вот, - говорит клубок, - это дуб вековой, тот самый, с которого Леший Кощееву смерть стащил!

- И до чего же ты болтливый! - возмущалась Аленка.

- И вовсе я не болтливый! Это просто у меня словесный прорыв, за все то время, что я пробыл в чулане. Я по призванию экскурсовод, а совсем не навигатор!

- Ладно, ладно, экскурсовод-навигатор! Катись быстрее, дыши чаще, болтай меньше! - пробормотала кошка. - а то раскатаю раньше времени!

- Хорошо, молчу. - ответил клубок.

Дальше они шли молча на протяжении нескольких минут, но долгое молчание начало угнетать не только клубок, но и Колобка и всех остальных.

- Ну давай, - говорит Аленка, - показывай место для остановки. Посидим, пообедаем да побеседуем. Хоть и слушать твою бесконечную болтовню тошно, молча идти и того хуже.

Обрадовался клубок, что наконец-то ему слово дали, запрыгал, заюлил, да так быстро, что запутал всех спутников, пока от радости вокруг них крутился.

- Но-но! Не так быстро, оставь свою прыткость на предстоящую дорогу! - одернула его Жучка. - Тебе вообще вредно впадать в горячку, вспыхнешь махом и сам не заметишь. Что мы потом Лешему- то скажем?

- А я-то думал, что друг вам! А оказалось, вы от меня только пользы ищете!

- Друг, друг! - поддержал Колобок. - Но ты друг, пока дорогу показываешь, а если кончишься раньше времени, то и дружба наша кончится вместе с тобой. Так что держи себя в узде и не трать лишние километры дружбы попусту!

- Не буду спорить, - согласился клубок. - Все равно ничего в вашей дружбе не понимаю. А вот и причал наш! "Лукоморье" называется!

Сели они вокруг пня говорящего, который от зеленого дуба остался, тот им сразу принялся песни петь да сказки рассказывать, которые в памяти после кота ученого остались. Того кота царь Салтан давно приметил и с собой увез, а златую цепь на переплав отправили да царскую казну пополнили. Русалку плавать отправили, но судьба ее оказалась печальной: погубил русалочку заморский принц. А сам дуб спилили да на элитную дорогую мебель пустили. Вот один пень и остался у лукоморья.

Достала Аленка из сумки походной скатерть-самобранку, расстелила ее:

- Ну, друзья, заказывайте, что хотите!

И тут началось! Наперебой путники называли разные блюда, у кого что душа пожелала. Аленка только диву давалась, видя, что на скатерти появляется. И вправду говорят: "На халяву и уксус сладкий"!