Город для монстров

Саша закрыл техническую дверь. Отметка изменилась. Открыл — вернулась.

Теперь интерфейс Андрея наконец показал то, что они проверили сами.

«Линия доступна. Оконечный прибор: контакт двери. Подключение: 1 единица развития».

Он подтвердил. Осталось две.

Котельная перестала быть пустым прямоугольником, но почти ничего внутри не изменилось: только один вход получил состояние. Уровень оставался первым. Никакого скрытого чертежа крепости, никакого знания, куда ушёл чужой человек.

Зато дверь больше не была неизвестностью.

Они вернулись тем же путём. Во дворе пахло порошком огнетушителя и обгоревшей обивкой. Сергей стоял у перехода с рацией; рядом Денис поддерживал худую женщину в красном кардигане.

Мать нашлась. Андрей понял это по тому, как парень наклонился к ней, пропустив все обычные слова.

Её привели люди Мещерякова. Андрей не видел, как прошла дорога, не знал, было ли опасно. У него перед глазами были только два человека, один из которых наконец перестал смотреть на ворота.

— Ты обещал заправку проверить, — сказала женщина сыну.

— Проверю.

— Сначала руки помой. Ты весь чёрный.

Сергей взял у Андрея рацию.

— Вышло?

— Один датчик. Два человека.

— Хорошо.

Андрей неожиданно почувствовал, как устал. Датчик стоил единицу, люди не имели такой цены, но всё вместе требовало их троих, домкрата, целого провода и почти сорока минут.

Лида усадила мать Дениса в коридоре, дала воды. В убежище теперь было тридцать пять человек, включая охрану. Лида внесла новые имена в список, не спрашивая, насколько они рады друг другу.

Сергей заметил кровь на тряпке.

— К врачу.

— Она уехала?

— Ещё нет. Машину готовят.

Ирина заставила Андрея сесть, обработала рассечение и спросила, чем его ударило. Он рассказал. Она велела завтра показать руку, а сегодня больше ничего ею не крутить.

— Завтра, — повторил он.

Слово звучало странно. После почти шести часов опасности он почти забыл, что будет ещё обычное утро, когда понадобится менять повязку, ставить воду и искать бензин.

Саша подошёл к двери с маленькой канистрой. Гриша рассказал про запас для садового инструмента в сухом шкафу котельной. Охранники принесли десять литров по безопасной стороне после ухода неизвестного. Генератор получил ещё несколько часов. Котельное резервное питание так и не заработало: там был свой повреждённый ввод, и смешивать его с их сетью никто не решился.

Андрей поблагодарил Сашу и впервые за вечер не добавил следующую задачу.

Когда его отпустили, он поднялся в перенесённую диспетчерскую. Зоя сидела у окна, но теперь между ней и стеклом стоял старый шкаф. На столе лежал открытый журнал.

— Смотри.

Внизу страницы она записала: «Н-3, Алексей. Тело не вывезено». Рядом был номер заявки полиции. Ниже — два новых сообщения о нападениях в городе и одно о пожаре. Все требовали действий, на которые у них не хватало людей.

Андрей открыл карту класса. Диспетчерская, переход, техническая дверь котельной. Два подключённых сооружения из трёх. Маленькое работающее место в большом тёмном городе.

— Третий куда? — спросила Зоя.

Он хотел сразу показать на гараж. Там были инструмент, машины, материал для укреплений. Потом представил тесный коридор внизу, женщину с коляской и двух рабочих с мокрыми ногами.

— Пока никуда, — ответил он. — Сначала поймём, где людям ночевать.

Зоя перевернула страницу.

В новом журнале для этого уже оставили место.

Глава 4. Чужая награда

Пленного привели через гараж.

Андрей узнал об этом по спору внизу. Сергей что-то коротко приказал, Денис ответил громче, потом в коридоре упал стул. Не выстрел, не удар — обычный стул, но Андрей уже успел подняться и хвататься за рацию здоровой рукой.

У лестницы стоял молодой мужчина в дорожной куртке. Правую штанину разрезали до колена, ткань была мокрой. Один охранник поддерживал его под локоть; другой держал прозрачный пакет с телефоном и складным ножом.

— У котельной? — спросил Андрей.

— На Литейной, — ответил Сергей. — Ползал у ограждения. Подходил ближе, когда вы возвращались. Рома заметил.

Пленный переводил взгляд с одного лица на другое. Подбородок подрагивал, хотя губы он держал сжатыми.

— Я не ползал, — сказал он.

— Ты скажи, откуда у тебя наши ворота в телефоне, — потребовал Денис.

Сергей встал между ними.

— Наверх иди. Ты здесь не работаешь.

— Они Лёху…

— Этот не был на насосной. Мы пока вообще не знаем, где он был.

— Я водитель, — сказал пленный. — Только водитель.

Ирина выглянула из комнаты отдыха.

— Ко мне. Стул подайте и дверь освободите.

Денис не двинулся. Андрей отвёл его на два шага к лестнице.

— Мать твоя где?

— У Лиды.

— Побудь с ней.

— Ты его кормить тоже будешь?

— Пока он ранен, я не буду выяснять это в коридоре.

Он не нашёл правильных слов, чтобы убедить Дениса. Парень ушёл с тем же лицом, с каким вечером выключал мотор, и Андрей решил не считать это согласием.

Ирина посадила пленного на стул. Павел всё ещё лежал на раскладушке у дальней стены; проснулся, приподнял голову и снова опустил её на сложенную куртку.

— Как зовут? — спросила врач.

— Никита.

— Где болит, кроме ноги?

— Нигде.

— Кто перевязывал?

Охранник пожал плечами.

— Он сам платком. Мы жгут не ставили, крови немного.

Никита посмотрел на пакет в руке другого охранника.

— Телефон верните.

— Позже, — сказал Сергей.

— Мне люди звонят.

— Значит, пока подождут.

Ирина попросила Андрея посветить. Он взял лампу с прищепкой, закрепил её на полке и отвернулся, когда врач стала снимать присохшую ткань. Никита вцепился обеими руками в край стула, но не закричал.

Андрей не видел, чем его ранили. Могли ударить при задержании, мог попасть под выстрел раньше, а охрана только привела уже повреждённого человека. Решить это по окровавленной штанине было нельзя.

— Мы по нему не стреляли, — сказал Сергей, заметив его взгляд. — Рома догнал, он упал через старую ограду. Торчащее железо. Проверим, когда посветлеет.

— Я от вас уходил, — ответил Никита.

— Поэтому и догоняли.

Андрей поставил возле стула бутылку воды. Никита не потянулся за ней. Смотрел на этикетку, как будто ему предлагали что-то с подвохом.

— Закрытая, — сказал Андрей.

Пленный осторожно открутил крышку.

Когда Ирина закончила первичную обработку, она отпустила охранников за дверь и сказала, что на ночь человек остаётся здесь.

— Вы же домой собирались, — напомнил Сергей.

— В больницу. И собираюсь. Но этот никуда не идёт пешком.

— Нам держать его где?

— В комнате, где тепло. Дежурный нужен. Если ухудшится, звоните.

Никита вдруг коротко засмеялся. Смех вышел нехорошим, сорванным.

— Что? — спросила Ирина.

— Вы правда врач?

Она застегнула сумку.

— Сегодня третий раз спрашивают. Да.

— У вас тоже… монстр?

Павел за дальней стеной раскладушки открыл глаза.

— У врача ещё хуже. Хирург.

Ирина даже не обернулась. Попросила Павла лежать спокойно и позвала водителя. Сергей выделил двоих на сопровождение скорой. Андрей смотрел, как они уходят по крытому переходу, и мысленно вычёркивал из корпуса людей, на которых уже привык рассчитывать.

Их стало меньше. Никакая новая рамка перед глазами не могла это исправить.

В комнате остались Андрей, Сергей, Павел и Никита. У двери поставили стул для Романа.

— Фамилия? — спросил Андрей.

— Агеев.

— Откуда приехал?

— С Терновки. Я груз вожу. В городе машину забирал, когда… началось.

— На какой улице?

Никита назвал автосервис за северной развязкой. За официальной границей. Андрей знал его: туда возили ведомственные машины после мелких столкновений.

— У тебя написано «игрок»?

Пленный кивнул.

— Класс какой?

— Пока нет.

Сергей опустил взгляд на нож в пакете. Андрей ничего не сказал. Не каждый складной нож был доказательством класса убийцы.

— Ты видел, что произошло на Н-3?

— Нет. Там не был.

— Зачем снимал ворота?

Никита потёр ладони о колени. От движения нога заболела, он поморщился.

— Мне сказали найти, где люди собираются. Город красный, тут опасная зона. Надо посмотреть и уйти. Мне за сведения обещали бензин, я почти пустой приехал.

— Кто сказал?

— Мужик на стоянке.

— Имя?

— Не представился.

Сергей поставил стул напротив пленного и сел. Он не угрожал, не двигал ножом по столу. Просто оставил достаточно тишины, чтобы ответ начал звучать самому Никите неправдоподобно.

— Миша, — наконец сказал тот. — Его Мишей звали. На белом микроавтобусе. У него на двери «Рубеж» написано.

— Охранная фирма? — спросил Андрей.

— Не знаю. Я до сегодня с ними не работал.

Это могли проверить позднее. Сейчас название ещё ничего Андрею не говорило.

— Что ты видишь, когда смотришь на нас?

Никита поднял глаза. До этого он старательно смотрел либо на руки, либо на пол.

— Красную отметку. Имя не сразу. Если задержаться, номер уровня и что… допустимая цель.

— Цель для чего?

Пленный молчал.

Павел повернул голову к нему.

— Договаривай. Мы уже слышали.

— Для охоты, — сказал Никита. — Награда за уничтожение.

За дверью послышался голос Дениса. Он разговаривал с Романом, уже без крика, но достаточно громко, чтобы слышал пленный.

— Мать говорит, на остановке дед сидел. У него в кармане таблетки, он коробку достал, а ему велели бросить. Думали, предмет какой-то. Он бросил, коробка под автобус закатилась. Что им ещё надо?

Роман попросил говорить тише. Денис не ответил, но отошёл от двери.

Никита посмотрел на бутылку у своего стула. Медленно поставил её на стол, так, чтобы обе руки оставались видны.

— Воду можно пить, — сказал Андрей.

— Я понял.

Но пленный больше не прикоснулся к бутылке.

В комнате было душно. Генератор за гаражной стеной работал на одних и тех же оборотах, и этот звук успел стать фоном; теперь Андрей снова слышал каждый неровный толчок.

— Сколько?

— Зависит от уровня. У обычного первого — сорок опыта. Потом ещё какие-то очки обмена, но я не смотрел.

— Ты получал?

— Нет.

— Как проверить?

— Там история есть.

Никита на секунду сосредоточился на пустом месте перед собой. Андрей увидел только его взгляд. Телефон в пакете оставался чёрным.

— На камеру пишется? — спросил он.

— Нет. Я пробовал. Там ничего.

Сергей попросил Романа принести пакет. Никита сам показал, что сделал на стоянке: несколько фотографий дороги и одну автосервиса. На них не было интерфейса. Это доказывало только бесполезность обычной камеры, не чистоту его истории.

— Здесь есть «показать раздел», — сказал Никита. — Я никому ещё не показывал.

Андрей открыл собственный профиль. Внизу действительно нашёл простую строку, которую пропустил при первом осмотре. Она не позволяла увидеть других людей; предлагала дать собеседнику доступ к выбранным сведениям о себе.

Он выбрал статус, указал Никиту.

Перед подтверждением появилось предупреждение: показанные данные станут известны получателю, действие не даёт тому права управления.

Андрей подтвердил.

Никита чуть отшатнулся.

— Ну? — спросил Сергей.

— У него написано. Монстр. Первый уровень. Хранитель логова.

— Я сам могу это назвать, — сказал Андрей. — Покажи свой.

Никита согласился не сразу. Попросил вернуть телефон после разговора и позволить связаться с сестрой. Андрей ответил, что отдельный звонок устроят, а телефон останется у охраны до проверки.

Пленный смотрел на него долго. Потом напрягся, выбирая что-то в своём меню.

Перед Андреем появилась новая полоса — тонкая, отмеченная именем владельца. Он принял приглашение.

«Никита Агеев. Категория: игрок. Уровень: 1. Класс не назначен. Подтверждённых уничтожений: 0».

Ниже была вкладка общедоступных местных заданий. Андрей мог прочесть её, но не выбрать и не выполнить. Стояло это ясно, без обещаний.

«Усть-Рута. Первичная разведка. Установить места скопления субъектов логова. Подтверждение: наблюдение лицензированного участника. Вознаграждение: доступ к обмену».

Задание совпадало с рассказом Никиты лишь отчасти. Бензин обещал конкретный человек; Система предлагала доступ к обмену. Чтобы получить награду, водитель должен был сначала доказать кому-то, что нашёл живых людей.

— Ты отправил фотографии? — спросил Андрей.

— Одну. До того, как меня…

Сергей протянул руку к телефону.

— Кому?

Никита назвал контакт. На экране оказалась их калитка, снятая с противоположной стороны улицы. Время — двадцать один тридцать семь. Под фотографией короткий ответ: «Внутри сколько?»

Никита успел написать: «Не меньше двадцати. Свет, генератор».

Андрей почувствовал холодное раздражение. На эти три слова у них ушёл весь вечер, раненое плечо, две вылазки и чужая скорая. Для человека с микроавтобуса это была справка о добыче.

— Ты понимал, что туда придут с оружием?

— Мне сказали, надо проверить подменённых. Люди выглядят как люди, пока не нападут. Там предупреждение было…

— Где?

— На стоянке читали. И в профиле зоны. Я не всё помню.

Андрей вернулся к показанной вкладке. Там действительно было предупреждение о враждебных субъектах. Не о подмене, не о том, что все жители лишились рассудка. Эти подробности кто-то добавил сам.

— Здесь не написано, что мы подменённые.

Никита посмотрел на Павла, на повязку у Андрея, на бутылку в собственной руке.

— Я теперь вижу.

— Что видишь?

Пленный не ответил.

Сергей встал.

— Приглашение закончите. Рома с ним. Телефон пока мне.

Павел попросил воды, Андрей помог ему дотянуться до кружки. Никита следил за этим движением с таким вниманием, будто пытался установить, не разыгрывают ли перед ним спектакль.

— У вас так все? — спросил он.

— Что?

— Остались обычные?

— У нас здесь люди, — ответил Андрей. — Что в остальном городе, ещё разбираемся.

Он не стал доказывать Никите, что каждый человек в Усть-Руте добр и безвреден. В своём прежнем городе Андрей знал достаточно примеров обратного. Но от этого никого не полагалось убивать за сорок очков.

В коридоре его ждала Лида. Рядом стояла Светлана, держа телефон обеими руками.

— Из аптеки снова звонят, — сказала она. — Машина подъезжала, кто-то смотрел окна. Сейчас уехали. Сестра боится одна там оставаться.

Андрей посмотрел на Сергея.

— Одна пара вернётся из больницы, тогда отправим, — сказал тот. — Раньше людей нет. Я предупрежу, где идти.

Он отошёл к рации. Светлана осталась у стены. Андрей слышал, как она повторяет его ответ женщине, и понял, насколько бедно звучит всякое решение, когда человек находится по другую сторону трубки.

Лида заговорила тише:

— Его в общей комнате держать не надо.

— Пленного?

— Да. Женщины услышали, теперь думают, что мы их рядом с охотником положим.

— У него нет подтверждённых убийств.

— У них никто этого не видел. И мне от того, что он их для чужих считал, не легче.

Она не требовала выгнать Никиту наружу. Просто обозначила то, чего Андрей не учёл: лечение не обязывало остальных спать рядом с разведчиком.

Прежде чем освобождать кабинет, Андрей попросил Лиду пройти с ним на кухню. В шкафу оставалось семь полных бутылок и одна начатая. Обычный кран работал, но давление стало слабее; откуда бралась вода после отключения сети, он пока не проверял.

— Питьевую считаем отдельно, — сказала Лида. — Для перевязок оставили три. Чайник пока не включаю.

— Почему?

— Ваш мастер сказал, лишняя нагрузка. В термосе ещё тёплая.

Она вынула из кармана сложенный лист. Имена, число детей, у кого есть хронические болезни. Напротив некоторых стояли пустые клетки.

— Я не врач, диагнозы здесь не пишу. Только что человеку нужно. Вот эта женщина без лекарства до утра не дотерпит спокойно, а у нас его нет. Муж знает название, он домой собирается.

— Адрес?

Лида показала строку. Дальний конец Кленовой, уже за магазином матери Дениса.

Андрей хотел снова позвать Сергея, но вспомнил аптеку и сопровождение скорой. Вместо этого записал название лекарства и попросил Зою проверить, есть ли оно в той аптеке, откуда им звонили. Если вылазка состоится, забирать можно было не только человека.

— Не обещаю, что привезут, — сказал он.

— А я и не прошу обещать. Я прошу не забыть.

Лида убрала лист и посмотрела на его новую повязку.

— Вам тоже имя сюда ставить?

— Мне только смену.

— Смену всем надо. Это у вас пока плохо получается.

Андрей вернулся к лестнице. На площадке встретил Гришу из котельной. Работник нёс пустое ведро: собирался наполнить его из крана в гараже.

— Для питья не бери, — сказал Андрей. — Техническая линия.

— Я пол в проходе убрать. Мы там натоптали.

Андрей пропустил его. Человек, которого час назад вытаскивали из затопленной комнаты, нашёл работу без назначения и новой способности. На мгновение это показалось хорошим признаком. Затем Андрей вспомнил, что Гриша весь вечер был на ногах.

— Потом ляжешь, — добавил он.

Тот поднял ведро в ответ, не пообещав ничего.

Они освободили маленький кабинет начальника на втором этаже. Вынесли журналы и дорогой офисный стул, который здесь все ненавидели за скрип, поставили раскладушку. Сергей проверил окно и дверь. Для Романа осталось место снаружи, у лестницы.

Андрей пошёл помочь перенести пленного, но тот смог пройти сам, опираясь на охранника. На ступенях они встретили Веру. Девушка держала кота на руках: толстый серый зверь вылез из переноски и теперь сердито смотрел на весь мир.

Никита остановился.

— Этот тоже… — начал он.

Вера прижала кота к себе.

— Попробуй.

Роман едва заметно усмехнулся и повёл пленного дальше.

В кабинете Никита попросил позвонить. Сергей поставил телефон на громкую связь, позволил выбрать номер. Ответила женщина, сонная и раздражённая, но через несколько секунд перестала сердиться.

— Ты где? Ты почему не приезжаешь?

Никита назвал только город и сказал, что ногу поранил. Не сообщил, что его задержали, не попросил прислать помощь. Сергей молча слушал у двери.

— Не приезжай сама, — сказал Никита. — Тут нельзя просто ехать. Я завтра позвоню.

Андрей вспомнил свой разговор с Мариной. Разница между ними была огромной, но просьба не ехать в опасное место звучала почти одинаково.

После звонка Сергей забрал телефон. Никита лёг и отвернулся к стене.

— Контакт их сохрани, — сказал Андрей в коридоре.

— Уже.

— Посмотри, что ещё отправлял.

— Посмотрю. Только он мог часть удалить.

Андрей кивнул. «Ноль уничтожений» не означал «никого не подставил». Сорок опыта не означали, что на насосной точно погиб только один человек. Даже подлинные сведения приходилось понимать, а не просто складывать в правильную папку.

Он вернулся в диспетчерскую. Зоя подняла глаза от журнала.

— Бригаду на Н-3 не пустили. Там у ворот опять машины. Полиция просит ждать до утра.

Андрей сел, не снимая жилета.

На листе рядом с заявкой Алексея он записал название «Рубеж», время фотографии и номер контакта. Потом отдельно: «Камера интерфейс не снимает. Только добровольный показ. Данные ограничены».

Это были первые правила, которые они смогли проверить вместе с человеком с другой стороны.

За стенкой кабинета Никита кашлянул. В коридоре Лида уговаривала маленького мальчика доесть суп. Генератор продолжал гудеть.

Андрей позвонил Марине и сообщил, что вывезти Алексея сегодня не получится. Она выслушала молча, затем сказала, что утром придёт с сыном.

Он не попросил её подождать ещё. Только объяснил, через какую калитку идти и почему нельзя останавливаться во дворе.

Потом закрыл список местных заданий.

Он ещё видел на чужой фотографии освещённое окно их убежища. Стоило включить свет, и кто-то уже пытался обменять его на бензин.

Глава 5. Двор на Литейной

Андрей заснул за столом и проснулся от сигнала двери.

Не от звука — от нового состояния на краю зрения. Контакт котельной разомкнулся. Через секунду закрылся, потом опять разомкнулся.

Он поднял голову. Шея отозвалась болью. Зоя сидела напротив, подложив под спину свёрнутую кофту.

— Там наши? — спросил Андрей.

— Нет. Сергей проверку закончил минут сорок назад.

На часах было два двадцать шесть.

Он вызвал Мещерякова по рации и сообщил только то, что видел: техническую дверь открыли. Ни кто, ни сколько — не известно.

— Понял, — сказал Сергей. — Из корпуса никого не выпускать. Сам туда не иди.

Андрей остался у стола. Это оказалось труднее, чем ожидал. Он уже знал, где находится дверь, как она открывается, каким проходом туда добраться. Ночью незнакомое место стало его объектом, и из этого почему-то возникало желание лично проверить любое изменение.

Внизу осторожно прошли шаги. Один охранник занял окно у заднего входа, другой поднялся на лестницу. Они вернулись из больницы час назад. Зоя успела связаться с аптекой: нужное лекарство было, женщина приготовила его и ждала машину. Теперь машине опять приходилось ждать.

Сергей доложил через несколько минут:

— У котельной два человека. Оба вооружены. Справа машина, остальные за ней. К нам пока не идут.

— Задний проход перекрывают?

— Похоже. Теперь будем считать, что да.

Андрей открыл обычную городскую карту. Аптека стояла за трамвайным кольцом к югу. Основной выезд со двора вёл налево, как раз мимо котельной. Второй, грузовой, выходил к складу соли и дальше к узкому проезду возле рельсов. В рабочее время его перекрывали самосвалом, чтобы никто не тащил со склада мешки.

— Через соль можно выйти? — спросил он.

— Откуда знаешь?

— Наш склад. Ворота цепью закрыты, ключ у Василия.

Сергей попросил подождать. Андрей слышал переговоры, но не различал всех ответов. Мещеряков проверял не схему, а пространство, по которому придётся идти живым людям.

— За солевым пусто, — наконец сказал он. — Машина пройдёт?

— Фургон пройдёт. Тяжёлый — нет. Поворот узкий.

Перед выходом Андрей набрал экстренный номер. Вызов приняли, адрес сверили с прошлым нападением. Сотрудница сказала, что ближайший наряд занят у мостового спуска, и предложила не открывать вооружённым. Андрей сообщил про две машины и попросил отметить, что нападавшие перекрывают выход.

На этот раз он не ждал от разговора немедленного спасения. Заявка всё равно была нужна: кто-то вне их двора должен знать, что здесь происходит.

Сергей тем временем нашёл в журнале телефон дежурного отдела, позвонил сам и объяснил положение без новых названий и классов. Андрей услышал только его сторону:

— Да, в охотничьей одежде. Нет, не наши. Сидим в корпусе. Раненые, дети. Не выходим.

После звонка Мещеряков написал на клочке бумаги время и положил в журнал Зои.

— Ждать не можем, — сказал он. — Но пусть знают.

Они выбрали одну из двух целых машин. Саша поехал водителем, один охранник — рядом; на обратной дороге мог помочь женщине сесть и нести коробку лекарств. Сергей назначил время, после которого они должны сообщить, почему не вернулись. Андрей не дал им новых задач, хотя список Зои уже занимал три страницы.

Во дворе Денис проснулся на лавке, увидел открытый гараж и поднялся.

— Я с ними.

— Нет, — сказал Андрей.

— Два человека едут. Я третий, чем плохо?

— Они знают, что делать. Ты пока каждую просьбу проверяешь спором.

Денис опустил взгляд на уцелевший фургон. Собственную машину он видел через окно гаража: чёрное стекло, белый след от огнетушителя на двери.

— Можно хотя бы ворота открыть?

— Можно. С Василием. Потом закроешь.

Андрей проводил машину через склад. Василий снял цепь, отодвинул створку. Небольшой фургон вывернул к рельсам без фар, затем за углом включил габариты. По рации Саша сообщил, что прошёл кольцо.

Вернувшись, Андрей застал Сергея у переднего окна. На Литейной стояла та же машина, которую видели возле котельной: тёмный пикап, высокий кузов, дополнительный свет на крыше. За ним остановился белый микроавтобус.

Сергей опустил край шторы.

— Теперь точно к нам.

— Сколько?

— Шестеро вышли. В автобусе могут остаться ещё. У двоих длинное оружие. Один что-то носит на руке, светится.

Андрей попытался разглядеть, но Сергей не дал ему занять место у стекла.

— Не высовывайся. Ты мне здесь нужен живым.

Снизу донёсся стук. По забору ударили чем-то металлическим.

— Выходите! — крикнули с улицы. — По одному, без оружия! Проверка зоны!