Избранные

Но, увы, нам не дано повернуть время вспять. Как говориться «хорошая мысля, приходит опосля» Понимание всего этого приходит гораздо позднее. Иногда даже целой жизни мало, чтобы всё это понять. Многие люди только в конце жизни, когда пройденный путь намного длиннее, чем тебе ещё предстоит пройти, понимают это.

Всё что мы загадывали: поступление в институт, совместная учёба, весёлая беззаботная студенческая жизнь, было перечёркнуто умелой рукой сценариста, который, там, на небесах, вершит наши судьбы, переделывая сценарий так, как ему заблагорассудиться.

Надюша и Олечка на пять лет выпали их моей жизни. И хотя мы созванивались и даже периодически встречались, но это было уже не то общение, что в музыкальном училище. У каждого были свои интерес, своя семья, свои запросы, свои потребности, свои чаянья, стремления, своя жизнь. Жизнь, наполненная заботами, переживаниями, взлётами и падениями, хорошими и не очень жизненными моментами.

Самое парадоксальное это то, что мы, как бы ни зарекались, вышли замуж, родили детей и жили пусть недолго и счастливо со своими избранниками, но всё-таки успели «хлебнуть счастливой семейной жизни».

Глава 8

Ксюша

Я, как и планировала, после окончания училища, поступила в педагогический институт на вечернее отделение музыкального факультета. Все, кто там учился, обязан был работать по специальности в любых учебных заведениях.

Конечно, были и исключения. Кто-то играл в музыкальной группе, кто-то пел в хоре или в ансамбле. Кто-то подрабатывал статистом, участвовал в массовках или просто, как было принято в музыкальных кругах, «зашибал деньгу» барах, ресторанах, кафе, на свадьбах и прочих местах.

Я официально работала в музыкальной школе, вела уроки музыкальной литературы и аккомпанировала детскому хору.

Наша молодая семья жила на втором этаже многоквартирного, пятиэтажного, кирпичного дома. Спасибо моим родителям. Они помогли нам с покупкой жилья и всячески старались помочь мне в бытовых вопросах. Семья моего избранника не горела желанием облегчить суровые житейские будни молодожёнам.

Мой Владислав, ещё с первого нашего знакомства, чётко дал понять, - его родители живут своей жизнью, а мы своей.

Но вот парадокс, хоть они ни разу нам не помогли, но мы почему-то были обязаны им помогать.

Почти каждую неделю, а то и чаще, Константин ездил к ним выполнять «святой синовий долг». Он, с лёгкой душой, перекладывал на меня все хозяйственные дела, не особо заботясь ни о маленьком сыне, ни о моём самочувствии.

За это время я научилась многому: менять перегоревшие лампочки, чинить мебель (по мелочам), клеить обои, даже чинить сантехнику. В общем, делать все домашние дела. Кроме этого стирать, убираться в доме, готовить, следить за нашим маленьким Антошкой. Водить его в садик, забирать, кормить, купать и укладывать спать. Весь груз бытовых забот я везла одна, мой благоверный никогда ничем мне не помогал. Ко всему прочему у меня был очень жёсткий график работы в музыкалке.

Времени у меня катастрофически не хватало. Даже посидеть вечером возле телевизора и посмотреть какой-нибудь фильм, это было для меня несбыточным желанием. Я очень сожалела, что всё так случилось. Ведь я даже не могла подумать, что буду крутиться как белка в колесе жизни.

– Какой чёрт дёрнул меня связаться с этим маменькиным сыночком? – часто задавала я себе вопрос.

– Дура! Глупая, недальновидная, наивная дура! О чём только я думала, встречаясь с ним? Конечно он красивый, видный, но с лица воды не пить. Главное характер, поступки, его отношение ко мне, к сыну, к семье. А так получается, он приходит, уходит, когда ему вздумается. Правда он не пьёт, не буянит, деньги хоть и не все, но приносит в семью, но он это и обязан делать. Ведь он муж, отец, семьянин. Содержать семью это его святая обязанность. На деле же получается, что он вольный ходок. Я стираю, убираю, готовлю, выполняю все его прихоти на семейном ложе, а он воспринимает всё это как должное. Самолюбивый эгоист! Нет. Так жить нельзя! Неприемлемо! Надо что-то делать, решать со всем этим. А то я скоро превращусь в загнанную клячу. А ведь как всё хорошо начиналось.

Мы познакомились на концерте в музыкальной школе, куда он приводил своего племянника Витеньку. Мальчик был маленьким, худеньким, ничем не примечательным очкариком. Его мамаша, сестра Владислава, не смогла прийти, и ему поручили столь ответственное дело – помочь своему племяннику донести тяжеленный инструмент до музыкальной школы.

Витюша играл на виолончели и каждое занятие то Владик, то бабушка с дедушкой тащили инструмент в музыкалку. Зачем всё это они делали, до сих пор не могу понять. Ведь все большие инструменты: пианино, контрабасы, виолончели, баяны, аккордеоны стояли в классах. Только маленькие, компактные инструменты: скрипки, гитары, флейты, балалайки, домбры, ученики приносили с собой. Но Витенька приходил на занятия со своим инструментом. Зачем было так заморачиваться, я не понимаю.

В тот день, когда состоялся отчётный концерт всех музыкальных отделений, Владислав помогал племяннику доставить инструмент до точки назначения. Он так хлопотал возле прыщавого племянника, что я подумала: – «Вот заботливый папаша, повезло же его жене».

В концертном зале наши места оказались рядом. Он с восторгом слушал каждое выступление молодых исполнителей и комментировал их почему-то обращаясь ко мне.

«Какой эрудированный, молодой папаша. Знает композиторов, любит слушать и разбирается в классической музыке» - восторгалась я.

Конечно, мы разговорились. Как я была рада узнав, что этот очкастый заморыш не его сын, а лишь племянник. Слово за слово и завязалось наше знакомство.

После концерта мы обменялись номерами телефонов и уже на следующий день он, позвонив, пригласил мне на свидание.

Всё так хорошо начиналось.

Я плыла по волнам любви, тонула в его объятиях, обжигалась горячими, нежными и страстными поцелуями. Воспринимала его ухаживания, его отношение ко мне как должное. Я была любима, счастлива и … - глупа!

До Владика у меня не было близких отношений с парнями. Да, я многим нравилась и мне нравились многие, но не настолько как он. Я ни с кем не была близка. Он был первой искренней и платонической моей любовью. Нужно отдать ему должное, в постели он был неподражаем. Я, видя его обнаженное тело, просто теряла ум, становилась тигрицей дорвавшейся до добычи. Правы те, кто говорит, что любовь лишает разума, делает человека глупым, не замечающим ничего плохого в избраннике.

Почему я тогда не сканировала его мысли? Сама не знаю.

Я не слушала ни родных, ни подруг, которые предостерегали меня, просили всё досконально взвесить, подумать, посмотреть на предмет моего обожания со стороны. Все они прекрасно видели его эгоизм, все его отрицательные черты характера, всю его наигранную заботу.

Одна я оставалась слепа, глуха и всё видела и воспринимала в розовом свете. Это потом, спустя годы, с меня эти розовые очки упали и разбились.

Я, вспоминая все его поступки, ужаснулась. Как я могла не заметить фальши, лицемерие, наигранные чувства и его вечное враньё.

Владислав был видным парнем. Вокруг него всегда вились, как вокруг мёда мухи, поклонницы. Изменял он мне постоянно, только я глупая гусыня ничего не хотела ни видеть. Ни слышать. Ни знать. Всячески успокаивала себя. Везде находила ему оправдание. Да ещё его родители подливали мне «масло в огонь».

– Жена должна слушаться мужа, - вразумляла меня, его мать. – Помогать ему во всём. Исполнять все его желания.

– Дочка, - обращался ко мне свёкор, – пойми, он у нас один. Наша защита, опора и продолжатель нашей фамилии. Твой священный долг заботиться о нём, оберегать его, помогать ему во всём.

И я, как дура, наслушавшись их разговоров, старалась соответствовать статусу хорошей, добродетельной жены и покладистой невесты.

Глава 9

Ядовитая, подколодная змея

К советам родителей Владислава я старалась прислушиваться и вести себя, как подобает добропорядочной жене и невесте. Все-таки они были родителями моего мужа и это меня ко многому обязывало. Поэтому я молчала, выслушивала их наставления и кивала в знак согласия головой, но старалась делать всё по-своему.

В отличие от родителей, его сестру, мою золовку я просто не выносила. Я просто терпеть не могла Зою. Меня воротило от одного её присутствия. Она напоминала мне ядовитую змею, которая плюётся ядом.

С первого дня эта ядовитая змеюка возненавидела меня. И старалась любыми способами поссорить меня с мужем и его родителями. Она не брезговала ничем. Я, видя её лютую ненависть и нежелание идти на компромисс, тоже отвечала ей тем же.

По любому поводу и даже без него, она закатывала грандиозные скандалы. Плакала, жаловалась на меня и не давала мне не малейшего шанса высказать свою точку зрения.

- Ксения, ты же старше Заи (Зая - так ласково называли эту змеюку в семье), уступи, не позорься, - просил меня Константин, успокаивая, в это время, сестричку, плачущую на его груди.

– Старше? Мы с ней ровесники. В один год родились.

– Это не имеет значения, - прерывал он меня. – Ты всего лишь невестка, а он моя родная сестра.

– Значит она для тебя главнее, нужнее, любимее, чем жена? Жена, которая стирает, убирает, корми, поит, ублажает. Жена, которая родила от тебя ребёнка. Жена, которая терпит все твои выкрутасы и закидоны, все твои похождения Она главнее? Ну и живи с ней.

Я, хлопнув дверью, выбежала из квартиры.

Побродив несколько часов по пустым дорожкам близлежащего сквера, мне пришлось возвращаться домой. Ведь домашние дела никто за меня не переделает.

Моего благоверного с его любимой сестричкой уже не было. Он, как всегда, обиженный моим недостойным поведением, ушел жить к своим родителям.

Через несколько дней, он возвратился, как ни в чём не бывало. Подарил мне цветы, сыну мягкую игрушку и в доме воцарилось хрупкое перемирие.

Я особо не обольщалась. Знала точно, что это перемирие продлиться недолго и через несколько дней, а может и раньше, стены нашей квартиры содрогнуться от очередного скандала.

Я точно знала, что за всеми этими скандалами стоит моя «любимая» золовка. Только зачем всё это она делала? Чего добивалась? Ведь ей во всём потакали, все её прихоти выполняли. Свёкор и свекровь её просто боготворили. Так какого лешего это всё её было надо?

Общеобразовательную школу она не закончила. Как говорили родители Владислава: «Здоровье не позволяло их Заюшке хорошо учиться»

Как по мне – это было враньё!

На их доченьке можно было возы возить.

Хитрая бестия была очень избалованна и манипулировала всеми очень умело.

Закончив с горем пополам восемь классов, Зая не стала доучиваться и поступила в училище на кондитера. Но и оттуда, не проучившись и полгода, сбежала. Пришлось переучиваться. Окончив курсы продавцов её по великому блату (папаша помог) устроили в супермаркет «Пятёрочка».

Начинала с фасовщицы, затем посадили за кассу, но скоро её, «за особые заслуги» перевели зав. залом.

Если кто-то из вас не знает, что это за «особые заслуги», то я поясню.

Зоя была девушкой видной (у них все в роду были красавчики), не обделённой аппетитными женскими прелестями. Хитрая, расчётливая, умная от природы девушка точно знала, как и главное, чем добиться желаемого.

Она приложила все силы, как духовные, так и физические, чтобы соблазнить своего директора. Забеременела от него и, родив Витюшу, без зазрения совести, увела его из семьи, в которой были трое маленьких детей.

Зоя была очень любвеобильной натурой (наверно это передавалось по наследству в их семье) и буквально, через полгода, она, обобрав до нитки глупенького директора магазина, нашла себе нового воздыхателя.

Анзор был, в отличие от директора, холостым, очень накаченным привлекательным кавказским парнем. У него был свой небольшой бизнес – бар, где собиралась молодёжь попить, попеть и погонять шары.

Был свой круг общения. Друзья, такие же, как и он, молодые, бритоголовые или с длинными чёрными вьющимися волосами, с орлиными носами, широкими плечами и накаченным прессом, были основными посетителями его заведения.

Парень знал себе цену и Зоя (кто бы мог подумать?) ходили при нём «по струнке». Она выполняла все его прихоти и желания, лебезила, унижалась и вскоре, как и ожидалось, восточный красавец охладел к ней и бросил. При деньгах, связях и восточной внешности у него не было недостатка в партнёршах по спаррингу.

Зоя осталась, как бабка из произведения А.С. Пушкина «Сказка о золотой рыбке», у разбитого корыта.

После всех переживаний на личном фронте, ей пришлось, в очередной раз, менять профессию.

Выучившись на официанта, она смогла, как всегда, применив все свои силы и женское очарование, «выбить» место в ресторане.

Работа официанта досконально отличается от работы секретаря.

К боссу ты приходишь «во всеоружии»: модный, но неброский макияж, хорошо уложенные в модную причёску волосы. Одежда хоть и офисная, но модная и красивая. Она, конечно, отличается от униформы официанта, в которой ты ощущаешь себя клоном.

В офисе ты можешь позволить себе надеть какие-нибудь украшения: золотую цепочку, браслет, кольца. Можешь подчеркнуть все свои прелести: не застегнуть верхнюю пуговку на блузке, сделать, такие манящие взгляды мужчин, разрезы, по бокам, спереди или сзади, на длинной, облегающей юбке. Конечно всё это в дозированных, не переходящих допустимых границ приличиях.

Но зато достаток у официантов в разы отличается от фиксированной заработной платы секретаря. Иногда всего лишь за одну смену можно собрать такие чаевые, что превысят весь его месячный доход.

Если очень повезёт, то тебя заметят и выделят из общей толпы официантов. Тогда ты (если не будешь лохушкой) можешь спокойно найти себе богатенького «папика», не только на одну ночь, но и на более длительный период.

Только вот незадача, в этой профессии возраст, как, впрочем, и у секретарей (да наверно и везде), играет большую роль.

Если ты разменял третий десяток лет, а то и больше, нужно прилагать больше усилий, чтобы сохранить, так называемую, «визитную карточку».

Тебе придётся больше следить за здоровьем, фигурой, лицом, контролировать каждый съеденный тобой калорийный продукт.

Чтобы быть конкурентно способной, ты должна посещать спа-салоны, тренажёрные залы, бегать по утрам, и быть в курсе последних трендов моды.

Поэтому Зоя прилагала все силы, чтобы быть конкурентно способной, добиться своей цели и заполучить богатенького «папика» - свой «спасательный круг в бурном океане» жизни. Заработать свой тыл, свою чёрную безлимитную карточку.

– Пусть будет не очень привлекательный. Мужику не надо быть красавцем. Повидали мы на своём веку смазливые рожи. Главное, чтобы был при деньгах, мог обеспечивать не только свою семью, но и семью любимой женщины, - рассуждала сама с собой Зоя. – Можно даже родить от него парочку спиногрызов. Лишь бы он деньги давал на их содержание и узаконил в правах на наследство.

Ей повезло.

Красивая, фигуристая девушка приглянулась одному из завсегдатаев

ресторана.

Глава 10

Богатый спонсор и обеспеченная жизнь

Станислав Борисович был тучным, немолодым, разменявшим шестой десяток лет, волосатым мужиком. У него был небольшой пивной животик, лысина, скрытая под париком и большие рыбные глаза. Низенький и не привлекательный, он в тоже время притягивал как магнит всех представительниц женского пола.

Высокое положение, деньги, несколько квартир в Питере, Москве и небольшая вилла на солнечном Черноморском побережье, делали его красавцем.

Жена и трое детей не являлись препятствием для знакомства с ним. Все они были хорошо обеспеченны и деньгами, и жильём, все вписаны в завещание.

Борис Степанович заприметил Зою давно. Сначала он присматривался к девушке, наводил справки, а затем начал действовать. Мужчина не сомневался, что красавица не откажется занять почётное место любовницы. Ведь в официантки идут не от хорошей жизни.

Как он и рассчитывал, так всё и случилось.

Зоя недолго думала: «Если большая рыба сама лезет на крючок, то грех отказываться от удовольствия и поймать её» - решила она.

Конечно же, Зоя согласилась «обслуживать» такого богатого и влиятельного клиента.

Вскоре у неё в наличии было всё то, чего её душенька желала: квартира, пусть не в элитном, но довольно респектабельном районе, машина, заграничные шмотки и главное зелёные купюры, без которых она не могла жить, так как ей хотелось.

Борис Степанович купил ей машину, о которой она мечтала. Девушка хорошо смотрелась за рулём «Вольво». Цвет тоже был её любимый (сама выбирала) – малиновый.

Квартира была хоть и небольшая (всего три комнаты, кухня, ванна и большая застеклённая веранда), но уютная, обставленная по последней моде и со вкусом. Текстильные обои, мебель светлых тонов, на больших, панорамных стёклах, затканные серебристой ниткой, шторы.

Декор всей квартиры делал (за большие деньги и по большому блату) молодой, талантливый и известный декоратор. Он получил не только причитающуюся ему сумму за работу, но и, по взаимному согласию, несколько незабываемых ночей блаженства с миловидной, любвеобильной хозяйкой.

В этот раз Зоя не горела особым желанием попробовать «молодого мясца», но и не отказала смазливому нахалу. Она не на миг не пожалела об этом.

Пылкий, горячий жеребец отлично справился со своим делом.

Молодое, упругое, накаченное тело покорило её.

Давно на ней «не скакал» такой заправский наездник.

Давно её так страстно не целовали, не мяли, не тискали, не обнимали, не шептали в ушко разные нежные слова и даже не кусали в порыве экстаза.

Станислав Борисович тоже старался, но это было пресно, совершенно не романтично и… вяло. Вся процедура заканчивалась так быстро, что Зоя не могла сполна насладиться и получить удовольствие от этого процесса. К тому же годы брали своё. Дряблое тело нельзя было сравнить с молодым, энергичным, накаченным и привлекательным.

Но всё эти недостатки сполна компенсировали деньги, благодаря которым она могла позволить себе всё, что ей хотелось.

Дом был полностью оборудован техникой: большой телевизор, пылесос. который не нужно было таскать из комнаты в комнату. Он был похож на миниатюрную летающую тарелку, только без инопланетян. Этот блинчик, так назвала его Зоя, самостоятельно ездил по квартире, выискивая грязь.

Свет тоже зажигался по хлопку — это было прикольно!

Стиральная машина последней модели, трёхстворчатый холодильник, микроволновка, кофеварка, - в общем, полный набор разнообразной домашней техники. Ко всему прочему, два раза в неделю приходила помощница по хозяйству. Или клининг, как это называлось по-современному. Она мыла, стирала, убирала, следила за чистотой и иногда по просьбе хозяйки, готовила.

Зоя не очень утруждала себя домашними делами, ей было некогда делать всё это. Она не любила всей этой рутинной работы, да жаль было дорогого, очень дорогого маникюра.

Её сын Витюша, всё это время жил с её родителями.

– Когда же ты его заберёшь? Ведь ребёнок скоро забудет, как выглядит его родная мать, – высказывала ей мать. – Теперь у тебя есть всё: квартира, машина, деньги. Чего тебе не хватает?

– Ты хочешь, чтобы ребёнок ходил в детский сад? Ты хоть знаешь, что группы там переполнены. Воспитатель просто не в силах уследить за всеми. Там он не сможет получить достойного внимания. Ты этого хочешь?

- Ну, так отдай его в платный, там детей поменьше и уход получше, – насдавалась мать.

– Не смеши меня мама. Не говори глупости. Я занята с утра и до ночи. Дома почти не бываю. Когда мне с ребёнком нянчиться? А тут он под присмотром родных, любящих людей. Чай не чужой? Родная кровиночка. Ваш внук. Да и Владик поможет. Ведь Витюша его родной племянник.

– У Владислава своя семья, жена, ребёнок.

– Мама, - обрывала её Зоя, - жена не стена её можно и отодвинуть. Она второстепенна. Сегодня она есть, а завтра её нет. А вы его законные родители. Он вас должен почитать, любить и заботиться до гробовой доски.

– А ты? Ты кто нам тогда? Чужая? Почему о нас вспоминаешь только тогда, когда тебе нужно? - всхлипывала мать.

– Мама, успокойся, - обнимала её дочь. – Мы же родня. Я хочу сыну добра. При моём напряженном ритме работы, я не смогу уделять ему нужного внимания. Помоги мне. Хотя бы до школы пусть поживёт у вас.

– Ладно, - успокаивалась мать, - он нам не в тягость. Только ты почаще приезжай проведать сына.

– Конечно. Конечно, мамочка, - целуя мать в щёку, ворковала довольная Зоя. «Главное пообещать, а там видно будет. Как говориться, - обещанного три года ждут и ещё не факт, что дождутся» - думала она.

Поэтому Зоя продолжала вести разгульную, весёлую, ничем не обременённую жизнь. Покупала наряды, украшения. Ходила в театры, на концерты. Ездила загорать и отдыхать от «непосильного» труда на море. Заводила молодых и темпераментных кавалеров. Все её прихоти, всё желания выполнял и оплачивал Станислав Борисович.

Но всему хорошему когда-нибудь приходит конец.

Так вышло и с Зоей.

Глава 11

Конец сытой, богатой жизни

Станислав Борисович, на старости лет, возомнил себя легендарной личностью и полез ни туда куда надо. Этот престарелый, дамский угодник захотел власти. Он задумал баллотироваться в депутаты.

Но толи не на тех людей положился, толи мало заплатил, а может просто, как говорится, «рылом не вышел», только всё это закончилось для него очень плохо. Обобрали его до нитки и с позором спустили с олимпа власти.

Станислав Борисович, которого после всего случившегося выгнала жена, пришёл искать утешение к молодой любовнице.

– Зоечка, одна ты у меня осталась, – плакал он. - Змеюка моя все сбережения, все хаты на себя переписала. Старая грымза, как чувствовала мой провал. А может быть, это всё она подстроила? Недаром, в последнее время, она все меня расспрашивала о деньгах, завещании и обо всех документах на недвижимости. Вот ведь дрянь. Я её из говна поднял. Одел, обул, в люди вывел, а она стерва, мне, своему благодетелю, за всё хорошее так отплатила. Выгнала меня с позором. Некуда мне подастся. Ты одна у меня осталась. Приютишь? Не прогонишь? - заглядывая Зое в глаза, просил он.

– Ладно. Поживи немного. Я что монстр? Может всё ещё наладиться, - нехотя отвечала Зоя.

Но шли дни за днями, недели за неделями, а Станислав Борисович и не думал ничего предпринимать, чтобы исправить случившееся.

Он целыми днями валялся на диване, смотрел телевизор и пил, пил. Стараясь залить свои горести алкоголем.

Зое это порядком надоело.

В один из дней, попросив помочь ей очередного молодого ухажёра, она вывезла пьяного Станислава Борисовича в соседний район, в одну из заброшенных деревенек.

Всего несколько престарелых женщин осталось доживать свой век в этом богом забытом месте. Остальные жители давно покинули его. Кто перебрался к детям в город или районный центр, поближе к цивилизации. Кого пристроили в дом престарелых, а кто просто перешёл в мир иной.

Даже под дачи никто не хотел покупать землю в этом отдалённом месте. Уж больно далеко было добираться, ведь до ближайшего местного населённого пункта, дорога занимала целых два часа.

Всего один раз в неделю приезжала машина и привозила хлеб, соль, сахар, крупы и мизерную пенсию, которую за все годы тяжёлого труда на земле заработали бабушки. В основном у каждого было своё хозяйство, как это заведено в своих домах.

Но с годами становилось всё труднее обхаживать свою скотину и огород. Поэтому бабушки объединились, в так называемую коммуну. Так было легче содержать подворье. Они сажали картошку, лук, зелень. У них даже набралось с десятка кур и коза. В общем, не шиковали, но и не голодали.