Когда Ангелы уходят?

Марина Нарышкина

Когда Ангелы уходят?

Предисловие

Эта книга для женщин, которые прямо сейчас чувствуют, что выхода нет. Для тех, кто потерял. Для тех, кто заблудился. Для тех, кому кажется, что мечта обернулась обманом, а сила закончилась вчера.

Я хочу сказать вам одно: выход есть. Он может выглядеть как нелепая тарелка с Наполеоном, пропалывающим грядки. Как незнакомая синьора в синем пальто. Как белый рояль в римском ресторане. Как тихий человек, который садится рядом и не требует ничего взамен.

Выход есть.

Просто иногда нужно пройти через весь город, заблудиться, потерять телефон, посидеть на ступенях у собора, поплакать — и только потом увидеть его.

Это моя история. Она неровная, местами смешная, местами горькая. Но она настоящая. И если она поможет хотя бы одной из вас сделать ещё один шаг — значит, я писала её не зря.

Ваша Марго

Глава 1. Автобус не туда

Марик — так звали девушку за её казачий характер — была упрямая, весёлая и не ябеда. Она очень любила французский язык. Мечтала уехать во Францию, в страну, где, казалось, живут самые модные люди на земле. А мода была её страстью. Но у Бога были другие планы насчёт неё.

Даже несмотря на то, что она закончила малый факультет при факультете иностранных языков и это было преимуществом — можно было поступить и стать переводчиком... От Балтийского вокзала ходил автобус до самого университета. Она с папкой и отличным настроением летела подавать документы, но вмешался случай. За одну остановку до нужной вошла грузная тётя с авоськами, и вход оказался закрыт. А к другому выходу — только по воздуху.

Марик так доехала до Васьки — Васильевского острова — и оказалась у величественного здания с колоннами. Это был Горный институт. Она замерла от счастья и красоты, подумала, что это знак, и пошла подавать документы. Абитуриенты были в основном красивые молодые люди мужского пола — это добавило сил. На геологоразведку её не взяли: плохое зрение. И она пошла смотреть табло: какие там факультеты, макшейдеры — кто они?

Она стала расспрашивать. Мальчишки улыбались и говорили: «Какой ты макшейдер — тебя же не видно из-за лопаты!» И так она всё-таки подала документы на ядерную физику: сейсмолог — это круто. Сходила к ректору, получила одобрение принять документы.

Начались экзамены. Всё хорошо: первые три сданы на две пятёрки и четвёрку. Ещё достаточно написать на тройку контрольную по математике — и она прошла. Но не прошла математика, которую она любила и не считала препятствием, — подставила ей ножку так, что она вылетела из Горного с треском.

И оказалась на ступенях, на набережной, перед институтом. Это был крах. Одна из самых первых сильных неудач. Как сказать родителям? Друзьям? Что делать? Ну не топиться же, как Катерина из пьесы «Гроза»?

И в этот момент ангелы послали ей друга — Мишку.

Он появился ниоткуда — просто вдруг стоял рядом, как будто всегда тут был. Невысокий, в лёгкой кепке, с этой своей манерой говорить так, будто всё в мире проще, чем тебе кажется. Марик потом не раз спрашивала себя: был ли он на самом деле или она его придумала? Он появлялся и исчезал так быстро, что иногда она не успевала даже запомнить, во что он был одет. Но каждый раз, когда он уходил, что-то менялось — будто кто-то приоткрывал окно в комнате, где было душно.

В тот июльский вечер Мишка сел рядом на ступеньку, вытянул ноги и сказал спокойно:

— Ну-ка, не раскисай. Ты чего тут стоишь, будто памятник себе собираешься ставить?

— Да вот думаю, может, правда стать памятником. «Девушка, которая хотела на ядерную физику, а не прошла математику».

Мишка рассмеялся:

— Ну, не прошла и не прошла. Значит, не твоё. А знаешь, что твоё? То, что ты вечно болтаешь, и все слушают. Даже те, кто вообще не любит слушать.

— Это правда? Ты так думаешь?

— Ага. И я не в обиду. Я в комплимент. Ты умеешь историю так рассказать, что даже про расписание автобусов звучит как приключение.

— Ты сейчас просто меня утешаешь.

— Утешаю. Но это правда. Так что давай, не стой тут, как героиня из «Грозы». Не надо топиться, надо идти гулять. И думать, куда дальше.

Они пошли по набережной — не спеша, без цели, просто чтобы ноги шли, а голова немного проветрилась. Мишка рассказывал про свои дела, про то, как хотел стать моряком, а вместо этого устроился помощником в автомастерскую. Марик слушала и вдруг поняла: иногда самое важное в разговоре — не слова, а то, что рядом кто-то есть.

Кто не говорит «всё будет хорошо», потому что не знает, будет ли, а просто идёт рядом.

Город жил своей вечерней жизнью: фонари отражались в воде, мосты ещё не были разведены, и казалось, что время немножко застыло. Марик вдыхала этот воздух — с запахом реки, мокрого камня и далёкого дождя — и чувствовала, как внутри потихоньку утихает та самая острая боль от провала.

— Знаешь, я ведь хотела во Францию, — тихо сказала она, глядя на тёмные фасады домов.