Трещина: Книга первая скорлупа

— Блин, Птенчиков! Ты такой милаха! Вот ей богу, ты мне как младшая сестрёнка, — запнулась она, поняв, что сморозила, и тут же поправилась, словно ничего не заметив: — Ну как друг… или брат, в смысле.

Но Ника тогда это — в свете его тайного увлечения — триггернуло. Так и остались они непонятно кем: то ли друзьями, то ли... Хотя, конечно, не лучшими. Ник старался избегать лишнего общения, а Ленке всё нужно было знать. Приходилось искать компромисс, чтобы она ни до чего не докопалась. А уж она могла!

***

Звонок с пары вырвал меня из воспоминаний. Я, пытаясь быть как можно незаметнее, поспешил смыться — подальше и побыстрее.

Ну да, конечно. Ленка поймала меня, когда я переобувался недалеко от выхода.

— Ник! Ты куда опять собрался? Ой, какие у тебя кедики прикольные! Давно купил?

Я опустил голову — и обомлел.

Капец!

Похоже, с утра, весь в своих мыслях, я надел свои бледно-розовые кеды. Те самые, в которых ходил, когда… ну, вы поняли. Твою мать! Я со стыда готов был провалиться. Щёки вновь запылали адским пламенем.

А Мишина смотрела на меня с ухмылкой. Видя мою реакцию, хлопнула ладонью по плечу:

— Да ты чего, Птенчик? Крутешные же тапки! Такие сейчас в тренде!

Я вроде немного успокоился. А эта егоза прижала меня к стене, приблизила своё лицо чуть ли не вплотную к моему и тихим, но настойчивым голосом заговорила:

— Птенчик, ты как моя лучшая… Ой, прости, мой лучший друг, должен — нет, обязан — мне всё рассказать!

— Что рассказать? — попытался изобразить я полное непонимание на своём красном лице. — Ты о чём?

— Птенчик, Никушка… Не зли свою лучшую подругу! — её голос стал абсолютно безэмоциональным. — Я же не дура?

Ну писец. Попал. Знаю я такой её голос.

— Конечно не дура, Лен! Но я правда не пойму, о чём ты!

— Ник, озорник, ну у тебя же на лице написано, что ты познакомился с какой-то гёрл! — выпалила Ленка. — Давай колись: кто, откуда, где обитает, чем дышит? А то вдруг она тебя недостойна? Вдруг она тебя обидеть собирается?

Я снова впал в ступор. И что ей говорить?

— Ну… я это… Просто вчера… — я лихорадочно соображал. — «Титаник» вчера смотрел. Вот и разволновался чего-то. — Это первое, что пришло в голову.

Лицо Ленки как-то офигенно изменилось. И тут она начала дико ржать, заливаясь звонким смехом. Длилось это, наверное, минуту.

Отсмеявшись, она снова посмотрела на меня:

— Птенчик! Один-ноль, уел. Ладно, не хочешь говорить — не надо! Я всё равно узнаю.

Она приблизила лицо к моему уху и, почти касаясь, прошептала:

— Но ты это… если вдруг надо будет посоветоваться или там… подробности узнать по всяким, ну ты понял, вопросам… обращайся! Я тебе помогу.

Тут кто-то её окликнул:

— Ленчик, ты на треню собираешься? Я тебя уже пять минут жду, хорош кавалеров тиранить!

Ленка вдруг коснулась губами моего уха — то ли чмокнула, то ли так получилось. Меня будто током ударило. Она отстранилась, повернулась к девчонке с рыжими волосами и крикнула с шутливой интонацией:

— Да, ваше высочество, Мария Ризовна! Бегу, аж пятки горят!

Повернулась ко мне, подмигнула и побежала к подруге. Вместе, смеясь они скрылись за поворотом коридора.

А я? Я, офигевший, сполз по стенке на пол и так и сидел…

Капец. Как тесен мир. И почему всё в один день и сразу?

Мария Ризовна… Это что — дочка Риза?

Всё, приехали.

А его визитка, гирей, лежала в кармане.

РИЗ

Ох, ё… Неужели этот день закончился.

Что-то в этот раз господа налоговики решили, как говорится, упереться рогом. Копали, копали: дай им то, дай им это. А вот у вас год назад сопровождение было с закупкой, а где конкурсная документация? А почему в ней нет справки о том-то и о том-то? А почему выписка не той формы?

Главбух наш — парень не промах. Отвечал на всё, но само собой — с нашей ещё не всегда совершенной системой... Конечно, огрехи были, и они накопали. Штраф мог быть приличный — из-за пустяка, собственно. Не наша вина: система протупила, глюк… и всё.

— А вот тут у вас, товарищи, не сходится! А вы знаете, какой тут штраф предусмотрен?

И лица такие радостные…

Главбух побледнел — потому что так и выходило.

Пришлось срочно звонить Ветру. Примерно через двадцать минут главному из проверяющих позвонили «оттуда». И вежливо спросили: мол, нельзя как-нибудь обойтись без драконовских мер?

Налоговик почему-то сильно вспотел и пообещал, что сейчас всё перепроверит ещё раз.

Я же вызвал нашего Олежку-сыроежку, компьютерного техномага и сисадмина. Гений, ей-богу. Тот открыл сетку и ткнул господ проверяющих в логи, в какие-то ещё страшные графики и таблички. И оказалось, что в тот самый день, когда случилась нестыковка, система прое… хала мимо из-за нештатного отключения электроэнергии и присвоила проводке ошибочный номер.

Налоговик как-то обречённо, но с радостным видом выдохнул и с видом вселенской добродетели (ну-ну) сказал, что можно обойтись не сильно большим штрафом — за то, что не поставили в известность их родимых.

На том и порешили. Всех, наверное, всё устроило. Каждому проверяющему был вручен скромный презент (всё строго в рамках законодательства), и с вежливым «До новых встреч» они наконец-то убыли восвояси.

Доделал текучку, посмотрел установочные на новый контракт. Ну, вроде в общем всё нормально, но есть моменты. Завтра уже добью. Глянул на часы — 18:45. Однако! Пора и честь знать. Закрыл кабинет, поставил на сигнализацию и спустился вниз, в вестибюль.

А там — картина маслом, как всегда…

Дядя Миша с видом заправского пенсионера сидел за стойкой проходной и читал обычную газету. Ну не признавал он электронные СМИ, кроме телека и бумажных газет! И телик, по собственному признанию, смотрел крайне редко. Правда, информирован он был так, будто у него в голове Россия 24 работала. А так — с виду глянешь: дедушка и дедушка. Не дай бог, правда, кому-нибудь этого дедушку задеть… Он, конечно, уже не тот, но мало всё равно не покажется.

— Досиживаешь, дядь Миш? Что в мире плохого? — Спросил я, подходя к нему и подтверждая свой выход в системе контроля управления доступом.

— Вот тебе сразу плохое подавай! На службе не хватило? — Он посмотрел на меня и сказал: — Риз, к тебе опять приходили… ночью?

— Всё-то ты старый подмечаешь!

— Работа такая! Ты бы это, сходил бы до айболитов? Раз сам их отпустить не можешь. Мальчик, нельзя так, едрён томагавк!

— Дядь Миш, ну какой я тебе мальчик? Честное слово, ты иногда как скажешь, хоть свет туши!

— Да вы все для меня мальчишки, майор Строгов! — Он смотрел мне прямо в глаза своим прямым и бесхитростным взглядом — как смотрел во времена, когда был моим инструктором, а я зеленым лейтенантом. — Так что?

— Дядь Миш, схожу. Вот фирму завтра проверю — и схожу. Обещаю, зуб даю! – шутливо ответил я.

— Смотри! Ты пообещал!

Я уже пожалел о сказанном, но с дядей Мишей такие фокусы не прокатят. Придётся идти.

— Ну я же сказал!

— Знаю, поэтому и верю. — Он чуть усмехнулся. — Ладно, чеши уже домой. Машка-то заходит?

— Да давно не было. Занятая она, у неё же учёба, спорт…надо будет позвонить ей.

— Позвони обязательно. И от старого привет передай!

— Обязательно!

Мы пожали руки, и я вышел на улицу — под прохладу вечернего мая.

Блин, как же хорошо!

До дома доехал нормально, по пути заскочил в «КуКа-пиццу» — готовить не хотелось - от слова совсем.

Дома, уже сидя на кухне и жуя кусок пиццы, пялил «Одинокого волка» с Чаком, нашим Норрисом. Нравился он мне… Харизматичный такой! Кумир моей, да и не только моей юности.

В голове тараканы пытались донести до меня что-то, но у них никак не получалось и это не давало покоя. Какая-то мелочь постоянно цепляла сознание. Я чуть отмотал мысли назад. Ага. Есть — ванная. Что-то там, по-моему.

Дошел, огляделся. Вот оно! В щели между стиралкой и стеной что-то яркое — красно-зелёно-оранжевое. Наклонился, поднял. Это был плетёный браслетик-фенечка, ну такой, какие носят девчонки, да и парни тоже иногда.

И откуда? Машка таких никогда не носила.

Вот блин, старый дурак — Ника! Наверно вчера умывалась и забыла.

Ладно, телефон её есть, позвоню потом. Сегодня уже поздно. Да и неудобно как-то. Может, вообще не звонить? А то реально удумает себе, что я маньяк какой…

Да ну… Надо позвонить. У девчонок такие мелочи иногда, совсем не мелочи. Может, ей парень подарил на память, а она теперь места себе не находит, переживает. Ладно, завтра, днём ей напишу. Кстати, вот не пойму, что-то меня в ней напрягает немного...

Доел пиццу, помыл посуду. На душе была какая-то непонятная лихота. Погода что ли меняется... Вышел на балкон. В темноте внизу, далеко редкими трассерами мелькали машины. Помял в пальцах сигарету, понюхал аромат табака, сунул в губы, помусолил — и, сломав, кинул в пепельницу, где уже наверно штук пять таких «выкуренных» лежало.

Пора спать.

До утра во сне ко мне никто не пришёл. Правда, и спал я так себе — урывками. Периодически в голове проскакивала мысль о том, что надо не забыть написать Нике и позвонить Машке.

НИК

Я поплёлся домой. Голова от произошедшего за полдня шла кругом. И только в подъезде вспомнил: сегодня же заказ. Один чел просил винду переустановить, а я чуть не забыл. Ну да, я подрабатываю. По мелочи: кому комп настроить, кому интернет, ну железо могу подобрать, починить по мелочи. Вообще в мире еще много пиплов, которые себе даже игру установить не могут. Это конечно не их вина. Поколение такое, они привыкли к кнопочным мобильникам, а некоторые так вообще к дисковым телефонам! А мне в этот раз придется винду переустанавливать, что-то накосячили, и все слетело... Мне напряга нет, а клиенту радость. Заработок так себе, конечно, но на хот-дог хватит. Да и маме меньше мне денег слать. В общем, созвонились, часа за полтора я всё сделал. Обратно домой я правда уже ближе к семи вечера приплюхал. Зато успокоился немного. Усаги на кухне смотрел на меня с укоризной, взял его на руки прижал к себе:

- Что дружок, соскучился? – он лишь молчал, наверно обиделся, если плюшевая игрушка умеет обижаться.

- Ну я туть, дя! Я с тобой! – Сказал я, коверкая по-детски голос, - и сегодня уже никуда не пойду.

Аккуратно положил его обратно. Да сегодня день и так был полон всего. Обойдемся без прогулки, пусть Ника сегодня отдыхает, или... Нет! На сегодня приключений хватит, в колледже чуть не спалился с кедами, плохой признак. Надо передохнуть. И я, врубив приставку, гонял «Tony Hawk's Pro Skater 1 + 2». Когда оторвался от геймпада, увидел, что за окном уже темно. Расстелил кровать, и взгляд упал на вещи, которые мне вчера дал Риз. Опять в груди стало как-то теплеть, как представил его сильного, надежного! Блин, был бы у меня такой батя или друг! Ну да, размечтался, как же. И только сейчас до меня дошло, что эти шмотки, в которых я вчера возвращался домой носила, как там Ленка сказала: «Мария Ризовна»

Ох, ё... Я опять почувствовал, что щеки мои покрывает румянец. Хорошо, что кроме Усаги тут никого нет... Блин... Вот это поворот, что-то у меня аж коленки от волнения подкосились. Плимкнул входящим смарт. Посмотрел, вдруг Риз! Да что же это я... Нельзя так!

Нет, сообщение было от Ленки: «Птенчик, я нам новый движ нашла. Это просто космос! После занятий идём! И чтобы без отмазок. И передавай привет своей загадочной Гёрл»

Зашибись, вот так всегда, в этом вся Ленка! Хоть бы раз разрешения у меня спросила или посоветовалась!!! Нет блин... она всё решила... И это последнее, типа гёрл привет передай... Видела бы ты эту Гёрл!

Чуть успокоившись, залез под одеяло и, уже засыпая, подумал, что вещи все-таки вернуть нужно. Вот завтра напишу и в офис к нему принесу после занятий. Точнее Ника принесёт. Только предупредить нужно наверно. Визитка, то есть...

Глава 3. Будни и не только

РИЗ

Утром я сидел у себя, озадачив свой персонал дополнительными мерами по проверке фирмы поставщика. Всё вроде у них хорошо было. Одно напрягало, цену они предлагали чуть ли не на пятнадцать процентов дешевле. То есть сами оставались вообще на бобах без своей маржи... Какие-то альтруисты прямо... Не верю! По докам всё просто идеально, тоже напрягает. И еще фирма в пригороде, а поставка аж с Новосиба, хотя это как раз не сильно странно и не такое бывало.

Я пошел к Ветру, зайдя в приемную, кивнул Сонечке и глазами показал на дверь генерального. Та миленько улыбнулась и кивнула, мол проходите. Я-то и просто безо всякого к нему зайти могу, но приличия соблюдать надо. Да и мало ли, вдруг у него посетитель.

Ветер сидел на своем кожаном директорском троне и с интересом смотрел что-то на мониторе. Подняв на меня взгляд, кивнул – мол садись и развернулся ко мне.

- Ну что там у тебя?

- Да понимаешь, как-то очень всё гладко получается по предложенному тобой контракту! И цена, и фирма эта, какое-то это ООО «Мудросплав» слащавое и чуйка у меня...

— Ясно, - Ветер сделал паузу, - ну блин там сумма контракта такая вкусная!

— Вот тут и начинает чуйка моя просыпаться. Понимаешь, Ветер, не бывает так, чтобы всё и сразу. Я бы отказался!

Ветер опять молчал минуты две, потом посмотрел на меня и сказал:

— Риз, хорошо, но давай ради нашего спокойствия... моего. Съезди к ним, я сейчас генеральному их позвоню, встреться, посмотри, что и как. Скажешь нет – значит нет! – и он вопросительно посмотрел мне в глаза.

— Хорошо, звони!

— Спасибо!

— Да не за что, ты мне за это деньги платишь. — Усмехнулся я.

Ветер набрал номер, секунд через пять произнес в трубку:

— Альберт Маркович? Добрый день. Ветров беспокоит… Что? Нет, всё нормально. Хочу, чтобы мой зам к вам подъехал. Да, сегодня. Часа через полтора. Отлично! Встречать не надо, сами найдут. В ресторане? — он поднял бровь на меня. — А что с офисом? Ремонт… понимаю. Ну хорошо. Его зовут Риз Строгов. Всё, он выезжает.

Ветер положил трубку.

— Хотят в ресторане. Говорят, в офисе ремонт. И чтобы не ставить гостя в неловкое положение, организуют встречу по высшему уровню… — он поморщился. — Не нравится мне это. Но уж смотайся.

— Окей шеф, сгоняю. Лешку «Лиса» водителя возьму хорошо?

— Да не вопрос! Если что, не дай бог, у тебя же всё есть?

— Ну конечно! Иж, разрешение и у меня, и у него. Ты что думаешь такое?

— Да не знаю, теперь и у меня где-то «зачесалось».

— Ну Лис возьмет, а мне без надобности, девяностые мы с тобой успешно прослужили, а сейчас уже не тот контингент пошел.

— Ну наверно... наверно, – задумчиво пробормотал Ветер, — ладно! Как там Машка, давно виделись?

— Вы что, с Дядь Мишей сговорились что ли?

— Да нет, я просто спросил. Если что, привет от меня не забудь передать!

— Обязательно Шеф, ты второй в этой очереди! Всё я погнал.

Я вышел из кабинета шефа, улыбнулся Сонечке, набрал Лису, он же Лёша Лисов, молодой бывший омоновец, тридцать два всего, что-то с начальством не поделил теперь у нас работает, дал краткий инструктаж. Сам зашел в кабинет, по связи предупредил своих, что еду на встречу и попросил если что, не терять нашу машину из виду. Хотя об этом можно было и не говорить. Ребята нас всегда отслеживают. Позвонил Лис, сообщил что уже подъехал, и я поспешил вниз.

Я сидел в самом крутом (потому что он тут один) ресторане Новокостинска с пафосным названием «Давидофф». Пафосным было только название и дешевый антураж вокруг. Передо мной за столиком в отдельной кабинке сидел Альберт Маркович (мужчина примерно моего возраста, достаточно грузный и похоже, вечно потеющий). Пот со лба он вытирал своим платочком, практически не переставая. Рядом с ним сидел его бухгалтер. Нет, точнее будет «бухгалтер», потому что от этого спортивного телосложения мальчика (лет тридцать не больше) так и веяло тренажёрным залом и ... теми самыми девяностыми. Он такой же бухгалтер, как я президент США! Недалеко о нас, за соседним столиком, сидел еще один тип и с аппетитом налегал на стейк. Вот по нему было неясно, из нашей он компании или так, перекусить зашел. В самый дорогой ресторан городка.

Альберт Маркович постоянно косился на «бухгалтера». Мы символически выпили коньячку за встречу и успешную сделку. После чего я попросил показать мне предприятие. И тут Маркович как-то «сдулся», а «бухгалтер» напрягся, но так, не сильно. И я для себя окончательно понял, что это, как говорят галимый разводняк. Нету никакой фирмы в реале. А Альберт Маркович явно чего-то очень боится. Или кого-то. Ну а подтверждение ситуации я получил после того, как бухгалтер положил на стол передо мной картхолдер с картой «м-банка» и сказал:

— Риз, вы знаете, мы очень уважаем Ваше время и понимаем, что оно у вас не бесконечно. Ну зачем Вам таскаться по нашему производству? Тут, — он указал на картхолдер, — очень весомый аргумент, для того чтобы поверить в наши добрые намерения и не подвергать сомнениям наши слова! Весьма весомый!

Я посмотрел на Альберта Марковича. А пальчики-то дрожат... Дядя явно на нервах. Да и по общему виду и повадкам похоже, что он под контролем. Вон как «бухгалтер» на него зыркает периодически. Ну что же, будем действовать как завещал... В общем по ситуации.

Я широко улыбнулся «бухгалтеру» во все, почти, свои тридцать два зуба, и бесхитростно спросил:

— Шо! И на гелик хватит?

— И не на один!!! — ответил, улыбаясь «бухгалтер».

Улыбнулся в ответ с лицом чувака словившего джекпот:

— Ну тогда-то да! Тогда, конечно, чё нам на этом предприятии ноги мять... Я только позвоню генеральному! Скажу, что все хорошо. И это, я до туалета дойду, а то всю дорогу терпел, совсем уже.

Встал из-за стола, и, выходя, подмигнул Альберту Марковичу. По пути нажал вызов Ветра и нарочито громко сказал:

— Шеф, типа всё в порядке! Нормальные ребята, все чисто!

— Ты под наблюдением? — спросил Ветер.

— А как же! Всё честь по чести, приняли как родных, всё показали! Очень даже приличные люди. Прям после дороги дальней, как к себе приехал! —«типа» и «дальняя дорога» была условными фразами, подтверждавшими то, что всё не совсем хорошо и я под наблюдением.

— Я тебя понял, что дальше?

— Да устал я, Шеф, сейчас собираемся и едем обратно, а завтра продолжим работу по чистовому оформлению контракта!

— Я тебя понял! Давай аккуратно там! — Сказал Ветер с тревогой в голосе.

— Да не беспокойтесь! Все хорошо! — Я сбросил вызов. Не собирался я ничего предпринимать. Доедем обратно, а сюда приедут уже другие люди из госструктур и во всем сами разберутся. Додумать свою мысль я не успел. Со стороны кабинки, в которой мы все сидели раздался вскрик и какой-то шум. Я обернулся. В мою сторону неслась, туша Альберта Марковича, а за ним бежал «бухгалтер». Альберт кричал на весь ресторан:

— Помогите мне, пожалуйста! Я больше не могу так! Они мою семью держат в заложниках!

Я пропустил Альберта Марковича и преградил дорогу «бухгалтеру». Тот резко остановился и злобно посмотрел на меня:

— Не слушай его! Он не в себе! Там на карте тридцать лямов! Бери и уходи, иначе...

— Что иначе? – Недобро ухмыльнулся я, глядя на «бухгалтера». В это время Альберт Маркович зачем-то вцепился мне сзади в рукав пиджака и стал на ухо почти на фальцете кричать, срываясь на визг:

— Они страшные люди! Я так больше не могу!

Дальнейшие события я уже помнил смутно. Я успел выдернуть руку из захвата Альберта. В это время в руке «бухгалтера» что-то блеснуло, и я, на автомате рывком ушел вбок. Тут в моей голове взорвались тысячи звезд и наступила темнота.

НИК

Утром я был словно в тумане, не мог решить, как мне поступить, взять сразу вещи, которые мне дал Риз или потом, домой вернуться и забрать... А ещё надо же наверно, шоколадку купить, типа... Только потом я допетрил, что принести их вот так... как Коля я не смогу. Иначе палево.

Занятия пролетели быстро, благо сегодня предметы были такое себе... Я это всё знаю. А страшная физ-ра завтра... Но после занятий меня бесцеремонно взяла в плен Мишина, и мы пошли в актовый зал. Я так и не понял до конца что и как, какой-то спектакль, пьеса к закрытию учебного года. Прочитал по просьбе худрука — смешного дядьки словно вынырнувшего из каких-то пятидесятых годов двадцатого века какие-то стихи, какого-то Джона Китса, что-то типа:

От боли сердце замереть готово,

И разум — на пороге забытья,

Как будто пью настой болиголова,

И трам-пампам, парам-парам пампа...

Не, ну я как положено, прочитал, с интонацией, старался, но мысли были совсем не тут... Что-то там еще сделал, какие-то фразы произносил, типа: «кушоть подано...» (шутка), не помню точно. В общем, «отработав» на лайте обязательную программу, мягко послал всех и вся, сославшись на дела и, оставив восхищенного чем-то худрука с Ленкой, пялившей на меня широко открытыми глазами, побежал домой. Надо скорее вещи отдать, вдруг Риза увижу...

Дома, переодевшись, поглядел на себя в зеркало и вдруг почувствовал ту неуверенность как в первый раз, аж пот холодный прошиб...

***

От автора. Несколько лет назад. Ник

Коля стал превращаться в Ника… или в Нику. Первый раз было страшно. Он тогда накопил карманные деньги — парик купила мама, поверив в «школьный театр», а он можно сказать и не соврал. Только театр был не школьный, а скорее – театр одного актёра. Одежду купил сам, в другом районе города, где его никто не знал.

Местом превращений стал старый гараж от отца. Мама хранила там картоху и появлялась крайне редко, а сын приспособил гараж под свою гримёрку: повесил зеркальце, приладил крючок для одежды.

Сначала было страшно и волнительно ка-то, он сам не мог понять, что больше. Но никто его не спалил. Даже знакомый парень из его школы прошёл мимо, присвистнув от вида интересной девчонки, но никак не Коли. Через несколько месяцев метаморфозы стали частью его жизни. В женском облике он чувствовал себя под защитой — гулял, покупал мороженое, катался на роликах, он был другим и по-своему настоящим — это была его свобода! Иногда, на дне сознания шевелилось: "это неправильно". Но он давил этот голос: он же не выкладывает себя в интернет, не заводит знакомств, ничего такого. Просто снимает стресс ... Мама, вечно пропадавшая на работе, заметила, что сын стал как-то живее. Коля объяснял это школьным театром, а она и не лезла — она пахала.

***

Настоящее

Я встряхнул головой, прогоняя оцепенение. Так хорош! Корону поправил и вперёд! Взял с тумбочки пакет с вещами и шоколадкой, положенной внутрь, на которой просто написал: «Пасиб!» смайлик-улыбку и вышел из квартиры.

РИЗ

Всё было как в дешевых боевиках — сначала просто шум и туман. Потом этот шум стал складываться в слова и фразы, а туман превращаться в образы. Надо мной склонился Лис. Перед глазами — белый потолок машины неотложной скорой помощи.

— Риз Викторович! Вы как? — голос Лиса всё равно был как в тумане, как будто мне ваты в уши напихали.

— Нормально, — прохрипел я, — что случилось?

— Да Вас второй, что за столиком рядом сидел, аккурат по голове и приголубил... Ну, в общем, оказалось, что мы немного не в то время и не в том месте оказались. Получается, что эту компанию областное УВД давно уже вело, хотели на нашем контракте их и «хлопнуть», но не здесь! А мы тут сами, немного не вовремя приехали... Они и решили действовать, СОБР спустили. У них как я понял прослушка в ресторане стояла. Чуть-чуть не успели, но слава богу всё нормально, все живы. Тут правда Ветер, ой, Игорь Геннадьевич всех на уши поднял! Такой злой был. В трубку сказал, что будет с кем-то долго и упорно заниматься изучением Камасутры. Ну это если без ненормативной лексики...