Необычные стихи

Противоречие — ЧЕЛОВЕК!

А сказать о сторонах буяна:

С одной — он божий, но абрек!

С другой — высшая, но обезьяна!

Есть в нас нечто от животных,

Инстинкты, например, врождённые.

Животной, скотскою природой,

Были предки наши наделённые.

Инстинкты не временны,

Они во все этапы года.

И главный из них, "беременный",

Инстинкт продолжения рода.

Он заставляет женщин и мужчин,

По жизни искать друга:

Чтобы "ранговым" был "властелин",

И не уступала бы ему подруга.

В соитии "кайф", как норма,

И для тела — удовлетворение

За то, что сотворена форма,

Для небесного творения.

И невозможно иногда постичь,

Человека действия — умом.

И как инстинкты ни граничь,

Они являются его лицом.

Что заставляет нас насиловать? —

Ясно, что не продолженье рода.

А этим продолжает изобиловать,

Наша скотская природа.

О, Человек! Каково обличье?

В чём предназначения удел?

Не в изучении ли бытия величья?

Не в постижении ли Божьих дел?

Оглянись в движениях своих:

Много ль за тобою славных дел?

…Столечко всего! — не видно их,

Из-за кучки обнажённых тел.

В особом мнении учёные прямы.

И оно для нас большой изъян:

Гласит о том, что будто мы,

Снова превратимся в обезьян.

Нехорошее, какое предсказанье!

А может это всё обман?

Но нет! Оглядитесь со вниманьем,

Сколько среди нас обезьян!

Вот горилла жмётся к Маргарите.

Шепчет в уши Машке макака.

А в стороне, вы посмотрите —

Из-за бабы обезьян уж драка.

А в кустах, на ложе из газет,

Используют жёнку "бмж" — мужчины.

И не насилуют, заметьте, нет —

У неё свои, пьяные причины.

То нетрезвая есть гамадрила!

Ненасытная она всегда —

Её бы в стаю, да к гориллам —

Может, "наелась" бы она тогда.

Женщин убывает количество.

У многих порок один:

Дур убивают их величества —

ВИЧ, алкоголь и никотин!

Я мам таких отношу к бабуинам.

И даже хуже. — Никогда,

Не отравит алкоголем, никотином,

Обезьяна своего малыша.

А что ждёт небесное создание,

Если мама алкоголик и голь?

И жизнь посланца мироздания,

Превратится в ад и боль.

И самая последняя макака,

Как плохо б не было при том,

Ни за что не отдала бы, однако,

Свою малышку в детский дом.

Инстинкт великий и могучий.

Извратили до неузнаваемости:

Делают детей в пьяни дремучей,

В состояниях невменяемости.

Идиотией болеют уж ротами.

Она во многих секс-воителях.

Становятся хворые дети сиротами

Запросто, при живых родителях.

Лики правды все передёрганы.

А они просты, как таблица умножения.

Ведь у всех половые органы —

Средство только для размножения.

ЛИХИЕ ДЕВЯНОСТЫЕ

Пора лихого безвременья,

Когда воров была орда.

Люди работали без вдохновения

И со всех, как "с гусٰя вода".

В итоге государство растащили —

Исчезла Родина моя!

Легальных нуворишей наплодили.

И народ на коленях, пощады прося.

Пирог рвал тот, кто был у власти,

А фартовые им отдавали "салют".

И подбирал его мелкие части,

Вороватый, беспардонный люд.

Разгул был в полной темноте,

"Рыцарей" всех подлой масти.

Но особенно тащили те,

Кто был в криминале и у власти.

Особенно унизил народ,

Чубайс — искариот.

Миллиарды отвалил в бражку,

А народу пустую бумажку.

Я отклонился в своей теореме —

Вспомнились давние обиды:

В состоявшейся новой системе,

Не нашли мне места, гниды.

Тем и живу, что вспоминаю

Хорошее и лихое былое.

Пожилую жену обнимаю

И… время, вечно молодое.

Лишь голубки — жёны,

Вознесены всегда на троны

Жизни преходящей

И в вечность спешащей.

А у семейного нашего древа,

Отрастает молодой сучок —

С любовью, мирно и без гнева,

Растёт маленький внучок.

О ЗЕМЛЕ

Обитель жизни букета!

В чём твоё назначение?

Просто бездушная планета?

Или Бога живое творение?

Если ты из бездушной серии,

То как могло такое быть?

Чтоб из неживой материи,

Существо живое получить?

Факт из разряда осуждённых —

Религия его не признаёт.

Но нет примера и для учёных

И спор о жизни всюду идёт.

Как-то, искусственную клетку,

Воспроизвели в лаборатории.

И досадный факт — в заметку,

Отметили учёные в истории.

Не выходит она из забытья —

Не запускается жизни механизм —

У неё отсутствует Дух Бытия

И для науки это катаклизм.

Не заоблачно мнение моё —

Жизнь на Земле создал Творец.

И, судя по сложности её,

Он есть величайший Мудрец.

Подлунный мир устроен сложно!

Непроста для нас и жизнь его.

Катастрофы действуют тревожно —

Почему, зачем и для чего?

Великолепною была природа!

Горы и леса — её фасад!

Океанов, воздуха свобода,

Была лет двести назад.

Земля! Что стало с человеком?

Он, как сын, уже не служит.

Он стал твоим ″дровосеком″.

С тобою — Матерью не дружит.

Он бесстыдно и сверхщедро,

Подвергает Мать битью.

Разрушает природу и недра,

Воду травит — кровь твою.

Из атмосферы этот антипод,

Мешанину сделал пахучую.

Механизмы выжигают кислород —

Смесь выпускают превонючую.

Кричим, лицемеры, вокруг:

В обиду Землю не дадим!

Сами рубим под собою сук,

На котором все сидим.

Множим производство самолётов,

Машины производим, корабли.

Их суммы из гордых отчётов,

Угрожают жизни нашей и Земли.

Грядёт конец терпению Земли!

Вы спросите: — Откуда знаю?

Да мы её к пределу подвели!

Душой я это понимаю.

Оглядись осмысленно, ″дровосек″.

Узришь событие невероятное:

Должен развиваться человек,

Но происходит-то обратное.

Как опустился индивид?

Живёт одним он днём.

Замусорил "ковчег", паразит,

И не думает: а что потом?

Может, привыкнем к "компостам"?

И будем, как жуки в говне,

Ходить из кучи в кучу по помостам,

Делая ходы к тебе, ко мне.

Оставим потомкам землю изрытую —

Пустые недра, голые моря!

Пни лесов, атмосферу ядовитую,

И негодную водичку для питья!

Почему по-хамски и бесстыдно,

В Родник Жизни мы плюём?

Отравили колыбель суицидно,

А говорим, что к Богу идём!

Творец давно уже грозит,

Взирая на бесчинства наши.

Хулиганство вскоре прекратит —

Сунув наши головы в параши,

Что мы расставили повсюду,

Как на земле, так и внутри.

Ждёт казнь человека — иуду —

За "прогресс" ответят упыри!

Уже и расписание написано

Суда, что будет вершить Он!

Как в Книге Бытия написано?

Падёт на нас Армагеддон!!!

НАШИ "ДОСТИЖЕНИЯ"

Стонет под нами Земля!

Мне стыдно — её травлю и я:

Потоками стиральных растворов,

Горами бытовых отходов,

Химией из мусоропроводов.

Травлю солярой и бензином,

Литолом и маслами с керосином.

А в недрах шахтных сводов

Ржавеют бочки ядерных отходов.

Спид торжествует и гипертония,

Рак ликует и вегетодистония.

От отравы уродцы плодятся,

От облучений мутанты родятся.

Как им не быть, когда вокруг,

Давно уже идёт, не вдруг,

Разлад хромосом в ДНК

И других составляющих в РНК.

Когда идут кислотные дожди,

И смерть творят научные вожди —

Виновники смертельного заката

Цивилизации, несчастной Земли.

— Мы выпустили джина, —

Говорит профессор Инна, —

Спид долго нам не одолеть.

Остаётся только сожалеть.

Травят всех локомобили,

Поезда, автомобили.

Они, куда б нас не везли,

Все сжигают кровь земли.

Все "вдыхают" кислород —

"Выдыхают" серу, углерод,

Порождая кислотные дожди.

О чём думают наши вожди?

Больно становится жить!

А как дальше пережить?

Из больницы — боли голосов,

И катастрофу смены полюсов!

Проклянут нас наши внуки —

Отрубили бы нам руки

За то, что натворили мы,

И без "ядерной зимы".

Цивилизации виден тупик.

Детей-уродцев страшен крик:

С ума посходили их мамы —

От никотина и алкоголя — драмы.

Народ! Очнись от таблеток —

Открой слепые глаза.

Грядёт для наших деток

Смертельная гроза.

Давайте не лить чистую воду.

Не будем загрязнять природу.

Ловить рыбу не будем с икрой —

Океаны восстановятся с лихвой.

Возродим мы и леса —

Проявятся в природе чудеса.

И грудью человек вздохнёт,

Время болезней пройдёт.

Прекратятся суховеи и жара.

В прошлое уйдут суровые шторма.

К побережью не придут цунами

И Бог тогда пребудет с нами.

ЛЮДИ, НЕ ЛЮБЛЮ…

Как от равнодушия не сникнуть?

Безразличье вокруг нас.

И хочется мне крикнуть:

— Люди, не люблю я многих вас!

За ложь и лицемерие,

За круговое недоверие,

За всеобщий обман,

Повседневный, деловой туман!

За то, что без тёмной ночки,

Спотыкаешься о "кочки"!

За несусветный вздор!

За всякий во власти "бугор"!

За словоблудие и бред,

Приносящих людям вред!

За обещания не в меру —

У людей убивающих веру!

Не люблю за пьянство и запои,

За плутовство и за разбои!

Не люблю курящих за рулём,

И кто не тем идёт путём!

Не люблю мародёров-взяточников,

Коррупционеров-откаточников!

Сажал бы за любой обман,

Рубил руки за чужой карман!

Ненавижу тех людей,

Что повыбили птиц и зверей!

Я бы браконьеров истребил

А охоту вообще запретил!

Не люблю за деяния ваши:

За икру минтая из манной каши!

За рыбу в консервах, тухлую,

За колбасу без мяса, пухлую!

За лесть, обман и клевету,

Которые видны за версту!

За подношенья, игры в прятки

С людьми, с которых берут взятки!

Не люблю за лесные поджоги!

Не люблю за уголовные тревоги!

Я б педофилов убивал! — зверей,

Что убивают маленьких детей!

За планетную отраву:

Ядовитую приправу

Для воды и для земель,

Для животных и людей!

В этом грешу я пред Богом,

Потому что своим слогом,

Его нарушаю заветы —

Делать друг другу приветы.

Честные люди, отзовитесь!

В союз новый соберитесь!

И не берите в него:

Никого из правительства,

Какого-либо представительства,

Ни функционеров,

Ни продажных милиционеров,

Ни взяточников-врачей

И не важно: русский он или еврей.

И продавцов не надо брать —

Нечестная вся эта рать…!

Пишу я и засомневался:

Кто же честным-то остался?

В список не вошли сполна

Те, власть которым не дана.

Но…, думаю, восстаём мы потому,

Что негде украсть самому.

И каждый, в душе, есть "бугор",

И во власти был бы не скор.

Значит, ждём Армагеддон! —

Уже не за горами он.

Единственное, жалко мне детей —

Не поживут за "делами" людей.

РАДОСТЬ И ПЕЧАЛЬ

Сегодня радость у меня,

Наконец, ответ пришёл.

И радуется вся родня —

Друга детства я нашёл.

С юности длилась волока,

Представляете, аж сорок лет!

Я думал — он живёт далёко,

А оказалось, совсем нет.

…Волнуясь, номер набираю:

— Алло, дружище мой, привет!…

…Да, дружок детства… полагаю?…

— Радость пьяная, в ответ….

Я вопил в другой район….

Много ли по телефону скажешь?

— Надо встретиться! — кричал он.

— Обязательно, когда прикажешь?

— Встреча пока отменяется —

Помогаю в ремонте усадьбы.

Родственник мой женихается —

Готовим дом для свадьбы.

Вот подделаем здание,

Будет порядок со мной.

Устроим бракосочетание,

Тогда и встретимся с тобой.

Мы прекратили разговор,

Я многое, конечно, не сказал.

Но главное — налажен договор!

То разговор наш доказал.

Волнение. Случай необычный.

И вдруг внимание я обратил:

Что друг мой, закадычный,

На свадьбу-то не пригласил!

Я оправдания искал тихонько.

…Накал в моих мыслях — завал!

Но что-то щиплет потихоньку —

Друг меня на свадьбу не позвал!

Было бы событие вдвойне приятное,

Если бы среди гостей меня узнал.

Но что-то помешало непонятное

И друг меня на свадьбу не позвал!

Я бы не просто так явился —

Молодым подарок передал.

А может, он во мне усомнился

И потому на свадьбу не позвал?!

Я бы одой молодых поздравил.

Я бы их к любви призвал!

Я молодожёнов бы восславил.

Но, друг на свадьбу не позвал!

Я не обижаюсь. Дружок! Братишка!

Известьем сражён наповал!

Но сверлит навязчиво мыслишка:

Почему на свадьбу не позвал?!

КАЗНИТЬ ПЕДОФИЛОВ!

Говорят о смертной казни.

И мы мысль эту "обсосём".

А то примут к исполнению,

А мы окажемся и ни при чём.

И станет нам тогда обидно —

Без нас прошёл процесс!

Мысль будет досаждать ехидно,

Как непрорвавшийся абсцесс.

О казни говорят сконфуженно —

Избавления от мук мгновенного.

А это "счастье" уже заслужено

Злодейством большим содеянного.

Педофилы, маньяки, насильники.

Они же убийцы наших детей.

Они, как демоны-могильники,

Отлавливают ангелов у людей.

Что может быть страшнее

Искалеченной души ребёнка?

Не сделать людям больнее,

Как покалечить их дитёнка!

Ведь он калечится вдвойне —

И морально, и физически.

И жить он будет в полусне —

Неполноценный он, практически.

Будущее общества, говорят,

Это чудные дети наши!

Что ждать от таких ребят?

Каковы прогнозы ваши?

Калечат наших ребятишек,

Ограниченные гамадрилы.

И убивают нередко детишек,

Уроды, монстры, педофилы.

Педофил — демон из исподу!

Так не думаешь? — поверь!

Это вырвавшийся на свободу

Из преисподни адской зверь!

Он и насилует по-изуверски —

Калечит род людской.

Родовые веточки, ломая зверски!

Услышьте судьи сказ вы мой!

Но медицина удостоверяет:

Маньяки не отродье Сатаны!

Они больные и уже не человеки!

Тогда тем более нам не нужны,

Непредсказуемые эти абреки.

Спорят о казни взволнованно,

Кивают на "свободную" Европу.

Мол, казнить не цивилизовано.

Да идите вы все в жопу!

Голосуют против законники,

Не жалко им чужих людей.

А это, потому что в хрониках,

Их пока не назвали детей.

И тогда нас их совесть помилует,

И появится в казни мотив,

Когда педофил их дочь изнасилует

И отбросит, как презерватив.

Пока в Госдуме сражаются —

Не понимают трагизма содеянного.

Они словоблудием занимаются.

Им не жалко ребёнка потерянного.

Голосуют Думцы против казни.

Но есть и защитники педофилов —

Убитым горем повествуют басни

О гуманизме для дебилов.

Какие гуманизм и жалость

К самым ненавидимым врагам!?

Смертная казнь за ″шалость″! —

Топор по рукам и ногам!

Говорит Драпеко в сшибке, —

Смертной казни — нет и нет!

О возможной судебной ошибке,

Жириновскому говорит в ответ.

Сомнения её, конечно, понятны.

Бардак судебный виден всем.

Но и доводы её занятны.

Неужели бы она простила тем,

Кто бы изуродовал дочку-лапушку,

А тем паче — маленькую внучку?

Которая ей говорила: — Бабушка.

И ходила с ней, держась за ручку.

Владимир Вольфович без колебания,

В ответ ей умно рассуждает: —

Ошибутся органы дознания —

Суд их также покарает!

И для судьи закон должен быть зыбок:

Смертная казнь и больше ничего!

Тогда не будет судейских ошибок

Они будут концом для него.

Драпеко может и порадуется

Если маньяк "обработает" её.

К ней уже никто не сватается —

Пройдёт это незаметным для неё.

Не понимает видно, госпожа,

Каково детскому тельцу?

Что терпит детская душа,

И как больно её владельцу?

Но чаще бывает другое дело,

И насилия сценарий другой:

Поиздевается над детским телом,

А потом убьёт его, чужой.

И оно бы её внучкой оказалось!

Гуманизм её б тогда ушёл.

И ″зарубить″ бы не старалась

Казнь: закон с её подачи бы прошёл.

Смогла бы жить она приятно,

Зная — убийца рядом ходит!

Сейчас ей это не понятно,

Но боль такая не проходит.

К чему живым "беса" держать?

Средства тратить на него!

В яме должен, гад, лежать —

На стул электрический его!

Педофилы с тюрьмою венчаются,

На их место новые встают.

У сидящих сроки кончаются —

Они душу чью-то вновь возьмут.

Америка о демократии вопит,

И что казнь — средневековье!

А между тем сама казнит

И не страдает многословьем.

В ДУМЕ

Сидят, мерекают в Госдуме:

— Что делать, чиновники, с вами?

Понятно ваше тугодумие —

Миллионеры — взяточники сами!

Как себя ведёте — анекдот,

Прячете за тонировкою личины.

Не любит "слуг" своих народ,

Есть веские для этого причины.

Думскую машину заклинило,

Она со скрипом поворачивается.

И чтобы собрание не приняло —

Против народа оборачивается!

Кто же будет исправлять

Сии законы непреложные?

А народ обязан исполнять

Каноны эти "рогожные"!

К ЮБИЛЕЮ САМИЗДАТА

В России много было всегда

Писак невысокого званья.

Не хватает у них, иногда,

Науки, опыта и знания.

Но сильно хочется творить.

На глаза попасть читателю.

Что делать и как быть?

Непризнанному писателю.

И если идей полно всегда,

И руки чешутся, как голый зад.

На помощь приходит тогда,

Журнал Интернета — Самиздат.

Явлением мы были беспризорным,

Никому и никогда не нужным.

А он сделал коллективом сборным —

Обществом литературным, дружным.

В Самиздате не печатают в укор.

Здесь и читатель необычен.

Для совершенства есть простор.

И в критике никто не ограничен.

В журнале конкурсы проводятся.

Профессиональный есть отбор.

И контролёры там находятся —

Ведут они строгий надзор.

Пусть не победил на форуме.

Буду повторять — обучаясь.

Своим участьем в кворуме,

Отвожу я душу, занимаясь.

Самиздат для нас, как дом,

Библиотека — его строитель.

Нас из забвенья вывел он

И для нас есть наша обитель.

Наполним бокалы смелее,

Кто вином, кто соком.

Возгордимся юбилеем —

Десятилетним сроком!