МЫ ПРОСТО СПИМ

Игорь Скакун

МЫ ПРОСТО СПИМ

Аннотация

Роман живёт как все: работает, заботится о семье, читает новости. Но однажды не может вспомнить вчерашний вечер — тот самый, когда жена говорила о своей мечте, а сын показывал рисунок. Попытка вернуть потерянный день заставляет его увидеть, сколько жизни проходит мимо. Повесть об обычном человеке, который учится слышать близких, выполнять обещания и замечать происходящее. Пробуждение приходит через простые, порой неудобные поступки, а прежние привычки не исчезают после одного решения.

Пролог. Вчера

— Что мы делали вчера вечером? — спросил Роман.

Вера стояла у кухонного окна с кружкой в руках. Над соседним домом светлел прямоугольник неба. Снизу доносился короткий металлический стук: дворник закрывал крышку контейнера.

— Ты серьёзно?

Роман попытался вспомнить. Он пришёл домой, снял обувь. Кажется, ел макароны. Потом в памяти оставалось только свечение телефона, словно кто-то вырезал людей из фотографии и сохранил свет.

— Мы разговаривали?

Вера повернулась.

— Я разговаривала.

Она сказала это спокойно. От спокойствия стало хуже.

Вчера не было ни праздника, ни беды. Обычный вторник. Именно поэтому Роман вдруг испугался: важные дни он помнил, а из обычных, которых было большинство, не мог собрать даже неделю.

На холодильнике висел листок, прижатый магнитом. На нём сын нарисовал человека на берегу. Вода была зелёной, небо — оранжевым. Роман не знал, когда появился рисунок.

— Это Данино?

— Он просил показать тебе.

— Когда?

Вера поставила кружку в раковину.

— Вчера.

Роман разглядывал маленькую фигурку. У неё были длинные руки, будто она пыталась удержать расходившиеся берега.

Телефон завибрировал. На экране появилась новость, которая обещала объяснить, почему всё опять стало хуже. Большой палец уже потянулся к ней.

Роман остановил руку.

Сыну исполнилось тринадцать. Когда это случилось, он знал. Как это случилось — нет.

Глава 1. Человек у окна

Утро шло привычным маршрутом. Лифт, сырой двор, магазин на углу. Перед пешеходным переходом Роман обнаружил, что снова держит телефон.

Он убрал его и посмотрел на людей.

Женщина в сером пальто несла букет, завёрнутый в бумагу. Пожилой мужчина придерживал рукой раскрытый карман сумки. Рядом мальчик пытался носком ботинка перевернуть каштан. Роман вдруг заметил, что все они заняты чем-то отдельным, чего не было в его ленте.

У перехода стоял сосед с пятого этажа. Они годами здоровались, но Роман не знал его имени.

— Доброе утро.

— Пока доброе, — ответил сосед.

Загорелся зелёный. Мальчик оставил каштан и побежал за матерью.

На работе Роман сел за стол, включил компьютер и открыл вчерашнюю таблицу. В ней требовалось переставить несколько чисел. Он сделал это, отправил файл и получил просьбу вернуть прежний вариант.

До обеда он успел прочитать спор о чужой свадьбе, посмотреть обрушение моста в неизвестной стране и узнать пять способов изменить жизнь. В половине второго понял, что не помнит вкуса съеденного бутерброда.

Коллега Лена спросила:

— Ты чего сегодня тихий?

— Вчерашний вечер забыл.

— Я тоже не помню. Что там помнить?

Она улыбнулась, и он почти согласился. Обычная жизнь и правда не обязана ежедневно оставлять памятник. Но между отсутствием памятника и отсутствием самого вечера была разница, которую Роман пока не умел объяснить.

Домой он пришёл раньше. Даня сидел за столом, зажав карандаш зубами.

— Что рисуешь?

— Ничего.

— А вчерашний рисунок?

Сын вынул карандаш.

— Тебе мама сказала?

Роман кивнул.

— Это было задание. Место, куда хочешь попасть.

— И куда?

— К воде.

— Мы же летом были на озере.

Даня посмотрел на него с недоумением.

— Ты всё время говорил по телефону.

Роман хотел возразить. Он платил за дорогу, искал жильё, покупал еду. Без него поездка не состоялась бы. Всё это было правдой. И всё это не отвечало на то, что сказал сын.

Он сел рядом.

— Покажешь?

— Уже на холодильнике.

Сын снова взял карандаш. Роман остался сидеть, не зная, как заслужить приглашение посмотреть на следующий рисунок.

Глава 2. Восемь минут

Вечером Вера принесла папку с документами. Роман сразу узнал её: прозрачная, с отломанным уголком. Она лежала на подоконнике уже несколько дней.

— Я записалась на просмотр помещения, — сказала Вера. — В субботу.

— Какого помещения?

Она закрыла глаза, но не ушла.

Вера хотела вести занятия по рисованию. Раньше работала с детьми, потом оставила это: неудобный график, маленькая зарплата, Даня болел. Несколько месяцев назад ей предложили снять комнату вместе с женщиной, которая преподавала лепку.

Роман знал общий смысл. Подробности он слушал между сообщениями.

— Я не против, — сказал он.

— Мне не нужно, чтобы ты был не против. Я просила поехать со мной.

— Конечно. Поедем.

— Ты уже говорил это.

Он потянулся за телефоном, чтобы внести дату. Вера проследила за рукой.

— Погоди.

Роман положил телефон экраном вниз.

— Давай сначала. Когда просмотр?

Она рассказала. Комната выходила во двор, арендодатель требовал залог, столы придётся искать самим. Вера говорила без привычного оживления, будто проверяла, сколько ещё выдержит его внимание.

Роман задавал вопросы. Один оказался глупым; он уже слышал ответ минуту назад. Вера поправила его, и он не стал защищаться.

Потом наступила тишина.

— Всё? — спросил он.

— Пока всё.

Он посмотрел на часы. Прошло восемь минут.

Восемь минут он слушал жену и чувствовал себя человеком, который совершил трудный поход. Ему стало стыдно, но стыд требовал немедленного выхода: объяснить усталостью, работой, возрастом, перегрузкой. Он мог придумать убедительную речь. Раньше так и делал.

Вера забрала папку.

— Я не хочу снова вытаскивать тебя за рукав, Рома. Я сама очень устала.

Ночью он проснулся от света. На соседней стороне кровати Вера читала.

— Не спишь?

— Читаю.

Роман посмотрел на часы и почему-то спросил:

— А мы вообще не спим?

Вера отметила страницу пальцем.

— Сейчас — нет.

— Я не про сейчас.

Она ждала.

— Мы ходим, отвечаем, едим. А потом ничего не помним. Будто просто спим.

Вера вернулась к книге.

— Тогда не надо меня будить словами. Побудь рядом завтра.

Глава 3. Место для тишины

В четверг во дворе отключили электричество. Авария оказалась небольшой, но лифты остановились, и жители впервые за долгое время встретились на лестнице.

Роман поднимался с пакетом молока. На площадке третьего этажа сосед с перехода сидел на складном табурете.

— Сердце? — спросил Роман и тут же пожалел о вопросе.

— Ноги. Сердце пока работает за всех.