Лето в Колокольчиках

Наталья Аверьянова

Лето в Колокольчиках

Глава 1

Вы подумали, что лето я в цветах провалялся?

Как бы не так!

Деревня такая: Колокольчики.

Назовут же! Где они – эти колокольчики?!

Одуванчики они, а не Колокольчики!

Весь исчихался.

Не могу уже.

И, ведь, главное, когда жёлтые были – всё было нормально: сладкий запах такой, ну пыльца противная, не спорю, но за пчёлами, зато, интересно наблюдать.

А как побелели, как распушились, как полетели – ужас! Летят и летят.

Спасу от них нет!

Куда только не прятался!

В печку даже пытался залезть: веником получил по спине – никакого сочувствия у этих – колокольчиковых! Или колокольчиковских?! (выговори ещё, попробуй).

Ну, вот: кругом одни одуванчики. А деревня – Колокольчики!

О чём они думали вообще?!

С другой стороны, колокольчиковские! как-то лучше звучит, чем – одуванчиковские!!! (ХА-ХА-ХА!)

Да, видать, чтоб над ними не смеялись (ну, как я сейчас), они Колокольчиками и назвались – красивее всё же.

Хвастуны, одним словом.

И вот сюда меня угораздило попасть.

Вообще я кот.

Породы никакой нет, но - какая разница?!

В городе жил. Не тужил.

Квартира хорошая была. Спал на мягком. Кормили тоже так – ничего кормили.

А потом у них, видите ли – аллергия на кошек!

Слыхали о такой?!

На кошек!!!

А я – Кот!

На меня какая может быть аллергия?!

А вот всё равно взяли и свезли в эти их –Колокольчики!

Сами бы переезжали, раз у них – аллергия!

А я бы в городе остался!

С другой стороны, кто бы меня там, в городе кормил, если бы они сюда уехали?

А здесь есть кому кормить, вот потому меня сюда свезли, к Бабушке.

У неё, говорят, тоже кот был, да сплыл.

Убежал на пароходе кататься, который тут по речке туда-сюда шиндыряет (это так Бабушка говорит про него).

Говорит, что сидел всё на берегу наблюдал с грустной мордой, мяукал, когда тот (пароход) мимо плыл.

И сбежал.

Теперь судовым котом служит. Важничает.

Бабушка как-то ходила его проведать: так морду задрал, хвост распушил – вот, мол, я какой теперь, морской (речной, в смысле) кот – служу –не тужу.

Бабушка ему полосатый шарф связала (бело-синий) – так он вообще загордился, как будто в капитаны произвели.

Ну, вот: а меня сюда – чтобы Бабушка не скучала.

А она и не скучает.

У неё, помимо меня – о-го-го сколько животных!

И коза Дереза (зовут так), и собака Дружок (банальщина, не могли как-нибудь поинтересней назвать, хи-хи), и куры с петухом Петей (кто бы сомневался? Да?).

И велосипед есть.

Бабушка на нём ездит.

Представляете?! Бабушка! На велосипеде!!!

Такая вот Бабушка: спортивная, не старая ещё, деловая, понимающая.

Не всегда, правда, бывает и веником… Но это, ладно, потом, может, расскажу...

Я тоже пытался на козе, одним словом, покататься, а она – веником.

Никакого понимания!

Ей, значит, на велосипеде, можно, а мне – на козе – нельзя!

Дискриминация котов, как она есть!

Меня, кстати, Тимофеем зовут.

Звали.

Бабушка, видите ли, считает, что Тимофей – не по-людски.

То есть, наоборот: слишком по-людски.

А надо – по-кошачьему.

Вот я и стал Котофеем.

Ну, по мне – так даже солиднее: мало того, что городской, так ещё – Котофей!

Все коты окрестные обзавидовались.

Я тут с ними уже познакомился.

А что?

Они-то думали: городской приехал, забитый, пугливый – сейчас мы его тут погоняем…

Погоняли (хи-хи).

Я им так погонял, что теперь только Котофей Василич меня величают (это я так сам придумал: Бабушка у нас Васильевна, вот я и решил, что Василичем буду, раз уж я тут, у неё, обосновался).

Одним словом, потихоньку обживаюсь, порядок навожу, правила устанавливаю: без правил нельзя, и без порядка тоже, они у меня ещё маршировать будут (правда, они ещё этого не знают, не хочу раньше времени пугать, пока так сойдёт).

Что ж, будем дальше изучать эти – Колокольчики (ну назовут же!).

А там, видно будет.

Глава 2.

Знаете, как зовут мою Бабушку?

Нет, не мою бабушку, а Бабушку – у которой я теперь живу?

Так вот, её зовут Екатерина Васильевна!

Красиво, да?!

А я и не знал, все к ней обращаются: Васильевна, да, Васильевна.

А некоторые ещё и – Васильна!

Слыхали? Васильна!

Ещё и «Васссильна!» могут сказать.

И я не понимаю, зачем людям имена, если они ими не пользуются?!

Красивое же имя - Екатерина!

Чем оно людям не нравится?!

И друг друга только и зовут: Степаныч, Иваныч, Сергевна, Матвейна!

Даже тут не выговаривают полностью! Коверкают!

А потом удивляются, почему некоторые животным человеческие имена дают вместо кличек: потому и дают, что сами этими именами не пользуются.

А скучать по ним (именам), видимо, скучают.

А тут мы на глаза попадаемся, ну и они: Васька, Катька, ну, или, Тимофей, как я, например.

Но это я так, отвлёкся.

Я, вообще, о чём хотел рассказать?

К Бабушке тут один старичок такой, благообразный, приходил. Звал какое-то мероприятие провести в местной библиотеке.

А старичка, кстати, зовут Георгий Андреевич!

Но местные его (естественно!) кличут «Андреич».

Ну, а как ещё? Если люди имена свои забыли?!

Так вот, оказывается, Бабушка у меня учитель русского языка и литературы.

На пенсии уже.

Но ведёт в местной школе литературный кружок для детей.

А Георгий Андреевич (песня, а не имя!) – учёный-этимолог из Санкт-Петербурга.

Тоже на пенсии.

Поселился в деревне, чтобы отдохнуть от городской суеты и поизучать местные названия.

В том числе – происхождение названия деревни!!!

(Я как услышал!!! Это ж моя мечта!!! Узнать, почему деревню, в которой полно одуванчиков, назвали – Колокольчики!)!!

Опять отвлёкся!

Георгий Андреевич, одним словом, так вжился в деревню, так ею проникся, что совсем сюда переселился и стал работать заведующим библиотеки.

И они, оказывается, в День русского языка, проводят у себя в библиотеке мероприятие: стихи читают, произведения литературные, рассказывают истории разные.

И Бабушку в этот день пригласили почитать для детей сказки Пушкина А.С.

Всё это я узнал от самой Бабушки, пока она собиралась на мероприятие.

Не знаю, с какой целью она мне всё рассказала, но я решил, что пойду вместе с ней: Сказки Пушкина А.С. я и так знаю (мне бы их не знать!), сам кому хочешь расскажу!

(А, откуда, вы думаете, Александр Сергеевич их узнал?!).

Но воспользоваться шансом поближе сойтись с Георгием Андреевичем, чтобы узнать, что он там раскопал про эти Колокольчики, нужно было обязательно!

Бабушка, конечно, сопротивлялась. Говорила, что я буду детей отвлекать, привлекать к себе внимание. Но об этом надо было думать до того, как мне сообщать, куда она и зачем идёт!

А теперь поздно.

Пришлось ей крепить корзину к велосипеду и меня туда сажать.

Прокатились с ветерком: очень понравилось – обязательно ещё покатаюсь.

Только шерсть пришлось долго прилизывать: растрепался, а в таком виде перед обществом появляться не стоит.

Бабушка терпеливо ждала меня, потом вместе зашли в библиотеку.

Ух! Не ожидал, что детей будет так много!

Откуда они только здесь взялись?!

Спрятался от греха подальше: ну их, этих детей, ещё опять растрепят, а мне снова прилизываться.

Все, наконец-то, уселись, утихли.

Бабушка взяла книгу и начала читать «Сказку о царе Салтане».

Как же красиво и певуче она читает!

Заслушался!

Я! Который сам эту сказку так умею рассказывать, что тем, кто слушает, кажется, что они мёд пьют!

Молодец у меня Бабушка. Молодец!

Не заметил, как и время прошло.

Потом они чай пили с конфетами, сушками, плюшками, делились впечатлениями.

Одним словом, к Георгию Андреевичу подойти у меня не получилось.

А на обратном пути я вообще в корзине уснул, и не заметил, как домой приехали, и как Бабушка меня в комнату на диван перенесла.

Ладно, направление для своих изысканий я теперь знаю, подождут до нового дня.

А пока – спать!

Глава 3.

- Ну, и ладно! Ну, и подумаешь! Друзья, ещё, называются! – Елисей шёл по тропинке, сердито размахивая подобранной веткой – Смеются они! Ладно, смейтесь, вот сниму видео, будете тогда смеяться!

- А, ещё, эти одуванчики повсюду! Вот, какой дурак деревню назвал «Колокольчики», если вокруг одни одуванчики?! - в сердцах Елисей замахнулся веткой и снёс несколько, побелевших уже, голов разросшихся повсюду одуванчиков.

Белые парашютики дружно взметнулись над тропинкой и торопливо разбежались от Елисеева гнева.

Сам Елисей, занятый своими горестными мыслями, этого бегства даже не заметил.

Несколько озорных парашютиков, воспользовавшись моментом, тихонечко приземлились на нос и ресницы Елисея, тот от неожиданности остановился и затряс головой, сгоняя непрошенных гостей.

Каштановые вьющиеся волосы мальчика взметнулись и улеглись на место, вместе с застрявшими в них белыми пушистыми семенами.

Восьмилетний Елисей был сердит на своих друзей - Сашку и Женю: Ну какие это друзья, скажите на милость, если не только не верят тебе, но ещё и высмеивают?!

И, ладно бы, только посмеялись, а то и другим же рассказали!

И теперь над ним смеялись все местные дети.

Справедливости ради, надо сказать, что растрезвонила всем его тайну одна Женька, но Сашка, друг, вместо того, чтобы заступиться, поддержать его, сам туда же: Ты, говорит, не обижайся, но в этот раз ты загнул!

А он ничего не загнул. Он всегда говорит правду! Разве виноват он, Елисей, что ему не верят?!

Да и зачем ему такое выдумывать?!

Он не только сам всё слышал, но и видел собственными глазами!

Ради этого полез на забор, где растёт крапива и от неожиданности упал в эту самую крапиву!

Вот, кто, скажите, согласится на такое – упасть в крапиву – ради выдумки?!

Правильно, ни один ребёнок на такое не согласится.

Да и взрослые, навряд ли!

А они: Загнул! Лиса-обманщик!

И имя ещё это – Елисей!

Нет, вначале ему очень нравилось его имя: все звали его Лисик, Лисёнок.

А когда в школу пошёл, то стал Лисом. Кому такое не понравится?!

А тут появились эти «умные помощники» Алисы, и началось: Лиса-Алиса, ответь нам, Лиса-Алиса, расскажи сказку!

Проходу не давали!

Хорошо, хоть, здесь, в деревне никто ещё не догадался так его дразнить.

И какой дурак придумал этих виртуальных роботов называть человечьими именами?!

Они, вообще, подумали, каково будет детям, кто такие же имена носит?

Да, ладно, такие же! Эти «помощники» реагируют на любое похожее имя: если он по видеосвязи разговаривает с кем-нибудь, и к нему обращаются по имени, тут же этот «виртуальный» встревает, жизни нет! Мучился, пока отключить голосовые функции не догадался.

Особенно мешала эта путаница, когда нужно было поговорить с его учительницей, Александрой Сергеевной: и на Елисея реагировала, и на Александру!

Елисей перескочил мыслями на школу и на учительницу: интересное у неё имя, оказывается, – Александра Сергеевна! Как у Пушкина!

Только она не Пушкина.

Внезапно Елисей остановился: до него дошло, что он совершенно не знает фамилии своей учительницы! Как такое возможно?! Может, знает, да забыл? Или замечтался, как с ним обыкновенно случается, и не обратил внимания, когда она представлялась?! Но имя-то запомнил!

Так, перескакивая с мысли на мысль, Елисей шёл по тропинке, тихонечко разговаривал сам с собой, по пути воюя с одуванчиками, и не замечал, что за ним внимательно следят, и не менее внимательно слушают, что именно он говорит.

А обратить внимание на это стоило бы: потому что всё, что произошло с Елисеем, скоро должно было запустить цепь самых невероятных событий в его жизни, о чём рассерженный растрёпанный мальчик в тот момент совсем не догадывался.

Глава 4.

Котофей сидел на подоконнике бессмысленно глядя в пространство: его мысли блуждали где угодно, только не в реальности.

Он настолько погрузился в размышления, что совершенно не заметил прошедшего мимо дома рассерженного соседского мальчика Елисея, и, что самое главное, не обратил внимание на мелькнувшую вслед за Елисеем тень.

Бабушка тоже сидела у окна, что-то вязала: может быть новый шарф своему Судовому коту, а может и жилет спасательный – Котофей в этом не разбирался, его клубки шерсти занимали только с одной целью, но сейчас было не до них.

Однако Бабушка в тот момент, когда Елисей проходил мимо, посмотрела в окно и увидела, что за Елисеем не спеша, крадучись идёт Георгий Андреевич.

- Странно! – вслух сказала Бабушка.

- А?! – отвлёкся от своих мыслей Котофей.

Бабушка, тоже занятая своими мыслями, даже не обратила внимание на то, что Котофей обратился к ней на человечьем языке и повторила:

- Я, говорю: Странно! За Елисеем зачем-то Георгий Андреевич крадётся. Что это с ним?

Котофей наконец-то обратил внимание на происходящее на улице, но и Елисей, и Георгий Андреевич уже прошли, а кот снова занялся своими мыслями: что-то не давало ему покоя, что-то он упустил.

Кур он проинструктировал ещё утром.

Выстроил их, произвёл осмотр, проверил знание начальной строевой подготовки: петух Петя своё дело знал – куры превосходно ходили строем, знали команды «собраться» и «разойтись», внимательно изучали территорию двора.

Котофей оказался доволен и поручил Пете выбраться со двора на улицу и произвести осмотр местности на предмет наличия каких-либо цветов помимо одуванчиков.

Объяснить точнее он не мог, потому что куры кроме этих самых одуванчиков ничего больше не видели и не знали.

Выбраться он им помог через дыру в заборе, соединяющую двор Екатерины Васильевны с соседним участком.