Два мужа для землянки

Пролог

- Ты только посмотри на них! – откидывается в кресле Двар. – Жалкие и никчемные землянки! Они годятся только на то, чтобы развлекать мужчин в постели и приносить потомство. Совсем не такие как наши женщины.

Эон вскидывает голову, скептически посматривая на друга.

- Не мы ли сделали их такими? – задает философский вопрос, рассматривая выстроившихся девушек за стеклом. Они не видят ни его, ни Двара, ни остальных мужчин. Зато Эону прекрасно видны дрожащие от страха землянки.

Он неспешно переводит взгляд от одного лица к следующему, отмечая детали.

Первая девушка кажется слишком юной, вторая – какая-то несчастная. Вон та – выглядит как стерва, а он насмотрелся на таких. Рахш-ана произвела на свет немало подобных женщин: дерзких, острых на язык, непокорных. С их мнением нужно считаться, за ними – стоит род и отец.

А за этими пленницами никого нет. Хочешь - развлекайся! Хочешь – убей. Никто и слова не скажет. Но это совсем не то, чего хотелось бы Эону. И снова его потянуло на философию: когда же они успели так зачерстветь?

Тот же Двар, еще двадцать лет назад, плакал как ребенок, наблюдая за разрушением родной планеты. Наверное, именно тогда они спрятали свои сердца за титановой броней. Не чувствовать, значит не страдать.

- Так ты присмотрел себе кого-нибудь? Я уже хочу забрать вон ту рыжую крошку с пушистыми волосами, - врывается в мысли друг.

- Прости, Двар, сегодня без меня.

Эон уходит, сопровождаемый недоуменными взглядами сослуживцев.

Да, они имеют право забрать себе любую добычу с захваченных планет первыми, не дожидаясь очереди, как остальное мужское население станции. Но ему претит сама мысль, что под ним будет лежать дрожащая, умирающая от страха девушка. Которая, к тому же, его возненавидит и того гляди – вонзит нож в спину.

Широкими шагами он преодолевает коридор, отделяющий комнаты отдыха от кают. И вдруг из-за поворота на него налетает девчонка. Налетает с такой силой, что тут же оседает на пол. А ведь он еще до сих пор в броне! Она хоть жива после такого??

Следом за нею выбегают двое. Эон усмехается. Может позволить себе улыбку, ведь за шлемом этого никто не увидит.

Ловкая малышка! Одурачила двух здоровенных лбов и сбежала. Вот только идти ей все равно некуда, зря старалась.

- Генерал! - вытягиваются в струнку штрафники. Эон произносит максимально строго, чтобы не распускались подчиненные.

- Какого фьёра здесь происходит?!

- Простите. Она… - начинает оправдываться один, но Эон делает резкий выпад, прихватив за шею сопляка.

- Ты хочешь сказать, что маленькая, полуживая землянка справилась с двумя обученными высшими? – чуть сильнее сжимает ладонь, отмечая, как наливается кровью лицо парнишки. Сколько ему? Пятьдесят? Совсем еще ребенок. Хотя в его возрасте он уже был капитаном межзвездного ковчега.

- Простите… - сипит и дергается. Эон разжимает руку. Биметаллические перчатки наверняка оставят следы на его шее. Но впредь эти юнцы будут внимательнее. Нехорошо, когда пленницы носятся по кораблю сломя шею. А если бы на борту находились члены совета?

Второй парень подхватывает землянку и порывается уйти.

- Стоять! – рубит генерал. Поглядывает на девушку, находящуюся без сознания, на перекошенные лица подчиненных и тяжело вздыхает. Наверняка он об этом еще пожалеет, но что-то подначивает его изнутри: «Забери девчонку себе».

Этот фьёров голос дает о себе знать не часто, но каждый раз Эон оказывается втянут в какую-то историю.

- Землянку – в мою каюту. Пристегните, чтобы не сбежала и накормите. Она выглядит истощенной.

- Есть! – оба отдают честь и убегают вперед, утаскивая бессознательную девушку.

Эон уходит в сторону оружейной: нужно сдать костюм и после – подняться на мостик. Его ждет команда и отчет за проведенный рейд. А с малышкой землянкой он разберется потом.

******

Дорогие друзья! Добро пожаловать в новую космическую историю! Очень жду вашу поддержку: комментарии, звездочки, добавления в библиотеку. Спасибо, что вы рядом! Поехали!

Глава 1

Чуть ранее. Селена

Прижимаю ладони к щекам. Не могу поверить! Неужели это происходит на самом деле??

Слова, что разносятся из телевизора на всю квартиру, наводят ужас:

«Над крупными городами мира зависли неопознанные летающие объекты. Гигантские инопланетные корабли не выходят на связь, но это не означает, что человечество в безопасности….»

Бабушка и мама всхлипывают, отец – ерошит волосы, с растерянностью поглядывая на нас, своих женщин. Впервые вижу его таким, и от подобного зрелища земля уходит из-под ног. Что же с нами будет?

Толпы людей собираются на улицах и площадях, задрав головы к небу. У всех лишь один вопрос – зачем прилетели чужаки?

Целый день все валится из рук. А еще, я не пошла на работу – отец не пустил. И мы проводим почти сутки в каком-то неимоверном напряжении, ожидании развязки. А с началом нового дня начинается полномасштабное вторжение.

Именно тогда впервые пожалела, что живем в мегаполисе, а не на краю мира. Из огромных серых кораблей стали спускаться штуковины поменьше, а из них повалили они: новые хозяева нашей планеты и поработители.

Выглядели инопланетяне пугающе: странные и грубые существа с серо-зеленой кожей, плотной как шкура носорога. Их мужчины казались крупнее наших и превосходили силой. А женщины были не менее сильны и лишь слегка уступали размерами. Все они имели при себе сверхточное оружие и за считанные дни установили новый режим на Земле.

«Никакого сопротивления!» - вот, что теперь транслируется по всем каналам. Правительства, одно за другим, пали под натиском этих тварей, которые называют себя райторами.

В моем сердце пылает яркая ненависть к этим наглым, самонадеянным, уверенным в собственном превосходстве и безнаказанности пришельцам. От всей души желаю райторам поскорее сдохнуть, стоя в длинных очередях на «оформление». Нам присваивают номера из комбинации цифр и букв. Никаких имен. Теперь человечество походит на безликую массу одинаково напуганных людей.

Райторы объявили, что отныне – эта планета принадлежит им, и мы обязаны трудиться на благо захватчиков. Каждый день я встаю вместе со своими родными в шесть утра и иду на работу. Причем не на ту, на которую привыкла и выбрала сама.

Новые хозяева свели «функционал» людей до простых и понятных вещей: обработка земли, переработка отходов, прокладка труб и дорог, постройка новых зданий, привычных для райторов.

Моя же задача – мыть и убирать дома захватчиков.

С каждым днем райторы все больше закручивают гайки. Сначала ввели комендантский час, потом переселяют нас в сколоченные на скорую руку бараки, а в наши уютные дома и квартиры – заселяются сами.

Но и это кажется не таким ужасным на фоне бесконечных чисток. Райторы отправляют всех немощных, больных и стариков на утилизацию. Под этим страшным словом кроется смерть. Теперь даже до работы я добираюсь бегом, опасаясь лишний раз где-то задержаться.

В один из дней, домой не возвращается отец. Плакать и пытаться что-то выяснить – бессмысленно. А когда через неделю расстреливают маму и бабушку за пустяковую провинность, что-то обрывается внутри. В моей жизни не остается хоть кого-нибудь, с кем я могла бы разделить боль и одиночество. Душа медленно умирает внутри.

Люди пропадают настолько часто, что не остается сил даже на то, чтобы ужаснуться. Дни сливаются в одну сплошную черную полосу с одинаковым распорядком: проснуться, пойти на работу, быстро съесть жалкие крохи, что перепали от райторов, и сбежать обратно в барак, где с каждым днем наша численность тает.

Перемены наступают внезапно, как и положено плохим новостям. В предрассветной тьме чей-то голос прорезает тишину:

- Они падают! Падают! Корабли райторов в огне!

Выбегаю наружу вместе с остальными, и даже наша постоянная охрана не пытается нас остановить.

Огромные серые махины медленно опадают на землю, подминая под себя целые кварталы. И вот, тогда судьба закладывает причудливый вираж, в очередной раз выбрасывая меня на обочину жизни. Потому что мне приходится бежать. Бежать так быстро, как только могут нести ноги. Прочь от крупных городов. Туда, где не смогут достать другие. Те, кто пришли следом за серо-зелеными пришельцами.

«Это высшие!» - шепчутся с ужасом между собой райторы, покидая города вместе с нами. Нет больше угнетателей и угнетенных. Только огромная лавина беженцев, что спасается от чего-то, что оказалось гораздо сильнее и опаснее прежних захватчиков.

Рыская среди обломков зданий в поисках пищи, я иногда бросаю быстрый взгляд на небо, где неизменным остается одно: черное глянцевое «пузо» инопланетного корабля.

Он кажется нереально огромным, закрывшим все небо. И я постоянно вздрагиваю от страха, почувствовав характерный гул, идущий от земли. Это за нами идут высшие.

Они вышли на охоту. Загоняют нас в силки, как загоняют обычно дичь. От постоянного страха за свою жизнь я разучилась нормально спать. Два-три часа сверхчувствительного сна и снова бросаюсь в путь.

Иногда, лежа темными ночами и прислушиваясь – а не идут ли ОНИ, я желаю только одного: пусть поскорее все закончится! И, словно подслушав мои упаднические мысли, ранним утром меня находят высшие.

Бросив скудные пожитки, срываюсь с места. Петляю улочками, прижимаясь к остовам сгоревших машин. И все-таки меня догоняют!

Что-то падает на плечи, и я лечу на землю, спеленатая по рукам и ногам. Сеть!

Рычу, вою, катаюсь по земле, отчаянно желая выбраться. Но все усилия напрасны. А когда тяжелая поступь захватчиков раздается совсем близко – замираю.

Яркий сноп света слепит глаза, и только поэтому не теряю сознание от ужаса. Огромные создания быстро двигаются, неприятно скрежещут на своем языке. Один из высших подходит ко мне вплотную. Бесцеремонно подхватывает на руки и сгружает в большой контейнер. Сеть сама сползает с меня как по команде. И тогда я, наконец, могу рассмотреть своих новых врагов.

Их вид напоминает мне трансформеров или терминаторов из фантастических фильмов. Огромные роботы двигаются, отдают приказы, указывают жестами, совсем как люди. Но их облик состоит сплошь из металла. Словно крепкая броня скрывает кого-то или что-то внутри.

От металлических голосов высших, каждый волосок на теле встает дыбом. Я отползаю прочь от края, отчаянно желая спрятаться за другими пленниками.

Как только контейнер достаточно наполнился, высшие захлопывают дверь, и мы оказываемся в полной темноте. Вокруг меня стоят и сидят люди, райторы, но все равно остро чувствую собственное одиночество и безысходность положения.

Где-то в углу тихо переговариваются мужчины. Из обрывков речи становится понятно, что они хотят напасть на охрану, едва дверцы контейнера снова распахнутся.

Глупцы! Это же самоубийство! Броню этих созданий не пробить голыми руками. Поэтому решаю держаться от этой группки подальше, когда наступит время.

В темноте все воспринимается иначе, и в какой-то момент я теряю счет времени. Кажется, что сижу здесь уже целую вечность. И когда наконец-то раздается лязг замка, просто остаюсь на своем месте. Мне в целом становится безразличным – что последует дальше.

К нам заходят двое высших, держа в руках небольшие емкости. Жестами показывают, что это можно есть и сгружают свою ношу на пустой пятачок пола. Никто не торопится принимать подношение. И в оглушающей тишине раздается победный клич.

Он служит сигналом к действию, и со всех сторон на высших бросаются безоружные пленники. Машины не ожидают такой прыти от землян, и первые несколько секунд проходят в молчаливой борьбе.

Потом высшие произносят что-то на своем языке, и пытаются отступить. Но люди буквально повисают на их руках и ногах, не позволяя сделать шаг. В какой-то момент происходит заминка, и испуганные земляне расступаются, открывая моему взгляду странную картину.

На полу контейнера лежит высший без брони. И он оказывается вполне человечным. Симпатичный и мускулистый парень потерял сознание, а к моим ногам отлетает металлическая горошина. На автомате протягиваю руку и зажимаю в кулаке находку.

Теплая! Горошина кажется живой, и мне не хочется с ней расставаться. Осторожно оглядываюсь по сторонам. Остальным явно не до меня, поэтому прячу ее в карман джинс.

Второй высший все-таки справляется с нападающими и достает какую-то штуковину, что в его руках вспыхивает ярким светом. Оружие. Люди испуганно прижимаются к стенам контейнера, и тогда высший в броне подбирает своего товарища и уносит прочь.

Дверцы за ними тут же закрываются. Бунт заканчивается, едва начавшись, а мы остаемся без еды на неопределенный срок. Пищевые контейнеры оказались раздавлены в пылу схватки.

Я сворачиваюсь на холодном полу калачиком, пытаясь провалиться в спасительное забытье и не обращать внимания на болезненные спазмы в желудке.

Ночью наша тюрьма приходит в движение. Нас куда-то перемещают, и становится не до сна. Люди и райторы кричат, стонут, проклинают высших, требуют их отпустить. Но, конечно, никто не приходит к нам на помощь. Несколько часов мы ощущаем движение, а потом все стихает.

Дверцы открываются вновь, и яркий свет заливает проем. Нас выстраивают в шеренгу и подвергают очередному испытанию, унизительному. Жестами показывают, что нужно раздеться. А после - по одному досматривают.

«Они что-то ищут», - улавливаю обсуждение среди своих. И сердце падает камнем. Высшие ищут свою горошину!

Очередь двигается быстро, а инопланетная крошка прожигает кожу сквозь ткань джинс.

Что же делать? Зачем я ее подняла? Теперь меня казнят за то, что украла чужое имущество!

Попыталась избавиться от нее. Но вдоль рядов с людьми ходят высшие с оружием в руках, а металлический пол под их ногами гулко разносит шаги. Если брошу на пол горошину – услышат остальные.

Когда подходит моя очередь, напротив останавливается высший. Наводит оружие и что-то бурчит. Спешно стягиваю футболку и джинсы, скидываю рваные кеды. Горошину зажимаю между пальцами, умоляя небо, чтобы не заметил высший.

Он внимательно осматривает мою одежду и остается недоволен. Указывает оружием на белье. Хочет, чтобы я разделась полностью, как сделали это остальные. Дрожа от страха и покрываясь липким потом, избавляюсь от остатков одежды. Стыдливо прикрываю руками грудь.

Высший опять скрипит на своем языке, чего-то требуя. Умоляю, чтобы горошина исчезла и вытягиваю руки вперед.

- Ладонями вверх! – внезапно звучит новая команда, и на этот раз я понимаю каждое слово. Переворачиваю крепко сжатые кулаки и… раскрываю.

- Чисто. Следующий. А эту – к медикам, - бросает через плечо высший своему «коллеге».

Я же застываю как дура с вытянутыми руками. Почему их понимаю? И куда делась горошина?

Глава 2

- Принято! – шелестит в ответ второй и впивается в мою руку повыше локтя. Не могу сдержаться от короткого стона: от такой хватки останутся синяки на коже.

Быстро перебираю босыми ногами по обитому металлом полу следом за широко шагающим высшим. Когда же это закончится? Мне очень страшно, зябко, стыдно, больно…. Столько всего, что и словами не передать!

Беспокоит и тот факт, что шарик исчез. Но куда он делся? Если бы упал – я бы услышала, как и высший. И то, что внезапно стала понимать речь захватчиков, наводило на мысль – он еще при мне, просто как-то подстроился под организм. И это странное открытие пугает.

Меня бесцеремонно вталкивают в комнату, будто я животное какое, а не человек. Внутри оказывается светло и стерильно. В углу жмутся такие же молодые девушки, как и я: голые, грязные, напуганные. Встаю поближе к ним, рассматривая обстановку.

Здесь трудятся медики. Не высшие, а пленные райторы-женщины. Они одеты в светлую одежду, головы прикрыты платками. Я запомнила их совсем другими: в черной одежде с множеством заклепок, с оружием в руках. Чуть вульгарные и громкие, женщины-райторы вели себя как хозяйки на моей родной планете. Здесь же – они сидят тише воды и ниже травы. Покорно выполняют ту работу, к которой их приставили.

Когда мне приказывают подойти ближе, со страхом забираюсь на медицинское кресло. Ноги и руки тут же пристегивают ремнями, и разводят в сторону.

Я лежу на спине, давясь от подступающих рыданий, пока райторка методично осматривает мое тело.

В некоторые моменты становится очень больно, но я продолжаю молчать и терпеть. Не хочу показывать свои чувства, кричать и ругаться, как это делали другие девушки до меня. Когда же процедура заканчивается, просто соскальзываю с кресла, облизнув прокушенную до крови губу.

И снова нас разделяют. Часть девушек уводят куда-то в сторону, а меня и еще с десяток других – отправляют в душ. Это единственное, что хоть сколько-то помогает справиться с подступающей паникой и истерикой. Теплая вода расслабляет измученное тело, и я спешно избавляюсь от кровавых разводов с внутренней стороны бедра. Не так представляла себе потерю девственности!

После душа нас встречают другие райторки и женщины с земли постарше. Высшие выбрали их в качестве обслуживающего персонала?

При виде нас, некоторые женщины заходятся в слезах. Наверняка вспомнили о собственных детях. Я же не почувствовала ничего. Меня не трогают чужие слезы и переживания. Будто бы внутри все закаменело после медицинской процедуры.

- Девочки, сюда, - манит нас пальцем женщина с короткой стрижкой. – Нужно одеться. Вас представят командованию. Вы должны быть… красивыми и счастливыми, - она на секунду запинается на этих словах.

Безучастно наблюдаю, как из нас пытаются сделать красавиц. Волосы укладывают всем одинаково, в высокую прическу, напоминающую корону.

Затем приходит черед нарядов. Мне достается нежно-голубой, оттеняющий цвет глаз. И нет, это вовсе не платье. А удобный и эластичный костюм, вроде того, что был на высшем под броней. На ноги полагается надеть странные штуковины, внешне похожие на стельки. Но стоит опустить на них ноги, как со всех сторон их «обхватывает» легкий, но плотный материал. Ни застежек, ни шнурков…. Как снимать - никто не объясняет.

- Небольшой инструктаж, перед тем, как вы покажетесь на глаза высшим, - начинает все та же женщина, оглядывая нас с головы до ног. – Улыбайтесь, будьте вежливы, но не навязчивы. Не знаете что сказать – промолчите. Позвольте мужчинам выбирать. Некоторым из вас может очень повезти: среди командования есть холостяки и зажиточные жители станции.

- С нами развлекутся, а потом что? Убьют? – озвучивает дрожащим голосом одна из девушек мои собственные мысли. На лицах остальных отражаются схожие переживания.

- Я не знаю, - тихо отвечает женщина с короткой стрижкой и косится на высшего, что «караулит» у двери. – Попробуйте выжить, девочки. У вас просто нет иного выбора, - договаривает шепотом.

- Замолчи! – высший отталкивает женщину, и указывает оружием нам на дверь. – На выход!

Мы идем гуськом, следуя за сопровождающей райторкой. Я не смотрю по сторонам, не обращаю внимания на проходящих мимо высших. Просто отсчитываю шаги, чтобы не сойти с ума и чем-то занять голову.

«Двадцать восемь, двадцать девять… остановились».

Поднимаю голову. Райторка куда-то ушла, а ее место занимает высший без брони. Но перед тем как начать говорить, он подносит ко рту какое-то устройство. Похоже, это переводчик, так как остальные девушки тоже его понимают.

- Сейчас вас представят командованию. В ваших же интересах показать себя с лучшей стороны. Всех, кто не сумеет заинтересовать мужчин на этом корабле, отправят на станцию. Там оставшихся распределят по домам и родам. Но все же более почетно быть с победителями, теми, кто редко отдыхает на станции. Теми, кто сильнее и несет власть Рахш-ани в самые отдаленные уголки Вселенной! – на этом пафосная речь заканчивается, и я снова опускаю взгляд в пол.

Не все ли равно кому я достанусь? Высшему-десантнику или высшему-плотнику…. Так или иначе, они – враги! Те, кто лишили меня семьи и дома. И они ничем не лучше райторов, хоть и внешне все как на подбор – красавцы.

Даже взять вот этого, мелкого служащего. Его волосам позавидовала бы любая женщина с Земли. Ряд тонких блестящих косичек спускается ниже лопаток. Пушистые ресницы подрагивают от каждого движения век. Острые скулы нисколько не портят общей красоты, но мне все в высшем кажется ужасным. Я заранее ненавижу эти утонченные черты, чистую кожу и сильные, натренированные тела.

К высшему подходит собрат. Они приказывают нам встать парами и после, заводят в комнату на смотрины.

Я стою последней. Пары мне не досталось, ведь нас оказалось тринадцать девушек-землянок. В какой-то момент замечаю, что за мной никто не следит. Высшие заняты очередной парочкой, и до меня долетают слова, обращенные к тем, кто прячется за большим матовым стеклом:

- …. высокая грудь, упругие и широкие бедра. Эта землянка сможет доставить немало удовольствия мужчине, что ее выберет….

На меня наваливается тошнота в ожидании выхода. Не такой участи для себя загадывала в жизни! Стоять, словно живая кукла в витрине, пока тебя осматривают жадные и похотливые самцы с чужой планеты!

Незаметно оборачиваюсь, рассматривая пустой коридор. Если бежать, то сейчас! До меня остается всего одна «парочка».

Выбираю момент и убегаю прочь. Не знаю куда, но лишь бы подальше от этой комнаты с матовым стеклом. Успеваю добраться до конца коридора незамеченной, и забегаю за угол.

Бам! – налетаю на стену и от удара тут же отключаюсь.

Арт для поддержания атмосферы) Обстановка на инопланетном корабле.

.

Глава 3

Эон оставляет в охраняемой ячейке броню-капсулу. Ему уже доложили, что кто-то из новеньких потерял защиту в первом же рейде. Что ж, такого глупца ждет увольнение с позором. Некоторые высшие просто не приспособлены для полевой работы и выхода в миры.

Генерал переодевается в строгий черный костюм, единственным «украшением» которого служат награды и знаки отличия. Мысли все время скачут с важных вопросов на абсолютно посторонние. Например, что делает сейчас землянка? И тут же одергивает себя: ему-то какое дело? И зачем только приказал отнести в свою каюту?

Доклад совету немного отвлекает от подобных размышлений, и Эон с гордостью отмечает результаты рейда. Двести тысяч особей живой силы за один день! Это позволит населению Рахш-ани почувствовать себя вольготнее, освободит руки высших от грязной работы. А если задержаться над Землей еще на пару дней…. Пожалуй, они могли бы полностью заменить людьми и райторами рабочий класс станции.

Особенный интерес представляют женщины-землянки. После разрушения планеты, нарушилась связь, дающая силу матерям Рахш-ани. И за прошедшие двадцать лет, на станции не появилось ни одного малыша. Ужасная трагедия для тех, кто привык считать себя хозяевами жизни.

Звездный десант под его руководством путешествует по галактикам, выискивая похожих на себя созданий. И человеческая раса в большей степени напоминала высших, чем встреченные ранее существа.

- Ты сегодня сам на себя не похож, - на соседний стул опускается Двар, отрывая от размышлений.

- Устал, - поводит плечами Эон. – Вторые сутки без сна пошли. Но оно того стоило.

- Да. Уже жду, как нас будут встречать на станции. Мы наконец-то привезем подходящий биоматериал. Возможно, с помощью этих женщин удастся восстановить популяцию Рахш-ани. И, конечно, я надеюсь на благодарность наших женщин. Много, очень много благодарностей! – громко смеется друг.

Генерал кивает, соглашаясь. Все думают об одном и том же. Усилия всех без исключения высших направлены на решение одной проблемы: рождаемость. И пусть Эон несколько иначе смотрит на людей с Земли, в целом он был согласен с Дваром.

На секунду позволяет себе слабость. Представляет, что маленькая землянка и ему подарит сына. Наследника! Продолжателя рода! Остается только решить этот вопрос с Мисаей.

- Ладно, ты сколько угодно можешь сидеть с постным лицом, а я пошел тестировать землянок. Быстрее начну, быстрее получу результат. А вдруг мне повезет, и девушка сразу понесет?? – Двар веселится, и, хлопнув друга, а по совместительству своего начальника по плечу, уходит, насвистывая веселую мелодию.

Эон обводит взглядом мостик, на котором остались только техники и механики. Все сослуживцы разбрелись кто куда.

Генерал принимает решение задержаться еще на день над Землей, о чем тут же сообщает своим подчиненным. Капитан ковчега глушит двигатели и переводит машину в режим ожидания.