Проклятие Кровавой Луны

А. Мор

Проклятие Кровавой Луны

Глава 1. Сделка с демоном

Тёмная ночь окутала древний город Морвейн, словно саван. Кровавая луна висела низко над горизонтом, окрашивая черепичные крыши в цвет запёкшейся крови. В такие ночи даже самые отчаянные головорезы предпочитали оставаться дома, заперев двери на все засовы и зарывшись в соломенные тюфяки.

Но не Лира.

Двадцатитрёхлетняя охотница на нечисть стояла на коленях в центре заброшенного храма, вычерчивая на каменном полу сложный символ мелом, смешанным с толчёными костями. Её тёмно-рыжие волосы, заплетённые в тугую косу, липли к вспотевшему лбу. Зелёные глаза горели решимостью, смешанной с плохо скрываемым страхом.

— Ты уверена, что это сработает? — прошептал из тени её спутник — худощавый парень с нервным тиком и вечно дрожащими руками.

— Заткнись, Грим, и следи за дверью, — огрызнулась Лира, заканчивая последнюю линию пентаграммы.

Она прекрасно понимала, что делает. И понимала, насколько это безумно.

Но выбора не было.

Три месяца назад проклятие Кровавой Луны начало пожирать её сестру. Каждое полнолуние Мира становилась всё слабее, её кожа бледнела, а глаза теряли цвет. Лучшие лекари королевства разводили руками. Верховный жрец Светозарного Ордена, выслушав Лиру, лишь покачал головой и произнёс:

— Это проклятие древнее, как сам мир. Его можно снять только силой, равной той, что его наложила. А такая сила есть лишь у демонов Бездны.

— Значит, я найду демона, — твёрдо сказала тогда Лира.

— Ты не понимаешь, дитя. Демоны не заключают сделок просто так. Они забирают больше, чем дают.

— Я готова заплатить любую цену.

Жрец посмотрел на неё с жалостью:

— Боюсь, ты даже не представляешь, какую цену они могут потребовать.

Сейчас, стоя в центре пентаграммы и читая слова древнего заклинания на языке, который никогда не должен звучать в мире живых, Лира вспомнила его слова.

Любая цена.

Она сглотнула и продолжила читать.

Воздух в храме стал тяжёлым, густым, словно патока. Свечи, расставленные по углам пентаграммы, вспыхнули синим пламенем. Ветер, не имеющий источника, взметнул пыль с пола. Грим вскрикнул и прижался к стене.

— Лира, может, всё-таки передумаешь?! — заорал он. — Мы можем найти другой способ! Я слышал, на востоке есть целитель, который—

— Слишком поздно! — крикнула она в ответ, когда пол под ней начал дрожать.

Пентаграмма вспыхнула ослепительным багровым светом. Камни, из которых были выложены стены храма, задрожали. Из центра символа начал подниматься столб чёрного дыма, закручиваясь в спираль.

А потом Лира услышала голос.

Он был глубоким, бархатным, с лёгкой хрипотцой, от которой по спине пробежали мурашки. И в этом голосе звучала неприкрытая насмешка:

— Ну надо же. Какая смелая девочка.

Дым рассеялся, и перед ней возник...

Лира моргнула.

Она ожидала увидеть уродливое чудовище с рогами и копытами. Или, на худой конец, что-то змееподобное с щупальцами. Вместо этого перед ней стоял мужчина. Высокий — на голову выше её, с широкими плечами и узкой талией. Кожа у него была пепельно-серой, словно у мертвеца, но черты лица — точеные, аристократичные. Высокие скулы, чувственные губы, изогнутые в нахальной ухмылке. Длинные чёрные волосы спадали на плечи, а из-под них выглядывали небольшие, аккуратные рога, отливающие багровым.

Но самое главное — глаза. Янтарные, с вертикальным зрачком, как у кошки. Они светились в полумраке храма, и в них плясали огоньки адского пламени.

Одет демон был в чёрный камзол, расшитый серебряными нитями, и облегающие брюки. На поясе висел кинжал с рукоятью из чёрного обсидиана.

— Что, не такого ожидала? — усмехнулся он, заметив её ошарашенный взгляд. — Все обычно ждут рогатого монстра с копытами. Стереотипы, знаешь ли.

Лира с трудом взяла себя в руки. Она охотница на нечисть, чёрт возьми! Она убила десятки упырей, вурдалаков и прочей мерзости. Один нахальный демон её не запугает.

— Ты... — начала она, но голос сорвался. Она откашлялась и продолжила: — Ты — демон?

— О, нет, я — садовник, — язвительно ответил он. — Конечно, демон. А ты, полагаю, та самая смертная, которая вызвала меня, чтобы заключить сделку. Давай посмотрим... — Он обошёл её по кругу, и Лира с ужасом поняла, что не может пошевелиться. — Ах да, проклятие Кровавой Луны. Твоя старшая сестра, Мира. Умирает. Каждое полнолуние всё ближе к смерти. И ты, храбрая маленькая охотница, решила спасти её, заключив сделку с демоном.

— Откуда ты—

— Я знаю всё, что связано с проклятиями, — он остановился перед ней, наклонившись так близко, что она почувствовала запах дыма и серы. — Это моя работа, сладкая. Я — Азраэль, демон сделок. И я могу снять проклятие с твоей сестры.

Надежда вспыхнула в груди Лиры.

— Что ты хочешь взамен?

Азраэль улыбнулся. Улыбка была красивой и опасной одновременно — как у хищника, играющего с добычей.

— Прямо к делу. Люблю деловых женщин. — Он выпрямился и скрестил руки на груди. — Обычно я беру души. Это моя основная валюта. Но твоя душа... — он прищурился, — твоя душа уже обещана другому.

Лира похолодела.

— Что? Кому?

— О, это долгая история. Скажем так, у тебя есть... наследственное проклятие. От бабушки. Она тоже любила заключать сделки с демонами. — Азраэль пожал плечами. — Так что твоя душа не представляет для меня интереса. Она уже занята.

— Тогда что? — Лира чувствовала, как паника поднимается в груди. — Деньги? Драгоценности? У меня есть кое-какие сбережения—

— Деньги? — Демон расхохотался. Смех был низким и раскатистым, отражающимся от каменных стен. — Девочка, я живу тысячу лет. Думаешь, меня интересует звонкая монета?

— Тогда что тебе нужно?!

Азраэль замолчал. Его янтарные глаза впились в неё, и Лира почувствовала, как что-то тёмное и голодное скользит по её коже, изучая, пробуя на вкус.

— Ты, — сказал он наконец.

— Что... что ты имеешь в виду?

— Я хочу тебя. В смысле, — он снова ухмыльнулся, — я хочу, чтобы ты была моей. Не душу — она мне не нужна. Я хочу твоё тело, твой разум, твою преданность. Ты будешь моей слугой, моей помощницей... и моей любовницей, когда мне того захочется.

Кровь отхлынула от лица Лиры.

— Ты... ты серьёзно?

— Абсолютно. — Азраэль щёлкнул пальцами, и перед ним возник свиток, исписанный мелким почерком. — Стандартный контракт. Три года службы. Ты выполняешь мои поручения — я снимаю проклятие с твоей сестры. Ты подчиняешься мне — я защищаю тебя и твоих близких. И... — он сделал паузу, — ты делишь со мной постель, когда я пожелаю. Никакого принуждения, разумеется. Всё по обоюдному согласию. Но если ты откажешь... что ж, контракт расторгается, и твоя сестра умирает.

Лира смотрела на свиток, и в её голове проносились мысли одна быстрее другой.

Это безумие. Он требует не просто службы — он требует меня всю. Моё тело, мою свободу, мою жизнь.

Но перед её глазами стояло лицо Миры — бледное, измождённое, с потухшими глазами. Сестра, которая вырастила её после смерти родителей. Сестра, которая отдавала последний кусок хлеба, чтобы Лира не голодала. Сестра, которая сейчас умирала, и никто не мог ей помочь.

Кроме меня.

— Три года? — переспросила она, и голос её звучал хрипло.

— Три года, — подтвердил Азраэль. — А потом ты свободна. Если, конечно, захочешь уйти. — Он подмигнул. — Многие остаются.

— Ты... ты будешь... — Лира с трудом подбирала слова. — Ты будешь трогать меня?

— Сладкая, — демон наклонился к ней, и его голос стал вкрадчивым, — я буду делать с тобой всё, что захочу. Но только если ты сама этого захочешь. Я не насильник. Я предпочитаю, чтобы женщины приходили ко мне по собственной воле. И, поверь мне, — он провёл пальцем по её щеке, и Лира вздрогнула от странного, горячего ощущения, — когда ты попробуешь один раз, ты будешь умолять о добавке.

— Самоуверенный ублюдок, — прошипела она.

— Демон, — поправил он с ухмылкой. — Ублюдок — это немного другое. Хотя... — он задумался, — возможно, и то, и другое. Моя мать была суккубом, а отец — падшим ангелом. Так что технически—

— Мне плевать на твою родословную! — Лира чувствовала, как гнев борется со страхом. — Ты... ты хочешь, чтобы я стала твоей шлюхой?

Азраэль притворно вздохнул:

— Какие грубые слова. Я предпочитаю термин «компаньонка с расширенными обязанностями». — Он снова стал серьёзным. — Ты можешь отказаться. Пентаграмма развеется, я вернусь в Бездну, а твоя сестра умрёт через... — он пощёлкал пальцами, словно подсчитывая, — дней десять. Может, две недели, если повезёт. И тогда ты будешь жить с осознанием того, что могла её спасти, но не захотела платить цену.

Лира закрыла глаза.

Мира. Её смех, её тёплые руки, её голос, напевающий колыбельные, когда Лира была маленькой.

Она открыла глаза.

— Дай мне контракт.

Азраэль улыбнулся — на этот раз почти мягко.

— Умное решение.

Свиток поплыл к ней по воздуху. Лира взяла его дрожащими руками и пробежала глазами по строчкам. Мелкий шрифт, куча юридических терминов, но основное было понятно: три года службы, подчинение, постель по требованию. И подпись — кровью.

— Мне нужна кровь? — спросила она, хотя уже знала ответ.

— Всегда, — кивнул демон. Он протянул ей кинжал с обсидиановой рукоятью. — Укол в палец, капля на пергамент — и сделка заключена.

Лира взяла кинжал. Рукоять была холодной, как лёд, но когда она сжала её, по руке разлилось тепло, словно кинжал узнал её.

Это последний шанс передумать.

Она уколола палец. Кровь выступила ярко-алой каплей. Лира прижала палец к свитку, и пергамент вспыхнул багровым светом, впитывая кровь.

— Контракт заключён, — провозгласил Азраэль, и в его голосе больше не было насмешки. Только сила. — С этого момента ты — моя. Три года. А проклятие с твоей сестры снято.

Он щёлкнул пальцами, и Лира почувствовала, как что-то тёмное и холодное пронеслось мимо неё, вылетело из храма и устремилось в сторону города.

— Что... — начала она.

— Проклятие снято, — повторил демон. — Твоя сестра будет жить. А теперь... — он протянул руку. — Идём. Нам предстоит многое сделать.

— Куда?

— Домой, — он ухмыльнулся. — В моё поместье. Ты ведь не думала, что я живу в какой-то пещере?

Лира сглотнула. Она только что продала себя демону на три года. Три года службы. Три года унижений. Три года... с ним.

— А если я откажусь идти?

— Тогда контракт расторгается, — спокойно ответил Азраэль. — А проклятие возвращается. Таковы правила.

Лира посмотрела на свои руки. На палец, всё ещё кровоточащий. На свиток, который медленно растворялся в воздухе, превращаясь в пепел.

Мира будет жить.

Она подняла голову и встретила взгляд янтарных глаз.

— Идём, — сказала она, и в её голосе не было ни страха, ни покорности. Только решимость.

Азраэль усмехнулся:

— Вот это мне нравится. Дерзкая. — Он щёлкнул пальцами, и перед ними открылся портал — чёрная воронка, из которой веяло холодом и серой. — После тебя, сладкая.

Лира шагнула в портал.

А Грим, всё это время жавшийся к стене, так и остался стоять в опустевшем храме, глядя на то место, где только что была его подруга.

— Лира... — прошептал он. — Что же ты наделала...

---

Поместье Азраэля находилось не в Бездне, как ожидала Лира. Оно находилось в мире живых — но в месте, скрытом от глаз смертных. Огромный замок из чёрного камня, стоящий на краю обрыва, за которым простиралась бесконечная пустота. Небо здесь было всегда багровым, а солнце — кровавым.

— Добро пожаловать в Адский Предел, — объявил демон, ведя её через главные ворота. — Мой скромный дом.

— Скромный? — Лира огляделась. — Это... дворец.

— Ну, я же не какой-то там мелкий бес. Я — один из семи Лордов Бездны. — Азраэль бросил на неё самодовольный взгляд. — Так что привыкай, сладкая. Теперь это твой дом.

Он провёл её через бесконечные коридоры, мимо слуг — странных существ с пепельной кожей и горящими глазами, которые кланялись им при встрече. Лира старалась не смотреть по сторонам, но любопытство брало верх.

— Кто они? — спросила она, кивнув на слуг.

— Низшие демоны. Не обращай внимания. Они не опасны, если их не провоцировать.

— А если спровоцировать?

— Тогда они сожрут тебя заживо. — Азраэль пожал плечами. — Но они знают, что ты под моей защитой. Так что не волнуйся.

Лира хотела сказать, что не волнуется, но это было бы ложью.

Наконец они остановились перед массивными двойными дверями, украшенными резьбой в виде переплетающихся змей.

— Твои покои, — объявил Азраэль, распахивая двери.

Лира заглянула внутрь и ахнула.

Комната была огромной — больше, чем весь её дом в Морвейне. Кровать с балдахином из чёрного шёлка, туалетный столик с зеркалом в золочёной раме, камин, в котором плясало багровое пламя. Окно во всю стену выходило на пустоту, но, присмотревшись, Лира поняла, что видит в нём город — тот самый Морвейн, только отражённый, словно в тёмном зеркале.

— Здесь ты будешь спать, — сказал демон. — Мои покои — через коридор. Если понадоблюсь — просто позови.

— А если не понадобишься?

— Тогда не зови. — Он ухмыльнулся. — Я не кусаюсь. Ну, почти.

Лира вошла в комнату и обернулась. Азраэль стоял в дверях, скрестив руки на груди. В свете камина его рога отбрасывали причудливые тени на стены.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь? — Он задумался. — Сейчас — отдыхай. Завтра начнём. У меня есть для тебя работа.

— Какая?

— Ты — охотница на нечисть, верно? — Азраэль улыбнулся. — Значит, будешь охотиться. Но не на монстров. На моих врагов.

— У тебя есть враги?

— У всех есть враги, сладкая. Даже у демонов. — Он оттолкнулся от дверного косяка. — Спи. Завтра будет долгий день.

Он ушёл, и Лира осталась одна.

Она подошла к кровати и села на край, чувствуя, как напряжение последних часов наконец отпускает её. Руки дрожали. Глаза жгло от непролитых слёз.

Я продала себя демону. Я стала его собственностью.

Она легла на кровать, не раздеваясь. Шёлк был холодным и скользким, как змеиная кожа.

Но Мира будет жить.

Эта мысль была единственным, что держало её на грани.

Лира закрыла глаза и провалилась в беспокойный сон, полный теней и янтарных глаз.