Под запретом. Сын моего мужа

Майя Новак

Под запретом. Сын моего мужа

Глава 1

- Ксения Олеговна, вы замужем? - спрашивает меня президент компании, и мои брови съезжаются на переносице.

Нет, Андрей Вадимович, конечно, привлекательный мужчина. И довольно молодой, ему и пятидесяти нет. Но как-то… не смотрю я на него как на мужчину.

- Прекращайте хмуриться, - улыбается он и, встав из-за стола, указывает мне на мягкую зону с кожаным диваном, двумя креслами и стеклянным столиком.

Мои каблуки цокают по паркету просторного кабинета, пока я добираюсь в эту зону, а потом присаживаюсь и смотрю на то, как Андрей Вадимович опускается в кресло напротив.

Смотрю на импозантного мужчину и не могу понять, с какой целью он позвал меня и, более того, задал настолько провокационный вопрос. Я же всего лишь его новый PR-менеджер. Ну как новый? Мы работаем всего три месяца вместе.

- Вероятно, я поставил вас в тупик своим вопросом, - выдает президент крупнейшего в стране холдинга.

- Не стану скрывать, так и есть.

- Но вы так и не ответили на него.

- Я не замужем, Андрей Вадимович.

- Тогда я предлагаю вам сделку. Деловую сделку. Союз, выгодный для всех. Мне он станет прикрытием, вам - надежной опорой. Вы будете обеспечены, будете иметь высокий статус и мою гарантию безопасности. Во всех смыслах.

- Что вы имеете в виду?

- Мне нужно жениться, Ксения Олеговна. Быстро. Это должна быть женщина, не питающая насчет меня иллюзий. Деловой брак. Сделка.

- Зачем вам прикрытие?

- Вы сами сказали, что к женатому человеку у публики больше доверия.

- Да, но…

- Погодите, - перебивает он. - Вы правы. Мои американские партнеры тоже относятся с опаской к моему статусу. А нас ждет очень крупная сделка, так что… В общем, мне нужен этот брак.

- Простите за, возможно, бестактный вопрос. Но зачем этот брак мне?

- Контракты, знакомства, вхождение в круг самых желанных клиентов, моя фамилия и статус. Подумайте.

После этого разговора прошло два месяца, и я… согласилась.

В конце концов, я ничего не теряла. За моими плечами был болезненный опыт, в котором были замешаны чувства. Сильные, всепоглощающие. Роман, который оставил столько шрамов на моем сердце, что на нем едва ли остался хоть кусочек живого места. Роман, после которого я три года собирала себя по частям и поклялась больше никогда не влюбляться. И не выходить замуж, да. Потому что с тем уродом нас связывал еще и штамп в паспорте.

А вот карьерой я занялась всерьез, и связи Андрея Вадимовича мне очень пригодятся.

Так что спустя два месяца мы с ним сыграли свадьбу. Пышную, пафосную, с прессой и высокопоставленными гостями. Все, как положено человеку его положения. На торжество прибыли все, кроме его сына. Он живет за границей, но вот-вот должен был переехать сюда, чтобы стать правой рукой отца, а в будущем - преемником.

Александр не прибыл на нашу свадьбу, поскольку его рейс задержали из-за погоды. После мы сразу улетели на острова в так называемый медовый месяц. Жили в разных номерах, но повсюду были с Андреем вместе. Он не то что не прикоснулся ко мне, даже ни разу не намекнул на то, что испытывает ко мне какое-то влечение.

Я даже было подумала грешным делом, что он… не знаю, что-то с ним не так. Но в отпуске, после очередного ужина, он разоткровенничался:

- Есть одна-единственная женщина, которую я люблю всю жизнь. Но она для меня под запретом. Потому что это женщина моего лучшего друга. Я пытался построить отношения с матерью моего сына, был дважды женат, но увы. Только сейчас я понял, что единственный формат, который подойдет мне в плане семейной жизни - это деловая сделка.

- Почему ты не женился на этой женщине раньше друга?

- Потому что она всегда любила только его. Такая вот история, - грустно закончил Андрей, подводя жирную черту и давая понять, что к этой теме мы больше не вернемся. И она табу так же, как и многие другие.

Мы подписали брачный контракт, где четко прописано все, что нельзя разглашать, включая отношения в семье, наш быт, наши поездки и прочее, прочее, прочее. Также там четко указано, что я не имею права своими действиями наносить вред репутации мужа. Проще говоря, если я собираюсь с кем-то спать, это должно быть тайной. И еще множество всяких ограничений, которые, впрочем, я сочла приемлемыми.

Если бы на момент подписания брачного контракта я хотя бы могла предположить, что ждет меня в доме мужа… Наверное, я бы отказалась от этого брака. Но теперь назад дороги нет…

Как только наш самолет приземляется в аэропорту, и мы покидаем джет моего мужа, ему тут же звонят, и Андрей, поговорив, переводит на меня взгляд.

- Мне нужно ехать на встречу. Водитель отвезет тебя домой. Вчера прилетел мой сын. Познакомитесь заодно.

- Я должна знать о нем что-то важное? - спрашиваю на всякий случай.

- Например?

- Например, ненавидит ли он всех женщин, которых ты приводишь в дом.

Андрей смеется, и как раз в этот момент к самолету подъезжает его вторая машина.

- Нет, Ксения, выдыхай. Он нормальный молодой мужчина, которому наплевать, с кем у меня отношения. К тому же, долго он с нами не проживет. Саша уже подыскивает себе квартиру в городе.

- Ясно.

Мы прощаемся. Андрей оставляет на моей щеке целомудренный поцелуй. Делает это только потому, что в аэропорту могут быть любопытствующие или папарацци. А нам надо придерживаться легенды о том, что наш брак вполне себе нормальный.

Сев во вторую машину, я отправляюсь домой. Пока водитель везет меня по объездной дороге к дому Андрея, я чувствую, как вся вибрирую от нервозности. Несмотря на слова мужа, я все равно нервничаю из-за знакомства с его сыном.

И, как я узнаю позже, соверешнно не зря…

Глава 2

В доме Андрея тишина. Я была здесь несколько раз и ночевала одну ночь перед свадьбой, так что знаю, куда мне идти.

В роскошном особняке Андрея светло. Прислуги сегодня не видно, но это мне даже на руку. Я хочу немного тишины и побыть наедине с самой собой, чтобы собраться с мыслями перед знакомством с сыном моего мужа.

Я видела фотографии Александра. Невероятный молодой мужчина. Крупный, как и его отец. Подкачанный. Стильный. И с таким же, как у Андрея, пронзительным взглядом серо-зеленых глаз. На всех снимках он очень серьезный. Даже складывается впечатление, что Александр никогда не улыбается. Но этого же просто не может быть, правда?

Миновав просторную открытую гостиную, поднимаюсь наверх по мраморным ступенькам, застеленным белым ковролином посередине.

Такие дома, как у Андрея, я называю домами для приемов. Они потрясающе смотрятся на снимках, поражают своими масштабами. Но внутри совершенно холодные. Как будто из них выкачали жизнь. Или строили только для того, чтобы произвести впечатление, но не впечатлиться самому.

В доме все еще подозрительно тихо. Может, Александр не приехал? Или спит?

Добравшись до своей спальни, иду сразу в душ, чтобы смыть с себя дорогу. Сушу волосы, переодеваюсь в домашний костюм и выхожу, чтобы пойти что-нибудь перекусить и исследовать задний двор.

Закрыв свою дверь, замираю.

В комнате напротив моей дверь приоткрыта, и до меня доносится хрипловатый низкий голос:

- Попку выше, - на английском произносит голос. - Вот так. Покажи мне. Умница.

Сразу за этими словами следует протяжный женский стон, и я чувствую, как вспыхиваю всем телом.

Это шоу не для меня.

Но я почему-то все равно тихо и медленно ступаю по ковролину к приоткрытой двери напротив.

- Ноги шире, детка, - продолжает голос на английском. - Чуть быстрее. М-м-м да, вот так.

Мое сердце разгоняется и колотится в груди, когда я подхожу к двери и заглядываю в проем. Замираю, когда вижу на огромной кровати сына моего мужа. Он лежит на ней абсолютно голый.

Безупречный. Словно вытесанный из камня. Каждая мышца на своем месте.

И Александр больше своего отца. Крупнее, прокачаннее, мощнее. И как будто даже опаснее.

Его рот прикотрыт, он смотрит в телефон, который держит в левой руке, а в правой… в правой он держит большой член. Очень большой.

Его широкая ладонь скользит по нереальному стволу вверх и вниз, а я сглатываю, глядя на это великолепие.

Уходи, Ксюша…

Уходи.

Тебе нельзя на него даже смотреть. Даже если ты жутко соскучилась по сексу. Даже если Александр - безупречен настолько, что хочется его всего облизать.

Уходи.

Но я стою, как вкопанная, не в состоянии оторвать взгляда от этой красоты. И изо всех сил игнорирую то, как сильно сжимается и пульсирует между ног.

Сын мужа под запретом.

Под чертовым запретом!

Надо уходить.

- Вот так. А теперь быстрее, - говорит Александр, и женские стоны, доносящиеся из динамика телефона, усиливаются. - Еще немного быстрее. Умница. М-м-м, вся мокрая. Посмотри на свои пальцы. Сожми грудь. Покажи мне ее. Все покажи. Да, вот так.

- Нравится? - доносится из динамика. - Как же я хочу прямо сейчас объездить твой член.

- Он уже готов. Сядешь на него?

Александр чуть сильнее сжимает свой ствол, и у меня практически подкашиваются ноги.

Боже, как же оторваться и уйти? Нельзя даже смотреть на это. А я просто не могу сдвинуться с места. Наказание какое-то.

- Еще быстрее, малыш. Давай. Ты же хочешь кончить?

О, да. Я очень хочу кончить. Желательно на члене этого Аполлона. Я бы на нем…

Уходи, Ксюша…

Уходи. Не доводи саму себя до беды.

У меня дрожат ноги. А между ними просто чертов пожар и потоп. Белье намокает так стремительно, что кажется, уже и на легких домашних брюках расползается пятно.

Черт. Черт. Черт.

Уходи, Ксюша, чтоб тебя черти драли!

Я бы предпочла вместо них одного вот этого самца. Даже не сопротивлялась бы. Просто легла и позволила ему издеваться над моим телом так, как он сам того захочет. Только в конце я бы взорвалась оргазмом. А в том, что он последует, я не сомневаюсь ни секунды.

- Я сейчас… - произносит девушка с громким стоном. - Сейчас…

О, и я. Кажется, я тоже.

Рука Александра ускоряется. Он сильнее сжимает свой стояк. Дергает рукой жестче. Ствол становится еще тверже. Краснее.

Он тоже близко.

Уходи, Ксюша…

Нет! Я хочу это увидеть. Хочу посмотреть как он достигнет пика. Как лицо Александра перекосит удовольствием. Он стонет во время оргазма? Что он говорит? Может, ругается? Или мурлычет, словно огромный, дикий кот?

Мне приходится вцепиться пальцами в дверной косяк, чтобы ненароком не влезть ими в трусики и не подогнать мое собственное удовольствие.

Хоть бы не застонать. Я даже крепко, до онемения сжимаю губы, чтобы не издать ни единого звука. Хотя они уже рвутся. Пляшут на моем языке, щекочут горло, заставляют глаза наполниться слезами.

- Кончай, - рычит Александр, и из телефона доносится сдавленный, хриплый то ли вой, то ли стон.

И я… взрываюсь.

Какого…

Взрываюсь, да.

Оргазм чуть не ставит меня на колени, так мощно я взлетаю.

Ноги резко слабеют и подкашиваются. Мне приходится сильнее впиться пальцами в косяк, чтобы не рухнуть.

- Хорошая девочка, - слышу хриплый голос.

Мне кажется, он совсем рядом. Практически шепчет мне на ухо.

- Хорошая девочка.

На… русском.

На, черт побери, русском!

Распахиваю глаза и сталкиваюсь взглядом с прищуренными глазами сына моего мужа. В полуметре от меня. С членом в руке. С кривоватой ухмылкой. Прямо, черт подери, передо мной!

Глава 3

Сорвавшись с места, на заплетающихся, трясущихся ногах влетаю в свою комнату. Захлопываю дверь, запираю на замок и, зажмурившись, прячу лицо в ладонях, прижавшись к деревянному полотну.

Хорошая-черт-побери-девочка!

Хорошая-мать-ее-девочка!

Разочарованно стону и сползаю по двери на пол.

Говорила же “Уходи, Ксюша”.

Почему было не послушать здравый рассудок?

Обязательно было досмотреть до конца? Причем до своего конца во всех смыслах этого слова.

Подглядывала за виртом мальчишки с подружкой!

Ладно, не мальчишки, а молодого мужчины. Но все равно! Это… отвратительно! Как минимум, некрасиво по отношению к Андрею.

И как теперь смотреть в глаза мужа и его сына? Как нормально общаться за семейными ужинами, например?

Нет, нормально уже не получится. На сетчатке навсегда выжжено изображение потрясающего члена Александра и его взгляд, когда я открыла глаза. Дикий, жадный, чуть агрессивный, немного злой и жутко возбужденный.

Судорожно втянув в себя воздух, заставляю себя подняться и вернуться в душ.

Смывая с себя возбуждение, едва задеваю струей все еще пульсирующий клитор.

Эхо гребаного оргазма, который навсегда станет моим самым большим позором.

Сейчас, когда туман возбуждения наконец рассеялся, и мои мысли прояснились, я вижу картину позора целиком.

Никогда я ни за кем не подсматривала. Да я даже порнографию не смотрю, потому что считаю ее низкопробным продуктом, созданным только с одной целью. А поскольку мне приятнее мастурбировать наедине со своей фантазией, то я никогда не считала себя вуайеристкой.

До сегодняшнего дня…

Пока вытираюсь, еще сто раз умираю.

В голове вспышками проносятся картинки. От каждой такой вспышки я вздрагиваю.

Кровать. Его член в руке. Голос… Низкий, хрипловатый. Стоны девушки. Скольжение по члену. Сын мужа облизывает губы. Смотрит в телефон агрессивно. Дико. Жадно ловит каждое изображение.

“Хорошая девочка…”

“Goodgirl…”

А потом его глаза. Хищный взгляд. Агрессивно дергающаяся верхняя губа. Жадный взгляд. Подозрительный взгляд. И все это в одних и тех же серо-зеленых глазах, подернутых дымкой похоти. В одно мгновение и столько эмоций.

И вот я опять трясусь и задыхаюсь.

И ноги снова подкашиваются, а в промежности сжимается.

Хватаюсь пальцами за столешницу, уронив полотенце.

Можно подумать, я какая-то извращенка. Нимфоманка, не способная прожить без секса ни дня.

Это не так. Я вполне адекватная женщина со вполне адекватными своему возрасту потребностями.

Но я, черт подери, не одержима сексом!

У меня не срывает крышу от каждого привлекательного мужика, источающего тестостерон в радиусе десяти метров!

Я смогла почти месяц прожить в одном отеле с мужем, каждый день видеть его полуобнаженным, ужинать с ним, даже пить. И ни разу! Ни разу я не посмотрела на него как на мужчину. То есть, ни разу у меня не возникло сексуального влечения. Да, мне попадались на отдыхе симпатичные мужчины, пробуждающие мой интерес. Но не более того.

А тут…

Как будто я какая-то течная кошка, которая не может удержать в себе желание.

А я ведь могу.

Достаточно просто контролировать себя и забыть все то, что увидела в спальне сына моего мужа.

Все, Ксения, надо просто взять себя в руки, и этого будет достаточно.

Я смогу посмотреть в глаза Александра. Смогу спокойно представиться.

Наверное, надо извиниться за бестактное вторжение в интимный момент. Он, наверное, занимался виртом со своей девушкой. А я нарушила этот сокровенный момент. Да, извиниться было бы неплохо. Правильно. Я просто выйду, найду Александра и попрошу простить меня. Если спросит, почему не ушла тихо, то я скажу ему…

Что я скажу, а?

Что залипла на его члене?

Что мечтала его объездить?

Что представляла себе, как буду чувствовать его внутри?

Так, стоп!

Нет.

Я могу соврать, что пробыла там всего пару секунд, которых Александру хватило для того, чтобы встать с кровати и дойти до двери. Я же даже зажмурилась! А значит, могу сказать, что ничего толком не видела. Хотела уйти, а потом он подошел.

В общем, как-нибудь оправдаюсь.

Шумно выдохнув, недеваю чистые трусики, домашние брюки и смотрю на себя в зеркало. Убрать бы как-то из глаз этот нездоровый блеск. И румянец стыда со щек, но это уже практически из области фантастики.

Покинув ванную, решительно топаю к двери.

Просто встречусь с ним и попрошу прощения. Объясню, что пробыла у двери недолго, зажмурилась, хотела отойти, а потом столкнулась с ним взглядом. Все. Конец истории.

А, и попрошу его впредь закрывать дверь, если он собирается звонить своей девушке. Почему я должна прятаться, если у него секс-сеанс? В конце концов, он ведь не один живет, тоже должен это учитывать.

Щелкаю замком. Торможу на пару мгновений, чтобы сделать глубокий вдох.

Распахиваю дверь и… меня сносит.

В меня буквально влетает огромное тело, хватает меня за шею и, крутанув, прижимает спиной к стене. Александр тут же вклинивается ногой между моих бедер, а его горячее дыхание обдает мое лицо.

Его губы расплываются в хищной ухмылке, а потемневший взгляд, ощупывает каждую мою черточку.

- Что… что ты делаешь? - произношу испуганно, вцепляясь пальцами в его предплечье.

Глава 4

Он наклоняется и проводит носом по моей шее, втягивая в себя воздух.

- Так вот как выглядит новая жена моего отца, - такой же хриплый голос. - А ты плохая девочка, да? Кончаешь по команде и любишь совать нос в чужие дела. Подсматривать, как кто-то дрочит. Понравилось то, что ты увидела?

- Александр… Саша… прости, я… я толком ничего не видела. Только подошла, увидела, что происходит и… зажмурилась, а когда открыла глаза… то… то ты уже был у двери. Прости. Я не хотела…

- Ты еще и врушка, - слышу насмешку в его голосе. - Я увидел тебя как только ты подошла. Так что не выдумывай легенды, Ксения, а ответь на вопрос. Понравилось? Если соврешь я узнаю. И оттрахаю тебя так, что ты три дня стоять не сможешь. Лучше говори правду. Ну?

Он чуть отстраняется и впивается в мое лицо взглядом.

Что сказать?

Правду? Но какую, черт побери?!

Он все еще ждет.

Чуть сжав мою шею, напоминает о том, что я не дала ответ на его вопрос.

Понравилось?..

Че-е-ерт!

- Отпусти меня немедленно, - цежу, разозлившись. - Ты не можешь вот так хватать меня и…

- Я все могу, - отвечает он, впиваясь в меня взглядом темных, как ночь, глаз. Подается вперед, оставляя между нашими губами не больше пары сантиметров пространства. - Все могу, - понижает голос практически до шепота.

Звучит так, что у меня волоски на теле встают дыбом. И к моему огромному сожалению, не от страха. Внизу живота предательски сжимается.

Мне надо срочно найти любовника, как посоветовал Андрей. Тайного. Такого, который сможет снимать это резко вспыхивающее возбуждение. Его сложно контролировать, и прямо сейчас по моему тяжелому, сбивчивому дыханию Александр наверняка понимает, что творится у меня между ног.

- Ну так что, Ксения? - не унимается он. - Понравилось? Если я сейчас засуну руку в твои трусы? Что я там найду? Бассейн?

- Нет, - отрезаю.

- Не понимаю, как отец мог жениться на женщине, которая совершенно не умеет врать.

Его свободная рука скользит по моему телу вниз. Я ее отбиваю своими. А потом сын моего мужа отпускает мою шею, проворно перехватывает мои руки одной своей и пригвождает над моей головой. Это происходит так быстро, что я даже сориентироваться не успеваю. И по какой-то дурацкой, совершенно больной причине это вызывает новую вспышку возбуждения.

- Какая строптивая сучка, - шипит он. - Мне нравится. Буду драть тебя, пока не научишься быть покладистой.

Он делает паузу между словами, чтобы каждое просочилось мне в мозг и осело там. Запечаталось.

- Ты… вульгарный, - выплевываю со злостью. - Пошлый. Грязный. Развратный. Отвратительный. Гадкий мальчишка.

- Мальчишка? - усмехается он и… проводит расслабленным языком по моей щеке. - А ствол мой взглядом полировала так, будто и не мальчишка вовсе. Ты еще скакать на нем будешь.

- В твоих влажных фантазиях.

- В моих влажных фантазиях ты отсасываешь с заглатыванием и захлебываешься моим удовольствием. О, да ты покраснела. Представила себе, да? Это кто еще из нас пошлый и грязный, Ксения. Ну так что там у тебя в трусах? Давай пари. Если я сейчас засуну туда руку, и там сухо, клянусь, оставлю тебя в покое. Но если там потоп, тебе хана. И не говори, что я не предупреждал.

- Не смей! - рявкаю на него, но большая рука уже проворно ныряет в мои домашние брюки.

Я пытаюсь сжать ноги, но мешает нога Александра, на которой я буквально вишу.

Его пальцы раздвигают мои складочки и сразу ныряют внутрь.

Я зажмуриваюсь и напрягаюсь всем телом.

Господи, даже в самом страшном сне я не могла себе представить такого идиотского знакомства с сыном моего мужа. Я бы предпочла вообще с ним не знакомиться, чем так! Потому что…

- Мокрая, - слышу довольный голос. - Бля, у меня все пальцы теперь в твоем возбуждении.

Он двигает этими самыми пальцами, и я схожу с ума от того, насколько приятно это ощущается.

Не должно!

Не хочу, чтобы так ощущалось!

Не хочу чувствовать его внутри себя, а, тем более, получать от этого удовольствие. Даже малейшее. На секунду. Нет! Этого наслаждения быть не должно!

- Такая горячая и тугая внутри, - негромко продолжает Александр хриплым голосом. - Представляю себе, как ты будешь обволакивать мой член, когда я буду тебя трахать. Ты крикунья, Ксения? Если да, это вообще идеально. Люблю слышать женщину, которую я насаживаю на свой ствол.

- Отпусти немедленно, - рычу.

Я умираю. От стыда за саму себя. За то, что не нахожу подходящих слов, чтобы остановить это безумие.

- Еще немного, да? - отзывается он, продолжая давить на ту самую правильную точку внутри меня. Двигает своими развратными пальцами, сводя с ума. - Ты же быстро кончаешь, я видел. Давно никто тебя не трахал? Так ты не стесняйся, только попроси. Отделаю так, что ходить не сможешь.

Он толкает бедра немного вперед, и я чувствую его каменный член, который буквально рвется из спортивных штанов. Еще один толчок, и я уже едва сдерживаю предательский стон.

В глазах скапливаются слезы. Я чувствую унижение, стыд, ярость и… чертово возбуждение, от которого не знаю как избавиться.

- Плакать будешь? - спрашивает он. - Плачь, Ксюша. Я буду слизывать твои слезы. Проглочу каждый всхлип. Люблю отзывчивых, эмоциональных женщин.

- Ты… ты… ненавижу тебя, слышал? - цежу, глядя на него сквозь слезы. - Ты - отродье. Не чета своему отцу.

- Тому отцу, который не удосужился даже трахнуть свою жену? Ты об этом отце? Я бы весь медовый месяц с тебя не слезал. Везде носил бы на руках, потому что ты не смогла бы ходить.

- Отпусти меня немедленно. И убери от меня свои грязные лапы!

- Я их вытер, честное слово, - издевается надо мной сын мужа. - Сразу как только кончил, вытер.

Он начинает энергичнее скользить пальцами внутри меня, а я сцепляю зубы, чтобы хоть как-то ослабить чертово возбуждение.

Ненавижу его!

Только познакомилась, и уже ненавижу всеми фибрами души!

Я хочу уехать отсюда! Свалить и развестись с мужем! Потому что не выдержу такое!

- Что ты пытаешься сделать, сладкая? М? Пытаешься остановить неизбежное? Пытаешься не кончить? Без шансов, малышка.

- Ты не имеешь права прикасаться ко мне. Я расскажу твоему отцу.

- Он не поверит, - усмехается Александр. - Чтобы его идеальный сын вот так нагло распинал его женушку? Не-а, не поверит, - качает головой. - А вот в то, что его сексуальная, как ад, жена пытается развратить его сына - очень даже. Покажем ему, что ты умеешь, м? Мне даже усилия не надо прикладывать, чтобы доказать, что ты сама запрыгнула на мой член.

- Ну да, - теперь я усмехаюсь, стараясь игнорировать его пальцы внутри. - Конечно, поверит, что хрупкая женщина завалила и изнасиловала двухметровый шкаф. Похоже, ты глупее, чем думает твой отец.

- Сучка, - агрессивно улыбается Александр. - О, да, сладкая, язвительная сучка. Я тебя…

- Ксения? - раздается снизу голос Андрея, и я замираю, стреляя в сына мужа испуганным взглядом.

Он усмехается и медленно вынимает из моих штанов ладонь.

Удерживая мои руки, слизывает мои соки со своих пальцев, не сводя с меня оборзевшего взгляда.

- Вкусно, - хрипит он.

- Отпусти меня немедленно.

- Ксюша? Саша? - голос Андрея ближе. Он поднимается по лестнице!

Меня окатывает ледяной волной паники.

- Отпусти, - шиплю, а сын мужа склоняет голову набок.

- Ксюша, ты тут? - раздается за дверью, и мое сердце пропускает удар.

Глава 5

Александр резко отходит в сторону, распахивает дверь. Я разворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу со своим мужем.

- О, Ксения, а я уже собрался стучать, - улыбается Андрей. - Ты чего такая красная? Ты что… ты плакала? Что-то случилось? Ты с Сашей уже виделась? - засыпает меня вопросами Андрей, а я стою и не могу произнести ни слова.