Разочаруйся во мне

Разочаруйся во мне

Юйши Тоуши

Иллюстратор Ксения Евгеньевна Мамочкина

Дизайнер обложки Ксения Евгеньевна Мамочкина

© Юйши Тоуши, 2026

© Ксения Евгеньевна Мамочкина, иллюстрации, 2026

© Ксения Евгеньевна Мамочкина, дизайн обложки, 2026

ISBN 978-5-0071-4206-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Х

Она могла начать кидать в меня посуду в любой момент жизни. Просто вместо доброго утра мимо со свистом проносилась часть чайного сервиза или кружка, что стояла ночью у постели.

Гнев горел неистово, но лишь я знал, что за злостью скрывается боль. И сейчас вместо того что б кричать в слезах «Да как ты мог так со мной поступить!», она обращает все гневом. Вот так выглядели последствия причиненной боли.

Мне ничего больше не оставалось, как уворачиваться от летящей утвари и ждать. Она заплачет, но перед этим отвесит мне пару пощечин. И ей будет больно самой еще сильнее, но я дождусь. Я верю, это все не навсегда, и когда-нибудь больная душа распустится цветами.

Вот так и сегодня допить кофе, было не суждено. Что ж, и тебе доброе утро, Принцесса. Крики сменили слезы, и щеки горят огнём от попытки обнять ее. Сегодня воевала недолго, моя гневная королева.

Как бы я хотел вычеркнуть этот кусок из наших жизней, но прошлого не вернуть.

Перевернутая комната и приоткрытая дверь от хлопка. Тихо, почти бесшумно, там, в груде одеял лежит она, и теперь мне безопаснее подходить.

Я ставлю стакан воды и ложусь рядом, крепко обнимая ее. Вздрагивания затихают. Она повернулась ко мне и, прижавшись, лежит. Нет, не уснула. Именно сейчас внутри ее вселенной ровным счетом ничего, и не она одна виновата в этом.

— Скоро все пройдет, — тихо шепчу я.

В ответ я не услышу ничего, а чуть позже грусть сменится улыбкой, и она отпустит все, на какое-то время.

Ю

И снова сработала его чертова чуйка! Всегда. Всегда, когда в моей жизни что-то идет не так, объявляется он. Кто тебя вообще звал? И какого черта тебя волнуют мои проблемы? Ты, насколько я знаю, строишь новую жизнь. Все как ты хотел, и самое главное, без слабой меня. Так продолжай, в чем проблема, я понять не могу?

— Ало…

— И какого черта снова ты? Чего надо?

— Ты в порядке?

— Ахахаха. Я? В полном!

— Юй, я не шучу. Где ты?

— Да пошел ты!

— Ю… — трубка была резко сброшена.

Если б еще это кого-то останавливало. Чертов Лис. Так прозвала я его с недавних пор из-за огненно рыжих волос. Раздражает меня. Вечно лезет. И так же вечно исчезает.

Но чувствую я себя действительно не очень хорошо. И, по правде говоря, хочу домой. Вокруг эта шумная толпа. Как вообще меня угораздило перебрать. Да ну и ладно, сама встряла, сама и выберусь из этого всего.

Прошло менее получаса, как чья-то рука схватила меня и потащила за собой.

— Все, хватит, пошли. Наигрались в детские игры, пора нести ответственность.

— Ты! Да как?!

— Как и всегда, Принцесса. Садись в машину.

Сопротивляться сил не было. Перед глазами все плыло, и начинало подташнивать. Остатки навыков прошлой профессии или старые связи, но что-то явно помогало ему находить меня снова и снова.

— И куда? Я к тебе не поеду. Не хочу представлять, как вы кувыркались с ней на каждом клочке квартиры.

— Дура!

— От дурака слышу. Или хочешь сказать, вы не спали?

— Ты правда хочешь поговорить об этом снова? Сейчас?

В ответ я лишь недовольно фыркнула.

— Диктуй адрес. Мы заедем за твоими вещами.

— ….

— Боже. Из нас двоих видимо повзрослел только я.

— Ты и так все знаешь

— Хорошо. Будет тошнить, скажи, остановимся.

После разговора я отвернулась смотреть в окно. Глаза б мои его не видели. Но и все же… Как будто бы я и скучала.

Х

Смотреть можно, трогать нельзя. Да, именно так можно было охарактеризовать наши отношения после возвращения в «обитель». Другими словами, никакого близкого контакта сверхмеры. Общение, нежные прикосновения, долгие разговоры и, иногда, с трудом дающиеся объятия, в которых есть неловкое ощущение пустоты.

Находиться вместе приходилось много, хотя, иногда, это сменялось жесточайшим холодом и игнором. Вот тогда и начинался экшен. Все происходящее, порой, мне казалось карой. Что вообще происходит внутри этого метра с кепкой? Как эта бесформенная буря хауса может спокойно существовать в столь хрупком теле?

Резкие попытки переехать тайком из жажды погони, выключенный телефон и постоянная тревога каждый раз, как она покидала дом. Этой сумасшедшей уйти, взяв с собой лишь косметику и наушники, совершенно ничего не стоило. Искать ее — азарт и пытка. Ожидание — муки похлеще предыдущего. Вечно раскачивающаяся чаша весов разума и эмоций.

Чего стоят одни провокационные приколы. Игра с чувствами — явно ее конек. И я знаю, где и у кого она этому научилась. Взгляд, касания и до неприличия минимум одежды. Она же в своем доме, что может быть не так? Отказ — спустит курок и пустит пулю тебе в голову. Согласие — вызовет презрение, и, возможно, утром я уже не найду и следов ее в доме.

Приходилось держать себя в руках настолько, насколько позволял разум и осознание ведущейся игры. Но грань иногда приходилось все-таки преступать. Нежными касаниями и поцелуями по телу. Ей хотелось нежности и любви, заботы и ласки, а не похоти и желания. И не от кого-то, а лишь от меня. Это и делало ее особенной. Той, к которой я возвращался вновь и вновь. Она — мой изумруд, сокровище и вечное проклятие. Мне казалось, я люблю ее.

Х

18+

Насколько Вас обрадует вид окровавленных следов в доме? Думаю, скорее, испытаете ужас, страх или, быть может, отвращение.

У меня же не было и секунды думать. «Черт! Черт! Что ты сотворила?! Меня не было меньше двух часов дома….» Злость вперемешку со страхом, но не успел я завернуть и за угол в гостиную, как в меня уткнулось дуло пистолета.

Ее руки были по локоть в крови, истеричный взгляд, похожий на смех вперемешку с отчаянием. И слезы. «Только не стреляй, дура!»

Медленно она начала отходить от меня, все так же направляя на меня пистолет. Это было явное обострение. И чего она хотела? Видимо, что б я вернулся к ее уже остывающему телу. Дура!

— Хаха.

— Юйши, положи пушку…

Я медленно поднял руки перед собой, ладонями показывая, чтобы она успокоилась. Что спровоцировало весь этот кошмар, не ясно. Руки в порезах, и все останется шрамами, или же это такой способ забить руки до плечей.

— Давай поговорим. Что случилось, Принцесса?

Сквозь ее улыбку проступила кровь. Ужас — это все, что тогда я испытал. И последняя надежда, что она ничего не наглоталась.

В глазах читалось безумие. «Когда-нибудь я сойду с ума» сейчас, те ее слова обретали совсем другой смысл. Глупое разбитое создание! Остановись.

Долгая игра в «гляделки» могла сыграть дурную шутку. Один рывок ее руки, и вот пуля пронзает не меня, а ее. Этого нельзя было допускать. Расплата за грехи, но не ценной жизни. Не ее.

Сейчас или, возможно, никогда. Я резко сокращаю дистанцию и хватаю ее. Поднятая резко рука вверх все-таки выпускает пару выстрелов. Одна летит в потолок. Вторая разбивает сервант с книгами. Мы оба падаем на пол.

— Ты окончательно слетела с катушек!

Отпускать из рук ее страшно, хоть и очень сложно. Так же в крепкой хватке я тащу эту дуру к раковине на кухне и обливаю холодной водой.

— Чего наглоталась?! Говори!

— Ничего…

— Если ты сдохнешь у меня на руках, я зарою тебя прямо во дворе дома.

— Хаха. Давай! Думаешь, обо мне кто-нибудь вспомнит?! Всем плевать.

После этого она выплюнула мне в лицо воду, перемешанную с кровью.

Сердце бешенно колотилось в груди. Мозгов хватает, не вырывается. Прижимаю ее к себе, опускаемся на колени.

— Мне. Мне будет не все равно, если ты уйдешь.

Нам нужна помощь, все это нельзя больше оставлять вот так.

— Завтра же мы поищем врача.

— Иди к черту!

— И будем проходить терапию вместе.

— …

Ю

Парой нам не хватает совершенно обыкновенных вещей. Мягкого взгляда без осуждений, ласковых слов. Искренне ласковые слова — это то, что я перестала видеть в людях. За каждой фразой таится подвох. Слушать поэтому кого-либо стало совершенно невозможно.

Звуки. Простой набор звуков и букв алфавита — то, во что превратился смысл каждого сказанного слова. Лесть, желание получить желаемое любым путем. Мир превратился в джунгли где, никому нельзя верить, даже близким людям.

Проявлять жалось, сострадание и любовь стало чем-то сравнимо выходу на поле боя без оружия или заходом в клетку к большому дикому зверю, пока тот спит. Все будет хорошо, но до поры, до времени. А после тебя сотрут в порошок и уничтожат. Так тогда скажите, зачем нам все они, люди вокруг, когда ты раз за разом все равно остаешься один?

Желать добра становится невозможным или бессмысленным, кому как удобнее. Но сейчас объяснить причину, почему этот хитрый лис возится вокруг меня, я не могу. Просто не понимаю.

Прошли годы, и я вся та же, абсолютно бесполезная, слабая Юй. Что изменилось? Совесть взыграла? Или же опять кто-то, что-то про меня наплел? Да и плевать, наверное. Терпения и сил тебе и тогда, и сейчас, не хватит. Спустя время убежишь, обвинив меня снова во всех грехах и, впустую потраченном, времени. Выставив себя неповторимым героем, а меня не благодарной сукой. Так ведь?! Аааай! Толку об этом разговаривать.

Тогда в прошлом, да! Я хотела мира, любви заботы, и все бы крутилось вокруг тебя одного! И ты это знаешь! А сейчас исправлять что-либо уже невозможно.

Я не стану поддаваться ни искушению, ни желанию снова стать ближе. Как раньше уже не будет, пойми же ты на конец!

Но вместо этого его холодные ладони гладят мои волосы. И сейчас он что-то бормоча, прижимает меня к груди.

Х

Сказать, что все было вот так плохо нельзя. Даже в полной тьме наступают просветы. Одним из таких лучей света были наши прогулки по ночному городу.

Происходило это спонтанно, и в этом был особый кайф. Буквально, не из чего взявшаяся мысль, и вот мы уже садимся в машину.

Теплый вечер и музыка. Дорога в неизведанное направление, лишь туда, куда велит сердце, и ничего более.

С того момента, как я забрал ее с той вечеринки пару недель тому назад, она больше не бралась за алкоголь. Думаю, это только к лучшему в ее состоянии. Вместе с ней завязал и я, несмотря на весь трешь происходящего, сорваться мыслей не появлялось.

Вот бы так было всегда. Ни криков, ни крови, покой и наслаждение моментом. Видеть ее расслабленную и улыбающуюся, без страха или паники в глазах.

Парфюм наполнил салон машины. Нежные ноты сладости и пудры. Это ее любимый аромат, и я даже помню, как он появился. С тех пор он стал ее фирменной чертой. Как же ей он идет. Тогда, еще около года назад, в одной не увенчавшейся успехом попыткой к применению, я подарил ей один такой флакон, впоследствии, вылитый на меня при соре. Потом мы снова долго не виделись, а я все еще пах сладостью и пудрой. Каждый раз, когда надевал эти вещи, и заново злился на нее.

Надеюсь, в этот раз подобного не случится. Нельзя ее оставлять в таком состоянии, это просто не безопасно. Не хочу ее потерять. И простить, зная, что стал ключом к данным последствиям, себя не смогу.

СМС на телефон:

Лин: «Привет Пупсик как дела?»

Тебе еще чего не хватало.

Х

Это была интрижка века. И, если я — главная ошибка Ю, то Лин — главная ошибка моей жизни, из которой, видимо, выпутываться я буду долго и упорно. Дело даже не в чувствах, а в мертвой хватке этой дикой кошки. И сейчас, она меня точно просто так не отпустит. Да, и я дурак, сам ввязался в эту историю и влип. Как же все не вовремя. Именно сейчас, когда с той, кого люблю, все так плохо, и объяснить спокойно все, явно не получится. Ведь, именно из-за нее начался кошмар, и именно из-за него Юй меня так ненавидит.

Смс:

X: чего надо?

Ну почему же так грубо? Нельзя так говорить с будущей матерью ребенка: L

X: Какого еще ребенка?

Твоего. Что, ты все успел забыть? Надо

встретится и все обсудить: L

X: Когда?

Давай завтра днем в нашем кафе малыш: L

Хуже новости быть не могло. И почему именно она? Слепой кретин, другими словами назвать себя невозможно. Повестись на статус и деньги с прекрасной долей лести. Но я сомневаюсь, что Лин сама ожидала этого.

На следующий день под предлогом того, что нужно решить пару вопросов с продажей моего прошлого рабочего помещения, которое все это время простаивало, я отправился на встречу с богатенькой фурией. Но, правда в том, что уже год прошел, как я его продал. Сдавать стало не выгодно, да и в городе я появлялся нечасто.

Всю дорогу до места встречи в голове крутился вихрь мыслей. И одно желание о том, чтобы Юй не о чем не прознала.

Одетая, как и всегда в дорогое изящное платье, с сияющими затмевающими все украшениями, встречает меня наследница одной из богатейших семей Токио — Лин.

Выглядит она прекрасно, как и всегда. И, многие бы сейчас хотели оказаться на моем месте, желая лишь встретится с подобной особой, хотя бы за чашкой кофе.

Но это если не знать о характере данной особы и то, как часто она лжёт и меняет поклонников. Одним из таких, в прошлом, оказался и я.

— Привет! Так рада тебя видеть. А ты нисколько не изменился. Все такой же оборванец. Хоть стиль бы сменил.

— Не могу сказать того же. Давай ближе к делу.

— Как грубо. А когда-то ты мурлыкал мне совершенно другие вещи. И нам было хорошо.

— Это в прошлом. И, наверное, ты забыла, как наигравшись, поступила со мной. Я так понял ты в положении.

— Все верно малыш. И сроки соответствуют нашим с тобой отношениям, — после девушка протянула бумажки со свидетельствами и заключениями врачей.

— Допустим. Что ты от меня хочешь? И зачем тебе этот ребенок?

— Хм. Не смотря на то, что отец малыша заслужил не самую лестную репутацию у своей семьи, но и так же на данный момент является единственным наследником. Верно? Брат твой пару месяцев назад умер.

— Я не собираюсь возвращаться и налаживать контакт с семьей. Как и вступать в наследство, и ты это прекрасно знаешь.

— Да. Но не ребенок.

— Ты даже тут ищешь выгоду.

— А как иначе? Так что готовься, скоро станешь папой.

После, она допила кофе и, накинув на плечи пиджак, удалилась, игриво послав в мою сторону воздушный поцелуй.

Ю

Дискомфорт. Так, наверное, я бы назвала то, что чаще всего испытываю. Непонятное чувство внутреннего постоянного дисбаланса. Раздражающее ощущение до кончиков пальцев и зарождающееся где-то в груди. Похоже на, вечно гниющую, рану или ссадину, которой не дают зажить. И даже я. Я и никто иной больше всего не даю этой боли покоя. Как мать с гиперопекой ребенка, все пытаюсь ее как-то исцелить, приложить что-то или чем-нибудь намазать, ну, или совсем на край, прикрыть. Мерзко.

Что-то или кто-то внутри меня отчаянно не хочет смиряться с этим. Трудно жить, когда что-то постоянно болит. И боль эта вяжущая, неприятная, тянет без конца и мешает дышать. Иногда, я задумывалась, а такая только у меня?

Наверняка, нет, но люди просто более успешно справляются с этим, не показывая, как это неприятно. Это я слишком слаба, это мне всегда что-то не так.

Четверть жизни уже позади, а я так и не научилась радоваться жизни. Была у меня одна безумная теория о распределении счастья в жизни и про то, что людям дается определенный лимит на все это. И в какой период жизни воспользоваться этим, решать, к сожалению, не нам. Бред, конечно, знаю, но…

В детстве я была достаточно счастливым ребенком. У меня было все. Родители меня очень любили и старались дать мне все самое лучшее. Тогда я еще не представляла, какой кошмар меня ждёт в будущем. Вот именно в тот момент, видимо, я и израсходовала свой лимит счастья. А бабушка мне говорила: «Не смейся так громко, потом плакать будешь» Возможно, она тогда уже что-то знала.

Х

Вот, только тебя здесь не хватало. И какого черта именно сейчас? Тебя Линка прислала, или судьба продолжает насмехаться надо мной?

И вот именно тогда, когда я уехал, ни часом раньше, ни днем другим. Припарковался еще на моем месте, гаденыш.

Интересно, рада ли она его увидеть? И, насколько я знаю, они так же разошлись. Этот урод стал первым препятствием на пути к Ю.

Тихая темная лошадка или змей, что пригрелся на груди. Паршивец тут же стал виться вокруг расстроенной Юйши. И наглости хватало рычать на меня. Никто не говорит о моей правоте, но…

После они узаконили отношения, и, думаю, это было сделано на зло, так как Юй годом ранее отказала мне. Но бумеранг существует, и этот брак не просуществовал долго. Выдержать весь огонь этой девочки способен не каждый. На что надеялся только дурак?

Одна оплошность, и ты улетаешь с поля боя и выходишь из диапазона ее внимания. Таковы правила выживания. И я нарушал их, и не раз, и был прощен до определенного момента. Любому терпению наступает конец.

Сейчас же все будет по-другому. Проигрывать этому юнцу нет никакого желания. Наши дороги раз за разом сводила судьба, и на это явно были причины.

— Принцесса, я дома. И так понимаю у нас гости? — и черт бы их побрал.

— Да.

Пройдя в гостиную, никого не обнаружил. Они сидели на кухне. Наши взгляды пересеклись, и в воздухе, казалось, прозвучали раскаты грома. Ну, что, смотрю, ты так же безумно рад меня увидеть.

Как ни в чем не бывало, я подошел к Ю и, обняв, нежно поцеловал в лоб. Ооо, глаза этого гада надо было видеть.

— Вы снова вместе.

— А, что не заметно?

— Надолго ли…

Язык длинный? Ожидаемая попытка вывести из себя. На мгновение я действительно вспыхнул, но потом решил, что оно того явно не стоит. И добавит стресса для Ю, а врачей и лекарства мы ищем явно не за этим.

— Ю, я заберу кое-что из мастерской в подвале?

— Да, конечно! Это же твоя мастерская. Не стоит спрашивать.

— Но дом-то не мой.

Повисла неловкая тишина. А когда-то они вдвоем являлись владельцами Бюро, и Юйши в порывах чувств, или же помутнении рассудка, сделала ему дубликат ключей. Колоссальная ошибка приведшая к большому количеству бед. Но, не об этом сейчас.

— Как давно он здесь?

— Приехал за полчаса до тебя. Как кстати все прошло?

— А? Что?

— Ну, дела с помещением? Сделка состоялась?

— Да. Почти.

Чуть не спалился. Голова забита мыслями, когда этот гость заберет, наконец, свои вещи и свалит.

Лис и Тоуши

Ю

На самом деле было все немного иначе. Ничего не предвещало беды, как говорилось. Первый час отсутствия Лиса я проспала. От тишины в доме сильно поклонило в сон. Разбудил меня звук рева мотоцикла.

Не узнать его было невозможно. Столько всего от погонь за такси, до бешеной езды по городу. Чудила я знатно, и тормозов явно не имела. Да и они нужны тем, кто не имел безопасности того уровня, что тогда имела я. Это только развязывало мне руки. Тихий охотник всегда настигал свою добычу.

Все это было чертовски весело, но, к сожалению, не просуществовало долго. Разрыв был неприятным событием для обоих сторон. И, к слову, я до сих пор ношу его фамилию. Занимательно, не правда ли. Гарант безопасности и по сей день. Правда, возможно, немного не такой, как раньше.

Дверь чуть не слетела с петель. Импульсивный псих. То сообщение, что я ему отправила около двух недель назад, видимо дошло только сегодня.

Внутри все сжалось. Нетерпение — это страх или же адреналин? Быстрыми шагами я спустилась со второго этажа и подошла к входной двери. Сердце стучало настолько часто, что закладывало уши.

— Тоуши? — словно не могла поверить, что это действительно он.

Тишина. Щелчок замка. И вот напротив меня снова его глаза, синие как бездна моря с искрами где-то внутри. Заминка длилась не долго. Отбросив в строну шлем, и закрыв с рывка входную дверь, он буквально впился в мои губы.

На первых секундах я даже ответила на поцелуй. Аромат хвои и дыма наполнил мою грудь. Он целовал меня так, словно не мог напиться. Его руки крепко прижимали меня к себе.

Благо здравый смысл не до конца покинул меня. И, придя в себя, я залепила ему звонкую пощечину и оттолкнула от себя.

— Что ты творишь!? — вскрикнула я, не понимая, кого из нас хотела отрезвить этим.

В его глазах читало непонимание.

— Что не так?

— Да все! Ты думаешь, это норма пропадать и объявляться когда вздумается, а потом вот так с порога вцепляться в губы. Словно я кусок мяса.