Дневник мичмана

Денис Северов

Дневник мичмана

1 ноября 1984 года

Меня зовут Алексей Громов, я мичман, старшина команды трюмных машинистов на атомной подводной лодке «К-472». Мы вышли в море две недели назад. Задание — патрулирование в Северной Атлантике, на глубине. Всё шло по плану, пока сегодня ночью не умер Кузнецов.

Он был в центральном посту, нёс вахту у пульта погружения. По словам старпома, Кузнецов вдруг побледнел, схватился за горло, будто ему перекрыли воздух, и упал. Медик констатировал остановку сердца. Никаких предпосылок — парню было двадцать два, здоровый, как бык. Капитан приказал молчать. Тело поместили в холодильную камеру провизии.

Я записываю это, потому что мне страшно. Не из-за смерти — на флоте всякое бывает. Страшно от того, как он выглядел. Его глаза были открыты. И зрачки — огромные. Как у утопленника.

4 ноября 1984 года

Сегодня погиб лейтенант Смирнов, наш штурман. Он проверял карты в рубке. Его нашли в шкафу для документов. Скрючен, как эмбрион. Врач сказал — асфиксия. Но в отсеке был воздух. Я был там за минуту до этого, слышал, как он бормотал что-то про шум за бортом. Я спросил, какой шум, он ответил: «Будто кто-то скребёт по корпусу. Снаружи». Но мы на глубине двести метров. Там нет никого.

Капитан приказал усилить наблюдение за системами. Давление в норме, кислород в норме. Никто не понимает, что происходит.

7 ноября 1984 года

Третий. Старший матрос Ефимов, кок. Он умер в камбузе. Сердце. Опять сердце. Медик уже сбился с ног. Говорит, что в организме Ефимова не было ни инфекции, ни яда. Просто остановка.

Мы собрались в центральном посту. Капитан сказал: «Держаться вместе. Никто не ходит по одному». Но это не помогает. Смерть приходит не через дверь. Она уже внутри.