Ритмы трансформации: Drum and Bass в психотерапии или зов предков

Юнг, суфизм и ритм: две парадигмы, один ритм.

Читатель, знакомый с юнгианской психологией, может заметить в суфийских практиках знакомые мотивы: кружение вокруг собственной оси как символ центра, отказ от эго как работа с Тенью, растворение в единстве как стремление к Самости. Это сходство не случайно. И Юнг, и суфии говорят об одном: о том, что человек-это не только его сознательное «я», но и нечто гораздо большее, что требует встречи, признания и интеграции.

Однако было бы ошибкой накладывать юнгианскую схему на суфизм. Их представления о том, что есть реальность в своей основе,-принципиально различны.

Для Юнга архетипы-это самостоятельные, «одухотворённые» силы коллективного бессознательного. Они имеют свою волю, свою энергию и проявляются в снах, мифах, искусстве. Юнг говорил: «Бог есть психологическая реальность». Это означает, что для него божественное-это не трансцендентная сущность, а то, что переживается внутри психики.

Для ислама (и суфизма как его мистического ядра) такая позиция неприемлема. В исламском мировоззрении нет ничего, кроме Бога. Он-единственная подлинная реальность, Творец, Который не имеет подобия и не ограничен никакими структурами, даже самыми глубинными слоями психики. Всё остальное-включая душу, разум, волю, эмоции-сотворено Им и зависит от Него.

Исламская психология-это самостоятельная, целостная традиция, имеющая:

- свою антропологию-учение о человеке, где душа (нафс), дух (рух), сердце (кальб) и разум (акль) находятся в сложном взаимодействии, требующем очищения и направления;

- свою этику-путь тазкии (очищения души) через покаяние, смирение, благодарность и любовь к Богу;

- свои практики-молитву, пост, зикр (ритмическое поминание Бога), сама (слушание), служение другим;

- свою цель-не индивидуацию как становление «уникальной личности», а приближение к Богу и обретение игра («довольства»), состояния внутреннего покоя и уверенности.

С точки зрения исламской психологии, нет никаких самостоятельных «архетипов», потому что нет ничего самостоятельного, кроме Бога. То, что Юнг называет Тенью, в исламской традиции-это нафс аммара би-с-су (душа, склонная к злу), которая нуждается в дисциплине и очищении. То, что Юнг называет Анимой или Анимусом, в суфизме-это разные аспекты души, связанные с любовью, интуицией и стремлением к Богу. То, что Юнг называет Самостью, в суфизме-это состояние фана, где эго исчезает и остаётся только Бог, а затем бака-«пребывание» в Боге, когда человек возвращается к обычной жизни, но уже преображённым.

Исламская психология не разделяет психику на сознательное и бессознательное как две враждующие силы. Она видит душу как единое целое, которое нуждается в постоянном напоминании о своей истинной природе-природе раба Божьего, сотворённого для поклонения и любви. Когда дервиш кружится-он не «активирует архетип». Он поминает Бога всем своим существом. Его сердце бьётся в такт зикру, дыхание синхронизировано с ритмом, мысли-это имена Бога. Это целостное действие, в котором нет разделения на «сознательное» и «бессознательное», на «эго» и «тень». Есть только душа, устремлённая к своему Создателю.

Исламская психология также не абсолютизирует «индивидуацию» как высшую цель. Для неё цель человека-не стать «уникальной личностью», не интегрировать все свои части в одну целостность, а подчинить свою волю воле Бога и обрести покой в этом подчинении. Это-смирение, которое в исламе называется ислам (буквально «предание себя Богу»). И в этом смысле исламская психология не эгоцентрична (не сосредоточена на «я»), а теоцентрична (сосредоточена на Боге). Это не умаление человека, а его возвышение через отказ от претензии быть центром всего.

И всё же, на самом базовом уровне, есть нечто общее. И в суфизме, и в шаманизме, и в современных ритмических практиках используется один и тот же принцип: ритм меняет сознание. Быстрое, повторяющееся движение, синхронизация дыхания со звуком, интенсивная физическая нагрузка-всё это создаёт условия, в которых обычный поток мыслей замедляется, а восприятие обостряется. Это не «доказательство» того, что все традиции говорят об одном и том же. Это просто наблюдение: человеческий организм устроен так, что на ритм он реагирует глубинно, независимо от культуры и эпохи. И каждая традиция интерпретирует этот опыт по-своему- в терминах своей веры, своей истории, своего языка.

Сам Юнг питал глубокое уважение к исламской мистике. Он не был её последователем, но он видел в ней нечто важное. Он писал, что исламская мистика «приближается к психологической истине». Однако он интерпретировал её в рамках своей собственной системы, что было неизбежно для западного учёного его времени. Сегодня мы можем сделать больше: мы можем признать, что исламская психология-это не «материал для анализа», а самостоятельный путь, имеющий право быть понятым на своих собственных условиях.

В этой книге я не утверждаю, что суфизм «доказывает» юнгианскую психологию. Я не утверждаю, что суфизм «правильнее» или «глубже». Я утверждаю, что он-иной, полный и самостоятельный, и что ритм, который мы исследуем в Drum and Bass,-это лишь один из множества языков, на которых человеческая душа говорит о своей тоске по единству и своём стремлении выйти за пределы самой себя.

Вернёмся к музыке. Liquid Funk, о котором мы говорили,-это не суфийский зикр. Но он создаёт состояние, которое можно назвать созерцательным погружением: повторяющиеся паттерны, плавные басы, меланхоличные мелодии-всё это работает как якорь для сознания, позволяя ему замедлиться, не останавливаясь. Это не «фана», не растворение в Боге. Это-опыт присутствия, который в DnB-культуре имеет своё название, свою эстетику и свою терапевтическую ценность. И этот опыт, как и суфийский,- не столько вероучение, сколько переживание. И в этом-их общий язык.

Drum and Baas- глубинный зов внутренней природы.

Мне очень импонирует идея рассматривать драм, как потомка архаических техник экстаза, хотя и в очень опосредованной форме. И вот почему: как уже упоминалось, ритм- это ключевой элемент архаических техник (шаманские барабаны, танцы), так и драм-н-бэйса. Повторяющиеся, гипнотические ритмы способны вызвать измененные состояния сознания, чувство транса и экстаза. Архаические техники часто использовали звуки природы, голоса, инструменты для воздействия на сознание. Драм, с его сложными звуковыми ландшафтами, синтезаторами и семплами, продолжает эту традицию, используя звук как мощный инструмент для эмоционального воздействия, создания атмосферы, напряжения, расслабления, что может приводить к состоянию экстаза.