Мой самый лучший

– И кто теперь изгаляется над вами? – весело спросила у Зои.

– Ой. Да нормальная тетка теперь у нас, – весело ответила сестра.

Я подняла брови. Обычно Зоя лестно проходилась по руководящему составу «Арт. Студии». Особенно едко по Коврюгину, что натолкнуло меня на выводы о тайной симпатии к директору конторы.

Загвоздка была в том, что Коврюгин прекрасно проживал в счастливом браке, а Зоя томно вздыхала в сторону симпатичного Альберта.

– Ну, значит, повезло вам всем, наконец, – искренне порадовалась за сестру.

– Угу... Как Софья Владимировна? – осторожно спросила Зоя.

– Плохо… – едва смогла выдавить.

Болтая о пустяках, я немного забывала, что она там, а её сердце замедляет ход каждую секунду.

– Маня, может быть, врачи виноваты? Не так сделали операцию?

– Мне перед операцией сказали, что мы только продлим жизнь максимум на год.

– Ой, капец… Ладно, Маш. Я потрещу о тебе с Дарьей Даниловной. Удаленно поработаешь над буклетами. Может быть, с Беликовым рассчитаешься.

– Зоя, ты лучшая, – я смахнула слезу, которая прочертила дорожку до подбородка.

– Манька… – Зоя вздохнула, – там, наверху всё предопределено. Не перепишешь.

Я влетела в тапки с заячьими мордами и поплелась в ванную комнату.

Бессонную ночь было видно в зеркале. Она расписалась под глазами и насыпала в них песка.

– Мда… Маня. Ты просто чудовище. Даже патчи не спасут, – буркнула своему отражению.

Поморщилась на видение, которое вдруг всплыло в голове. Идеальный макияж, идеальная укладка и образ, который подчеркнул все достоинства мисс тюнинг.

Потянулась к зубной пасте и с трудом заработала щеткой.

После кружки любимого кофе из турки сонливость отступила. На плите свежий супчик для бабули, а в духовке покрывается корочкой творожная запеканка. Готовить Софья Владимировна любила, а я сидеть тут возле неё и впитывать ауру главного места в любом доме. Сложила готовые блюда в пластмассовые емкости и направилась в спальную комнату.

Я пробежалась по своему гардеробу в шкафу. Не блистал, но кое-что очень симпатичное на вешалках в сером шкафу с металлическими ручками имелось.

Я приложила чёрное платье с разрезом на боку, красиво облегающее фигуру, и выглянула в окно. Погода за окном была солнечной, и я потянулась за легкой курточкой. В прихожей открыла шкафчик и разложила пудру и карандаш для глаз. В неброском макияже сделала акцент на губы.

– Маня, не всё так уж и плохо… – бросила незнакомке со светлыми волосами, красиво рассыпавшимся по плечам.

Она подмигнула в ответ.

Глава 6

– Ещё одну, – застыла с ложкой супа у рта бабули.

– Маня, я уже наелась, – Софья Владимировна натянуто улыбнулась, но в голосе чувствовалась присущая женщине стойкость.

Я сдалась и закрыла контейнер крышкой.

– Ты сегодня такая хорошенькая, Маш, – вдруг произнесла бабушка.

– Эффектная, – добавила, вдруг вспомнив комплимент Кирилла.

– А Кирюха какой стал… Я не узнала Тухманова, – Софья Владимировна протяжно вздохнула.

– М-да… Кир умеет удивлять, – сказала больше самой себе.

А ещё волновать и рождать непонятные мне чувства.

– Мань, а чего вдруг Кирилл вернулся? Столица… Другие деньги.

– Ему и здесь неплохо, – ответила, поправив край одеяла. – Там что машина, что дом. Красавец на триста квадратов.

– Молодец, Кирюха. Всегда в детстве говорил, что добьется всего. И добился. А сейчас тоже юристом вкалывает?

– Не знаю, бабуль, – я пожала плечами.

Я не сомневалась, что после успешной учебы в вузе Кирилла ждёт не менее успешная карьера. Но за все время наших кратких встреч о своей работе Кирилл не обмолвился ни слова.

– Маш, ты бы тоже бросала меня обхаживать. Ищи работу. Я никуда не денусь из больницы.

– Ба… я громко цокнула. – Я сама знаю, что мне делать. Тем более я нашла подработку, поэтому… Не обижайся, но буду появляться чуть реже.

– Не обманываешь? – серьезно спросила бабуля.

– Тухманов заказал интерьерный дизайн своего дома.

Софья Владимировна на время притихла, я ждала новой волны, вроде того, что подработка – это несерьезно и нужна официальная зарплата, но бабуля, прочертив по мне взглядом, полушепотом вытолкнула: «Это же замечательно».

– Дом, наверное, большой? – спросила следом.

– Я ещё не видела. Только на фотографии, – я собрала контейнеры в сумку и присела на стул у кровати. – Приехать смогу только завтра после обеда.

– Машка, ты у меня такая умница! – морщинистая рука легла на мою ладонь.

– Угу… – отозвалась глухо, сглатывая собравшийся ком.

Набросив куртку, спустилась на первый этаж. Солнце пробивалось сквозь тучи, и даже теплый ветерок игрался с волосами. Погода баловала тёплыми осенними деньками, после которой с остервенением снимет все оставшиеся листья и укроет жёлто-оранжевым покрывалом.

Я торопливо прошлась до остановки и влетела в автобус, как только железные створки распахнулись передо мной.

Все время проверяла телефон в ожидании звонка от Тухманова.

А может, он прислал сообщение? Или я случайно не услышала в шумном общественном транспорте звонка от Кирилла?

На экране значка – пропущенного звонка не было, как и сообщений в мессенджере.

Стуча каблуками ботильонов дошла до подъезда и, бросив взгляд напоследок на парковочную зону двора, вошла внутрь подъезда.

Поморщилась от запаха сигаретного дыма, который расплылся внутри помещения.

Мужскую фигуру, замершую на лестничном проеме у почтовых ящиков, увидела сразу. Сердце забилось в груди от страха, но я старалась не показывать, что от испуга похолодели ноги, а руки колотит нервная дрожь.

– Латунова! – громко позвал мужчина. – Я по твою душу. Все сроки прошли.

В банках безработному дизайнеру отказывали, а за дорогостоящую операцию негласно нужно было заплатить оперирующему кардиологу. Часть дали родственники, но большую часть пришлось занять. Беликов Михаил занимался выдачей таких займов частным лицам, естественно, под высокие проценты. За всё время у меня получалось только отдавать проценты, и сумма кредита перед Беликовым не уменьшилась ни на рубль.

– Я знаю. Я всё верну. Очень скоро, – говорила быстро и отрывисто, чтобы голос не сорвался.

– Обещала проценты вернуть. Ну? – Беликов подошел ближе и навис, словно огромная грозная туча.

– Я нашла работу и скоро верну всю сумму, – я подняла глаза на аспидные глаза мужчины.

В успехе полного погашения сильно сомневалась. Бухгалтерия была своеобразная, но деваться пока было некуда. Помог бы кредит, но любому кредитному учреждению нужен официально трудоустроенный клиент. Каковым я не являлась. Пенсия Софьи Владимировны расходилась только на коммунальные платежи и лекарства. Едва хватало купить продукты.

– Мне твои завтраки вот тут сидят, – Беликов показательно прочертил по горлу ребром ладони. – Может, по-другому рассчитаешься? – мужчина грубо потянул к себе за ворот куртки.

Горячее дыхание обожгло кожу, а глаза мужчины впились в лицо.

– Отпусти! – я уперлась рукой в грудь, пытаясь оттолкнуть мужчину.

– Куколка, на твоём месте трепыхаться тебе бы подо мной так, что я бы подумал, оставить должок или простить его, – омерзительное дыхание смешивалось с омерзительными словами

– Я верну ваши деньги. Отпустите, или я закричу!

– Кричи! – зловеще прошелестел Беликов.

На моё счастье этажом выше открылась дверь, и Беликов отпрянул от меня, продолжая сверлить диким взглядом. Дрожь от случившегося пробегала по спине. Я сделала несколько шагов назад и, сунув руку в карман куртки, нащупала ключи от квартиры. Пробежав лестничный проем, втолкнула ключ в замочную скважину и через секунду влетела внутрь.

Закрыла дверь и, прислонившись к двери спиной, растирала ледяные руки.

Я несколько раз с опаской посмотрела в глазок. На площадке было пусто. Стянула ботильоны и подошла к окну. Беликов стоял во дворе дома. Чиркнув зажигалкой, жадно втянул в себя сигаретный дым. Всё время, пока Беликов курил сигарету, озирался на окна мой квартиры.

Сердце продолжало бешено бежать в груди.

Кто бы знал, что распиской на триста тысяч я загоняю себя в капкан. Работала схема у Беликова на все сто. Мужчина искал себе жертву, за которой никого нет. И рассчитаться за долг у жертвы не получится. Все суммы, которые были отданы в счет долга, покрывали только проценты по нему. Бесконечная попытка выбраться из долговой ямы. Мужчина нервно отбросил сигарету и зашагал по тротуарной дорожке.

Я подошла к зеркалу и провела щеткой по волосам. Мысли путались, а на щеках играл лихорадочный румянец. От звонка на телефоне вздрогнула и с опаской открыла сумочку.

На экране высветилось «Кирилл», и я расплылась в печальной улыбке.

Глава 6

– Ещё одну, – застыла с ложкой супа у рта бабули.

– Маня, я уже наелась, – Софья Владимировна натянуто улыбнулась, но в голосе чувствовалась присущая женщине стойкость.

Я сдалась и закрыла контейнер крышкой.

– Ты сегодня такая хорошенькая, Маш, – вдруг произнесла бабушка.

– Эффектная, – добавила, вдруг вспомнив комплимент Кирилла.

– А Кирюха какой стал… Я не узнала Тухманова, – Софья Владимировна протяжно вздохнула.

– М-да… Кир умеет удивлять, – сказала больше самой себе.

А ещё волновать и рождать непонятные мне чувства.

– Мань, а чего вдруг Кирилл вернулся? Столица… Другие деньги.

– Ему и здесь неплохо, – ответила, поправив край одеяла. – Там что машина, что дом. Красавец на триста квадратов.

– Молодец, Кирюха. Всегда в детстве говорил, что добьется всего. И добился. А сейчас тоже юристом вкалывает?

– Не знаю, бабуль, – я пожала плечами.

Я не сомневалась, что после успешной учебы в вузе Кирилла ждёт не менее успешная карьера. Но за все время наших кратких встреч о своей работе Кирилл не обмолвился ни слова.

– Маш, ты бы тоже бросала меня обхаживать. Ищи работу. Я никуда не денусь из больницы.

– Ба… я громко цокнула. – Я сама знаю, что мне делать. Тем более я нашла подработку, поэтому… Не обижайся, но буду появляться чуть реже.

– Не обманываешь? – серьезно спросила бабуля.

– Тухманов заказал интерьерный дизайн своего дома.

Софья Владимировна на время притихла, я ждала новой волны, вроде того, что подработка – это несерьезно и нужна официальная зарплата, но бабуля, прочертив по мне взглядом, полушепотом вытолкнула: «Это же замечательно».

– Дом, наверное, большой? – спросила следом.

– Я ещё не видела. Только на фотографии, – я собрала контейнеры в сумку и присела на стул у кровати. – Приехать смогу только завтра после обеда.

– Машка, ты у меня такая умница! – морщинистая рука легла на мою ладонь.

– Угу… – отозвалась глухо, сглатывая собравшийся ком.

Набросив куртку, спустилась на первый этаж. Солнце пробивалось сквозь тучи, и даже теплый ветерок игрался с волосами. Погода баловала тёплыми осенними деньками, после которой с остервенением снимет все оставшиеся листья и укроет жёлто-оранжевым покрывалом.

Я торопливо прошлась до остановки и влетела в автобус, как только железные створки распахнулись передо мной.

Все время проверяла телефон в ожидании звонка от Тухманова.

А может, он прислал сообщение? Или я случайно не услышала в шумном общественном транспорте звонка от Кирилла?

На экране значка – пропущенного звонка не было, как и сообщений в мессенджере.

Стуча каблуками ботильонов дошла до подъезда и, бросив взгляд напоследок на парковочную зону двора, вошла внутрь подъезда.

Поморщилась от запаха сигаретного дыма, который расплылся внутри помещения.

Мужскую фигуру, замершую на лестничном проеме у почтовых ящиков, увидела сразу. Сердце забилось в груди от страха, но я старалась не показывать, что от испуга похолодели ноги, а руки колотит нервная дрожь.

– Латунова! – громко позвал мужчина. – Я по твою душу. Все сроки прошли.

В банках безработному дизайнеру отказывали, а за дорогостоящую операцию негласно нужно было заплатить оперирующему кардиологу. Часть дали родственники, но большую часть пришлось занять. Беликов Михаил занимался выдачей таких займов частным лицам, естественно, под высокие проценты. За всё время у меня получалось только отдавать проценты, и сумма кредита перед Беликовым не уменьшилась ни на рубль.

– Я знаю. Я всё верну. Очень скоро, – говорила быстро и отрывисто, чтобы голос не сорвался.

– Обещала проценты вернуть. Ну? – Беликов подошел ближе и навис, словно огромная грозная туча.

– Я нашла работу и скоро верну всю сумму, – я подняла глаза на аспидные глаза мужчины.

В успехе полного погашения сильно сомневалась. Бухгалтерия была своеобразная, но деваться пока было некуда. Помог бы кредит, но любому кредитному учреждению нужен официально трудоустроенный клиент. Каковым я не являлась. Пенсия Софьи Владимировны расходилась только на коммунальные платежи и лекарства. Едва хватало купить продукты.

– Мне твои завтраки вот тут сидят, – Беликов показательно прочертил по горлу ребром ладони. – Может, по-другому рассчитаешься? – мужчина грубо потянул к себе за ворот куртки.

Горячее дыхание обожгло кожу, а глаза мужчины впились в лицо.

– Отпусти! – я уперлась рукой в грудь, пытаясь оттолкнуть мужчину.

– Куколка, на твоём месте трепыхаться тебе бы подо мной так, что я бы подумал, оставить должок или простить его, – омерзительное дыхание смешивалось с омерзительными словами

– Я верну ваши деньги. Отпустите, или я закричу!

– Кричи! – зловеще прошелестел Беликов.

На моё счастье этажом выше открылась дверь, и Беликов отпрянул от меня, продолжая сверлить диким взглядом. Дрожь от случившегося пробегала по спине. Я сделала несколько шагов назад и, сунув руку в карман куртки, нащупала ключи от квартиры. Пробежав лестничный проем, втолкнула ключ в замочную скважину и через секунду влетела внутрь.

Закрыла дверь и, прислонившись к двери спиной, растирала ледяные руки.

Я несколько раз с опаской посмотрела в глазок. На площадке было пусто. Стянула ботильоны и подошла к окну. Беликов стоял во дворе дома. Чиркнув зажигалкой, жадно втянул в себя сигаретный дым. Всё время, пока Беликов курил сигарету, озирался на окна мой квартиры.

Сердце продолжало бешено бежать в груди.

Кто бы знал, что распиской на триста тысяч я загоняю себя в капкан. Работала схема у Беликова на все сто. Мужчина искал себе жертву, за которой никого нет. И рассчитаться за долг у жертвы не получится. Все суммы, которые были отданы в счет долга, покрывали только проценты по нему. Бесконечная попытка выбраться из долговой ямы. Мужчина нервно отбросил сигарету и зашагал по тротуарной дорожке.

Я подошла к зеркалу и провела щеткой по волосам. Мысли путались, а на щеках играл лихорадочный румянец. От звонка на телефоне вздрогнула и с опаской открыла сумочку.

На экране высветилось «Кирилл», и я расплылась в печальной улыбке.

Глава 7

– Привет, – мой голос был сиплым, и я никак не могла прийти в себя.

– Маш, жду тебя у подъезда, – начал Тухманов без приветствий.

– Пять минут, и я спущусь.

Взглянула на своё отражение в зеркале и подправила макияж. Брызнула любимыми древесными и подхватила сумочку с планшетом, который приготовила на комоде прихожей ещё утром.

Я быстро присела в салон автомобиля и втянула запах, который источал Тухманов. Дерзкий, сдержанный и статусный. Ровно такой, каким стал мой друг детства. Тухманов всегда опекал меня. Любой мальчишка в школе и во дворе знал, что за косички Машку Латунову дергать строго запрещено. Малышня дразнила нас женихом и невестой, но кроме дружеских отношений долговязого подростка и такой же нескладной девчушки не было.

– Привет, Машунь! – Тухманов бросил внимательный взгляд на меня и вывернул руль в направлении оживленного шоссе.

Район, где Кирилл построил свой дом, можно без преувеличений назвать респектабельным. Хорошее расположение и парковые зоны. Я уже примеряла, сколько времени я буду тратить, если я буду добираться на автобусе. И мне не терпелось начать работать в большом доме Кирилла.

– Как, Софья Владимировна?

– Без изменений. И это, возможно, хорошо, что так.

– Отлично выглядишь, Маша, – от комплимента на щеках выступил румянец.

– Спасибо.

– Я буду забирать тебя по утрам или в обеденное время.

– Я могу доехать сама, – возразила несмело. – Ключи у меня есть

– Не придумывай, Мань. Так будет быстрее. Тем более тебе еще ездить в больницу. Не хочу, чтобы сильно тебя напрягать.

– Ну, по сути, ты мой работодатель, поэтому тебе положено меня напрягать.

Тухманов усмехнулся.

– Предыдущему клиенту я переделывала проект несколько раз. А по итогу от проекта остался только цвет штор. По мере того, как делался ремонт, он поменял абсолютно всё. Работать было тяжело.

– Да, такие люди есть. Нужно подстраховывать себя договором.

– Ещё не научилась, – с улыбкой ответила.

– Если нужна консультация, обращайся.

– Возможно, будет нужна, – я вспомнила горящие адским пламенем желания глаза Беликова.

– Что-то случилось? Маш? – спросил Кирилл.

– Всё хорошо, – мне не хотелось грузить Тухманова своими проблемами, тем более такими скользкими и неприятными.

За окном мелькали элитные высотки и дорогие коттеджи. У одного из них Тухманов, сбросив скорость, притормозил.

– Приехали, – чёрный внедорожник остановился у высокого забора из белого кирпича за которым виднелась крыша из коричневой черепицы.

– Красивый, – дала лестное описание симпатичному коттеджу, как только Тухманов открыл калитку и пропустил меня внутрь.

– Проект заказал в одной из проектных контор. Там же нанимал строителей, которые эту красоту воплотили.

Дворовой части тоже нужен дизайн и, увидев мой взгляд в направлении гор строительных материалов, Тухманов остановил меня за руку.

– Мань, что скажешь насчет дворовой зоны?

– Не мой конек, – ответила после заминки. – За ландшафтный дизайн ни разу не бралась.

– Нет времени этим заниматься, а перепрыгивать через это всё уже надоело.

Тухманов повернул ключ в замочной скважине и жестом пригласил войти.

Каждый шаг отзывался эхом вдоль оштукатуренных стен. Холл был просторным, с двумя дверьми, ведущими из него, расположенных друг против друга

– Справа двери ведут в столовую направо гостиная, а далее холл и выходы в спальные комнаты.

Кухня примыкала к столовой, а гостиная была большой. Впрочем, я лишь немного ошиблась в размерах.

– У меня уже готов проект этой комнаты. Я вечером пришлю тебе на телефон. А в три Д формате, посмотрим завтра на планшете.

– Ок, – Кирилл развел руками.

Я заглянула в санузел, в котором стояла душевая кабина.

– Это заменим на встроенную из стекла и плитки.

– Хорошо. Это для ремонта, – Кирилл вручил мне банковскую карту.

– Также нужно будет нанимать строительные бригады для укладки напольного покрытия и оклейки обоев. Электрика... – произнесла, оглядывая потолок.

– Не вопрос.

– Я знаю хороших ребят, с которыми уже работала. Берут недорого.

– Маш, – усмехнулся Кирилл, – мне плавно и к конечному результату. А решение всех вопросов на твоё усмотрение.

Тухманов скинул своё дорогое пальто и остался в строгом костюме тёмно-серого цвета. Оперевшись о подоконник, следил за тем, как я прохожусь вдоль стен, набрасывая заметки в планшете.

– Эта комната будет кабинетом, – прокомментировал угловую комнату окна которой будут выходить на задний двор.

– Хорошо, – я обвела взглядом пустынные стены и сделала заметки, – есть предпочтения по цветовой гамме?

Старалась говорить сдержанно и спокойно, но внутри горело от внутреннего пожара и непонятного мне волнения. Даже щёки начали покрываться румянцем. Ну почему вдруг я начала краснеть перед ним, как школьница?

– Полагаюсь на твой вкус, – низкий голос рокочет что-то там о моих вкусах.

Я глубоко выдохнула и махнула головой.

Окна спальной комнаты хозяина дома тоже выходили на внутренний двор. Посредине комнаты большая кровать, комод и шкаф. Из мебели присутствовал такой минимум, что я удивилась, как всем этим обходится Кирилл. Гладкая поверхность комода и подоконника заставлена мелкими вещами, среди которых бросились несколько фотографий в рамке всё с той же мадам с каскадом чёрных волос.

На фоне высоких гор и элитного коттеджа Кир и мисс тюнинг стояли в обнимочку.

– Твоя бывшая? Как зовут? – спросила между прочим, продолжая осматривать комнату.

– Алина, – коротко ответил Тухманов.

– Алина… – повторил внутренний голос.

Едким песком рассыпалось внутри неизведанное досель чувство. Словно у меня отнимают что-то очень дорогое, и на моих же глазах.

Ревность? Машка, ты ревнуешь?

Похоже на это… Появление Кирилла непонятным мне образом начало всё менять вокруг, а прежде всего меня.

Я бросила взгляд на фигуру Кирилла, стоящего скрестив руки на груди. Расслабленный, важный, невероятно притягательный с этой полуулыбкой на губах и взглядом с прищуром.

– Охх… – запыхтел внутренний голос – Нам влюбляться в него нельзя!

Глава 8

Я постаралась сосредоточиться на чем-то другом, чтобы выкинуть из головы дурацкую фотографию. Уперлась взглядом в черный гладкий пластмасс кофе-машины, стоящей тут же на подоконнике.

– Хмм… А где ты завтракаешь? Или твой завтрак пустая чашка кофе? – кивнула на черный агрегат, устроившийся на подоконнике среди запонок, планшетов и зарядных устройств.

– Обычно по дороге домой. Ужинаю также. Бываю я здесь поздно, поэтому вилла в твоем полном распоряжении, – произнес Тухманов, сделав акцент на слове «вилла».

– Отлично. Я постараюсь, чтобы к твоему приезду был порядок и строительные бригады уже удалились.

Я бегло осмотрела все остальные комнаты, и мы вернулись в холл.

– Маш, – Тухманов приблизился вплотную, и терпкий аромат одеколона объял тут же. – Я постараюсь приехать пораньше и отвезти тебя домой. Но… сейчас у меня совещание через час, – Тухманов вскинул руку с дорогими часами.

– Кир, – я коснулась кончиком стилуса до тёмно-серого галстука, – не нужны лишние беспокойства. Я пока обмеряю все комнаты и внесу данные. Но по строительным магазинам мы проедем вместе. Я люблю воочию всё осмотреть и прощупать. Так что в своем плотном графике просьба найти окно в один из выходных дней.

– Договорились, – Кир набросил пальто и подошел ближе ко мне. – Большой серый ключ от калитки, а бронзовый от дома. Магнит – от гаража, а коротенький – от подвального помещения, – проинструктировал мужчина.

Я невольно уставилась на полные губы и часть несомненно важной информации пропустила.

– Если, что забуду… Позвоню, – ответила Киру.

– Замётано, – Кирилл подмигнул, ухватив связку ключей от автомобиля.

Через окно просторного холла я долго провожала взглядом высокую фигуру Кира.

Замётано… Из сумочки достала лазерный дальномер и направилась вдоль стен.

Стульев и столов у Тухманова в доме не было, поэтому направилась в комнату, где есть хоть какая-то мебель.

Присела на край кровати, бросив быстрый взгляд на фотографию Кирилла и Алины.

– Нечего на меня глазеть, – я подошла к окну и взяла в руки фотографию в белой рамке.

Не думала, что Тухманов может быть таким романтиком.

Я повернула рамку и пробежалась глазами по строчкам.

«Моему лучшему мужчине».

– И с чего вы взяли, «мисс Тюнинг», что он ваш лучший мужчина? – произнесла вслух и отвернула фотографию к стене.

Через два часа я закончила с обмером и, оглядев напоследок комнаты, открыла сумочку.

– Бронзовый от дома, серый от калитки. Прошлый век, – усмехнулась, закрывая калитку.

Обычно в домах такого уровня используют магнитную систему замков. Что ж, над этим тоже подумаем.

– Я закончила. Дом закрыла. Буду завтра после обеда, – настучала на клавиатуре телефона абоненту Кирилл.

Остановка общественного транспорта совсем недалеко от дома Тухманова, как и большой центр с супермаркетами, спортивными центрами и детскими досуговыми площадками.

Бросила взгляд из окна на дом в белом кирпиче с коричневой крышей.

Всё как в моих мечтах о собственном уголке, только масштабнее.

Забежала на пять минут к бабуле, сделав небольшой круг до больницы, и прошлась по маркету в поисках недорогого перекуса. Пару помидор и огурец купила для себя, а любимую ба побалую морковным соком. С покупками направилась домой. Прежде чем зайти во двор, несколько минут разглядывала дворовую территорию перед домом, находясь в тени деревьев. Фигуры Беликова не было мною замечено, и я не спеша прошла двор быстрым шагом.

В подъезде сделала осторожные шаги и бегом пронеслась по лестничным проёмам.

Я выложила пакеты на стол и сделала заготовки на завтрашнее утро. Утренний кросс до Софьи Владимировны, а потом забег на седьмой этаж бизнес центра, где «Арт.Студия» вместе с несменным Коврюгиным занимает целый этаж.