Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 7

Положила себе в тарелку тушеной картошки с мясом, поставила разогреваться, нарезала сала. Сделала из него бутерброд: слой кабачковой икры, а сверху тонкие ломтики сала с прослойкой мяса. Умяла его за то время, пока картоха грелась. Соорудила еще себе бутерброд. Его съела вместе с картошкой и запила все это сладким чаем с вареньем. Куда это в меня влезло — непонятно.

Приехали дети из школы. Разогрела им картошки с мясом. Хотела еще себе половинку тарелочки положить, но притормозила, и так было тяжело. Ребятня все новости рассказала, пообедала и разошлась по своим комнатам отдыхать да уроки учить.

Заварила чай в термосе, наделала разных всяких бутербродов, отварила яйца, положила несколько конфет в пакетик. Натянула на себя старенькую куртку, прихватила с собой продовольственный паек и пошла на улицу. Вышла за калитку, поставила термос на лавку и уселась сама ждать. Через пару минут из-за дерева показался мужичок в кирзовых сапогах и телогрейке.

Исмаил присел рядом на лавку, по-хозяйски открыл термос с чаем и налил себе горячего напитка в кружку, достал яйцо. Принялся его чистить.

— Чай будешь? — спросил он.

— Давай, — кивнула я, — есть охота, жуть, а ведь только поела, и в желудке тяжело.

— Это от работы с ангелом.

— Он еще и энергию у меня хапнул? — нахмурилась я.

— Нет. Он не поглощает твою силу. Просто когда с ним работаешь, энергии надо намного больше, все процессы в организме убыстряются.

— Это я еще и постарею с ним быстро, — насупилась я.

— Ну да, издержки производства, — кивнул Исмаил и закинул в рот целое яйцо.

— Что скажешь? — спросила я.

Хорошо, ему не нужно ничего объяснять, он и так в курсе всех событий.

— Что скажу? Долг нужно отдавать. Что в вашем мире, что в нашем мире задолжать никому нельзя, — вздохнул он и вытащил бутерброд из пакета.

— Но ты сам видишь, что он требует за погашение долга, — вздохнула я, — а я не хочу быть марионеткой в его руках.

— Ну так не будь ей, — усмехнулся Исмаил и отпил немного чая. — Он же тебе сам предлагает быть его проводником, значит, ты можешь диктовать свои условия. Вот если бы ты его призвала, как все остальные до тебя, тогда придется на все соглашаться. Вернее, там и не спрашивают, а тут можно обо всем договориться.

— Составить трудовой договор, — усмехнулась я.

— Ага, совершенно верно, и ему придется его соблюдать, также как и тебе. Бутерброд хочешь?

— Нет, ешь сам. То есть я могу согласиться, но при этом выставить свои условия?

— Угу, и лучше тебе согласиться, потому что он может истребовать оплату долга через высшие силы. А они, товарищи беспристрастные, могут еще накинуть чего-нибудь этакого сверху, с процентами.

— Прямо как наш суд, заплати по долгам, потом госпошлину, штраф и пеню.

— Вот точно, что у людей, что у нас всё примерно одинаковое, — Исмаил принялся чистить второе яйцо. — Всё по справедливости. Только учти, что у тебя есть обязательства и перед другими сторонами.

— Еще и про семью не забыть, — вздохнула я. — Может, его сплавить кому-нибудь? Вон Светка отлично лечит.

— Ты Светку даже ему не показывай. У нее такая редкая зверушка, что он ее поглотит и даже не подавится. Не факт, что они смогут работать вместе, вполне может быть, что он ее подпалит или сведет с ума. Не перекладывай свои проблемы на чужие плечи.

— А может, подсунуть его Николаю?

— Если бы Николай подходил ему, то он давно бы его прибрал, — помотал головой Исмаил.

— Д-а-а-а, — протянула я и налила себе чай в кружку. — Задача. Хотя ты прав, всё равно долг нужно отдавать. Здесь всё хоть прозрачно, всё ясно, что должна делать.

— Только учти. Он будет считать по времени, сколько он тобой пользовался. Вот двадцать минут полечила, минус двадцать минут из долга, пока неделя не наберется.

— Серьезно? — обалдела я.

— Конечно. У них так работает. Это же тебе не сидеть в конторе.

— Да уж, — вздохнула я, — настоящий капитализм.

— Каждый выживает, как может, — пожал Исмаил плечами.

— А если его того, — провела я пальцем по шее.

— Сдурела? — обалдел он. — Ты хочешь на себя и на свою семью все кары небесные свалить? Даже и не думай об этом. Он часть своей сделки выполнил, между прочим, в долг, а ты его того самого собралась. Не по-людски это, Агнета.

— Я просто спросила, — хмыкнула я.

— К тому же он людей спасает. Много людей, заметь, и если сравнивать, то что дороже: одна человеческая жизнь или сотни?

Замолчала и задумалась.

— Агнета, это опыт, это сила, если хочешь, то это еще и власть. Хочешь не хочешь, а придется.

— Нравится, не нравится, терпи, моя красавица, — усмехнулась я. — В общем, я всё поняла. Значит, будем составлять трудовой договор. Благодарю тебя, Исмаил, за совет и за поддержку. Как всегда, очень плодотворно.

— Посиди еще со мной. Расскажи, как ты лечила с его помощью.

— Да я особо и не помню ничего, — вздохнула я. — Всё как в тумане, только в голове четкие такие мысли, как и что делать. Самое главное, ни разу рука не дрогнула. Обычно при перенапряжении меня начинает трясти, а тут всё как по маслу шло. Слушай, а если ангел уйдет от Глеба, то что с ним будет? Он не сможет больше оперировать?

— Почему же? Сможет. Он сколько лет практиковал. К тому же в проводниках остается частичка ангельского света. Однако есть еще вариант, что свято место пусто не бывает. Может, еще кто-то подселится на образовавшуюся пустоту. Обычно всякие низшие твари ухитряются на теплое местечко запрыгнуть, какие-нибудь бесы пьянства, игромании или блуда и даже чего похуже. Да и человек видит, что не получает того драйва от работы, что прежде, начинает себя грызть, а там опять же не спят всякие твари.

— Да уж, обрадовал ты меня, — вздохнула я. — И с ним человек выгорает, и без него чахнет.

— Попробовал один раз дурман, так тянуть и будет. Сама не привяжись к нему.

— Я слишком себя люблю, — хмыкнула я. — Пошла я, а то что-то подмерзать начала.

— Иди, всё равно всё кончилось. Я тут еще покурю.

Он запихнул пакетик с конфетами в карман и вытащил козью ножку. Закурил и с довольным лицом выпустил колечко дыма. Помахала ему и побежала в дом.

Глава 5-6

Напугался

Оставшийся день прошел в домашних хлопотах. Ни ангел, ни бес не появлялись мне на глаза, видно, дали мне время подумать и всё взвесить. С работы приехал Саша.

— Агнета, я сейчас к Николаю заехал, там у него Глеб спит. Батюшка говорит, что ты его привезла.

— Ну да, — кивнула я, — Он попросил, чтобы я к нему приехала в больницу нечисть гонять. Во время разговора он и отрубился. Пришлось его домой везти к Николаю.

— А почему не к нам? — удивился Саша.

— Так там место больше. Там его в отдельную комнату положили. Никто не беспокоит.

— Ясно. Чего же он так себя извел? — вздохнул Саша.

— А ты его спроси. Между прочим, ты сам такой же. У тебя работа на первом месте, и днем, и ночью могут вызвать, а уж сколько ты всяких бумажек заполняешь, просто немыслимо, — сердито стала ему высказывать.

— Ну, ты же знала, где я работаю, — Саша улыбнулся и чмокнул меня.

— Угу, я тебя в первый день встретила. Хочешь тайну расскажу? — я сделала страшные глаза.

— Ты кого-то убила? — серьезно спросил он.

— Нет, — помотала я головой, смеясь.

— Ограбила?

— Нет, — заливалась я смехом, — Я, когда тебя встретила в первый раз, то очень боялась.

— Почему? — удивился он, — Я же не такой страшный. Тогда же Васька в твой двор залез. Ты же ничего не нарушала.

— Угу, — смеялась я, — Только я в чужой дом сама залезла.

— Не понял, — Саша посмотрел на меня с еще большим изумлением.

Рассказала ему, как приехала дом смотреть, как меня тут не ждали, как замерзла и искала такси.

— Надо было мне позвонить, — сказал он серьезно.

— Я тебя тогда не знала, — улыбнулась я.

— Так в полицию бы позвонила, сказала, что заблудилась. Мне бы сигнал передали, и я бы приехал. Еще бы раньше тебя на день встретил.

— Тогда бы я этот дом не купила и неизвестно, сложилось бы у нас что-нибудь с тобой или нет.

— Это да, — кивнул он, — А ты, оказывается, Агнета, взломщица.

— Ага, криминальный элемент, — рассмеялась я, — Вот только мне тогда не смешно было вообще. Я так замерзла и промокла. А на следующий день еще и тебя увидала, я так перепугалась, думала, что всё, меня сейчас заметут в кутузку.

— И только через год я об этом узнал, нда, умеешь ты хранить тайны. Теперь буду требовать документы у всех, кто заезжает в пустые дома. А то вдруг там такие же хитрюги, как ты.

Посмеялись с ним, вспомнили ситуацию с Васькой.

— Не переживай за Глеба. Отоспится человек, придет в себя на свежем деревенском воздухе. Если бы ты его видел. В чем только душа держится? Там от него остались только кожа и кости, — вздохнула я.

— Его, наверно, ищут, — вдруг спохватился Саша.

— На работе только, может быть. А так-то у него ни семьи нет, никого.

— Мама есть. С работы могли ей позвонить. Съезжу, заберу телефон, позвоню всем, скажу, что он у нас. За прогулы его не уволят?

— Саня, в стране врачей не хватает, а ты про увольнение высококлассного нейрохирурга говоришь. Кто же его уволит? Но ты прав, позвонить и предупредить все же стоит. К тому же ты полицейский, тебе поверят.

— Угу, — кивнул он.

Саша стал собираться.

— Со мной не хочешь прогуляться? — спросил он.

— Можно, вот только ночь на дворе. Николая напугаем еще.

— Да ладно тебе. Он вон бесов из людей изгоняет и ничего не боится. Все село уже про него говорит.

— Наверно, и не только наше село, — кивнула я.

— И не только наше, — согласился Александр.

Николаю я все же позвонила, предупредила, что мы сейчас подъедем.

— Приезжайте, я все равно еще не сплю, — кивнул он.

Дверь в дом была не заперта. Тихонько зашли с Сашей. Николай сидел в зале и читал какую-то книжку. Увидал нас, обрадовался.

— Может, чаю? — спросил он.

— Нет, мы быстро. Телефон у Глеба заберем и домой.

Саша зашел в комнату к доктору. Николай схватил меня за руку и потащил на кухню.

— Там у него какая-то странная штука рядом висит. Как кокон какой-то белый, еще и светится, — зашептал он. — Это нормально?

— Сейчас гляну, — ответила я.

Заглянула в комнату к Глебу. В углу висел ангел, завернувшись в свои крылья, спрятав ноги и голову. Доктор тихонько посапывал.

— Всё там нормально, — ответила я. — Так надо.

— Ага, хорошо, — успокоился Николай. — А то я уже и молитвы читал, и кадилом махал, и святой водой брызгал, а оно всё не уходит.

— Это дар так проявляется у доктора, — усмехнулась я.

— Господи, а я его чуть не изгнал. Прости, Господи, — он перекрестился.

— Ну изгнал бы, не велика потеря.

— Ты чего такие вещи говоришь, Агнета, он людей спасает, вторую жизнь дарит. На Глеба молиться надо, как на божничку. Дай бог ему долгих лет жизни и крепкого здоровья.

— Вот и молись. Бог тебя услышит и даст нашему доктору сил и здоровья, — серьезно ответила я.

Саша нетерпеливо переминался с ноги на ногу около двери.

— Агнета, поехали домой. Мне еще людям звонить. Поздно уже. Спокойной ночи, батюшка.

— Спокойной ночи и вам.

Мы вышли из дома. На небе низко висела полнобокая желтая луна и как-то кровожадно улыбалась. Стряхнула с себя наваждение, полюбовалась ночным небом и звездами.

— Я вечно ждать не буду, — в голове пронесся ледяной голос Ангела.

— Приходи завтра, поговорим, — ответила я.

Решила, что, когда все заснут, сяду составлять договор. Главное, самой не вырубиться, а то сегодня был такой день насыщенный, так и клонило в сон. Жаль, что он его не изгнал, все бы проблемы сразу отвалились. Хотя надо думать и о людях, всё же это существо жизни спасает, а в долг не нужно брать, чтобы потом не отдавать.

Все схвачено

Прилегла на пять минут и вырубилась на всю ночь. Так и не составила никакой договор. Утром открыла глаза, а напротив меня висит ангел в воздухе и смотрит своим ледяным взглядом. Он был бы красивым, если бы не эти пронзительные, колючие, холодные глаза. От них веет жутью и опасностью. Поежилась под одеялом, вроде и тепло дома, а дрожь прямо насквозь пробивает.

— Доброе утро, — пробурчала я, вставая с постели.

— Это не важно, — ответил ангел.

— Ты прав, какая, на фиг, вежливость. Тогда недоброго вам утра, — проворчала я и отправилась в туалет.

Товарищ последовал за мной следом и прошел сквозь закрытую дверь. Повис надо мной.

— Ты можешь свалить хотя бы из туалета. Ты мне мешаешь, я как бы тут не ромашки нюхаю, — возмутилась я.

Он продолжил висеть перед моим носом.

— Первый пункт договора: не беспокоить меня в туалете, в бане, в душе, не мешать мне одеваться и раздеваться, — сказала я и сердито на него посмотрела.

— Принято, — ответил он и исчез из маленького помещения.

— Теперь я смогу прятаться от него в туалете, — радостно подумала я.

Отправилась умываться. Там ангела тоже не было, а то я бы орала, как резаная, увидь его в зеркале. Думаю, он не такой уж и красавец, если посмотреть на него в настоящем обличии.

— Вообще не красавец, не то, что я, — рядом нарисовался Шелби.

— Чёрт, — выругалась я.

В зеркале он отражался своей красной рожей и огненными глазами.

— Приятно познакомиться, — улыбнулся он своей шикарной жуткой улыбкой.

— В зеркало на тебя смотреть невозможно, — проворчала я.

— Я так обворожителен?

— Ты неподражаем, — хмыкнула я, — глянешь, и по телу дрожь пробежит.

— Я так и знала, — Томас посмотрел в зеркало, пригладил рога и показал себе длинный раздвоенный язык.

— Ты чего приперся? — поинтересовалась я, вытираясь полотенцем.

— Я же заинтересованная сторона, мало ли где ты в договоре можешь допустить ошибку, а я помогу подкорректировать. Начало уже положено, запись договора уже начали вести.

— Кто? — удивленно спросила я.

— Они, — демон неопределенно поводил пальцем по воздуху.

— Замечательно, — кивнула я, — а я даже поесть не успела.

— Поесть ты можешь в любой момент. Договор — дело такое, может затянуться на несколько дней, а то и недель. У нас впереди вся вечность.

— Как у вас все здорово. Обрадовал меня, — я приоткрыла дверь и выглянула, этот висел в коридоре.

Прошла на кухню. Оба товарища проследовали за мной.

— Чай хотите? — спросила я.

— Нам не надо, — безучастно ответил ангел.

— Это тебе не надо. Можно мне кофейка? — попросил бес.

— Растворимый, сам себе разведи, — кивнула я на банку с кофе.

Шелби взял в руки кофе, открыл крышку, понюхал и поморщился.

— Гадость, сама такое пей, — он сунул в пространство руку и вытащил большой стакан с кофе из кофейни.

Посмотрела на него и громко сглотнула слюну.

— Хочешь? — спросил Томас меня.

— Ага, — кивнула я.

— Бери, — протянул он бумажный стакан.

Ангел фыркнул.

— Вот поэтому вы и отдаете душу свою бесам. Берут они вас мелочевкой, — изрек он.

— А вы берете великими делами: войнами, эпидемиями, голодом, — ответил Шелби и выдернул из пространства еще один стаканчик кофе.

— Мы очищаем землю от испорченных людей и разных тварей, наподобие тебя.

— Угумс, — кивнул Шелби и громко отхлебнул кофе из стаканчика. — Вы просто свое эго чешете.

— У нас нет такого чувства. Оно только у людей есть, — холодно ответил ангел.

— Конечно, рассказывай мне тут. Это ей можешь об этом рассказать, а мне не нужно заливать, я всё про вас знаю. Вы те еще твари.

Достала сыр с маслом из холодильника, соорудила бутерброд и стала с интересом наблюдать, как эти двое спорят между собой.

— Мне несколько тысячелетий, и у меня знаний на целую вселенную, — без эмоций ответил ангел.

— А я, по-твоему, пальцем деланный и совсем ребенок? — возмутился Шелби.

— Ты представитель низшей расы, — парировал ангел.

Всё начиналось по кругу, я так понимаю, что спорить они могут вечность.

— А вы долго будете причиндалами мериться? — спросила я.

— У нас их нет! — хором ответили товарищи.

— Хорошо вам, — улыбнулась я.

— Почему? — опять хором спросили они.

— Проблем меньше.

— Ты поела? — спросил меня Шелби.

— Доедаю, сейчас еще конфетку слопаю, — хитро посмотрела я. — Второй пункт договора: никто не мешает мне трапезничать из вашей братии. Можете составить компанию, но бухтеть под ухом не надо.

— Принято, — кивнул ангел, свернулся в кокон и повис среди кухни.

— Да уж, я только о таком и мечтала, — с сарказмом ответила я.

— Ты аккуратней со словами, — сказал Шелби. — Это в договор не включаем, это был сарказм.

— Упс, — смутилась я.

— Всему тебя учить надо. Поехали дальше, — усмехнулся бес.

— У меня должно быть два выходных: суббота и воскресенье, — стала вспоминать свои задумки.

Ангел молчал.

— Чего он молчит? — спросила я.

— Мне это не подходит, — ответил он. — Надо, чтобы связь была каждый день.

— Кому надо? Мне не надо, — помотала я головой. — Будешь в эти дни проведывать Глеба, как он там, всё ли у него в порядке, или искать нового проводника?

— Один выходной, — продолжил он торговаться.

— Полтора, — с тяжелым сердцем согласилась я. — Вторая половина субботы и целое воскресенье.

— Принято.

Я прямо услышала, как в его сердце заскрипели шестеренки.

— В больнице работать не буду, ездить далеко, образования у меня специального нет, а санитаркой вкалывать не стану.

Перед носом появился диплом о высшем медицинском образовании, специализация — хирург. Я аж рот открыла от удивления.

— Ваши корочки для нас не проблема.

— И они еще называют бесов низшими существами, сами-то подлогом и мошенничеством занимаются, — возмутилась я.

— Это для блага, — ответил Ангел.

— А почему именно хирург, а не патологоанатом? — хмыкнула я.

Шелби сделал большие глаза и погрозил пальцем.

— Потому что меня интересуют только живые, — ответил Ангел.

— А меня мертвые, — хихикнула я. — Как быть? Есть предложения?

— С этим в больнице проблем нет, — смекнул он.

— В больнице работать не буду, — упрямо замотала я головой. — К тому же что я скажу домашним?

— Есть в соседнем поселке поликлиника. Возьмут на полставки, — продолжил гнуть свою линию Ангел. — Сидеть на приеме, делать легкие операции.

— На полставки? — задумчиво спросила я.

— Да, только на прием.

— На неделю? — спросила я.

— Нет, на месяц. У меня всё посчитано. Еще там немного остается долга с твоей стороны, но там прямо пару часов. Глебу нужно не меньше месяца для восстановления. Мне, конечно, вот этот вариант не очень нравится, о котором мы с тобой договариваемся, но считай, что у меня тоже будет отпуск.

— Но я ведь ничего не знаю, — сказала я.

— Я всё знаю и с тобой поделюсь этими знаниями, — ответил ангел.

— Загрузка прямо в голову, — пошутила я и тут же прикусила язык. — Мне как-то всё равно это всё не нравится. Может, вместо фельдшера я похожу. Она у нас уже старенькая. Она на пенсию уйдет, а я вместо нее, — предложила я.

— Мне это не подходит.

— Обязательно должны быть кровь, кишки и волоса?

— Да, — честно ответил Ангел. — Я к этому привык. Я еще с Авиценной работал, учил его, так что переживать нечего.

— Замечательно, — сморщилась я.

Шелби хлопнул себя по лбу и выразительно посмотрел на меня.

— Принято, — сказал Ангел, одарил меня холодной улыбкой и исчез.

На стол упал диплом о высшем медицинском образовании и бумажка с адресом больницы.

— Я же говорил, держи язык за зубами, твой сарказм до добра тебя не довел, — вздохнул Томас.

— Я в шоке, — ответила я, разглядывая диплом.

На столе появилась трудовая книжка с перечнем предыдущих мест работы.

— Ёшки-матрешки, до чего дошел прогресс. Может, еще и медкнижку дадите, чтобы я не тратила время и средства на ее прохождение?

Из пустоты на пол вывалилась медицинская книжка.

— Кажется, всё, — усмехнулась я.

Зазвонил телефон, незнакомый номер.

— Бери, это работа, — вздохнул Шелби.

— Даже так, — удивилась я и нажала на кнопку приема.

— Агнета? — кто-то закашлял на том конце провода.

— Я вас слушаю.

— Это вас беспокоит отдел кадров. Вы к нам сегодня к двенадцати дня подойти сможете? Или сейчас в течение часа? — сказала женщина и снова зашлась в кашле.

— Смогу, — вздохнула я.

— Хорошо, ждем, документы все возьмите.

— Ладно.

— До встречи, — сказал в трубку повеселевший голос.

— Ага, — кивнула я и сбросила звонок.

Посмотрела на Шелби.

— Нда, как быстро всё организовали.

— Кому надо, тот и организовывает банкет, — пожал плечами Шелби.

— Да уж, — я отправилась одеваться.

Не стоит тянуть время, лучше приступить к обязанностям сразу.

Глава 7-8

С нами лучше не спорить

Собралась и поехала в ближайшую поликлинику, двадцать километров, ближний свет. На удивление, меня никто не сопровождал, наверно, граждане решили пока на глаза мне не попадаться. От всего этого веяло каким-то попадаловым.

У администратора спросила про отдел кадров. Женщина на меня с испугом посмотрела и что-то непонятное промямлила.

— Я пришла устраиваться на работу хирургом, — сердито сказала я.

— Ой, миленькая, что же ты сразу не сказала, — всплеснула она руками. — Это вам надо к заведующей сразу идти. Она всем этим у нас занимается. Кабинет сто тринадцать.

— Сто тринадцать? — удивленно спросила я.

— Ну да, в тринадцатом кабинете никто сидеть не хочет. Сто — это не в плане, что у нас сто кабинетов, а единичка — первый этаж, — стала она мне объяснять.

— Ладно, не важно, пойду в сто тринадцатый кабинет. Благодарю, — кивнула я и направилась в указанном направлении.

Прошла по длинному узкому коридору, где толпились очереди страдающих. Поликлиника гудела, как улей, чего тут только не было: и нечисть всякая, и негативная энергетика, и всякие разные сущности, и прочие мелочи жизни. Постучала в указанный кабинет.

— Женщина, вы куда? Тут очередь, — донесся до меня противный голос. — У Елены Васильевны сейчас перерыв пятнадцать минут, а потом начнется прием.

— Я по записи, — ответила я и вошла в кабинет.

— Смотри, какая нахалка, — донеслось до меня сзади.

Кто-то меня схватил за лямку сумки и выдернул назад в коридор. Нормальные у них здесь порядки. Обернулась, передо мной стояла высокая жилистая старуха со злобным лицом.

— Я сорок лет контролером в транспорте проработала, знаю, как с такими обращаться, — она смотрела на меня с наглой усмешкой.

— Приди ко мне на прием, я тебя анализами замучаю, в город будешь ездить за нужными бумажками, — зло прошипела я.

В коридор выскочила заведующая.

— Что тут происходит? — сердито спросила она.

— Здравствуйте, мы с вами созванивались. Я Агнета.

— А-а-а, новый хирург, — обрадовалась женщина, — Проходите, проходите.

— А вы, Алевтина Сергеевна, ведите себя прилично, — она строго посмотрела на контролершу на пенсии, — Ждите своей очереди.

Заведующая впустила меня в свой кабинет.

— Вы не обращайте внимания на наших старушек. Врачей не хватает, очереди постоянные. Сама уже веду прием. Еще и вопросы всякие организационные. Меня Елена Васильевна зовут. А вас Агнета э-э-э...