Пузо-карапузо

А ещё себе же в назидание вспоминаю рассказы мамы, как в том же доме жили, когда я родилась. Колодец ещё не был электрическим, а бани не было вообще. Воду надо принести и нагреть, а потом вынести. Памперсов не было, впитывающих пелёнок тоже, как и стиральной машинки. А зимой по вечерам отключали свет, и маленькую меня все развлекали как могли. Так что хорошо живём! Только нужно об этом почаще вспоминать.

Литературная минутка

Бабушка рассказывает, что кухню уже закончили и даже всю посуду перетащили обратно.

— Но я всё равно зачем-то беру еду, вилку-ложку, хлебушка кусочек и иду со всем этим в руках в зал. Забываю, что можно уже и на кухне. Или просто привыкла уже в зале есть...

— Ну, поверь, ты очень быстро привыкнешь обратно.

— Да, к хорошему быстро привыкаешь... — промолчала и процитировала: «Привычка свыше нам дана: замена счастию она».

Процитировала, и сама удивилась:

— О! Это вроде как Пушкин. — подумала и продолжила — Да, «Евгений Оненин». Бывает же, вот так всплывёт в голове!

М-да... — думаю про себя — у бабушки всегда то стихи всплывают, то целые монологи из чего-то прозаического, а у меня вдруг всплывёт «жужелица» — и ходи с этим словом всё утро, вспоминай, что оно означает. Можно и в интернете посмотреть, но это неинтересно.

— Вот, кстати, так всплывёт вдруг, как на днях например...

Тут бабушка начала цитировать что-то будто на древнерусском, а потом я услышала знакомые «Баян» и «Вещий Олег». И я бы привела вам текст, но даже интернет не знает такого.

— Интересно, — говорю, — мы только стихотворением учили «Как ныне взбирается Вещий Олег отмстить неразумным хазарам».

Тут бабушка подхватила и рассказала наизусть вплоть до встречи с волхвом.

— А дальше что-то не помню.

Тут настал мой час блеснуть своими поблекшими знаниями. Я перестала щёлкать семечки и начала декларировать. «Но встретишь ты смерть от коня своего» — победно закончила я и снова взялась за семечки.

— Точно! — подхватила бабушка. — Этот отрывок я всё-таки помню.

— Вот как вы так учили, что ты до сих пор всё помнишь? — удивляюсь. — Я в свои тридцать лет и то почти всё забыла.

— Не знаю, но я многое помню. Например, письмо Татьяны к Онегину, — и бабушка начала читать наизусть.

Миха в коляске мусолит игрушку, глазеет на деревья в парке, я щёлкаю семечки и бросаю шкурки в стакан, а бабушка читает.

Помню, когда она заболела ковидом и попала в больницу, ей ничего не хотелось: за окном +40, в палате парилка, от таблеток тошнота, она похудела. Ей почти не хотелось общаться, звонки были минутными.

И в один день она вдруг вспомнила какую-то прозу и попросила маму найти, что это. Оказалось, что-то из Некрасова. Потом вспомнила ещё какой-то стих. И стала выздоравливать — так скоро и выписали.

А ещё у бабушки есть свой способ поддерживать интерес к жизни. Она как-то рассказала:

— Ну вот Олимпиада была — я должна же посмотреть. Потом Чемпионат Мира по футболу — такое событие я разве могу пропустить? Потом твои родители машину обновили, а в доме появилось газовое отопление. Ну а дальше у тебя свадьба, а теперь вот правнука в гости жду!

А я иногда думаю, сколько в бабушке жизнелюбия. Ведь соседи напротив (ровесники) уже умерли, соседи рядом тоже, а через дом жила её подруга. Тоже нет в живых.

И ведь знаешь, что всё равно придёт и твой черёд, но продолжаешь с интересом жить. Сейчас вот в доме доделывают ремонт — тоже интересно, как оно будет в новой обстановке.

Когда-то я наказывала бабушке дожить до моих детей. Теперь другой наказ — по поводу брата:

— Рома ещё не женат. Так что это событие ты должна лицезреть.

— Обязательно. — пообещала бабушка. — О, а вот ещё помню из школьного...

И бабушка продолжила читать.

В эфире новости

(Читать голосом новостного диктора)

В эфире срочное прямое включение! Никто в истории ещё так не подставлял себя, как кот Василий.

Наши корреспонденты стали свидетелями его туманного будущего. Лучи солнца, под которыми кот нежился на подоконнике, заставили его забыть об осторожности: кот начал слишком активно мыться, а потом неосмотрительно весело играть с шуршащим пакетом.

Это событие произвело неизгладимое впечатление на карапуза, который захотел присоединиться к игре.

Мир кота Василия мог уже никогда не быть прежним, но, к его счастью, карапуз ещё не умеет ползать. Пока что непреодолимые два метра оказались для кота спасительными, но, как говорится, не всё коту масленица.

Мы продолжаем наблюдать за развитием событий.

В поезде

— Какой ты НЕхороший, какой ты НЕкрасивый, — сюсюкается с Мишей проводница и особый упор делает на НЕ.

— Тьфу на тебя, тьфу, — продолжает.

Миха старательно улыбается во все два зуба, чтобы поскорее прекратили на него плевать.

— Расти здоровеньким! — слава богу, доброжелательно заканчивает свою тираду проводница и наконец уходит.

Меня всегда немного коробит, когда, чтобы не сглазить, говорят какую-нибудь чушь. Так же, как и не нравится не к месту сказанное «крайний». Как сказал кто-то: «крайней бывает плоть». Поэтому я спокойно отношусь, когда говорят «последний раз». Хотя к крайнему разу уже тоже толерантна.

Вообще надо сказать, что накануне поездки меня ничем было не пронять. Потому что я успела сделать всё даже в затянувшемся отсутствии горячей воды. Оправдать водоканал попытался мой муж:

— Понимаешь, если они, как и обещали, дадут воду в пятницу, — значит, обеспечат себе рабочие выходные.