Иллюзия красивой жизни

Оливия Грей

Иллюзия красивой жизни

Глава 1

Она открыла глаза и посмотрела на часы — было около двух ночи. За окном гремели петарды

Не сразу сообразивши, в чём дело,она с трудом поднялась с дивана и переместилась в кресло-качалку. На столе стояло несколько пустых бутылок, напоминавших о вчерашнем вечере. В одной из них обнаружились остатки красного сухого. Первый бокал она выпила залпом, тепло разлилось по всему телу и стало немного легче. Александра сидела одна в своей маленькой квартирке, и мысли уже давно кружились вокруг проблемы, которую никак не удавалось решить. На душе было тяжело.

Она отчетливо понимала, что если не принять решение сейчас, то после может быть уже слишком поздно. От грохота петард зазвенели стёкла. Новогодняя ночь кипела в полном разгаре. От тяжелых мыслей Александру внезапно отвлек резкий звук телефона. Она протянула руку, взяла телефон и прочла входящее SMS: «Доброй ночи, тигрица, с Новым годом. Как дела?» Сообщение пришло от её друга Андреа из Италии. «Ну надо же, он всё ещё помнит обо мне», — подумалось ей. Отвечать не хотелось, хотелось ещё выпить и остановить поток грустных мыслей. Она налила себе ещё вина и погрузилась в свое далекое прошлое.

Лет десять назад Александра и Андреа случайно познакомились в ночном клубе, где весело проводили время. Эта встреча растянулась на долгие годы: то любви, то страсти, то просто дружбы. Примерно пять лет назад они вместе отдыхали в Турции, но после этого их дороги окончательно разошлись оставив лишь красивые воспоминания. Она уже не испытывала тех прежних страстных чувств. Теперь это больше походило на участие друга или покровителя. Александра отвечала редко и неохотно. Страсть прошла, и смысла в частой переписке не было, так ей казалось. Ей нравилось во всём видеть логику, и если отношения не имели будущего, она их легко заканчивала.

В ещё недалёком прошлом эта привлекательная девушка невысокого роста. Природа щедро наградила её натуральной красотой. Она любила спорт, это давалось ей легко, никаких строгостей в диетах, в образе жизни и дисциплине. Всё шло само по себе. Александра любила жизнь, но никогда не ценила её. Впрочем, так же она относилась и к своей внешности. Постепенно она уставала от суеты: от бесконечных ночных клубов, гремящей музыки и быстрых знакомств с мужчинами, чьи имена она часто забывала уже на следующий день. Избыток этого шума выжигал изнутри. Фальшивое веселье приедалось, всё чаще разочаровывали друзья и подруги. В конце концов Александре полюбилось сидеть вечером одной и размышлять за бутылкой вина. Такое странное времяпровождение молодой женщины несло свои последствия — постепенно уходили природная красота и изящество.

Александра видела, как быстро теряет молодость, но упорно продолжала бездействовать, словно в ожидании чего-то. Её теперь почти не узнать — вся неуёмная энергия и жажда жизни сменились скучным однообразием. Из красивой, жизнерадостной девушки за несколько лет она превратилась в унылое подобие себя самой. Иногда ей думалось, что это просто возраст забирает прежние черты. Так думать казалось удобнее всего, но на самом деле она знала правду.

А между тем в эти самые минуты Андреа думал об Александре. Его мучил вопрос: почему же она не отвечает? Им ведь так хорошо жилось, когда они оставались вместе. Эти воспоминания по-прежнему оживляли и волновали его воображение. Не то чтобы он пылал прежней яростной страстью, как когда-то. Конечно, со временем любые картины прошлого теряют былую остроту, но ничего более волнующего в его жизни не происходило никогда. Даже когда он любил свою жену…Андреа праздновал Новый год в компании семьи. Рядом находился его близкий друг Паоло. Временами Андреа злился, терял покой и делился тайными мыслями с приятелем. Он доставал телефон, показывал фотографии Александры, которые хранил до сих пор, увлеченно рассказывал об их приключениях и о мимолётном клубном знакомстве, внезапно переросшем в нечто гораздо большее, чем просто секс. В Александре его привлекала дикая сексуальность. Страстная натура женщины будоражила воображение, рядом с ней Андреа чувствовал себя моложе и энергичнее. Александра уже давно не писала, но он всё равно время от времени напоминал о себе. В эту новогоднюю ночь Андреа пребывал в хорошем расположении духа, и они с Паоло увлеченно обсуждали последнюю поездку на лыжный курорт.

Александра сидела у себя дома одна, в любимом кресле-качалке. Она медленно пила красное сухое и думала… Мысли хаотично мелькали в голове, но неизменно крутились вокруг одной большой беды — проблемы с алкоголем. И эту проблему требовалось решать прямо сейчас. Александра дала себе жесткое слово: с завтрашнего дня она не выпьет ни единой капли. Это обещание самой себе хоть как-то подбадривало и успокаивало её. С этими мыслями она крепко заснула.

Глава 2

Вся компания расположилась за большим праздничным столом, залитым мягким светом хрустальной люстры. Жена Андреа, Тина, славилась прекрасной хозяйкой и к этой новогодней ночи приготовила великолепный ужин. На тонком фарфоре теснились разнообразные холодные и горячие закуски, в хрустальных бокалах мерцало дорогое коллекционное тосканское вино — изобилие заполняло дом. В этих стенах правила атмосфера если не пылкой любви, то прочной, проверенной годами дружбы и взаимного понимания. Тина оставалась моложе мужа всего на два года и всё еще сохраняла породистую, истинно итальянскую привлекательность. Они поженились очень рано, в ту пору ей едва исполнилось двадцать. Годы превратили её в спокойную, рассудительную женщину. Андреа глубоко уважал супругу, но о былой страсти не шло и речи. Их союз скорее напоминал прочное дружеское соглашение или привязанность брата и сестры.

— Тина, принеси, пожалуйста, вина, — негромко попросил муж, нарушая затянувшуюся праздничную паузу. Тина с улыбкой поднялась со своего места и направилась на кухню. Годы слегка округлили её фигуру, лишив прежней девичьей легкости, однако женщина по-прежнему притягивала восхищенные взгляды посторонних мужчин. Пленительный силуэт Франчески оставался чужим лишь для её собственного мужа. Их интимная жизнь разладилась слишком давно, и теперь оба даже не пытались что-то исправить, безмолвно соглашаясь с установившимся холодом. Невысокая, изящная брюнетка с прямыми, иссиня-черными волосами, собранными в безупречный узел на затылке — Тина олицетворяла собой благородный покой. Тёмные глаза дружелюбно и мягко смотрели на супруга; в эту новогоднюю ночь её не покидало хорошее расположение духа. Женщина искренне любила минуты, когда вся семья собиралась вместе.

Андреа с легкой улыбкой взглянул жену, вернувшуюся с бутылкой вина и опустившуюся в кресло рядом с ним. «Какая хорошая всё же у меня семья, мне повезло, — послушно прокрутил он в голове привычную успокоительную мысль. — Нет близости с Тиной? Ну что же... Наверное, нельзя получить от жизни всё. Человеку неизменно чего-то не хватает в отношениях, но в целом Андреа оставался доволен и семьей, и устоявшимся укладом.

Сыновья-погодки, Энрике и Кристиано, составляли гордость дома. Девятнадцатилетний Энрике, младший из братьев, особенно походил на отца — такой же смелый, бескомпромиссный и упрямый. Андреа любил близких, но сильнее всего он любил дело своей жизни, требовавшее частых и длительных командировок по всему миру. Только в этих бесконечных разъездах Андреа чувствовал себя по-настоящему свободным и счастливым, не успевая уставать от рутины домашнего быта. Однако именно в подобном бегстве и коренился изъян его «неполноценного» счастья и скрытый надлом в отношениях с женой. Первое время Тина открыто не одобряла этих постоянных отъездов, из-за чего дом сотрясали частые ссоры. Но позже мудрая и уставшая женщина поняла: муж свой выбор сделал окончательно. Она смирилась. Конфликт угас сам собой, уступив место глухому, равнодушному покою.

На следующий день Александра проснулась около полудня. От изнуряющей головной боли и подступающей тошноты её измученное тело отказывалось повиноваться. «Надо всё-таки сходить в магазин», — серой пеленой пробилась первая отчетливая мысль. Наспех натянув джинсы и водолазку, Александра думала лишь об одном — как поскорее принести домой очередную дозу алкоголя, способную заглушить весь ужас её пробуждения.

Шагая по холодной улице, она отчетливо понимала- попавший в эту западню человек уже ничего не решает. Обыватель наивно верит будто контролирует процесс, но это опасная иллюзия. Алкоголь всегда сильнее человека. Дальнейший исход событий определяет устройство психики либо внешние обстоятельства, но никак не сознание или пресловутая осознанность, как принято думать в обществе.

Стоял прекрасный, морозный зимний день — первое января. Каждый шаг по ледяной улице давался с трудом. Она дошла до самого конца квартала, остановилась у дверей магазина, но в последний момент передумала и повернула обратно — в отчаянной, безумной надежде, что здравый смысл победит и она не купит эту проклятую бутылку. Она бесцельно кружила по холодной улице взад и вперёд, пытаясь убежать от себя самой, но в конце концов пришло леденящее понимание: сегодня бросить пить не получится, и Александра малодушно сдалась.

В магазине она загрузила в корзину пять бутылок «Балтики 7». Зайдя домой, Александра отметила: ей значительно полегчало, едва она принесла очередную дозу алкоголя. Сработал психологический момент: само присутствие бутылок в квартире принесло ей временное, успокоительное облегчение еще до первого глотка. Александра уселась поудобнее и включила любимый сериал, который знала уже наизусть, — это создавало спасительное ощущение, будто она находится не в полном одиночестве. Первую бутылку она осушила залпом. Удушливый утренний спазм окончательно отпустил её. Нынешнее состояние показалось почти удовлетворительным. Прежний ужас отступил, уступив место фальшивому покою; серые тучи в голове рассеялись, и Александре подумала , что всё вокруг не так уж страшно, и она обязательно что-нибудь придумает, однако сознание ее затуманилось, и она снова погрузилась в привычное оцепенение.

Ближе к вечеру, в тягостном поиске хоть какого-то занятия, она вспомнила про СМС, полученное накануне от Андреа. В голову пришла горькая мысль: он ведь даже не догадывается, в каком ужасном положении она теперь находится. Наверное, Андреа по-прежнему представляет её всё той же молодой, ослепительно красивой женщиной. От этой мысли Александре стало невыносимо стыдно за всё то, что она сотворила с собственной жизнью. Внезапно эту тяжелую, покаянную тишину разорвал резкий, бесцеремонный стук в дверь. Александра вздрогнула; сердце испуганно заколотилось в груди, а удушливый утренний спазм, едва отступивший под действием алкоголя, мгновенно вернулся с новой силой. Она никого не ждала. Накинув халат, Александра подошла к двери и повернула замок.

На пороге стояла мать. В руках она держала две тяжёлые сумки-авоськи, в одной из которых лежали яблоки вероятно, купленные на базаре. На её лице читалось привычное холодное недоверие, смешанное со скрытым желанием проконтролировать каждый шаг дочери, словно Александра оставалась маленьким неуверенным подростком.— Ой, доченька, я тут мимо шла, дай, думаю, зайду, проведать тебя решила, яблочек вот принесла, — затараторила мать по-хозяйски, переступая порог прямо в уличных ботинках и моментально очутившись в самой середине комнаты. Александра молча отступила вглубь коридора, чувствуя, как внутри фонтаном начинает бить неуправляемая ядовитая волна застарелой обиды и тряски. С другими людьми она умела дозировать информацию, выстраивать ледяные границы, но рядом с матерью эта внутренняя защита мгновенно рассыпалась в пепел.

Тебе, Саша, надо на зубы копить, копить надо, а ты всё время на месте сидишь привычно принялась поучать мать, усаживаясь на стул и мгновенно включая технику перекладывания вины.

— Я взрослая, мама — резко оборвала её Александра, чувствуя, как её буквально мандражит от этой фальшивой, удушающей заботы. — Ты сейчас вздумала учить меня жизни и читать нотации? Где ты раньше-то была, когда мне действительно требовалась твоя защита ?

— Я работала! И вообще, ты росла ужасным, неблагодарным ребенком. Мать мгновенно встала в глухую защиту. Александра посмотрела на неё леденящими глазами. Она отчётливо поняла: донести правду до матери невозможно. Мать до гробовой доски будет крутить картонную пластинку про свою святость.— Ну ладно, пошли уже на улицу, мне по делам пора, — сухо бросила Александра, наспех надевая джинсы и натягивая водолазку. У самого порога мать замерла и посмотрела на дочь косым, недовольным взглядом. На её лице застыла обиженная гримаса нарцисса, теряющего контроль. Вместо теплого прощания она лишь сухо махнула рукой:— Ну ладно, я пошла... Ты как-то странно себя ведешь. Вредно всё это, интеллекты твои, интернеты. Вот так вот.

Александра закрыла за ней дверь, повернула замок на два оборота и прислонилась спиной к прохладному дереву. Спазм в груди наконец-то разжался. Она посмотрела на запертую дверь и тихо произнесла в пустоту коридора:— Вредно не это, мама. Вредно отсутствие интеллекта.