До успеха было страшно. 50 историй, после которых хочется действовать

До успеха было страшно. 50 историй, после которых хочется действовать

Рождение и детство:

Аббас Махмуд аль-Аккад родился в пятницу, 28 июня 1889 года, в городе Асуан в Верхнем Египте и вырос в благородной семье.

Его отец был родом из Дмиата, а дед работал в шелковой промышленности в Мехле-эль-Кебре, откуда и произошла фамилия «Аккад». Впоследствии дед стал казначеем в городке Исна. Отец Аккада переехал в Асуан, где занял должность хранителя рукописей и женился на дочери Омара Ага-Курда, одного из полководцев Мухаммеда Али-паши, которых тот послал наказать короля Шенди за неповиновение.

Аккад не завершил образование после получения свидетельства об окончании начальной школы, а в 1905 году устроился на государственную службу в городе Куна, затем в 1907 году был переведён в Закказик и работал в финансовом отделе управления Шаркия. В том же году умер его отец, и он переехал в Каир, где и обосновался.

Он получил начальное образование в 1903 году. Во время учебы его школу посетил имам Мухаммад Абду, который, увидев его тетрадь, предсказал ему будущее писателя. В 1904 году Аккад получил назначение в управление провинции Кенна, однако по действовавшим правилам не мог оставаться на этой должности постоянно. Затем его перевели в Закказик, после чего он оставил государственную службу и стал работать в прессе. Позднее он был назначен в Совет по искусству и литературе, вошёл в Академию арабского языка в Каире, а также в академии Багдада и Дамаска. В 1956 году, за год до его принятия в Академию, ему сделали операцию на одном глазу, а в 1960 году он был удостоен Государственной почетной премии.

Во время учебы он вместе с отцом часто бывал в кругу шейха Ахмеда аль-Джадави, одного из учёных Аль-Азхара и ученика Джамаль ад-Дина Афгани. В этом кругу обсуждали литературу и науку, и мальчик полюбил чтение и познание. Среди прочитанного им в этот период были «Аль-Мустатраф фи куль-фан мастатраф» Абшихи, «Сказки „Тысячи и одной ночи“», сборник стихов «Диван аль-Баха Зухайра» и другие произведения. Это пробудило в нём ещё больший интерес к арабским и западным книгам, и он начал сочинять стихи.

Он встретил многих людей, пробудивших в нём стремление к знаниям и чтению. Среди них были Ахмед аль-Джадави — ученик Джамаль ад-Дина Афгани и друг его отца, шейх Мухаммад Абду, шейх Абдул-Азиз аль-Башри, Джорджи Зидан, Абдул-Халим аль-Масри, Ахмед аль-Кашф, Ибрагим Абдул-Кадир аль-Мазни, Абдур-Рахман Шукри и Ми Зиада. В её салоне он познакомился с Ахмедом Лутфи аль-Сейдом, Халилем Маттаном, Ахмедом Шуки, Хафизом Ибрагимом, Исмаилом Сабри, Мустафой Абд аль-Разиком, Таха Хусейном, Мустафой Садиком аль-Рафии, Мухаммедом Мандуром, Амиром аль-Акадом, Мухаммедом Халифой аль-Туниси и Тахиром аль-Джаблави.

Работа в прессе:

Аль-Аккад был недоволен служебной жизнью и её ограничениями, и у него не было другой надежды в жизни, кроме писательского ремесла, а сфера этого ремесла — журналистика, поэтому он и направился в эту сторону. Его первое знакомство с ней произошло в 1907 году, когда он работал вместе с ученым Мухаммадом Фаридом Ваджи в ежедневной газете «Аль-Дустур», которую тот издавал, и вместе с ним нес бремя редактирования, перевода и корректуры от первого до последнего номера, так как никого, кто помогал бы им в редактировании, не было.

После закрытия газеты Аль-Аккад в 1912 году вернулся на службу в Управление по делам вакуфов, но эта работа его угнетала, и он уволился. Затем он присоединился к редакции газеты «Аль-Муайяд», которую издавал шейх Али Юсуф, однако вскоре разошёлся с её политической линией, поддерживавшей хедива Аббаса Хелми, и ушёл. Некоторое время он преподавал вместе с писателем Ибрагимом Абдул-Кадером Мазни. В 1917 году Аль-Аккад вернулся в прессу, устроившись в александрийскую газету «Аль-Ахали», а в 1919 году перешёл в «Аль-Ахрам». Там он участвовал в национальном движении, развернувшемся после революции 1919 года, стал одним из ведущих авторов, отстаивавших право страны на свободу и независимость, и главным публицистом партии «Аль-Вуфд». Он защищал её позицию в спорах с оппонентами и вступал в острые дискуссии с критиками лидера нации Саада Заглула по поводу переговоров с англичанами после революции.

Спустя некоторое время, в 1923 году, он перешел на работу к Абдель-Кадеру Хамзе в газету «Аль-Балаг», и его имя на долгие годы стало ассоциироваться с этой газетой и её еженедельным литературным приложением; он прославился, его слава распространилась, и он был избран членом Палаты депутатов. История не забудет его мужественный поступок, когда король Фуад захотел исключить из Конституции две формулировки: одну, гласившую, что «Нация является источником власти», а другую — что «правительство несет ответственность перед парламентом». Тогда Аккад громко заявил под куполом парламента на глазах у всех его членов: «Нация готова сокрушить даже самую влиятельную фигуру в стране, которая предаёт Конституцию, а не защищает её», — и эти смелые слова стоили ему девяти месяцев тюремного заключения в 1930 году по обвинению в оскорблении королевской чести.

Аккад оставался членом партии «Вефд» до 1935 года, когда разошёлся с её политикой под руководством Мустафы аль-Нахаса-паши. После этого он ушёл из политики, а его журналистская деятельность постепенно стала сокращаться. Он переключился на литературное творчество, хотя продолжал публиковаться и участвовал в работе газет «Роза аль-Юсуф», «Аль-Хилал», «Ахбар аль-Йоум» и журнала «Аль-Азхар».

Творчество:

С самого детства Аль-Аккад отличался огромной жаждой чтения, проводил долгие часы за исследованиями и обладал выдающейся способностью понимать и усваивать прочитанное. Он читал арабскую и мировую литературу и ни на день не прекращал следить за новинками. Его страсть к чтению доходила до того, что он изучал множество книг, даже не собираясь писать на затронутые в них темы. Однажды к нему заглянул писатель и увидел на столе несколько томов об инстинктах и поведении насекомых. На вопрос, зачем ему эти книги, Аккад ответил, что читает их, чтобы расширять кругозор, глубже понимать природу и её основы и сопоставлять с ними мир людей и политику.

Аль-Аккад написал десятки книг по литературе, истории и социологии. Среди них: «Размышления о книгах и жизни», «Рецензии на литературу и искусство», «Сборник размышлений о языке и литературе», «Часы среди книг», «Убеждения мыслителей XX века», «Джуха — смеющийся и смешной», «Между книгами и людьми», «Главы» и «Сильная рука в Египте».

Он оставил после себя множество трудов по литературоведению и лингвистике. Среди наиболее известных — книга «Диван в критике и литературе», написанная в соавторстве с аль-Мазни и давшая название поэтической школе «Диван», а также «Ибн аль-Руми: его жизнь через стихи», «Поэты Египта и их среда в прошлом поколении», «Возвращение Абу аль-Ала», «Абу Навас аль-Хасан ибн Хани», «Поэтический язык» и «Введение в Шекспира».

Ему принадлежат также несколько книг по политике, среди которых на первом месте стоят: «Абсолютная власть в XX веке», «Гитлер на весах», «Опиум народов», «Философы власти в современную эпоху», «Коммунизм и ислам», «Нацизм и религии» и «Ни коммунизма, ни колониализма».

В этих книгах он борется с коммунизмом и деспотическими режимами и прославляет демократию, которая гарантирует свободу личности, позволяющую человеку чувствовать себя участником процесса управления своей страной; в противном случае он не получает никаких преимуществ, Он считает коммунизм разрушительной доктриной, уничтожающей усилия человечества в его древней и современной истории, особенно те усилия, которые человек приложил, чтобы подняться с уровня животной разнузданности до ранга существа, знакомого со свободой мысли и свободой совести.

Ему принадлежат глубокие биографические очерки о выдающихся деятелях Востока и Запада: Сааде Заглуле, Ганди, Бенджамине Франклине, Мухаммаде Али Джинне, Абд аль-Рахмане аль-Кавакиби, Ибн Рушде, аль-Фараби, Мухаммаде Абду, Бернарде Шоу и шейхе аль-Райсе Ибн Сине.

Он также перевёл с английского языка две книги: «Невесты и демоны» и «Разнообразие коротких рассказов в американской литературе».

Исламоведческие труды Аль-Аккада:

Исламоведческие труды Аккада насчитывают более сорока книг и охватывают разные стороны исламской культуры. Он писал о выдающихся деятелях ислама в широко известных произведениях, многие из которых вошли в серию «Гении». Началась она с книги «Гениальность Мухаммеда», затем последовали «Гениальность Садика», «Гениальность Умара», «Гениальность Али», «Гениальность Халида», «Призывник небес Биллал», «Обладатель двух светов Усман», «Садика, дочь Садика», «Отец мучеников», «Амр ибн аль-Ас», «Муавия ибн Аби Суфьяна», «Фатма аль-Захра» и «Фатимиды».

В этих книгах он не уделяет внимания перечислению событий и упорядочиванию фактов, а стремится нарисовать портрет личности, который познакомит нас с ней и раскроет нам черты ее характера и мотивы ее поступков, подобно тому, как изображение раскрывает черты лица того, кого мы видим собственными глазами.

Его гениальные произведения получили широкое распространение и стали известны среди людей; некоторые из них входили в программу обучения учащихся средних школ Египта и удостоились такого признания и почета, каких не удостаивались другие книги Аль-Аккада.

В области защиты ислама Аль-Аккад написал несколько книг, среди которых на первом месте стоят: «Истины ислама и ложь его противников», «Кораническая философия», «Мышление — исламский долг», «Рассвет света», «Демократия в исламе», «Человек в Священном Коране», «Ислам в XX веке» и «Что говорят об исламе».

В этих книгах он защищает ислам от подозрений, которые выдвигают против него его противники и враги, используя свои обширные знания, способность к полемике и спору, а также опровергая оппонентов с помощью здравого логического мышления, сопоставил ислам с другими религиями и в результате этого сопоставления пришёл к выводу о всеобъемлющем характере истин ислама, а также о чистоте его поклонения и обрядов, свободных от примесей ушедших в прошлое религий, когда те были отклонены от своего правильного пути; он рассмотрел пророчество в древности и в современности и пришёл к выводу, что пророчество в исламе было совершенством всех пророчеств, и завершением пророчеств, при этом он критикует тех, кто утверждает, что ислам призывает к слепому повиновению и подчинению без размышлений и осмысления, и приводит доказательства того, что размышление является исламской обязанностью, а главным достоинством Корана является призыв к использованию разума и его применению, приводя множество коранических текстов, подтверждающих это, и приходит к выводу, что разум, к которому обращается ислам, — это разум, который защищает совесть, осознает истины и различает вещи.

В некоторых из этих книг Аль-Аккад опроверг несправедливые подозрения, выдвигаемые врагами ислама, которые пытаются распространять их различными способами, например, утверждения о распространении ислама мечом и о том, что ислам одобряет рабство; автор опроверг эти обвинения убедительными аргументами и неопровержимыми доказательствами в своей книге «Что говорят об исламе».

Поэтические произведения:

Аккад был не только выдающимся писателем, неутомимым исследователем, глубоким мыслителем и скрупулезным историком, но и поэтом-новатором, автором десяти сборников стихов: «Утреннее пробуждение», «Жар полудня», «Призраки заката», «Ураганы заката», «После ураганов», «Ночные тоски», «Откровение сорока дней», «Подарок крауна», «Прохожий» и «Сборник из сборников»; эти десять сборников являются плодом более пятидесяти лет поэтического творчества.

Одним из самых оригинальных сборников Аль-Аккада является «Прохожий», в котором он стремился предложить новый подход к арабской поэзии, не ограничивая стихи какой-либо одной темой. По его замыслу, предметом поэзии может стать любой аспект жизни, и сборник наполнен именно такими сюжетами.

Смерть:

Аккад оставался чрезвычайно плодовитым автором:

Не проходило и года, чтобы он не выпустил одну или несколько книг, так что число его произведений превысило сто, не считая многочисленных статей, которых в газетах и журналах насчитывались тысячи. Всю жизнь он посвятил литературе и мысли и продолжал работать до самой смерти — 26 шавваля 1383 года по хиджре, 12 марта 1964 года по григорианскому календарю.

Награды и признание:

Президент Египта Джамаль Абдель Насер присудил ему Государственную премию в области литературы, однако он отказался её принять.

При жизни Аль-Аккад пользовался признанием и почётом в Египте и арабском мире. В 1940 году он был избран членом Академии арабского языка в Египте, став одним из первых её членов, а также членом-корреспондентом Академии арабского языка в Дамаске и аналогичной организации в Ираке. В 1959 году он получил Государственную почётную премию в области литературы.

Некоторые книги Аль-Аккада были переведены на другие языки. Его известную книгу «Аллах» перевели на персидский, а «Гениальность Мухаммеда», «Гениальность имама Али» и «Абу аш-Шухада» — на персидский, урду и малаялам. Отдельные произведения также выходили на немецком, французском и русском языках.

Всегда помните:

Ты сможешь реализовать себя, если будешь искренен в своих намерениях и проявишь упорство в достижении своих целей.

13. Махмуд Аль-Хатиб — «Бибо» — египетская легенда

Махмуд Аль-Хатиб — имя, которое не нуждается в представлении... Он один из самых известных и талантливых, если не самый талантливый, футболистов, которых когда-либо знали египетские, арабские и африканские стадионы за всю свою историю.

Махмуд аль-Хатиб (Бибо) родился в городе Аджа в провинции Дакахлия 30 октября 1954 года, после чего переехал в Каир, чтобы начать свою футбольную карьеру в юношеской команде клуба «Аль-Наср» в районе «Египет-эль-Джадида».

В 1971 году он перешёл в «Аль-Ахли» и провёл в этом клубе 16 лет, завершив карьеру в 1987 году из-за многочисленных травм, полученных в том числе после грубой игры соперников.

В составе «Аль-Ахли» он 10 раз становился чемпионом страны, пять раз выигрывал Кубок Египта, трижды побеждал в Кубке африканских чемпионов и дважды — в Кубке африканских лиг. Кроме того, пять раз его признавали лучшим футболистом Египта.

Но главным личным достижением Махмуда Аль-Хатиба, или «Бибо», как его любят называть болельщики, стал «Золотой мяч» лучшему футболисту Африки, полученный им в 1983 году по итогам ежегодного опроса специализированного футбольного журнала «Франс Футбол».

Аль-Хатиб был избран членом Международной комиссии по честной игре после того, как сыграл 450 матчей на национальном и международном уровнях, не получив ни одного дисциплинарного взыскания.

Аль-Хатиб забил 108 голов в египетском чемпионате (его первый матч в чемпионате состоялся 13 октября 1972 года).

Он забил 27 голов за сборную Египта (свой первый матч за сборную он сыграл в 1974 году).

Он является рекордсменом по количеству голов, забитых в рамках Кубка африканских чемпионов, и до сих пор ни один игрок не смог превзойти этот результат (37 голов).

В настоящее время Махмуд Аль-Хатиб занимает должность заместителя президента клуба «Аль-Ахли» под руководством капитана Хасана Хамди.

В своих мемуарах Аль-Хатиб рассказывает:

«Я был десятым ребёнком в семье скромного достатка: отец работал в Государственном совете, куда был направлен из Министерства по делам вакфов, а мать была добросердечной хозяйкой. Она окружала нас безграничной материнской заботой и в то же время во всём поддерживала мужа, помогая ему нести тяжёлое бремя ответственности и вместе с ним беречь наше скромное семейное гнездо, где росли я и мои братья...

События того дня, когда я родился, многое рассказывали о моей жизни и раскрывали её, но в памяти всегда остаётся тот день, когда я узнал правду о том,как этот мир отнёсся к моему появлению, правду о том, как к моему появлению отнеслись мой отец и мать… И эта правда долгие годы оставалась неразгаданной, чтобы впоследствии сама стать самым важным и простым объяснением многих чувств, которые наполняли меня. Однажды — когда я уже повзрослел и стал сознательным — я сопровождал отца во время его визита к одному из его знакомых, Васифи Бак Абазе, заместителю председателя Государственного совета. У него мы встретили доктора Юсуфа Джохара, акушера. Я знал, что это тот врач, под чьим присмотром моя мама обычно рожала. Отец представил меня ему, сказав: «Это Махмуд, от беременности с которым мы так хотели избавиться!» Я не понял, что он сказал врачу… и мне было всё равно, но я до сих пор хорошо помню, как мой взгляд, на мгновение встретившийся с его глазами, отвернулся в тот самый момент, когда он закрыл глаза, не сказав ни слова… Эта мелочь осталась в моей памяти, пока я не повзрослел и не стал лучше понимать…

Т