Банки задыхаются

Александр Епишин

Банки задыхаются

***

Порой мне кажется, что мысли в голове — лишь ветер, дующий откуда-то извне и несущий голоса совсем чужих нам людей, имеющих совсем чужие идеи и мнения, но таких умелых обманщиков, что, меняя тембр, подстраиваясь под наш, они приписывают свои слова нам. Пелена навязанного восприятия отуманивает сначала мозг, мутя мысли и чувства, а затем сползает на глаза, делая и внешний мир подвластным ветру. Самое опасное — если тлен пробрался в самую душу, пристанище сущности самого человека, пространство, где он должен прислушиваться только к самому себе. Это не просто проникновение со взломом, но ещё и откровенное надругательство над хозяином осознанности. Вечные перипетии «своих» и «чужих» ветров вяжутся в вихрь. Он то и дело меняет своё направление: то двигаясь на запад, то на восток, то кувырком. Он качает деревья — нервы, переворачивает машины — мысли и сбивает с ног человека — личность. В таких условиях каждый фонарь и каждый жук. Любой способен светить, но быть бездушным, любой способен летать, но ничего не представлять из себя.

А я не фонарь и не жук. Странно быть фонарём. Даже страннее, чем жуком. Но я не поэтому не один из них. Просто у меня есть коечто ещё. Оно позволяет мне распластаться на пелене безрассудства и безнадёжно зарыться под одеяло взрывных ошмётков. И под ним так тепло и неуютно! Эта теплота греет, но не согревает — ни душу, ни пальцы ног. Больше всего жаль пальцы, ведь они окоченеют, отвалятся — и всё! Больше их не будет. Такова их участь, и таково их удручение. Душу не жалко. Она же, как говорят, бессмертна. Ей можно пренебречь, когда дело доходит до пальцев ног. Но и её жалко. Ведь ею так часто пренебрегают.

По самым смелым соображениям можно так же смело бить палкой, поскольку они того достойны. Этого достойны вообще любые соображения, не только смелые. От них исходит запах проспиртованного парфюма — фальшивого и бренного. Фонарь тоже фальшив. Жук тоже бренен. Я тоже жук, но я не тоже фонарь. Фонарь не метла, но метла почти жук. Ей тоже нелегко.