Город

- Я всё же хотел бы попытаться пообщаться с вами. Завтра у меня полноценный выходной – неделя была напряжённой, всё время кого-то подменял на операциях. Вы не согласились бы встретиться со мной и погулять для начала где-нибудь в центре, днём. Место и время выбирайте сама. Если, конечно, у вас нет других планов…

- Я, признаться, была уверена, что вы позвоните не сразу, а как только в вашем графике найдётся окно или дойдёт время и до меня.

- Вы решила, что я коварный соблазнитель хорошеньких девушек? Как теперь их называют? Пикаперы?

- Вы проницательный, я точно так подумала.

- Мои пять минут истекают. Я предоставлю вам возможность это проверить, если вы назовёте время и место встречи.

- Давайте попробуем.

Лоуренс на минуту задумалась. Что в субботу по плану – новая выставка, хотели пойти с Лизи. Вечером родители устраивают семейный ужин – придут сестра и брат с семьями. На ужине быть обязательно. А выставку можно перенести на воскресенье.

- Давайте встретимся у часов в полдень. Послушаем их мелодию.

А про себя подумала: «Я его ещё не знаю, не поговорили, а я уже шучу, догадается ли?»

- Вы имеете ввиду Биг Бен? Вы романтичная девушка, как я и предполагал.

- Вы хотели сказать – старомодная. Свидание под часами, чтобы они ежесекундно напоминали о скоротечности времени и зафиксировали точно моё опоздание.

- Я хотел бы послушать мелодию Генделя вместе с вами. Хорошо. Договорились. Хорошего вечера и спокойной ночи!

- Доброго вечера, Дэвид!

Итак, Лоуренс шла к Биг Бену. На пешеходном переходе у часов она заметила одинокую фигуру молодого человека, прохаживающегося под часами и поглядывающего на свои наручные часы. Такой он там был один – остальные немногочисленные прохожие спешили по своим делам и не собирались слушать Генделя.

- Добрый день, Дэвид!

- Добрый, день, Лизи! Вы вчера усомнились, что я настоящий, то есть нормальный, простите, я волнуюсь, я имел ввиду, что я отношусь к вам не подобающим образом, а я сегодня не был уверен, что вы придёте как мы договорились.

- Я не должна была приходить вовремя, я должна была опоздать. Ну вот – не получилось.

- Куда пойдём? У вас есть предпочтения?

- Я только что шла через Сент-Джеймсский парк. Давайте насладимся красотой этого места.

- Прекрасно для начала!

- Да, ещё Дэвид, простите. Меня вчера что-то понесло. Моё имя Лоуренс. Простите.

- Лоуренс! Какое замечательное имя, менее распространённое, чем Лизи!

Почти в полном молчании, то и дело поглядывая друг на друга, дошли до парка и погрузились в его атмосферу.

- Сегодня чудесный день для прогулок, нарушил молчание Дэвид.

А Лоуренс продолжила:

- Осень часто преподносит сюрпризы. То хлынет многодневным ливнем, закрутит деревьям головы, посыплет на мокрые тротуары оборванной листвой. То встретит пронзительным голубым утром, колючим и ярким. Мороз пронизывает до мозга костей, а днём всё ещё нещадно палит солнце.

Осень может нарисовать такой закат, который можно увидеть только на картинах Рериха. И всё же этот закат настоящий. Огненно-рыжее солнце вырастает, занимает всё небо, и пол света объято пожаром. Горит река, пруд, воспламенились крыши домов и ближние деревья.

Через несколько минут пожар сам собой потухнет и на город опустится свежая, жёлтая осенняя ночь.

… Запахнет влажной листвой и кострами…

- Вы так красиво это описали… Вы, Лоуренс, пишете стихи или романы?

- Нет, что Вы. Просто в голове сложился такой образ. Я выразила его словами…

ДЕРЕВО

На некоторых холмах парка Хэмпстед-Хит растут одинокие кустарники и деревья.

Самое красивое дерево осени – клён. Он стоит такой тёплый, жёлтый, как будто вобрал в себя последние лучи солнца. Он похож на балерину – хрупкую, прозрачную, которая на фоне занавеса из буро-зелёных деревьев делает реверанс публике. С её пышной пачки сыпятся звёзды–листочки. Ими усеяно всё вокруг, словно небо упало на землю…

Теперь так легко будет достать любимым звёзды!

Джина пристроилась на свободной скамейке, достала этюдник и приготовилась делать наброски. Под клёном резвилась группа детей. Они громко хохотали, набирали охапки опавшую с клёна листву, подбрасывали вверх, визжали, кружились…

Джине эта картинка показалась удивительной и захотелось увиденное перенести на лист бумаги. Она увлеклась, краем глаза заметила, что на другой конец скамьи присел морской офицер, но разглядывать его даже краем глаза не прилично и к тому же вдохновение её ни на секунду не отпускало, хотелось запечатлеть создавшийся образ.

«Наберу-ка я листьев – очень хороши!». Она сняла куртку, бросила её на альбом и побежала к дереву. Дети не преминули обдать её фонтаном из листвы, подумали, что она новый игрок. Джина схватила охапку листвы и по пути к своей скамейке кое-как отобрала самые яркие. Получился небольшой букет.

Девушка положила его на скамейку, но пока одевала куртку, порыв ветра моментально сдул её композицию. Она бросилась их собирать и ей кинулся помогать морской офицер. Следующий порыв ветра или неловкое движение сдул его фуражку. Джина побежала за фуражкой, которая покатилась с холма, они выпрямились и посмотрели друг другу в глаза. Он оказался довольно симпатичным молодым человеком. Оба улыбнулись и обменялись подобранными предметами – букетом листвы и головным убором.

Неприлично знакомиться в общественном месте, если вас некому представить. Но если вы оказали человеку какую-нибудь даже мелкую услугу, то достаточно поблагодарить и тогда можно назвать своё имя. Такой поворот событий даёт некую надежду, что знакомство может продолжиться…

- Простите! Благодарю! Филипп Столбридж. И молодой человек по- военному козырнул.

- Благодарю! - улыбнулась Джина, - Джина Ланчмор.

Они сели каждый на своё место. И через минуту разговор продолжился.

- Я не предполагал, что тут такой чудесный парк! Никогда не приходилось бывать в этой части Лондона.

- Да, для жителей этого района это настоящее райское место и, заметьте, парк большей частью дикий – полное ощущение, что ты в лесу. А взберёшься на холм и понимаешь, что ты в центре мегаполиса.

Они опять помолчали. Каждый подумал, в частности Джина, а уместно ли продолжать разговор. Первым молчание прервал офицер.

- С удовольствием оказался бы на месте этих детишек!..

- Вы думаете, ваш начальник, капитан, наблюдает за вами в бинокль?

- Я в форме. Будет выглядеть нелепо. В другой раз. Теперь я знаю, что здесь есть такое место…

- В следующую вашу увольнительную здесь будет, возможно, зимний пейзаж…

- Да, возможно, но я рад, что попал сюда по чистой случайности…

И опять помолчали – каждый не хотел быть слишком назойливым, разговорчивым. А поговорить хотелось. Ему понравилась эта милая девушка-художница. Ей – был приятен этот молодой человек – тембр его голоса, глаза и то как он себя держал.

- Вы художница?

- Нет, у меня более прозаичная профессия. Это моё хобби. Прихожу сюда часто черпать вдохновение.

- Вы здесь, очевидно, живёте?

- Да, это мой район, мой парк… А ваш корабль зашёл в этот «порт» случайно? – почему-то решила предать разговору юмористический оттенок.

- Не совсем. Хотел сделать сюрприз моим знакомым, которые живут в Хэмпстеде, а их не оказалось дома. Непростительная опрометчивость! Тяну время до обеда – любуюсь природой и это тоже замечательно.

- Бывает! Очень мило было с вами побеседовать, но мне уже пора – нельзя опаздывать на обед.

- О! Уже время обеда! Мне тоже пора, на обед я приглашён и мне тоже нельзя опаздывать.

Джина собрала вещи, и они молча двинулись в сторону выхода из парка на почтительном расстоянии. Когда оказались на улице, молодой человек обеспокоено посмотрел по сторонам.

- Я, кажется, сбился с курса.

- Ничего удивительного, здесь несколько входов. Какая улица вам нужна?

Офицер назвал адрес.

- Вам налево, до конца этой улицы и направо. А мне по этой улице тоже направо.

Они распрощались, и каждый пошёл в своём направлении. Сделав несколько шагов, Джина укорила себя: «Он очень приятный, этот Филипп, вот бы… Ты ненормальная! В каждом молодом человеке видишь потенциального кавалера. А почему бы и нет! (она продолжала вести свой внутренний диалог). Мне хочется, чтобы за мной ухаживал молодой человек. Хочется влюбиться! Хочется быть в паре. Двадцать пять – вполне осознанный возраст. Ну он мне понравился! Вот и всё! Вот и всё – ни адреса, ни телефона, ни названия корабля!»

- Джина! – услышала оклик.

Моряк шёл к ней быстрым шагом.

- Ещё раз извините меня за эту нелепую ситуацию, я сегодня веду себя из рук вон отвратительно, но может вы запишете мой номер телефона, мне бы хотелось с вами ещё пообщаться. Конечно, если…

Джина растерялась на долю секунды: «Ты же этого хотела – поговорить ещё, а он сделал первый шаг. И телефонный номер ещё ни о чём не говорит». Она достала из кармана телефон.

- Диктуйте! Филипп! А в море есть связь?

- Корабль полноценный дом! Там есть всё, многое! Но в море мы выходим нечасто. Мы бываем заняты учёбой на суше, но и свободное время для разговоров у нас тоже бывает. До свидания, Джина! Простите меня за назойливость, если сможете!

… В кармане кителя морского офицера зазвенел телефон. Филипп увидел короткую SMS-ку: «Джина». Он широко улыбнулся и глубоко с облегчением вздохнул.

НАЧАЛО ЗИМЫ

В лекционной аудитории Барбара села на своё обычное место. Подруги Джил и Анджела задерживались в дамской комнате. Макияж обязателен – на курсе много парней и каждый день мог быть поворотным в судьбе. Необходимо было вписаться в этот поворот должным образом.

К ней подсел Мартин. И заговорщицким тоном повёл свою речь.

- Ты сегодня ранняя пташка. А где девочки?

- Сейчас приплывут.

- У меня собственно дело ко всем вам и к тебе в отдельности.

Барбара внутренне встрепенулась, посмотрела на Мартина с нескрываемым интересом.

- Скоро у меня день рождения. На этой неделе. В субботу хотел бы отметить. Пойдём в нашу кафешку. Будут танцы. Вы все приглашены.

- Очень мило! Спасибо! Думаю, они не найдут причин для отговорок. Какой подарок мечтаешь получить?

- Да ну что ты! Мне не девять лет. Главное, я хотел сказать, что кроме ребят и девчонок из группы будут мои двоюродные братья. Ты помнишь вечеринку на Новый год? Ты танцевала с Ники, такой высокий, спортивный…Но потом он решил напиться, и мы его отправили на такси домой.

- Помню, как же. Он всегда принимает такие опасные решения в компаниях? Особенно в присутствии девушек.