Бытие отца Хеврона

Илья Излистьев

Бытие отца Хеврона

Глава 1 Мальчик по имени Белохвост

Человек не устраним из философии. Познающий философ погружен в бытие и существует до познания бытия и существования, и от этого зависит качество его познания. Он познает бытие, потому что сам есть бытие.

*Николай Бердяев

Когда я приехал на Байкал я был еще ребёнком. Я не имел имени, у меня было прозвище. Белохвост. Кто мои настоящие родители я не знал, мне было пять лет когда меня забрала странная семья из детского дома. Отчима звали Кавален Ахмедович. Маму звали Лариса. Кавален Ахмедович постоянно курил дорогую сигару, а Лариса подставляла свой рот под пепел от сигары и член отчима. Однажды они мне подарили костюм птички с белым хвостом, и с тех пор стали называть меня Белохвостом. В итоге я стал Белохвост, так себе имя согласен, но когда вас так называют в школе и дома, поверьте быстро привыкаешь. По документам я был Белохвост Хвостиков Каваленович. И так начну с того что моя мать Лариса перед выездом в глушь Байкала решила мне подарить дневник, который я решил вести и записывать все что со мной происходит. Мы в едем в такси, Кавален мой отец сидит рядом со мной, а Лариса на первом сидении. Мама нервно курит сигареты в окно и бычки улетают прочь словно наше прошлое. Отчим Кавален уснул и из его кармана выпала необычная дудочка. Она переливалась свеченем. Видимо она не простая подумал я и положил дудку к себе в карман. Отчим стал искать дудочку, сделал вид что ничего у него не пропало. Это насторожило меня если честно. Он общупал карманы и ничего не спросил у меня, лишь кашлянул вслух. Мать Лариса сказала вслух при таксисте о том, что мы в троем все бессмертны. От такста стало плохо пахнуть, мерзавец обоссался.

Лес возле озера Байкал уникален. Здесь раскинувшись лежит невероятный лес насыщенный красками и уникальной природой. В детстве я мечтал побывать в лесу, мне хотелось убежать и долго долго бежать по улице вдоль железной дороги к лесу. Лес это место силы таящее что то для нас непостижимое, что то у чего стоит учиться. Я решил присесть на пенек и отчим остановился, мать Лариса замерла как будто и странно испуганно стала смотреть на меня. Я подумал что если я сыграю на ней то они меня простят. Я достал ее из кармана и она стала сильно светится от моего прикосновения и присутствия. Она стала словно просить меня сыграть на ней. Я прикоснулся к ней губами и сыграл несколько высоких нот. Пространство вокруг стало искажаться и деревья стали рости ввысь. Лес стал невероятным и около нас появился бревенчатый дом с крыльцом и забором. Родители достали из целлофанового пакета мой детский костюм Белохвоста и попросили меня его надеть. Я вопросительно посмотрел на родителей. Зачем? Отчим сказал мы должны сделать сюрприз. Послышали шаги. Из дома вышел говорящий пес в накидке вроде фуфайки с сигаретой в лапе. Пес был одет в спортивные штаны и фуфайку. Пес ходил спокойно на задних лапах с прямой спиной и поглядывал на нас. Вдруг из дома резко вышел старик с седой бородой и нахмурил брови. Свет стал собираться вокруг тела старика. Старец вежливо представился отцом Хевроном. Пес представился Майклом сыном Майшо.

Я спросил где мы. И тут раздалась тишина обернулся назад а родителей нет, они исчезли. Я стал кричать мама мама отец и вдруг меня пронзила мысль что я нахожусь в другом измерении. Тут все не так как в обычном лесу. Этот лес светится необычным светом и он пропитан некой таинственностью. Да таинственная изба по ходу мои родители оставили меня тут навсегда. Отец Хеврон предложил надеть нормальную одежду и снять свой птичий костюм. Я помыл руки и дед меня покормил картошкой и мясом. Отец Хевпон держит курей но эти курицы светятся необычным светом. Они словно пропитаны энергией Бога. Отец Хеврон решил меня обучать разному ремеслу и по утрам мы ходили на реку ловить невероятных рыб. Одну рыбу можно было есть целую неделю, представьте размеры рыбы. Это как наш кит на земле в этом мире тут это просто рыбка. А большие рыбы здесь напоминают гигантских динозавров. Отец Хеврон поделился со мной как у камина занимательной историей. Он поведал что в этот дом он пришел как и я с теми же людьми сорок семь лет назад. Он вел календарь и все записывал. Сорок семь лет и два дня. Также он добавил что похоже что я это его перерождение. После он закурил трубку и в комнату защел пес Майкл.

Нахмурился Белохвост наш прям как и всегда – сказал Пес и завалился в кресло качалку. Дым стал клубиться по комнате.

Я сделал вид что не хмурился хотя я хмурился и дед хмурился. Мы оба хмурились а пес положил на стол ключи от бензиновой лодки. Дед Хеврон посмотрел на ключи и на пса.

- Я понял – сказал Дед Хеврон. – Я должен уплыть в нечто что меня поглотит. – Пес стал кивать мордой и задумчиво смотреть в свой портрет что висит криво на ржавом гвозде. Пес посмотрел на меня и зевнул мол надо ложиться спать и утро вечера мудренее. Утром я проснулся от звука мотора лодки. Отец Харон уплыл и вернулся через час с сетями. Внутри сетей бился и извивалась настоящая русалка. Окалось что русалка была слегка выпившей, и видимо пила пиво и много писала. Пес надул гигантский бассейн возле дома. Пес набрал воды и закинул незнакомку в бассейн. Та от кайфа стала испускать свечение и петь на эльфийском языке. Пес залез в бассейн к русалке познакомился с ней телами. Это был сложный процесс у них так разыгрались чувства что пес порвал бассейн лапой вода побежал по двору и обмочила бегающих курей по двору. Те визжали как пришельцы необычным писком и были невероятно вкусными существами. Отец Хеврон варил из них суп добавлял картошку и зелень. Спустя год пес меня научил всему по дому. Я был счастлив постигать этот мир и радоваться волшебству леса. Белохвост сидел на краю крыльца, сжимая в пальцах потрёпанные страницы дневника. Карандаш дрожал, будто сам воздух вокруг стал гуще, тяжелее. Он уже не знал, сколько дней прошло — в этом лесу время текло иначе: утро могло длиться три часа, а ночь растягивалась на вечность. Отец Хеврон ушёл к реке ещё на рассвете, и теперь дом казался пустым, хотя тишина здесь никогда не была настоящей: где-то скрипели половицы, в кустах шептались невидимые существа, а светящиеся куры бродили по двору, словно маленькие луны на лапках.