Хозяйка дома из плюща

Но ничего не случилось, и их встретила милая девушка, профессионально улыбаясь и заверяя, что они уже их ожидают. Сама передача документов тоже прошла совершенно быстро, и всё было закончено за какие-то двадцать минут. Жанна предоставила свою доверенность на покупку недвижимости. У Дарины поинтересовались, получила ли она деньги, и когда все формальности были соблюдены, документы переданы специалисту, с ними вежливо попрощались и отпустили.

Их довезли до дома всё с тем же комфортом, и молодые люди отправились дальше агитировать жителей села.

Стоя возле калитки, пока ещё своего дома, Дарина ощущала отчуждённость и холод этого места, будто оно больше не воспринимало её, как часть себя. Она оглянулась на улицу, та была совершенно пуста и напоминала призрачную деревню.

— Пойдём, — позвала её мама и толкнула калитку внутрь.

Дом их встретил оглушительным лаем Бима — рыжий пёс преданной молнией кинулся к своим хозяйкам, подпрыгивая и крутясь у ног. На кухне всё ещё витал аромат выпечки, но было уют испарился. Вместе с остывающим печным теплом из комнат безвозвратно уходило само волшебство этого места.

Людмила Петровна, не раздеваясь, прошла в гостиную и тяжело опустилась на диван, крепко прижимая сумку к груди. Тяжесть необычного дня стала сползать, и она позволила себе облегчённо выдохнуть и расслабиться. Дара же так и осталась стоять у входной двери, не в силах даже раздеться. Обе устали морально, обеим казалось, что вот сейчас кто-нибудь придёт и попросит вернуть деньги. Но с улицы не доносилось ни звука, ни шороха.

Постояв немного у входной двери, Дара всё же смогла отлепить себя от косяка и снять тяжёлую тёплую одежду. Она прошла в зал и увидела, что мама, откинувшись на спинку дивана отдыхает, так и не сняв с себя верхней одежды. Рина мягко опустилась в своё кресло и тоже позволила себе немного отдохнуть закрыв глаза, а потом просто провалилась в сон.

Разбудил её умопомрачительный аромат жареного мяса, напомнив, что она чертовски голодна. Поднявшись с кресла, Дара направилась на кухню, где мама уже вовсю хлопотала у плиты, ловко переворачивая поджаристые котлеты. Привычные кухонные хлопоты окончательно развеяли остатки дневного напряжения. За ужином они впервые за долгое время расслабленно улыбались, а бурное обсуждение будущего переезда напрочь стёрло из мыслей страх перед грядущими переменами. Сибирский этап их жизни был официально завершён.

— Я уж и забыла, какое это наслаждение включить котёл и просто греться, — проговорила Людмила Петровна, когда они уже пили чай, сидя в гостиной.

Она устроилась в своём любимом кресле у окна и с удовольствием запивала сладким травяным чаем утреннюю выпечку. Бимка, развалился рыжим пузом вверх у самых ног старшей хозяйки, смешно высунув язык и периодически виляя пушистым хвостом. А в соседнем кресле расположилась Дара, закинув ноги на импровизированный пуфик из объёмной коробки.

Перед глазами Дары так и мелькали брёвна, поленья, деньги; заказ, загрузка, разгрузка, распилка, укладка. И как противовес всему этому — газ. Наверное, надо было думать об этом раньше, ещё при первом переезде, но тогда казалось, что топить дровами это здорово, не дорого и экологично, а вышло как всегда – вредно для всего.

— Да, и какая экономия на времени и деньгах, — переводя в материальное русло, подтвердила Дара.

— И это тоже, — согласилась мама.

— Ну, что, ты готова к выбору дома? Есть пожелания? — спросила дочь, отставляя опустевшую чашку и беря ноутбук на коленки.

— Газ, Рина! Гааз! — рассмеялась мама и откинулась на спинку кресла, крепче обхватив свою кружку.

Она прикрыла глаза чётко и ясно представила себе, как она включает газовый котёл, берёт в руки эту же самую кружку с горячим чаем и плавно опускается в кресло, наслаждаясь покоем и умиротворением.

Дарина включила ноутбук, вошла на сайт Авито и первым делом удалила своё объявление о продаже дома, а потом пошла гулять по карте выбираемого района, но параметр цен указала выше предыдущего раза. На глаза сразу бросился кирпичный ухоженный дом с садом и виноградником.

— О, смотри, — предложила она матери и повернула ноутбук в её сторону, — крепкий, большой, земли много. В общем, всё как мы любим.

— А газ, удобства? — о самом главном спросила мама, открыв глаза и присматриваясь к изображению.

— Всё есть, мам, — с улыбкой ответила Рина, листая фотографии.

Там действительно было показано полное убранство дома: большие и светлые окна, высокие потолки, просторные комнаты и котельная, совмещённая с ванной комнатой.

— Что за район? Давай почитаем о нём. — предложила мама, понимая, что больше абы куда они не поедут и лучше заранее понимать, что их ожидает на месте.

— Сейчас пощу.

Она набрала в поисковике район и название деревни и в предложенном списке новостей выбрала одно из многочисленных видео и развернула экран для общего просмотра.

Под шквалистым ветром по колено в мутной воде, в больших рыбацких сапогах стояла девушка репортёр. Она с трудом удерживала в руках микрофон, а ветер то и дело хлестал её ледяными каплями и швырял мусор. Она рассказывала об очередной катастрофе местности. Камера выхватывала мокрых кошек, забившихся под крыши домой и жалобно орущих, мужчин в резиновых лодках и даже кур, испуганно жмущихся друг к другу, где только могли найти спасение от непогоды.

С каждым кадром решимость жить в райском уголке угасала всё больше и сам дом становился всё менее привлекательным и уютным. Тут никакие удобства не перевесят весь тот кошмар, с которым они могли столкнуться, переехав туда. А то, что это произойдёт чутьё Дары не просто шептало об этом, оно во всю кричало, а могло бы и шишек Рине набило.

— М-да… — протянула мама ошарашенно, поглядывая на мирно спящего Бима у ног, — а дом действительно красивый.

Дара свернула вкладку с видео и вернулась на сайт Авито. Через несколько минут она развернула его опять экраном к матери. Там красовался небольшой коттедж на два хозяина. Такие принято считать квартирами. В них есть все необходимое и количество комнат стандартно — три. Земли к таким квартирам прилагается мало, но тут плюсом шло ещё тридцать соток сразу за домом и неплохой, хоть и маленький скотный дворик — мечта Дары. А перед домом красовались пышные розы всех цветов радуги. Сразу было видно, что за домом хорошо ухаживали, а землю хозяева просто любили.

— Какой красивый, чистенький, прибранный, — рассматривая фотографии, декламировала мама, — посмотри и его, а то мало ли…

Дара вновь обратилась к Яндексу за ответами, которые привели к очередному разочарованию. Экран запестрел страшными фотографиями: обугленные, похожие на чёрные рёбра остовы сгоревших домов, мёртвая выжженная трава и растрескавшаяся от многомесячной засухи земля.

— Тут всё горит и, судя по архивам, часто, — пролистав несколько статей, глухо ответила Дара и с большим усердием окунулась в поиски идеального дома.

— Не думала я, что с деньгами на руках будет сложно найти дом, — озадаченно проговорила мать, наблюдавшая за усердием дочери.

— И я не думала, — вздохнула та и снова застучала по клавиатуре.

Спустя пару минут ноутбук словно сошёл с ума, то вспыхивал белым светом, то проявлял одно и то же объявление, показывая небольшой дом, окружённый буйной зеленью и не высокий забор. Рина с интересом рассмотрела это предложение, отметила хороший участок, интересный интерьер, быстроту сделки. Дом полностью отвечал требованиям обеих женщин, но было одно, большое «но». Это был не юг. Это был Саратов, который они даже не рассматривали. Она решительно нажала на крестик закрытия вкладки, но упорный дом просто заморгал белым холодным светом, как новогодняя гирлянда.

— Да что ты лезешь, блин, уйди! — спустя добрых десять минут в сердцах воскликнула Дара, особо жёстко нажимая на клавиши.

Мама, в это время читавшая книгу в твёрдом пёстром переплёте, оторвалась от интригующего сюжета и с любопытством посмотрела на дочь. Та, прикусив кончик языка и сморщив нос, с твёрдым упорством продолжала нажимать одну и ту же кнопку.

— Ты сейчас кнопку насмерть задавишь. Что там у тебя случилось? — заинтригованная ворчанием дочери, спросила мама.

— Да лезет тут одно объявление, спасу от него нет. — ответила та, захлопывая крышку ноутбука. — Даже другие объявления не даёт открыть. У-у-у! — проговорила она зло, скрестив руки на груди и уставилась на закрытый ноутбук.

— А что за дом-то? Чем он тебе так не угодил?

Рина снова открыла ноутбук и первым, что увидела — это открытое объявление на весь экран.

Объявление гласило:

«Предлагается к продаже уютный дом с прилегающим участком в тридцать соток. Полное отсутствие соседей, так как дом стоит особняком и строился так, чтобы в будущем соседей не предвиделось. Рядом лес, река, божественная природа. Сам дом крепкий, со всеми коммуникациями: свет, вода, газ, выгребная яма. Забор в хорошем состоянии. Имеются надворные постройки, внутренний дворик, баня, дровяник для неё. Дорога хоть и не асфальтированная, но твёрдая и ровная. В доме имеется три изолированные спальни, гостиная, совмещённая с кухней, веранда. Дом меблирован, так что заезжайте хоть завтра и живите. В доме никто не жил несколько лет, никто не прописан. Готов к продаже.» На фотографиях стоял крепкий, но весьма заросший дом, огороженный некогда зелёным забором, и бурьян вокруг него стоял, наверное, по пояс.

— Ну, вроде бы неплохой: большой, светлый, земли много. Ну в общем отвечает всем нашим требованиям. — она ещё покрутила колёсиком мышки туда-сюда и увидела искомый адрес — Саратовская область.

— Рин, ну, Саратов — это не юг, — с удивлением посмотрела мама на дочь, — да и река там рядом, наверное, и наводнения частые, тут же предположила она, возвращая ноутбук, — просто закрой его и ищи дальше. Чего злишься-то?

— Ты думаешь, я не закрывала? — иронично спросила та. — Закрывала, а оно снова и снова лезло, а теперь даже не даёт его закрыть.

Дара снова захлопнула крышку ноутбука, молча посидела несколько минут и потянулась за телефоном, в котором тут же открыла приложение Авито. Но и тут на весь экран сначала возникла чисто белая страница, на которой медленно начал вырисовываться саратовский дом. Однако сейчас этот дом завораживал и манил, словно магнит. На какое-то мгновение ей показалось, что она стоит в кухне, на плите закипает чайник, с улицы слышится аромат пионов и солнечные зайчики пробиваются сквозь нежно-голубые шторы на окнах, прикасаясь ко лбу Рины. И тут в сознание пришло чёткое и безоговорочное понимание, что это дом тот самый — Её. А потом, будто сквозь вату, она услышала лай Бимки и вынырнула из погружения Светом в атмосферу дома.

— Мам, — тихо позвала она.

— Ммм… — отозвалась та, поглаживая лоснящуюся спинку пса, посмотрела на дочь.

Вид у той был, будто к ней пришло странное озарение: глаза сияют, на лице недоумение, поза сменилась с откинувшейся на спинку на прямую и напряжённую, даже лицо побледнело.

— С тобой всё в порядке? Ты будто призрака увидела? — встревожилась мама.

— В порядке, — успокоила она её, — но мне тут видение пришло от Света, в прямом смысле. В общем, он отправляет нас в этот дом. Вот.

Дара проговорила всё это с некой натяжкой, будто не веря самой себе, да и настраивались они совсем на другой регион страны, а тут опять, почти туда, откуда и уехали с самого начала. Внутри у неё стало закипать чувство сопротивления — опять за неё кто-то что-то решает, но, уже узнав характер Света, решила согласиться. Вот только что на это скажет мама?

— Вот Аська позабавится и обрадуется, — лишь насмешливо проговорила мама.

— Ох, уж эта Аська… — вновь проворчала Дара, решив переложить все шишки на неё, Свету же не предъявишь.

— Знаешь, да пусть будет хоть Саратов, лишь бы не здесь. — поставила окончательную точку мама.

— Ну, окей, — с нажимом проговорила ведьма, усмиряя вновь поднявшее голову упрямство, и решительно нажала на кнопку вызова продавца. Гудки пошли длинные, гулкие, словно эхо из её собственного будущего.

Глава 5

Дом с зелёным секретом

Уже сидя в купе поезда, Дарина смогла выдохнуть с облегчением и бросить последний прощальный взгляд на городской вокзал. Последние дни напоминали просто сумасшедший дом: срочные сборы, поиск билетов, организация доставки коробок. Нервы были на пределе, и казалось, что был слышен их звон. Неделя этой суеты прошла как один день, и вот оно — купе вагона, в котором пришлось выкупить все четыре места для комфорта и удобства. Бимке, конечно, досталось место в самом-самом низу, а дамы расположились на нижних полках. Вещей с собой было немного, лишь небольшая сумка с дорожными принадлежностями, сменной одеждой и едой.

— Наконец-то, — проговорила Людмила Петровна, когда поезд тронулся и начался длинный путь к новой жизни.

— Наконец-то, — эхом отозвалась Дара и открыла сумку, чтобы достать любимые домашние трико и кардиган.

— Думаю, что кофта тебе тут не понадобится, — заметив это, посоветовала мама.

— Если что сниму, а пока погреюсь, что-то я замёрзла, пока ждали.

В первую очередь Дарина надела свой тёплый кардиган и плотнее в него укуталась, словно только что зашла с лютого мороза, а не с вокзала. Тот тут же укутал её своей нежной заботой.

— Это просто нервы или недосып, — предположила родительница, заботливо потрогав лоб дочери.

— Наверное, — согласилась та, — Как ты думаешь, мы правильно поступаем?

— Сомнения? — удивилась мама, доставая из сумки и свою сменную одежду, — Почему? И потом, тебе не кажется, что уже как-то поздно сомневаться?

— Потому что мне кажется, что мы уже похожи на цыган, переезжающих с места на место, и нигде не можем найти свой дом.

—Дара, ну жить там становилось всё тяжелее и тяжелее. И рано или поздно эта Сибирь нас просто доконала бы. И ты это прекрасно понимаешь. К тому же там постоянные проблемы были. Я уверена, что мы всё сделали правильно. К тому же на этот раз у тебя в помощниках сам Свет, — улыбаясь, ответила она.

Дара внимательно посмотрела на маму, которая раскладывала на нижней полке свою пижаму, и отчётливо поняла: за последние годы та сильно сдала, живя в суровых условиях. «Да, наверное, и правда мы поступаем верно», — подумала она и продолжила переодеваться.

На удивление поездка прошла быстро и дамы, несмотря на стук колёс и постоянное движение, смогли вдоволь отдохнуть и насладиться видами, мелькавшими за окном. Через двое суток женщины стояли на перроне саратовского вокзала, держа Бима на поводке. Город встретил их полуденной жарой, ароматами выпечки, ярким солнцем и толпой людей. Всюду царила суета, зазывали частные таксисты, предлагая довезти хоть на край света и почти даром. «Ага, — усмехнулась Дара мысленно, — даром только сесть в машину, а там счётчик накрутит так, что мама не горюй».

— Куда дальше? — спросила мама, опуская сумку на скамейку привокзальной площади.

Рина присела на краешек скамьи и, достав свой смартфон из сумочки, погрузилась в искомую информацию.

— Есть два варианта: на маршрутке или на такси. Я предлагаю такси – комфортнее, быстрее, надёжнее.

— Кто же против? — усмехнулась мама, пожимая плечами.

Рина в телефоне открыла нужное приложение, несколько раз нажала на кнопки и почти сразу пришло сообщение, что им назначена машина, которая приедет в течение пяти минут.

Машина и правда приехала очень быстро и также быстро домчала их до пригородного автовокзала. Ещё добрых полтора часа после посадки в автобус, и они уже стояли возле своего нового уютного гнёздышка.

— Как-то он по-другому выглядел на фотографии, — то ли в изумлении, то ли разочарована заметила старшая из женщин.

— М-да… — только и смогла протянуть Дара, осматривая новые владения.

Перед ними стоял небольшой серый дом, заросший плющом до самой крыши. Местами угадывались проёмы окон, зато чётко выделялось крыльцо и входная дверь, словно сделанная только вчера. Забора не было видно вообще — этот наглый зелёный ковёр так плотно облепил всё вокруг, будто веками пытался спрятать жилище от чужих глаз. Да и перед оградой стояла дикая трава почти по колено, в которой Бим мгновенно утонул по самые уши, оставив снаружи только возбуждённо вращающийся хвост.

— Вы, наверное, новые хозяева?

Рядом с женщинами неожиданно появилась сухонькая старушка в простом платье и платком на голове. Она плавно и как-то совсем бесшумно обошла дам, словно плыла по воздуху, а не ступала по заросшей земле. Окинула их своим цепким и колючим взглядом и перевела взгляд на дом, утопающий в зелени.

— Да, — мрачно ответила Дара, жалея о проведённой сделке онлайн, покупая кота в мешке.

— Да вы не смотрите на него так, будто это не весть что, — проговорила живо соседка, доставая связку ключей из кармана и направляясь в дом, — дом хороший, но вот никто за ним не ухаживал долго. Вот он и зарос, бедняга.

— Вы о нём, как о живом, — заметила Людмила Петровна.

— А как же иначе-то? — Она обернулась на всё ещё стоящих у калитки женщин. — Да вы не стойте. Идёмте, идёмте. Мне Евдокия давно ключи от дома оставила. Ещё до того, как померла. Вот я и присматривала за ним одним глазком. Дружили мы с ней, почитай смальства, — она замолчала на некоторое время, предаваясь своим воспоминаниям, — а потом это несчастье… Но вы не переживайте. Дом хороший, хозяйка-то его очень любила, всю душу в него вложила, уют создавала.

Она покрутила в рука связку, выбрала один из ключей и вставила в замок. Тот раздался невероятно громким и звонким щелчком. Дверь легко распахнулась, приглашая новых хозяев в дом.

Дарина с мамой подхватили свою поклажу и пошли вслед за незваной ключницей, увлекая за собой и Бима.

Внутри помещения было темно и как-то уж совсем неуютно. Сквозь плотное покрытие назойливого плюща не пробивалось ни лучика солнца, ни свежего воздуха. Рассмотреть что-либо было просто невозможным. В воздухе веяло сыростью и пылью, но вместе с этим женщины почувствовали и некое очарование этим местом. Захотелось заняться обустройством дома не потому, что теперь это их новое жильё, а чтобы сам дом начал снова жить и дышать.

— Сейчас, сейчас, девоньки, только свет включу и всё вам покажу, а то совсем потеряетесь без меня, — проговорила старушка, шурша по стене руками.

Спустя мгновение в помещении разлился мягкий свет, освещая старую, но добротную мебель, стол, застеленный всё ещё белоснежной скатертью и нежно-голубые шторы на окнах.

— Ох ты, — увидев их, изумилась Дара.

— Что-то не так? — тут же спросила бабушка.

— Да нет, просто удивлена, что всё такое чистое и целое, — почти солгала девушка.

В комнате действительно был полный порядок, всё чисто, убрано и расставлено на свои места. Не было годовой пыли, насекомых и иных вредителей.

— Евдокия была волшебной рукодельницей, — соседка приложила руки к груди и любовно посмотрела на скатерть, затем всё также не издавая звука, прошлась по помещению, а это оказалась добротная и уютная кухня. Провела пальцами по серванту, остановилась возле кресла, в котором одиноко лежал плед, будто хозяйка только что встала и вышла, но обещала вернуться.

— А что случилось с Евдокией? — поинтересовалась Людмила Петровна, уже утомлённая соседкой.

— А, — взмахнула она рукой, будто отгоняя назойливую муху, — да сердце не выдержало, вот и остался дом сиротой.

Она ещё раз окинула дом тоскливым взглядом, затем развернулась к старшей женщине, протянула ей связку и произнесла:

— Ну вы тут хозяйничайте, а я пойду. Тяжко мне тут быть. Вот вам ключи от дома, бани, погреба. Меня, кстати, Софья зовут, и я тут не далеко живу, — она снова махнула рукой, куда-то в сторону леса, насколько поняла Дара.

— Я Людмила, а это моя дочь Дарина, — представилась та, забирая ключи у старушки, — и спасибо, что встретили.

— Пустяки, — снова махнула рукой баба Софья и медленно двинулась к выходу, оставляя новых хозяев одних.

Поставив сумки у порога, женщины решили осмотреть свои новые владения целиком и убедиться, что всё действительно работает и в наличии имеется всё, как заявлено в объявлении. С Бима сняли шлейку и отпустили, чем он воспользовался, сразу юркнув за дверь, ведущую в коридор.

— Думаю, что нужно найти удобства, — предложила мама, посмотрев на дочь.

— Согласна. Сейчас фонарик на телефоне включу и пойдём, а то темно совсем.

Дара достала из сумочки свой старенький смартфон, включила в настройках фонарик и направила его на проём двери, в котором уже скрылась собака, цокая коготками по деревянному полу. В полной темноте дома этот звук казался зловещим и неестественным, и они медленно рука об руку двинулись на поиски нужной комнаты.

Однако за первой дверью оказалась небольшая, но уютная спальня с большим окном, за которым всё так же жил плющ, оплетая весь дом, будто беря его под свою защиту. За второй тоже обнаружилась спальня, и за третьей открылась жилая комната. Искомое помещение нашлось за неприметной дверью в тёплых сенях, что не могло не порадовать новых владельцев. На удивление всё было почти в идеальном состоянии. Постели свежи, никакого затхлого запаха в шкафах и от вещей, только не хватало свежего воздуха.

— Мам, тебе не кажется странным, что всё такое свежее, хотя в доме никто давно не был?

Они снова вернулись на кухню и разбирали сумки, с привезёнными продуктами из города. Что-то отправлялось в холодильник, который они подключили к розетке, что-то в сервант. Бима, как истинный пёс, обойдя весь дом и убедившись, что опасности нет, крутился под ногами, выпрашивая внимание и чего-нибудь поесть.

— Кажется. Я каждый день лоск в доме наводила и порядка не видела, а тут долго никто не жил и даже пыли нет, словно консервация какая-то.

— Угу, — согласилась дочь, — стазис. А давай, как-то в одной комнате поживём пока?

— Ну нам не привыкать, — лаконично согласилась мать, складывая в холодильник кассету яиц, — только я сначала, хоть с одного окна плющ убрала бы, а то, как в погребе.

— Сейчас переоденусь и пойду посмотрю, что там, — задумчиво сказала Рина, распаковывая сумку с вещами. — Если пролезу, конечно.

Она выудила из сумки свои любимые трико, а следом и лёгкую тунику. Тёплый кардиган, что лежал там же, она оставила на месте — теперь не скоро он может пригодиться. Нашла летние слипоны и бросила на пол, намереваясь их обуть.

— А ты Светом своим пройдись, — шутливо подсказала мама, закрывая холодильник.

— Ну да, нам осталось только дом спалить в первый же день, — рассмеялась ведьма, вспомнив, как уничтожила дрова. — Нет уж, пока сама попробую.

— Ну попробуй, только не откладывай, а то вечер уже, — поторопила её мать, кивая на окно.

Дара с сомнением посмотрела на стекло, за которым плющ передавал привет, потом на родительницу, на собаку с жалостливыми глазами, снова на окно и стала стягивать с себя одежду, чтобы переодеться в более подходящее.

— А я пока ужин приготовлю, а то наш мужчина сейчас в голодный обморок начнёт падать.

Бим тут же завилял хвостиком и завалился на бок, показывая, насколько он голоден и устал, а ведь он ещё и целый дом проверил — вот какой молодец и точно заработал себе ужин.