Курс на любовь

Глава 1

Ксюша

Сегодня мой первый день в новом институте — волнительный и полный неизвестности. Я не первокурсница: перевелась на третий курс из Московского архитектурного института в Волгоградский институт архитектуры и строительства. Решение далось непросто, но обстоятельства сложились так, что переезд стал неизбежен.

Причина перемен — мамин карьерный рост. Она работает в кондитерской компании «Сладкий рай» с самого её основания — сначала главным технологом, а теперь директор компании назначил её на должность руководителя Волгоградского филиала. Когда мама сообщила о переводе, я долго размышляла: остаться в Москве или поехать с ней. В итоге выбрала второе — отчасти из‑за желания поддержать маму, отчасти потому, что сама ощущала потребность в переменах.

Последний месяц выдался непростым. Месяц назад я рассталась с Сергеем — мы были вместе три года. Не было громких скандалов или болезненных размолвок: просто постепенно ушла страсть, а за ней и ощущение близости. Возможно, настоящей любви и не было — лишь увлечение, подогретое его красивыми ухаживаниями. Я поддалась чарам, поверив, что это всерьёз. Сейчас мы сохраняем дружеские отношения, но внутри остаётся лёгкая горечь: кажется, я так и не поняла, чего действительно хотела от этих отношений.

Переезд в Волгоград стал для меня шансом начать с чистого листа. Новый город, новый институт, новые люди — всё это пугает и одновременно будоражит. Я стараюсь смотреть в будущее с оптимизмом: здесь я смогу сосредоточиться на учёбе, открыть для себя незнакомые места, возможно, найти новых друзей. Конечно, сомнения иногда одолевают — а вдруг не получится влиться в коллектив? А вдруг я буду скучать по московской жизни? Но я напоминаю себе: даже если что‑то пойдёт не так, у меня всегда есть возможность вернуться в Москву. Это знание придаёт уверенности, словно страховочный трос на высоте.

Сейчас, стоя у входа в институт, я глубоко вдыхаю прохладный утренний воздух и пытаюсь унять дрожь в коленях. Впереди — лекция по архитектурному проектированию. В руках — папка с чертежами, в голове — смесь тревоги и предвкушения. Пора делать первый шаг.

Я забежала в аудиторию, едва успев к началу пары — часы на стене показывали, что до звонка осталось всего несколько секунд. Оглядевшись в поисках свободного места, я метнулась к первому попавшемуся столу у окна и буквально плюхнулась на стул, пытаясь отдышаться. Сердце колотилось от спешки, а в голове крутилась мысль: «Только бы преподаватель не начал опрос с первых минут!»

— Ты новенькая? — раздался рядом мягкий голос.

Я повернула голову и увидела соседку — шатенку с аккуратной чёлкой и стрижкой боб. Её большие карие глаза смотрели с искренним любопытством, а на губах играла дружелюбная улыбка. В ушах поблёскивали маленькие серебряные кольца, а на запястье позвякивал тонкий браслет.

— Да, — ответила я, невольно улыбаясь в ответ.

— Я Ева, — девушка протянула руку. Её ладонь была тёплой и сухой, а хватка — уверенной.

Я без раздумий пожала её руку. Пока я совсем не знала Еву, но первое впечатление было однозначно положительным. В новом городе, в незнакомом институте каждое дружелюбное лицо на вес золота. Моя единственная близкая подруга Наташа осталась в Москве, и теперь наши разговоры ограничивались вечерними видеозвонками и редкими смс.

— Я Ксюша, — представилась я.

— Приятно! Ты откуда к нам? — Ева слегка наклонила голову, явно заинтересованная.

— Из Москвы, — ответила я, стараясь не выдать волнения.

— О‑о‑о, ничего себе! И каким это ветром тебя занесло к нам? — её глаза расширились от удивления.

Я уже открыла рот, чтобы объяснить про мамин перевод и своё желание сменить обстановку, но тут нас резко перебил строгий голос преподавателя:

— Аксёнова и Григорьева, я вам не мешаю случайно?

Я вздрогнула и повернулась к кафедре. Перед нами стоял высокий мужчина в строгом сером костюме — Иван Петрович, как я успела узнать из расписания. Его брови были сурово сдвинуты, а взгляд из‑под очков пронзал, как лазер.

— Нет, — выпалила я, чувствуя, как горят щёки. — Можете продолжать.

Аудитория разразилась смехом. Кто‑то даже хлопнул в ладоши, а Ева тихонько пихнула меня локтем, шепнув:

— Ну ты даёшь!

Я только сейчас осознала, что заработала минус в копилку перед преподавателем по архитектурному проектированию. Сердце забилось чаще, но я постаралась взять себя в руки.

— Давай перенесём нашу беседу в столовую после лекции? — тихо предложила Ева, когда Иван Петрович снова углубился в тему.

— Давай, — кивнула я, благодарно улыбнувшись.

Лекция продолжилась, но мои мысли то и дело возвращались к разговору с Евой. Я старалась сосредоточиться на словах преподавателя, но волнение не отпускало.

— Аксёнова, скажите нам, — вдруг прозвучала моя фамилия, и я внутренне сжалась, ощущая на себе взгляды всей аудитории. — Что вы можете рассказать о принципах бионики в современной архитектуре?

Я на секунду закрыла глаза, собирая мысли. Тема была знакома — мы разбирали её ещё в МАРХИ, и я успела повторить материал перед лекцией. Вдохнув поглубже, я начала:

— Бионика — это направление, в котором архитекторы заимствуют природные формы и принципы их функционирования. Например, конструкции, напоминающие пчелиные соты, обеспечивают высокую прочность при минимальном расходе материалов. Или купола, повторяющие форму ракушек, — они устойчивы к нагрузкам и позволяют перекрывать большие пространства без дополнительных опор.

Преподаватель слегка приподнял бровь, словно не ожидал столь развёрнутого ответа.

— Неплохо. А можете назвать конкретный пример здания, где применены эти принципы?

— Конечно. Например, Национальный стадион в Пекине, известный как «Птичье гнездо». Его структура имитирует переплетение ветвей, что придаёт сооружению и эстетическую выразительность, и функциональную надёжность.

В аудитории послышались негромкие одобрительные перешёптывания. Иван Петрович кивнул:

— Принято. Садитесь.

Я выдохнула с облегчением и опустилась на стул. Ева, сидевшая рядом, тихонько толкнула меня локтем и прошептала:

— А ты крутая!

Я лишь улыбнулась в ответ, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает. Возможно, первый промах с разговором на паре не станет катастрофой.

Глава 2

Ксюша

Когда лекция закончилась, мы с Евой направились в столовую. По пути она расспрашивала меня о Москве, об учёбе в МАРХИ, о том, как я решилась на перевод.

Я рассказывала, стараясь не углубляться в личные переживания, но Ева, казалось, и не настаивала на откровениях. Она просто слушала, время от времени вставляя комментарии или задавая уточняющие вопросы.

В столовой мы взяли кофе и сели за свободный столик. Я уже хотела продолжить разговор, но тут услышала:

— Эй, идите к нам!

Я обернулась. За соседним столиком расположилась компания из пяти человек: три парня и две девушки. Все они выглядели так, словно сошли с экрана молодёжного сериала — идеально подобранные образы, уверенные позы, едва уловимая аура «избранности».

Блондин с выбритыми висками небрежно откинул прядь со лба, демонстрируя чуть надменный, но обаятельный профиль. Рядом с ним — роскошная блондинка, полностью поглощённая экраном телефона; её пальцы с безупречным маникюром порхали над клавиатурой, а губы то и дело растягивались в лёгкой улыбке — видимо, в ответ на очередное сообщение.

Напротив них сидела брюнетка с длинными волнистыми волосами и эффектной фигурой. Она явно старалась привлечь внимание шатена, сидящего через стол: то поправит локон, то слегка наклонит голову, открывая шею, то бросит многозначительный взгляд. Но шатен, погружённый в разговор со светловолосым парнем рядом, будто не замечал её маневров.

Светловолосый парень имел пряди, выгоревшие на солнце, и укладку, на которую, без сомнения, ушло далеко не пять минут. Его движения были размеренными, а взгляд — слегка насмешливым, словно он наблюдал за происходящим со стороны.

Я невольно задержала взгляд на шатене: он говорил негромко, но его собеседник кивал с явным вниманием, время от времени вставляя короткие реплики.

— Ну что, присоединитесь? — повторил блондин, улыбаясь.

Ева взяла свой кофе и кивнула мне:

— Пошли к ним.

Оказалось, это наши одногруппники. Блондин, который позвал нас, представился:

— Я Паша. Это Саня, — он указал на шатена рядом, который коротко кивнул с сдержанной полуулыбкой.

— Я Дима, — отозвался парень с укладкой, широко улыбнувшись. Его зубы блеснули в солнечном свете, пробивавшемся сквозь окно. — Рад познакомиться.

— Очень приятно, — ответила я, стараясь не выглядеть слишком растерянной.

Блондинка наконец оторвалась от телефона:

— Анжела.

Брюнетка рядом с ней что-то фыркнула, и Паша тут же пояснил:

— Её зовут Рита. У неё просто после последней инъекции рот плохо открывается.

Парни засмеялись, а Рита огрызнулась:

— Да пошёл ты.

— Сама иди, — парировал Паша, не теряя улыбки.

«Странная компания, — подумала я. — Все такие красивые и в то же время холодные, не слишком дружелюбные. Девушкам, судя по всему, я вообще не нравлюсь. Только Паша кажется нормальным.»

— Ходят слухи, что ты к нам из Москвы? — спросила Анжела, внимательно разглядывая меня.

— Да, — подтвердила я.

— Что, выгнали из МАРХИ, и ты перевелась к нам? — вставила Рита с едкой усмешкой.

— Нет, по семейным обстоятельствам, — сдержанно ответила я, стараясь не показать раздражения.

— Ладно, нам скучно, — внезапно заявила Анжела, вставая из‑за стола. Она чмокнула Пашу в щёку и, подхватив Риту под руку, направилась к выходу.

«Паша и Анжела — пара? Получается, так», — пронеслось у меня в голове.

— Я знаком с МАРХИ, — вдруг сказал Паша, словно пытаясь сгладить неловкость.

— Да? — удивилась я.

— Ну, точнее, с футбольной командой МАРХИ. Мы неоднократно надирали им задницы, — усмехнулся он.

Я промолчала. Сергей, мой бывший парень, а теперь просто друг, был капитаном той самой команды. Но я не стала об этом говорить.

— Ты играешь в футбол? — спросила я Пашу.

— Да, я капитан команды.

Парни рядом с нами, казалось, вообще нас не замечали.

— А вы тоже играете? — решила я спросить их.

Шатен, тот самый Саша, будто только что заметил меня. Он медленно поднял взгляд, и я впервые внимательно рассмотрела его черты: глаза цвета горького шоколада, ровный нос, чёткие скулы, лёгкая щетина. «А он симпатичный», — мелькнуло у меня в голове.

— Нет, мы не играем в футбол, — ответил Саша, улыбнувшись. На его щеках появились милые ямочки.

— Мы болеем, — добавил Дима.

— Вы просто обязаны прийти в пятницу на первый матч в сезоне! — с энтузиазмом сказал Паша, обводя нас взглядом.

Ева повернулась ко мне, приподняв бровь с нескрываемым любопытством:

— Пойдём?

Я на секунду замерла, взвешивая в голове «за» и «против». С одной стороны — незнакомая обстановка, новые люди, страх выглядеть лишней. С другой — возможность хоть немного влиться в коллектив, да и просто развеяться.

— Можно, — кивнула я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Только скажи, во сколько и куда.

Лицо Паши тут же озарилось широкой улыбкой:

— В шесть вечера, на нашем стадионе. Вход — свободный, так что просто приходите.

— Придём, — уверенно сказала я.

— Отлично! — Паша хлопнул ладонью по столу, и резкий звук эхом разнёсся по опустевшей столовой. — Значит, договорились. А пока… — он бросил взгляд на наручные часы, — нам пора на следующую пару. Геология — это вам не шутки.

Компания начала собираться. Парни дружно подхватили рюкзаки: Дима — с характерным звоном ключей, Саша — неторопливо, будто всё ещё пребывая в своих мыслях.

Ева, не отрывая от меня любопытного взгляда, поправила сумку на плече и кивнула в сторону выхода.

Мы двинулись по коридору, и я, немного собравшись с мыслями, спросила:

— Ты дружишь с ними?

— Да, — улыбнулась Ева. — Они на самом деле все классные ребята. Спортсмены, красавцы — мечта любой девушки, если смотреть со стороны.

— Ну, то, что Паша — футболист, я поняла. А остальные?

— Саша — профессиональный бегун, выступает на региональных соревнованиях. А Дима — пловец и, кстати, работает моделью.

— По нему заметно, — я не сдержала улыбки. — А Анжела… Она ведь встречается с Пашей, да?

Ева чуть помедлила, потом коротко кивнула:

— М‑гм.

В её голосе проскользнула нотка грусти, но я не стала заострять внимание.

— Мне кажется, она больше подошла бы Диме, — осторожно заметила я.

— Да, она красавица, — согласилась Ева. — Дважды мисс нашего института. И ещё блогер — у неё около 700 тысяч подписчиков. Представляешь?

— Поэтому, наверное, и смотрит в телефон чаще, чем на своего парня, — усмехнулась я.

— Типично для неё, — кивнула Ева.

— А Рита? Кто она? — поинтересовалась я.

— Подруга Анжелы. И, скажем так… активно бегает за Сашей.

— Это я заметила. А он что?

Ева пожала плечами:

— Спит с ней — и всё.

— То есть они… вместе?

— Нет. Просто спит. Она, конечно, рассчитывает на большее, но он даже не скрывает, что ему это не нужно.

Я молча кивнула, обдумывая услышанное. Коридор плавно перетекал в лестничный пролёт, и сквозь большие окна пробивались косые лучи солнца.

— Здесь всё как в сериале, — тихо сказала я.

Ева рассмеялась:

— Иногда кажется, что да. Но на самом деле всё проще. Или сложнее — как посмотреть.

Мы спустились на этаж ниже, и звонкий голос Евы снова вернул меня в реальность:

— Так что, идём на геологию?

Я кивнула, хотя внутри всё ещё бурлили мысли о новой компании, футбольных матчах и запутанных отношениях одногруппников.

Глава 3

Саша

Я прикатил на матч к Пашке — как обычно, больше из солидарности, чем из страсти к футболу. На трибунах сразу приметил знаковые фигуры: Анжелу с Ритой, которые оккупировали лучшие места, вальяжно развалившись, будто на показе мод. А чуть поодаль сидели Ева и новенькая — та самая москвичка, о которой все только и треплются. И что меня зацепило — рядом с ней примостился Димон, и они о чём‑то так мило щебетали, будто знакомы лет десять.

«Когда это они успели?» — пронеслось у меня в голове. Вчера ещё она робко оглядывалась по сторонам, а сегодня уже в эпицентре событий.

Рита, завидев меня, размашисто помахала рукой. Я кивнул в ответ и проследовал мимо их царственной пары. Анжела даже не повернула головы — видимо, телефон был куда интереснее реального мира.

— Привет, — бросил я Еве, присаживаясь рядом.

Она лишь коротко кивнула, не отрывая взгляда от поля. Всё её внимание было приковано к выходу команды — она из тех, кто болеет всерьёз.

Новенькая повернулась ко мне и улыбнулась:

— Привет.

— О, привет, Санчо, — Димон тут же хлопнул меня по плечу и протянул руку.

Я окинул взглядом стадион, мысленно уже ожидая окончания матча».

— После матча собираемся посидеть у Пашки дома. Ты в деле? — Димон обратился к новенькой, явно не теряя времени даром. Его улыбка была настолько широкой, что, казалось, ещё чуть‑чуть — и щёки треснут.

Она покосилась на Еву:

— Ты поедешь?

— А что ей ехать? Они же по соседству живут.

— Да? — новенькая явно удивилась, её брови взлетели вверх, как два любопытных зверька.

— Ага. Папа Паши — мой крёстный. Наши семьи дружат с детства, и мы соседи, — пояснила Ева, не отвлекаясь от поля.

— Теперь понятно, — кивнула новенькая, ив её глазах мелькнуло что‑то вроде «ну, надо же, какие тут все друг с другом связаны».

Димон, не унимаясь, тут же добавил:

— Так что, поедешь? У Пашки всегда весело. Пиво, пицца, музыка… ну и мы, конечно...

Новенькая взглянула на Еву, потом на меня, будто оценивала, стоит ли связываться с этой компашкой. Я мысленно усмехнулся: «Добро пожаловать в наш сумасшедший дом, подруга».

— Ладно, — наконец сказала она. — Поеду.

— Вот и отлично! — хлопнул в ладоши Димон. — Значит, после матча поедем все вместе.

В этот момент на поле вышли игроки, и трибуны взорвались овациями. Кто‑то в задних рядах затянул песню, другие подхватили, и через минуту весь сектор гудел, как пчелиный улей. Воздух наполнился энергией, запахом попкорна и лёгким ароматом предвкушения.

Игра началась бодро: уже на 10‑й минуте Пашка выполнил точную подачу с углового, а центровой головой отправил мяч в сетку. Трибуны взорвались радостными криками.

Но к середине первого тайма соперник перестроился, наладил атакующие действия — и на 35‑й минуте сравнял счёт точным ударом из‑за штрафной. Наш вратарь лишь развёл руками.

Во втором тайме ситуация не улучшилась. На 55‑й минуте противник вывел свою команду вперёд: их нападающий ловко обошёл наших защитников и точно пробил в дальний угол.

Наши игроки отчаянно пытались отыграться, но атаки не складывались: то пас не проходил, то удар оказывался неточным. В последние десять минут команда устроила настоящий штурм ворот соперника — безрезультатно. Два удара пришлись в штангу, ещё один ушёл выше ворот.

Финальный свисток зафиксировал обидное поражение — 1 : 2.

Трибуны начали расходиться. Кто‑то хлопал команде в знак поддержки, кто‑то недовольно качал головой. Паша стоял у центра поля, опустив голову. Товарищи по команде подходили и похлопывали его по плечу. Я видел, как он сжал кулаки, а потом резко пнул бутсой пустую бутылку из‑подводы.

— Хочу сегодня набухаться, — буркнул он, когда я подошёл.

— Я, как обычно, поддержу любое твоё решение, — усмехнулся я, стараясь разрядить обстановку.

Вокруг царил сумбур: болельщики оживлённо обсуждали промахи защиты, кто‑то уже строил планы на вечер. Воздух был пропитан смесью разочарования и предвкушения — для кого‑то день закончился поражением, а для кого‑то, только начинался.

Я оглянулся на трибуны. Ева и новенькая медленно спускались по ступеням, тихо переговариваясь. Димон семенил рядом, то и дело заглядывая новенькой в лицо. Анжела и Рита уже ждали у парковки: первая снова уткнулась в телефон, вторая оживлённо жестикулировала, видимо, обсуждая игру с прохожими.

Мы подошли к ним. Анжела без лишних слов, без тени сочувствия бросила:

— Ну что, поехали?

«И всё? — мысленно фыркнул я. — Она даже не утешит любимого после неудачной игры? Что он в ней нашёл, не могу понять. Холодная, как рыба и такая же разговорчивая».

В этот момент новенькая шагнула вперёд:

— Я за рулём. Могу взять кого‑нибудь с собой. Тем более адрес я не знаю.

— Я тогда с тобой, — тут же отозвалась Ева. — И я, — моментально вклинился Димон.

Я едва сдержал вздох. «Да что ты к ней прилип‑то?» — пронеслось у меня в голове. Парень будто забыл, что вокруг есть и другие люди.

— Я с Санечкой, — пропела Рита, цепляясь за мой рукав. — О господи, не называй меня так. Сто раз просил, — поморщился я.

Рита лишь хихикнула, явно не собираясь принимать мои слова всерьёз.

В итоге мы распределились:

я с Ритой — в мою машину;

Анжела с Пашей — в его авто;

новенькая, Ева и Димон — в её машину.

И мы тронулись к Пашке домой. По плану позже должны были подтянуться ребята из команды — видимо, чтобы совместными усилиями залить горе от поражения.

По дороге Рита без умолку болтала о чём‑то, но я почти не слушал. Мысли крутились вокруг того, как всё это будет дальше: Пашка в мрачном настроении, Анжела равнодушна, Димон явно заинтересован новенькой, а та… кто знает, что у неё на уме.

«Интересный вечерок намечается», — подумал я, сворачивая на улицу, где жил Пашка.

Мы зашли в дом.

— Я заказал пиццу. Пиво в холодильнике. Если не хватит, то в гараже ещё два ящика, — бросил Паша, не глядя по сторонам.

Я направился на кухню, достал из холодильника пару бутылок пива — одну себе, вторую для Пахи. В этот момент сзади появился Димон. Как раз вовремя— у меня к нему назрел вопрос.

— Колись, что у тебя с новенькой?

Он тоже выудил из холодильника две бутылки, открыл одну себе, другую, судя по всему, для неё.

Мы вышли в гостиную, где уже собрались ребята из команды.

— Ну, она красотка. Почему бы и не замутить с ней, — ответил Димон с ухмылкой.

Я невольно перевёл взгляд на новенькую. Она стояла, облокотившись на подоконник. И правда симпатичная: шатенка с длинными волнистыми волосами, ореховые глаза, пухлые губы. Белая укороченная футболка с V‑образным вырезом подчёркивала красивую грудь, синие джинсы обрисовывали длинные ноги, узкую талию и подтянутый пресс.

— Погоди. Или ты тоже глаз на неё положил? — вырвал меня из созерцания Димон.

— Ну, я бы перепихнулся с ней разок, — не стал отпираться я.

— Так и я не жениться на ней собираюсь,— ухмыльнулся друг и чокнулся со мной бутылкой. — Если хочешь, я отвалю от неё?

— Та не. Развлекайся, — махнул я рукой.

Димон тут же направился к новенькой, а я подошёл к Анжеле. Она восседала на подлокотнике дивана, привычно уткнувшись в телефон.

— Не хочешь утешить своего парня после проигрыша? А то этим занимаются другие, — кивнул я в сторону Паши, возле которого устроилась Ева, ласково поглаживая его по спине.

— Мне некогда пока. Нужно выложить пост. У меня сегодня дедлайн, — отмахнулась Анжела, лишь на секунду подняв глаза. Потом всё‑таки глянула на Пашу с Евой и добавила: — А этой вообще ничего не светит. Ей никогда не занять моего места, как бы ни старалась. Она для него просто друг.

— Как знаешь. Я бы на твоём месте задумался.

— Ты не на моём месте. Займись лучше своей личной жизнью. Пойди с Ритой пообщайся.

— Да на хрен она мне нужна.

Словно по сигналу, ко мне подкатила Рита— видимо, почувствовала, что речь зашла о ней. Провела ладонью по моей груди и наклонилась к уху:

— Не хочешь подняться наверх и уединиться?

— Не хочу.

— Очень жаль. Я сегодня как раз не надела нижнее бельё.

Даже это не вызвало у меня интереса. Я снова невольно покосился на новенькую— она звонко смеялась, а Димон буквально пожирал её глазами.

— Ладно, пошли. Только по-быстрому, — выдохнул я.

Рита схватила меня за руку, и мы направились наверх.

Глава 4

Ксюша

Паша с Евой вовсю вспоминали поездку в Египет, когда им было по девять лет.

— Она так обгорела, была красная как чупа‑чупс! — смеялся Паша.

— Да ладно тебе. Ты тоже обгорел. И мама намазала тебя сметаной, а ты её всю съел, — парировала Ева.

— Я люблю сметану, — расхохотался Паша.

— Слушай, а у тебя остались фотки? — поинтересовалась Ева.

— Да, на флешке куча наших детских снимков.

— Я бы посмотрела, — вставила я.

— Я не пойду за ними. Кто хочет — идите сами. На втором этаже вторая комната слева, в столе нижний ящик, там белая флешка, всё на ней, — отмахнулся Паша.

— Ладно, пойду схожу, — сказала я и направилась в комнату Паши.

Открыв дверь в комнату Паши, я на секунду замерла на пороге. В полумраке, лишь слегка разбавленном светом из узкого окна, разворачивалась сцена, от которой кровь прилила к щекам и застучало в висках.

Саша прижимал Риту к стене — крепко, властно. Его руки уверенно держали её за бёдра, приподнимая так, что её ноги обвивали его талию. Юбка Риты была задрана до талии. Саша двигался резко, ритмично — каждое движение отдавалось глухим стуком о стену. Его штаны спущены до середины бёдер, мускулистые ягодицы напрягались в такт толчкам.

Рита впивалась пальцами в его плечи, то и дело срываясь на стоны:

— Да! Да! Ещё!..

Её голова моталась из стороны в сторону, распущенные волосы хлестали по плечами спине. Губы были полуоткрыты, лицо раскраснелось, глаза то закрывались в экстазе, то распахивались, выхватывая обрывки реальности.

Я не могла ни отвернуться, ни уйти — стояла как заворожённая. В голове билась одна мысль: у меня никогда не было так. Не было этой необузданной, почти первобытной страсти, этого явного доминирования, этой откровенной, почти грубой физической жажды. С Сергеем всё было иначе: нежно, неторопливо, почти ритуально. Мы всегда лежали лицом к лицу, в миссионерской позе, его движения были плавными, осторожными, будто он боялся причинить мне дискомфорт.

И вот теперь я видела другое — мужчину, который берёт, не спрашивая, который показывает свою силу, который не скрывает желания.

В этот момент Саша повернул голову. Наши взгляды встретились. Он не остановился — напротив, словно разогнался ещё сильнее, не отводя глаз. Его зрачки были расширены, на лице — смесь вызова и удовольствия. Он смотрел на меня прямо, не стыдясь, будто хотел, чтобы я видела, чтобы запомнила, чтобы почувствовала.